Лилия для Шута

Пролог

Дурманящий запах лилий в зале кружил голову. Джейми пожалел, что позволил себе выпить бокал вина - и теперь ему было ещё и жарко. Тяжёлые гобелены с вышитыми сценами охоты глушили звуки, а мерцание сотен свечей в бронзовых канделябрах создавало пляшущие тени на сводчатых стенах. Гимнастки отплясали, Адель попрощалась с ним ещё час назад. Её Величество пожаловалась на головную боль и тоже покинула мероприятие, шурша парчовым шлейфом. Его Величество еле допивал бокал - в этот раз он опьянел слишком быстро и, похоже, тоже собирался выйти подышать. В конце концов, король обязан досидеть до конца, даже если глаза уже слипаются, а пальцы слабо сжимают золочёный кубок.

На балемаскараде трудно было разглядеть когото ещё из придворных знакомых. Зато Джейми почти сразу заметил семью Каледор - тех самых, которые ещё при рождении принцессы положили на неё глаз. А точнее, их второй сын. Совсем недавно братья потеряли отца: того убил медведь на охоте. Боги, сколько же шуток они упустили, не пригласив Джейми на выступление! Старший - Врумалий Каледор - должен был вотвот занять престол, а младший, Рубий, собирался поскорее жениться и стать наследником престола Альтарии. В этом деле Джейми ему сочувствовал: жениться на принцессе было равносильно тому, что привязать себя на всю жизнь к озлобленной рычащей собаке. Ещё больше Джейми не понимал, как после недавних событий братья вместе с королевойматерью вообще пришли на бал.

Маска лисы тебе не идёт, твои волосы чёрные, как у ворона.

— Ваше Высочество, — Джейми поклонился, благодаря судьбу, что они уже сегодня виделись и ему не нужно вставать на одно колено, — приму к сведению.

Амалия держала в руках золотой кубок и переминалась с ноги на ногу. Неужели уже опьянела?

— Как видишь, отсюда я никуда не денусь. Моего замужества ты не дождёшься, Шут.

— Да уж, — вздохнул он, — на приёме Вы были весьма недвусмысленны в своей речи.

— Потому что я Амалия, чёрт возьми, Луиза фон Альтария! И только я решу, когда мне выходить замуж и за кого. Мне не нужно становиться королевой, чтобы поставить мужчину на колени.

Джейми смотрел, как белое лицо под цветочной маской краснеет всё сильнее и сильнее. Бокал в её руках плескался из стороны в сторону.

— Принцесса, допивайте свой бокал и попросите слуг проводить Вас до покоев.

— Ты мне ещё указывать будешь, что делать?!

Амалия подняла руку, но потеряла равновесие и едва не плюхнулась на пол. Джейми помог ей устоять на ногах.

— Я сама дойду! Мне не нужны сопровождающие!

На этих словах девушка развернулась, поставила недопитый кубок на резной дубовый стол, подобрала полы платья из тяжёлого бархата с серебряной вышивкой и направилась вон из зала.

Джейми тяжело вздохнул и хотел было пойти к Его Величеству, но увидел, что короля нет. Вся королевская семья покинула бал, не дождавшись его окончания. В памяти Джейми такое было впервые. Не задумываясь, он вышел в коридор.

Ему нельзя было ходить возле королевских покоев, но сердце отчегото бешено заколотилось.

Чтото не так. Чтото происходит.

Первым делом Джейми зашёл в покои Их Величеств.

— Прошу прощения, — смотря в пол, он постучался, но, не дождавшись ответа, открыл дверь. — Ваше Величество?

Тяжёлые дубовые двери скрипнули, впуская его в полутьму опочивальни. В воздухе витал запах ладана и воска.

Королева лежала на короле в неестественной позе. Казалось, что они спят. Странно — на полу, у подножия огромной кровати с балдахином, расшитым золотыми лилиями. Их одежды были смяты, а лица бледны, словно восковые маски.

Пальцы Джейми тряслись, руки не слушались, но он всё равно дотронулся сначала до Его Величества, затем до Её Величества.

Миг.

Скрип половиц в коридоре заставил Джейми стрелой вылететь из комнаты. Неизвестный в плаще направлялся в спальню принцессы, а из-под рукава его мантии сверкал острый нож.

Глава 1 «Шут»

Дурманящий запах лилий в саду посреди белоснежных колонн с точно такого же цвета лепестками сводил с ума. Но ещё хуже было то, когда эти цветы находились в закрытом душном зале. От запаха тошнило настолько, что приходилось дышать ртом.

Всё остальное во дворце он мог любить, даже эти пьянящие разум цветы, но было кое-что еще, что было ненавистно ему почти настолько сильно, как лилии - а точнее кто-то - принцесса Амалия Луиза фон Альтария.

Знать в королевстве Альтарии никогда не была зазнавшейся. Они помогали бедным, давали приют сиротам и старались всеми возможными способами доказать, что у них есть сердце. Но Джейми Флиман знал, что у принцессы Амалии сердца нет. Он считал, что если его не вырезали при рождении, то скорее всего, оно попросту не сформировалось во чреве королевы-матери. И ей можно было простить её неразумность, если бы она жила в золотой клетке. Но у принцессы было достаточно свобод: её возили по разным странам и она была вполне себе начитанной. Именно поэтому оправдать её дурной характер было практически невозможно.

Создавалось впечатление, что Амалия рождена только для того, чтобы всю свою жизнь быть принцессой. Для королевы она была слишком импульсивна и себялюбива, а для хорошей жены, как неоднократно повторял про себя Джейми - у неё не было сердца.

С самого утра солнце начало печь – уже вторую неделю подряд. Слуги давно сместили начало своей работы на три часа раньше, чтобы успевать сделать уличные дела до того, как на дворе станет невыносимо жарко. Они стригли деревья и кусты во всевозможных геометрических формах, поливали цветы, пололи грядки, оттирали кирпичные дорожки до блеска, меняли занавески беседок, собирали фруктовые плоды, чтобы не дай Бог, какое-нибудь яблоко не упало на голову нежной принцессы.

Джейми оставалось им только посочувствовать, ведь едва ли королевская семья выйдет сегодня на прогулку. Он знал их расписание так же хорошо, как главный советник короля.

— Всем подъём, у её Высочества приём, — тихонько напевал Джейми, направляясь к воротам главного дворца.

Настроение было прекрасное. Его Величество ещё два дня назад распорядился, что развлекать гостей принцессы будет Адель с её труппой гимнастов, так как принц Каледор не любит анекдоты, особенно те, что направлены на него или на его королевство. От Джейми требовалось только прийти, проконтролировать выступление и насладиться вечером, в рамках дозволенного, разумеется.

Король и королева любили Джейми. А Джейми любил короля с королевой. Они относились к нему, как к сыну и даже когда ему приходилось надевать бордовый костюм с чёрными ромбами и колпак с двумя рогами и бубенчиками, Джейми всё равно знал, что его любят.

— Флиман, ты! — солдат у ворот, рыжеволосый, с яркими голубыми глазами, оскалил свои жёлтые зубы и нахмурил густые брови.

— Жуан! Доброе утро! — Джейми всплеснул руками, не опуская улыбки, - Вижу солнце не щадит твои щеки! У тебя не веснушки, а точечная карта сокровищ. Где клад-то спрятан?

Солдат и так надутый, как жаба, стал ещё больше. Его ноздри вздулись и Джейми подумалось, что находись он в шутовском наряде – Жуан бы точно на него прыгнул, как бык на красное полотно.

— Зачем ты рассказал Его Величеству что я ношу алкоголь?!

Джейми состроил удивлённое лицо.

— Я сказал? — Он задумчиво положил пальцы на подбородок. — Хм, наверное это было, когда я рассказывал шутку про пьяного солдата, принимающего гостей. Прости, не думал, что вас начнут проверять.

Жуан продолжал пыхтеть и Джейми, не спрашивая разрешения, потянул ручку ворот и прошёл внутрь, не оборачиваясь на солдата.

Дворец обдал приятной прохладой и Джейми выдохнул, прощаясь на несколько часов со зноем. Теперь ему осталось дождаться прихода Адель.

Время было в запасе, поэтому он решил прогуляться по своим любимым коридорам. Его Величество позволял шататься Джейми почти везде, кроме покоев Её Величества и, разумеется, Её Высочества принцессы.

Любимым местом для прогулок была картинная галерея на втором этаже замка. Там были не только портреты династии, но и пейзажи с бескрайними полями и алыми закатами – теми редкими картинами, которые Джейми удалось застать в жизни всего пару раз за двадцать четыре года.

И единственной проблемой, что омрачала его любование картинами – было то, что коридор с галереей напрямую проходил через спальню принцессы. Та, как назло, выходила едва ли не каждый раз, когда Джейми решал подняться. И если бы она, подобно матери или слугам, просто улыбалась, здоровалась и шла дальше – всё было бы замечательно. Но нет, эта девчонка постоянно портила погоду. Джейми не сомневался – обладай она магией Богов - на всей земле вечно шёл бы дождь и гремела гроза.

Может быть, в этот раз ему повезёт? В конце концов, у юной леди приём и вряд ли она выйдет из покоев раньше, чем уложит свои длинные русые волосы.

Он прошёл к своей любимой картине: внутри позолоченной рамы сверкало маковое поле с розово-голубым небом. Джейми не знал, как пахнут маки, но не сомневался, что гораздо лучше лилий. Он представлял, как бежит по этому полю, свободный и счастливый.

Нет, ему нравилась его работа. Весь двор уважал и любил Джейми, даже Жуан, несмотря на его выходки – хорошо относился к нему. Любой другой с такой кровью, как у Джейми Флимана, может только мечтать о подобных условиях. У него был тёплый кров, горячая и вкусная еда, которую разносили слуги одновременно с трапезой королевской семьи. В конце концов, у него был титул.

Но горячее молодое сердце жаждало другого. Джейми хотелось бы самому выбирать свою судьбу. Хотелось, чтобы девушки в пабах видели в нём мужчину, а не дурачка в костюме, с которым можно повеселиться на одну ночь. Даже служанки, которые не раз заставали его в момент переодеваний – пусть и вздыхали пылко, словно фрейлины на балу – отвечать симпатией не решались. Хотя в этом Джейми их понимал. В сравнении с ним даже старый худой советник Кристиан был более выигрышной партией для женитьбы, чем он.

Картина была безмолвна, но Джейми слышал шелест маковых лепестков, шум ветра. Пусть он никогда не познает этого чувства в реальности – он может радоваться этому здесь. В родных стенах замка среди тех, кто никогда не подумает причинить ему боль.

— Надо приказать слугам сжечь эту картину.

Джейми не нужно было оборачиваться, чтобы рассмотреть, кто оказался сзади. Этот голос он узнал бы среди тысячи похожих.

— Ваше Высочество, — Джейми повторял это тысячу раз: оборот и низкий поклон на одно колено.

Он слышал, что в некоторых государствах было разрешено просто кланяться, но в Альтарии, как-только ты встречаешь члена королевской семьи – в первую очередь обязан встать на одно колено и дождаться, когда он или она разрешит встать. Благо, если ты уже поприветствовал члена семьи, то весь оставшийся день можешь просто кивать. Унизительно? Ещё как. Но таков был порядок и Джейми перестал предавать этому значение еще много-много лет назад.

— Никогда не любила маки. – Судя по всему, принцесса разглядывала картину. Она презренно фыркнула, оставляя Джейми мерить глазами пол.

— Вам тяжело понравится. – Пробубнил он, переводя взгляд на белоснежные острые туфли на небольших каблуках.

— Что-что? Я не расслышала.

По хрусту платья и повышению громкости голоса можно было понять, что принцесса наклонилась.

— Повтори мне это в лицо, Шут!

На Джейми не было ни капли грима, а чёрный фрак, который сейчас был на нём, ему сшили по заказу самой королевы. Если не знать его в лицо – то Шутом язык назвать не поворачивался. Однако принцесса редко звала его по имени. Иногда по фамилии и то, только будучи в исключительно хорошем расположении духа – а в таком виде он её встречал всего пару раз за девятнадцать лет.

— Как же я повторю, если Вы не даёте мне подняться? – Ответил Джейми, не сдержав улыбки.

Ему нравилось доводить людей до состояния пороховой бочки. Это была его профессия. Но выводить из себя расфуфыренную принцессу было приятнее всего на свете.

Девушка долго собиралась с мыслями и только спустя минуту чётко и громко произнесла:

— Встань.

Джейми поднялся, хрустнув плечами и проследил за янтарным взглядом принцессы, который медленно поднимался с низу в верх. Природа не обделила Шута ростом, а прекрасную принцессу он перерос ещё когда той было семь лет от роду.

— Ну и дылда, — произнесла она, делая пару шагов назад, чтобы всё-таки не задирать свою прекрасную голову.

— Возвращаясь к Вашему приказу. – Джейми улыбнулся, сделал два шага вперед и наклонился к лицу принцессы. – Вам тяжело понравится.

Амалия вспыхнула и схватив его за плечи, отдёрнула от себя.

— Однажды я тебя казню!

— Повторяетесь, Ваше Высочество. Придумайте угрозу пооригинальнее. – Джейми вернулся к своей картине, но маки на ней словно завяли, стали безжизненными и совсем потеряли реализм.

Принцесса отряхнула своё белоснежное платье, будто это она только что стояла на полу. Джейми только сейчас заметил, что на девушке платье с вышитыми серебром лилиями. Ему не было разрешено начинать разговор первым, но он не мог не спросить:

— Неужели Вы решили наконец-то выйти замуж? Король с королевой будут счастливы.

Амалия только сморщилась. Боги, на этом лице хоть иногда мелькает улыбка?!

— Тебе-то какое дело, Шут?

Джейми захотелось закатить глаза.

— Если Вы выйдите замуж, то Вас с муженьком как можно скорее отправят в загородный дворец для делания наследников. И пока наш король, да будет он править вечно, сидит на троне - Вашего духа здесь не будет, чему я буду очень рад. При всём уважении, принцесса, уж больно Ваш стан мылит мне глаза.

За такие речи Джейми должны казнить на площади у всех на виду. Однако, в виду профессии, он являлся единственным при дворе, кто мог себе позволить общаться с королевской семьёй в таком тоне. Правда такие речи должны были быть шуткой, чтобы быть оправданы, даже самые грязные речи. Джейми же говорил принцессе в открытую о том, как сильно она ему не нравится.

— Ты же понимаешь, что я могу поставить тебя на колени и оставить здесь стоять до ночи, пока я не вернусь?!

Амалия сжала кулаки и раскраснелась ещё сильнее.

— Не можете, — спокойно ответил Джейми.

— Почему это?! — злилась принцесса.

— Потому что я должен быть на приёме и если его Величества меня не обнаружит – очень разозлится. Разве забыла, как закрыла меня в уборной пару лет назад?

Принцесса глубоко выдохнула воздух. Теперь она напоминала дракона. Её попытки как-то насолить Джейми были по-детски наивными, пусть Амалия считалась уже взрослой, и чаще всего оборачивались против неё самой.

— Матушка с отцом любят тебя только потому что у них нет сына. Если бы у меня был брат – ты бы никому не был нужен. Вот увидишь, они еще молоды, сын у них обязательно родится. И тогда ты больше никогда не вылезешь из своего костюма.

Принцесса пошла дальше, а Джейми, как дурак, ещё и поклонился ей в спину. Чертова привычка. Амалия заслужила только плевок от него прямо на её белые туфли.

***

— А если две девушки выйдут справа, а другие две слева? А потом остальные сзади. Что думаешь?

Адель, взмахивая указательной палочкой, пыталась расставить своих юных гимнасток для выхода перед гостями. От неё пахло мылом и розами, а розоволосый парик в виде копны кудрей подрыгивал каждый раз вместе с ней.

— Думаю, что эффекта неожиданности не будет, в том зале нет второго выхода. – Ответил Джейми, даже несмотря на стройных гимнасток или пышную Адель. Его внимание заполнило высокое окно, выходящее на лужайку, на подоконнике которого он сидел.

Он увидел, как женщина приближается к нему. Адель прижалась к его ноге своим пышным корсетом и жалобно посмотрела на него, выгнув нижнюю губу.

— Что случилось, дорогой?

— Ничего, — ответил Джейми, поворачиваясь к ней. — Придумываю новые шутки.

— Обычно ты делаешь всё на ходу, разве нет? — Адель нашла его руку и переплела их пальцы. – Джейми Флиман – придворный Шут Альтарии, любимец короля с королевой с очаровательной улыбкой на лице. Кто же ранил твоё прекрасное сердце?

Адель была старше Джейми на пятнадцать лет, но после его совершеннолетия разница в возрасте между ними стала ощущаться не так сильно и одинокая женщина могла себе позволить ненавязчивый флирт. Джейми не придавал этому значения. Главное, не напиваться рядом с ней.

- Только не говори, что опять сцепился с нашей дорогой принцессой.

Джейми почувствовал себя ребёнком, которого отчитывает мать.

— О Боги ну конечно, тебе же больше не с кем ругаться, кроме как с наследницей династии.

— Если она – наследие, то я – принц Венгельбургский.

Адель прыснула, а когда закончила хихикать, провела пальцем по подбородку Джейми. Её ногти были острыми и твёрдыми.

— Принц из тебя вышел бы ничего.

Джейми улыбнулся. Он не знал, почему именно слова Амалии про его происхождение и статус задевают так сильно. Может, потому что в глубине души Джейми действительно чувствовал, что имеет право на ношение короны гораздо больше чем она? Хотя смог ли бы он оставаться самим собой имея такую власть — вопрос риторический. Богачи от того и были богачами, что чужие беды оборачивали себе на пользу.

***

Приём семьи Каледор представлял собой обед и предполагаемую помолвку. Почему предполагаемую? Рубий только собирался предложить Амалии Луизе фон Альтарии официально пожениться. И если принцесса даст своё согласие – небеса, вероятно рухнут, моря выйдут из берегов, а Джейми устроит попойку и возможно даже украдёт картину с маками к себе в покои.

До этого момента ему оставалось только стоять подле королевского трона и молится, чтобы к вечеру ноги не отказались ходить.

Джейми немного помог поварам вынести блюда, новой молодой служанке Кларисе довесить шторы и служанке Нине, мастеру по композициям, раскрыть несчастные, будь они прокляты, лилии.

Почему именно этот цветок королевство Альтария выбрало на украшение герба рядом с мечом - Джейми оставалось только догадываться. Возможно, у этого была история, но он и так слишком часто видел эти цветы, чтобы ещё упоминать их в разговорах.

Всё, хвала небесам, началось вовремя. Даже Каледоры, обладая популярностью опаздывать на важные мероприятия, зашли минута в минуту.

Мимо Джейми к столу прошли король и королева Альтарии.

— Добрый день, милый Джейми, — Её Величество Мэрилл Инесса фон Альтария мягко улыбнулась и кивнула Шуту.

Сердце Джейми вновь забилось, обливаясь волнами счастья. Королева была прекрасна: её ровный стан не давал сомневаться в титуле, неизменная спокойная улыбка, светлые кудри и такого же цвета глаза можно было рассматривать бесконечно. Казалось, что время над этой женщиной не властно. А возможно, Джейми только предстояло увидеть, как вокруг её блестящих добрых глаз собираются первые морщинки.

— Здравствуй, — Его Величество Элиан Клар фон Альтария тоже улыбнулся Джейми, поправляя кудри своих коротких каштановых волос.

Он не уступал в красоте своей жене. Даже тёмная щетина, прибавляющая обычным мужчинам возраст, делала короля лишь мудрее.

Королевство любило и обожало начавшееся двадцать лет назад послевоенное правление молодых короля с королевой. Они рано сели на престол, рано завели ребёнка. И несмотря на это, оставались понимающими, весёлыми и мудрыми правителями. Никаких войн, никаких интриг, только забота о поданных и просветлении страны. Джейми ещё не родился, когда началась прошлая война и ему было всего четыре, когда она закончилась. Единственное воспоминание, тёмное, глубокое и такое страшное, что не раз являлось почвой для кошмаров, он похоронил в своей памяти и возвращаться к нему не имел ни малейшего желания.

Его семья была здесь. В этом белоснежном, пахнущем лилиями дворце.

Тут в ноздри вдарил такой сильный запах отвратительных ему цветов вперемешку с жасмином, что Джейми едва не поперхнулся. Мимо прошла Амалия. Она даже не удосужилась взглянуть на ненавистного Шута, медленно проплыв до своего места.

Её вышитые на платье лилии переливались от лучей, исходивших из витражных окон, а завитые локоны лежали на медленно поднимающейся груди.

Джейми всегда тяжело было это признавать, но Амалия была хороша собой, вобрав в себя самые лучшие черты родителей. Жалко, что ей не передался характер. Кто же в её роду был таким ужасным, что это передалось по крови?

Ты слишком себя накручиваешь, не такая она и плохая– постоянно повторяла Адель. Джейми считал иначе. Может, она и не ест младенцев по ночам и не приносит в жертву животных, но она точно не «хорошая».

Король поприветствовал королеву-мать Каледоров и братьев – Врумалия и Рубия.

— Ещё раз приношу свои соболезнования о вашей утрате. Менфис был хорошим правителем, уверен, что и ты, Врумалий, будешь гордостью своей страны.

Врумалий усмехнулся, прожевал кусок индейки, которую ещё утром кормил Джейми зерном и ответил Его Величеству:

— Отец умер, как дурак. — На этих словах Врумалий уставился на Шута.

От Каледора такую издёвку можно было ожидать – те были частыми гостями дворца и прекрасно знали Джейми в лицо без грима, но он всё равно возмутился. Внутри себя, разумеется. На Врумалия он смотрел неизменной улыбкой, словно любое упоминание дурака в его сторону ни сколько его не задевает. Даже без грима Джейми носил маску.

— И упаси Бог быть на него похожим! — добавил Рубий, не переставая жевать. Никаких манер, ещё и принцем зовётся. – Ему нужно было идти на охоту в шутовском колпаке!

Ох, если бы Рубий знал, как много раз Джейми шутил про всю их семью при дворе. Да, порой жестоко, но он же не виноват, что те как на подбор, похожи на семью свиней, которые живут в их хлеву и едят собственных новорождённых младенцев.

Сейчас очень хотелось впечататься кулаком прямо в пятачок Рубия. Ну, или хотя бы помечтать об этом сидя за столом, а не стоя у пустого трона.

— Мальчики, имейте уважение к отцу! — Свино-королева-мать, едва вместившаяся в деревяный стул стукнула кулаком по столу.

— Вы, кажется, хотели обсудить помолвку. — Начала королева Мэрилл, сбивая предстоящую перепалку. Каледоры любили поругаться, особенно друг с другом. Странно, но Джейми в эти моменты слышал только хрюканье.

— О да! — воскликнул Рубий и кусок мяса вылетел из его рта прямо в лицо принцессе.

Джейми думал, что сдержал смешок, но когда все одновременно повернулись к нему с вопросительными взглядами, он понял, что сделал это громко и на весь зал.

Амалия, сохраняя лицо, достала платок и вытерла свою щеку. Было видно, как тяжело ей сдержаться. Будь на месте Рубия Джейми – она бы уже накинулась на него с кулаками.

— Прошу прощения, в горле пересохло, — оправдался Джейми и для правдоподобия кашлянул пару раз в кулак.

Больше никто на него не смотрел.

Рубий, отложив мясо в сторону, продолжил.

— Так как мой брат занимает трон Каледоров, я тоже хочу иметь место при дворе. И сами понимаете, быть наследным принцем намного приятнее, чем просто принцем.

Этот боров, не знающий манер, даже не потрудился извиниться перед своей невесткой. Ну и парочка собралась!

— Разумеется, — ответил Элиан, переглядываясь с женой. — И когда же вы желаете сыграть свадьбу?

Рубий вытер масляные руки о свой фрак, затем достал из кармана огромный перстень с изумрудом и с гордостью ударил им по столу.

— Сегодня! Прямо на балу! Но если Ваши слуги не готовы, то можем отложить до завтра.

— Вы сейчас шутите? — выпалила Амалия.

Шоу начинается. Принцессу обещали Рубию ещё когда той было полгода от роду, а ему уже десять. Это оставалось неизменным, а также решало множество политических вопросов. Брак по расчёту - обычное дело. А в случае с Амалией — настоящий подарок для Рубия – сначала прекрасная, только на вид, девушка, затем королевство, спустя эдак лет сорок-пятьдесят, которое достанется его детям.

В любом случае со словом Амалии здесь не считались. Везде, в любых вопросах, но не в том, что касалось женитьбы. Джейми часто слышал, как мать успокаивала дочь тем, что стерпится слюбится, а даже если нет - она может жить отдельно от мужа. Правда, Мэрилл не упоминала, что для этого нужно сперва разрешение мужа на свободу действий, ведь устои Каледоров были не такими прогрессивными, как Альтарии. А ещё замужеством Амалия теряла свою главную ценность – статус наследной принцессы, потому что тот переходил на мужа. Слово девушки больше не будет иметь значения и ей придётся кричать ещё больше, чтобы её услышали.

Здесь можно было даже пожалеть Амалию, но Джейми бы с удовольствием посмотрел на их брак, а затем и на жизнь. Даже в самых дурных фантазиях ему было тяжело представить Амалию снизу. Эта девушка просто не позволит унижать себя.