Коготь Бастет
- Нужен другой Дмитрий – мой голос прозвучал непривычно хрипло, но Хепи понял и перевел для всех.
Все уставились на меня.
- Да, – произнес Па-Нахт, – Нам нужен будет человек, который пойдет вместо тебя. Похожий на тебя, светлокожий, примерно одного роста. Переодетый в твою одежду.
- Мы покажем его, – добавил Хепи, – выведем во двор, подержим на виду. Если нужно – прогуляем по Пер-Сопду. Его обязательно увидят соглядатаи и запомнят его лицо. И когда отправится первый караван – все будут уверены, что ты в нем.
Я сглотнул.
- А настоящий караван?
- А настоящий караван пойдет по другой дороге - «тропой мертвых колодцев» – там где нас не будут ждать – пояснил Хепи и повернувшись к остальным, видимо считая, что больше вопросов нет, сказал – Кстати, я кажется, даже знаю, кто именно нам понадобится – недавно видел его среди рабов, предназначенных к отправке в каменоломни.
- А он согласиться? – деловито поинтересовался Ахмос
- А кто будет спрашивать раба? Конечно, согласиться, если ему пообещают свободу, а если даже не пообещают – все равно согласиться! Работа в каменоломнях – не мед, а тут есть какой-то шанс! Он согласиться и даже будет благодарить нас!- уверенно заявил Хепи.
Я уже открыл рот, хотел сказать: «Нет! Никаких подставных. Мы все идем вместе и никто не будет умирать вместо меня!» Потому что я понимал, что это не боевик, где герой находит гениальный выход. Это жизнь. И цена моего спасения – чужая жизнь! Но горло выдало только какой-то хрип.
- Нет! – наконец выдавил я из себя. Голос был сиплым и тихим, но все повернулись, – Нет! - повторил я уже громче, мой голос наконец окреп, войдя в прежнюю силу, Я не позволю посылать человека на смерть, который даже не знает, что его ждет!
Па-Нахт нахмурился.
- Но, Ди-Ми-Три...Наш поход – дело серьезное и мы все рискуем...в том числе и своими жизнями. Этот человек – раб. Он и так - «живой убитый». А свобода – это плата за риск и клянусь богами, это – очень хорошая плата!
- Плата за риск? – Я почувствовал, как кровь приливает к лицу – Вы собираетесь отправить постороннего человека на верную смерть! Он – даже не воин!
- Он ливиец, «либу», и он раб, он и так не проживет больше пары месяцев в каменоломнях! – жестко добавил Ахмос.
- Довольно! - Хепи поднял руку и обвел взглядом всех присутствующих, – Ди-Ми-Три! Мы не хотим посылать этого человека на смерть! Но если никого не будет в фальшивом караване, нас всех перебьют. А тебя схватят люди Камоса! Мне ведь не надо рассказывать тебе – что ждет тебя, если ты попадешь к нему в руки? Впрочем, если у тебя есть свой план - лучше, мы готовы его выслушать и согласиться с ним!
Я замолчал. В голове крутились какие-то картинки из фильмов, из новостей, из книг – везде, где кто-то «благородно» жертвовал другими, ради какой-то «высшей цели», чаще всего – мифической. И я хорошо знал, что сам бы так не смог. Но тут не книга и не фильм. Это – реальная жизнь. В которой пленный называется «живой убитый», а раб – это просто имущество, поэтому его «размен» на жизнь свободного человека – всего лишь выгодный тактический шаг. Хепи, действуя в логике своего времени, действительно придумал, с его точки зрения (а также и остальных!) - отличный план... принять который я не мог!
Я сел обратно на свою койку. Сжал кулаки так, что ногти впились в ладони.
- Я не хочу, чтобы кто-то умирал из-за меня, – сказал я тихо.
Па-Нахт усмехнулся, но не зло, а скорее даже как-то грустно:
- Умирать никто не хочет, Ди-Ми-Три! Но все все равно умирают! Даже те, кто думает, что проживет тысячу лет. Я видел это на войне! И они – он указал рукой на других воинов, – они тоже видели это! Умирать придется всем. И хорошо, когда не зря!
Я немного подумал:
- Я хочу увидеть человека, который пойдет вместо меня. Я хочу, чтобы ему гарантировали свободу...если ему удастся выжить. И я хочу сам услышать его согласие!
Хепи кивнул:
- Хорошо, Ди-Ми-Три! Я сам займусь этим! Обещаю, что все сделаю так, как ты хочешь!
Все встали и потянулись к выходу. Выходивший последним Па-Нахт, внезапно остановился у двери и обернувшись сказал:
- Я не знаю откуда ты пришел, Ди-Ми-Три, но ты не похож не на одного человека из тех, кого я когда-либо видел. И ты, наверное, очень хороший человек, Ди-Ми-Три! Ты ценишь людей, которые идут за тобой! Но иногда быть хорошим – это роскошь, которую мы не можем себе позволить! Помни об этом!
И Па-Нахт вышел.
Я смотрел ему в спину и думал, что как-то незаметно, опять превратился в человека, которым не хотел быть, но которым, тем не менее, мне приходилось быть всю свою сознательную жизнь - человеком от решений которого, зависят чужие жизни. Я – моряк. Я просто хотел вернуться домой.
«Но того дома больше не будет, - ответил мне внутренний голос, – потому что твой дом теперь – здесь! И если ты хочешь жить в этом доме – ты должен принять установленные в нем правила. Ты должен научиться жить по их законам!»
Глава 3
43. Ночной визит (интерлюдия)
Финикийский купец Ахирам, владелец трех судов, стоявших в настоящее время у пристани Пер-Сопду, сидел на одном из них - «Быке Сидона», в маленькой надстройке, выполнявшей роль капитанской каюты, в одиночестве и размышлял. Перед ним лежали три предмета – нескольких досок, скрепленных вместе, с непонятными знаками - полустертыми, практически смытыми водой, кусок грубого полотна и обрывок каната, около десяти локтей длиной. На первый взгляд, вещи не представляли абсолютно никакой ценности. Но для Ахирама их ценность заключалась не в вещах самих по себе, а в материале, из которого они были изготовлены. Эти вещи, его люди выловили в море, около полутора месяца назад. И с тех пор, эти вещи стали составлять неразрешимую загадку для Ахирама. Он прекрасно помнил события, последовавшие спустя несколько дней дней, после странной находки – они плыли вдоль берега, когда услыхали гром в самый разгар погожего дня и увидели загадочные разноцветные огни, взмывающие с берега в небо и освещающие все вокруг. Кто-то из матросов крикнул что это морской бог Йамму развлекается, играя с молниями и уже через несколько мгновений вся команда была охвачена ужасом и паникой. Они тогда чуть не взбунтовалась, требуя развернуть корабль и уйти в море.
Разгадку этих событий и странных находок, Ахирам не нашел до сих пор. Он показал находки в Сидоне, но добился только поручения – собрать дополнительную информацию на побережье Египта. И вот он, во главе торгового каравана из трех кораблей прибыл в Пер-Сопду, где неожиданно получил косвенное подтверждение своим предположениям – о том, что разгадку нужно искать здесь. Помощник начальника береговой стражи, Уасерхеб, с которым Ахирам поддерживал дружественно-деловые отношения (и кое-какие общие дела!), при встрече, под большим секретом, рассказал Ахираму о странном чужеземце, захваченном на отдаленном посту Уаджет. Быстро сопоставив место, где был захвачен чужак с местом появления странных огней, Ахирам пришел к выводу о том, что чужак может быть как-то связан с этими событиями. Уасерхеб, хорошо «подогретый» дорогим кипрским вином, которое щедро вливал в него Ахирам, похвастался еще, что у него на складе хранятся вещи, которые были при чужаке – удивительные, загадочные вещи. Но когда Ахирам выразил желание посмотреть на них, Уасерхеб моментально протрезвел и заявил, что это совершенно невозможно. Но Ахирам тонко понимал психологию чиновников. С помощью массивного серебряного браслета и нескольких золотых колец он сумел договорился с Уасерхебом, но в назначенное время их встреча не состоялась – помешала драка, неожиданно случившаяся между местными рыбаками и финикийскими матросами, сошедшими на берег. Такие инциденты случались время от времени, особого внимания этому не придавали, то разобраться все же было нужно – чем и вынуждены были заниматься Уасерхеб и Ахирам. А затем прибыл Амени, который находился все это время где-то на приграничной территории – искал каких-то разбойников (впрочем – безуспешно!)
Таким образом, возможность вернуться к разговору о пленном чужестранце и странных предметах, бывших при нем, появилась у Ахирама только сейчас и действовать нужно было безотлагательно!
Купец закончил размышлять, извлек из из небольшого сундука мешок и вынул из него несколько серебряных и золотых украшений. Прикинув их стоимость - «Должно хватить!», он спрятал их в складках одежды и в сопровождении своего помощника и начальника охраны – Азмелкарта и еще пары охранников направился к дому Амени, в котором его ждал Уасерхеб.
Подойдя к неприметной двери, Ахирам, постучал условным стуком – дверь отворилась почти сразу. Уасерхеб высунулся, щурясь, узнал гостя и отошел, пропуская его в дом. Охрана осталась на улице.
- Поздний визит, достойнейший Ахирам! – приветствовал гостя Уасерхеб, запирая дверь на деревянный засов.
- Самое время, – улыбнулся купец, проходя внутрь – Кто приходит днем – привлекает чужое и ненужное никому внимание. А нам ведь оно совсем не нужно – чужое внимание? Верно? – Ахирам подмигнул Уасерхебу.
Тот не ответил, он провел ночного гостя в другое помещение, где помещался склад различных вещей, изъятых в разное время береговой стражей.
Ахирам без приглашения, уселся на сундук и выложил перед собой три серебряных кольца. Уасерхеб мазнув по ним взглядом, демонстративно посмотрел в сторону. Ахирам рассмеялся и добавил еще два серебряных и пару золотых колец. Тогда Уасерхеб достал странный большой мешок из плотной ткани с пришитыми к нему лямками, набитыми изнутри чем-то мягким. Кроме того, этот мешок был снабжен множеством ремешков с застежками из неизвестного материала. Уасерхеб расстелил на полу циновку и аккуратно выложил перед Ахирамом содержимое мешка.
- Смотри, достойнейший! Только быстро! Строжайший приказ Амени – никому не показывать!
- Никому, кроме меня – мягко произнес Ахирам – Не волнуйся, почтенный Уасерхеб. Я хочу только посмотреть, потрогать. И я буду молчать! Обещаю! – он шагнул поближе и взглянул на разложенные вещи.
И замер.
Перед ним лежали вещи, каких он не видел никогда. Две трубки, соединенные между собой стеклянными вставками, круглая коробочка внутри которой покачивалась маленькая стрелка, нож из металла, не похожего ни на медь, ни на бронзу – блестящий, серый, с непривычными отблесками, золотая, прямоугольная коробочка с маленьким колесиком. Ахирам протянул руку, но Уасерхеб перехватил ее.
- Нет-нет, достойнейший, только смотреть!
- Я просто...хотел понять, что это! – ответил Ахирам и поднес к глазам трубки – и отшатнулся.
- Она приближает! Как глаз сокола!
- Мы уже знаем – буркнул Уасерхеб – смотри дальше.
Ахирам взял круглую коробочку со стрелкой. Она чуть подрагивала, но когда он попробовал повернуться, стрелка упрямо указала на прежнее направление. Ахирам для проверки повернулся несколько раз, но стрелка каждый раз возвращалась к изначальному положению.
- Забавная игрушка, - заметил Уасерхеб – вот только совершенно бесполезная! Стоило тратить столько труда на ее изготовление!
- М-да...забавная... – задумчиво произнес Ахирам. Было видно, что какая-то мысль засела в его голове.
Он о чем-то задумался, механически перебирая вещи. Металлический сосуд, коробочки из похожего материала, коробка под завязку наполненная какими-то разноцветными шариками, кругляшами - каждый чуть меньше ногтя, кожаная сумка со множеством мелких блестящих предметов, похожих на медицинские инструменты, но изготовленные с необычайным искусством. Набор предметов - какая-то посуда, судя по запаху, но опять этот незнакомый металл. Дальше – одежда, еще какие-то металлические штуки, – одна, кстати, явно бронзовая. И наконец, веревка. Чуть тоньше, чем выловленная им в море, но изготовленная из того же материала. Ахирам узнал его.
«Чужестранец точно был связан с теми вещами, найденными в море. И он скорее всего был связан с теми загадочными огнями, взмывающими в небо. Но кто – он?»
- Послушай, достойнейший Уасерхеб! Я бы хотел взять эту веревку – сказал он, стараясь, чтобы его голос прозвучал спокойно.
- Это совершенно невозможно, достойнейший Ахирам! – ответил Уасерхб, собирая вещи обратно в мешок.
- Я бы мог хорошо заплатить...
- Нельзя! – жестко повторил Уасерхеб, - Амени приказал все сохранить. Он тоже видел все вещи и все запомнил. И если не досчитаются хотя бы одной вещи – мне отрубят руки!
Ахирам посмотрел на Уасерхеба – тот был испуган всерьез, значит, золотом тут не поможешь.
Купец понимающе кивнул:
- Хорошо, достойнейший! Я и не настаиваю, я вовсе не хочу чтобы у тебя были хоть какие-то проблемы. Могу я еще раз взглянуть на ту маленькую коробочку – ту, что высекает огонь, мне кажется я понял как она работает!
Дождавшись, пока Уасерхеб углубился в мешок, пытаясь разыскать там маленькую золотую вещицу, Ахирам взял нож, лежавший перед ним и быстрым движением отрезал кусок веревки, длиной в два пальца и сунул себе за пазуху, вернув нож на прежнее место. Потом повертев в руках вещицу, высекавшую огонь, он для вида, многозначительно покачал головой и вернул ее Уасерхебу.
- Все, достойнейший! Я полностью удовлетворил свое любопытство и больше не смею занимать твое драгоценное время! Прими от меня это в знак благодарности и позволь откланяться на сегодня!
С этими словами он извлек свой последний заготовленный подарок – массивный серебряный браслет, покрытый затейливой резьбой и протянул его Уасерхебу.
Когда он вновь вышел на улицу, где его дожидалась охрана, Уасерхеб чуть слышно прошептал на прощанье:
- Никому не слова, достойнейший!
- Твоя тайна – моя тайна! – ответил купец и растворился в темноте. Охрана последовала за ним.
Глава 4
4. Хлопотный день Амени (интерлюдия)
Начальник береговой стражи, пограничного участка Пер-Сопду, Амени, с самого утра находился в несколько раздраженном настроении. И он знал почему и когда это все началось!
Все началось с появлением этого проклятого чужеземца, которого приволок сюда этот тупой вояка, Па-Нахт, с дальнего поста Уаджет! Несомненно, с целью поиздеваться над своим начальником! В обычное время, Амени бы просто отправил бы пленника в каменоломни, получив за это неплохое вознаграждение, но Па-Нахт сумел так представить дело, что этот пленник стал выглядеть, чуть ли не посланником богов. Амени захотел лично взглянуть на чужака и его вещи. Потом появились загадочные куски папируса с изображением глаза Гора, вещи, удивительно тонкой работы и таинственного назначения.
Для выяснения личности чужеземца и назначения бывших при нем вещей, Амени задействовал своего личного агента – Хепи. Но тот установив первый контакт с пленником и начав изучать его язык, далеко продвинутся не успел, несмотря на установленные сроки (наверно, вместо работы - пьянствовал с чужеземцем, по своему обыкновению, но с этим Амени еще разберется).
А когда Амени уже согласился отправить чужеземца с охраной в Буто, то есть – с глаз долой, последовали новые события, развиваясь и громоздясь друг на друга, как каменные валуны после землетрясения. Сначала этот странный приказ из Буто о необходимости произвести поиск на приграничной территории, каких-то «Песчанных братьев», в существование которых Амени не верил, ни на ноготь.
А когда, спустя пять дней, они вернулись в Пер-Сопду из своего, совершенно никому не нужного похода, (разумеется никого не встретив!), и Амени уже фактически подготовил красивейший отчет о его результатах (он даже придумал название всей операции - «Вихрь пустыни»), произошел новый инцидент – прибыл финикийский купец Ахирам, (старый знакомый Амени, с которым он имел некоторые дела), так его команда умудрилась завязать драку с местным населением, состоящим преимущественно из рыбаков и мелких ремесленников. Мало того, что они изрядно намяли бока друг другу – в ходе драки они еще и спалили лодку, предназначенную для отправки чужеземца. Самое странное во всей этой истории – никто из задержанных и допрошенных лиц, не мог вспомнить - ни из-за чего началась драка и кто ее зачинщик, ни кто именно поджег лодку. В общем вопросов было много, а ответов – ни одного! И на фоне всего этого – интриги верховного жреца Сета, Камоса, о которых Амени регулярно докладывали и, самое неприятное – приближающаяся ревизия Пер-Сопду, которой руководил старый лис и пройдоха Уджа-Гор, чей приезд сюда ожидался со дня на день!
И что, спрашивается - что делать Амени в такой ситуации? И он решил заняться тем, в чем он считал себя настоящим гением – составлением письменных отчетов. Это было настоящей страстью Амени, привитое ему еще в столичной школе писцов - «Дом жизни в Мемфисе», которую Амени закончил одним из лучших выпускников. Но сейчас любимое занятие не приносило ему никакого удовлетворения. Он уже несколько раз начинал составлять отчет о корме для почтовых голубей, израсходованном за последний месяц, но каждый раз стирал написанное на восковой дощечке. Слова не хотели складываться в красивые и гладкие фразы, а мысли Амени, упорно крутились только вокруг чужеземца со странным именем «Ди-Ми-Три» и о том, что теперь с ним делать.
Амени принялся уже за пятый или шестой вариант отчета, когда его секретарь и помощник Уасерхеб, почтительно вполз с рабочее помещение и доложил о приходе финикийского купца Ахирама.
Амени вздохнул и отложил восковую дощечку (все равно ничего не получалось!). Можно, конечно, было и не принимать купца, сославшись на занятость, но обижать Ахирама было не с руки – слишком много ценного ливанского кедра приходило из Сидона, с его, Ахирама, помощью. И часть товара непременно сгружалась в Пер-Сопду, на тайный склад Амени.
- Пусть войдет!
Ахирам вошел с поклоном – не слишком низким, но достаточно почтительным. За ним двое слуг несло подносы с дарами – несколько серебряных браслетов, украшенных затейливой резьбой и блестящими камешками, рулон тонкой ткани, амфора вина из Библа, несколько маленьких кувшинчиков с благовониями. Чуть больше чем полагалось по обычаю, но не настолько, чтобы это выглядело как взятка.
- Достойнейший Амени! – купец развел руки в приветствии, – Да продлят боги твои дни и укрепят твой дом!
- И тебе не болеть, почтеннейший Ахирам! – чуть грубее, чем следовало ответил Амени и кивнул на подносы – Неплохие дары. Чем обязан твоей щедрости?
- О, это не более, чем просто выражение моего почтения и уважения, достойнейший Амени!
По знаку Амени, купец уселся на небольшую скамеечку и расправил складки своей одежды.
- Мы давно не беседовали. И кроме того – я бы хотел загладить...некоторое недоразумение, случившееся на днях.
Бровь Амени чуть приподнялась.
- О каком еще недоразумении ты говоришь, Ахирам?
- Мои матросы, – сокрушенно продолжал Ахирам, - несколько дней назад учинили драку с местными жителями в харчевне «У трех ослов». Я, разумеется, провел самое строгое расследование и понял, что в драке целиком и полностью виноваты мои люди. Они уже строго мной наказаны – сидят в трюме, а после нашего ухода они будут посажены на весла и будут грести до самого Сидона. Я лично приношу тебе свои извинения, а причиненный моими людьми убыток будет полностью возмещен!
Амени припомнил доклад Уасерхеба о произошедшей драке, тогда же и сожгли лодку. Умысла тогда ни у кого не выявили, но... кто его знает!
- К сожалению, драки случаются – ответил Амени нейтрально, – но раз зачинщики драки наказаны, а причиненный ущерб будет полностью возмещен – в этом я не сомневаюсь, то твои извинения приняты, почтеннейший Ахирам и говорить более не о чем!
- Именно, именно – закивал Ахирам, – надеюсь, это досадное происшествие не станет препятствием для нашей дальнейшей торговли.
- Торговля идет своим чередом – сухо произнес Амени, – И пока не случилось ничего необычного, а лес доставляют в срок, я не вижу причин для разрыва.
Ахирам улыбнулся – своими манерами он напоминал лисицу, которая проникла в курятник, но пока еще не выбрала жертву.
- Рад это слышать, достойнейший, рад слышать!...А кстати, о необычном...- он наклонился чуть вперед и понизил голос - в Пер-Сопду ходят странные слухи о каком-то таинственном пленнике, которого выловили из моря. Неужели – это правда?
Амени внутренне выругался. Значит, слухи, несмотря на все принятые меры, достигли даже ушей финикийских купцов.
- Есть такой - сказал он коротко. – Но я не вижу в этом пленнике ничего необычного! Это всякий сброд сочиняет небылицы, вместо того, чтобы заняться делом!
- Но кто же это такой? Беглый преступник? Посланник какого-нибудь царства?
- О нет, почтеннейший Ахирам – спокойно ответил Амени - он не похож на посланника, да и для преступника он слишком нелеп. Нашего языка он не знает, мой помощник Хепи пытается с ним общаться, но судя по всему – безрезультатно, слишком уж чужак бестолковый! Возможно, его действительно выкинуло море, а возможно - что и нет!
Ахирам оживился.
- Ты говоришь – его могло выкинуть море? Я знаю, что такое море, недаром я плаваю по нему с самой юности. Море- это обитель многих богов, у нас в Сидоне верят, что морской владыка Йамму иногда посылает на берег своих слуг, чтобы наказать или наоборот – предупредить. А еще бывает, что слуга сам бежит от своего бога. И тогда его нужно вернуть обратно в море, иначе – жди беды!
Амени нахмурился.
- Ты хочешь сказать, что чужеземец – беглый раб бога?
- О, это всего лишь мое предположение – мягко улыбнулся Ахирам, - Но если это все же так, то его присутствие на суше оскорбляет Йамму, и мне бы не хотелось испытать его гнев, когда мы пойдем обратно. На твоем месте, достойнейший Амени, я бы отпустил пленника...обратно в море и тем самым – умилостивил бы морского владыку. Йамму хорошо помнит и плохое и хорошее, а такой услуги он бы не забыл! А я, в свою очередь, мог бы выкупить чужеземца у тебя, за ту цену, которую ты назовешь!
Амени молчал. С одной стороны предложение финикийца было заманчивым – избавиться разом от головной боли, связанной с этим чужеземцем и получить золото. С другой – он уже решил отправить пленника в Буто и даже подготовил сопроводительные письма. Как посмотрит на это Уджа-Гор, который наверняка заинтересуется этой историей и станет задавать вопросы – почему, вместо того, чтобы отправить пленника в каменоломни или хотя бы в Буто - для дознания, начальник береговой стражи попросту продал его финикийскому купцу.
- Нет,- решительно ответил Амени, - я ценю твое благородное стремление, Ахирам избавить нас от гнева морского бога, но пленник нам нужен для дознания. Поэтому он будет отправлен в Буто в ближайшие дни!
Ахирам ничуть не расстроился. Наоборот – он кивнул, как будто ожидал отказа.
- Понимаю тебя, достойнейший Амени! Все это - дело начальства, которое меня никак не касается! Впрочем, я хотел поговорить о другом – недавно я слышал тревожные слухи – о каких-то разбойниках, грабящих купцов на дорогах. Говорят еще о каких-то «Песчаных братьях». Многие купцы боятся отправлять караваны по суше.
- Это – моя забота, – жестко сказал Амени. – Мой гарнизон справляется. Недавно мы совершили поход по приграничной территории и не обнаружили ни одного разбойника!
- О, я не сомневаюсь! – поспешно добавил Ахирам, - Но все же, если тебе понадобиться переправит ценный груз или...рабов – он выделил голосом это слово, - в Буто, или еще куда-то – мои корабли всегда к твоим услугам. Водный путь безопаснее. И я гарантирую полную сохранность – под моей личной ответственностью!
Амени мысленно усмехнулся: «Хитришь, купец! Хочешь заполучить чужеземца через другую дверь? Не получишь!»
- Спасибо за предложение – вслух произнес он,- Я непременно воспользуюсь твоим предложение, если возникнет нужда.
Они обменялись еще парой ничего не значащих фраз, после чего Ахирам поднялся.
- Рад был побеседовать, достойнейший Амени! Да хранят тебя боги! Позволь еще раз напомнить тебе, что я ожидаю, когда ты назовешь размер компенсации, за ущерб, причиненный моими людьми1
Он поклонился и вышел, оставив дары. Амени проводил его взглядом и только тогда позволил себе выдохнуть.
- Хитрый лис! – пробормотал он. – Почему у меня такое ощущение, что он ничего не сказав, выведал у меня все что хотел?
Ахирам выходя от Амени, усмехался в бороду. Разговор оказался полезен.
«Он не продал мне чужеземца – думал он – значит, тот стоит больше чем я предложил. Или у него другие планы на чужака. Но главное – он сказал «отправлю его в Буто». Что ж – в Буто, так в Буто. Там у меня как раз есть люди, есть влияние. Там я сумею заполучить чужестранца!»
Задумавшись, он чуть не столкнулся с каким-то жрецом, направлявшимся, по-видимому в дом Амени. Вежливо поклонившись, Ахирам, уступил жрецу дорогу.
- Беглый слуга морского бога Йамму – пробормотал он. – Красивая легенда! И не так уж важно, правда это или нет – важно, чтобы другие в нее поверили!