А короли в шахматы играли. Барон Блэквудский. (Том 4)

Утро принесло с собой не только рассвет, но и новую волну тяжёлого труда. Скалолазы уже восстановили свои пути на обе скалы и поднявшись на одну из них спустили вниз веревку. К этой веревке, ожидавшие внизу шестеро солдат привязали лестницу, которую они еле дотащили до скалы. Поднять её вчетвером было очень нелёгкой задачей, но только они могли подняться на скалу без лестницы, для остальных нужен был путь попроще.

Дорога из досок, протянувшаяся от ворот крепости к ущелью, теперь была полностью готова. Несколько телег, с канатами, лестницами, блоками уже прошли через ущелье и стояли по другую сторону от плато. Их разгружали и начинали на них туда же перевозить провизию и боеприпасы. За плато начали разворачивать полевой лагерь.

***

Вернулся офицер связи Полковника. Он принес хорошую новость. Герцог смог убедить Короля начать имитацию переброски войск. Оставалось надеяться, что шпионы Короля Рорика увидят переброску войск и успеют доложить о ней Генералу Юлиану Бомону. Короткий путь между королевствами лежал через это ущелье. Шпионам нужно было ехать вокруг.

Лео, узнав о ответе Короля, сразу поставил ещё одну задачу.

— Нам нужен гораздо больший палаточный лагерь. Для прибывающего подкрепления, — объявил он.

— Но оно же не прибудет! — возмущенно возразил Полковник, не понимая замысла.

— Это не имеет значения. Важно, чтобы шпионы посчитали количество палаток. Внутрь они не зайдут.

— Тогда лучше поставить их прямо вокруг крепости, чтобы Бомон их сразу заметил.

— Так он конечно увидит их и без шпионов, но они займут много места и его кавалерия легко убедится, что они пусты, — хладнокровно возразил Лео, обводя рукой открытое пространство.

Больше у Полковника не нашлось аргументов. Но не нашлось и такого количества палаток. Их предстояло ещё доставить.

***

Между тем, веревочную лестницу подняли и закрепили на восточном склоне плато, невидимом для врага, чтобы пользоваться её было не опасно и, что куда важнее, чтобы враг заранее не узнал о позициях на плато. По ней начали подниматься солдаты. Подъем занимал почти 15 минут, а на лестнице могло находится не больше трёх человек, иначе она могла бы оборваться, поэтому поднимались по трое.

Поднявшись они начинали поднимать канаты и вслед за ними мощные, тяжёлые балки для подъемных механизмов. Все это поднимали тоже только с восточной стороны, чтобы не было заметно врагу. Перемещения между крепостью и ущельем не было видно, поскольку крепость всё загораживала, но скала была втрое выше крепости.

В тот же день скалолазы сделали крепления ещё для четырёх лестниц, на западном склоне примерно в 700 метрах от ущелья. Сами лестницы закрепили, но упускать не стали, чтобы их не заметил враг. Вечером они спустились с плато — завтра им нужно было сделать тоже само на плато по другую сторону от ущелья.

***

С первыми лучами солнца работы, прерванные на ночь, снова закипели. Разобранные лебедки уже лежали под скалой, и их части начали поднимать и собирать наверху. Поскольку подниматься и спускаться было долго, Лео сказал поставить на плато палатки, для тех кто работает наверху. Их разместили ближе к восточному склону, чтобы их не было видно, со стороны врага. Но небольшое замедление всё равно было, надо было поднимать еду и воду.

К вечеру все лебедки были подняты и собраны, подъемные механизмы также были собраны и установлены. Первая из двух тяжёлых пушек стояла внизу под скалой. Её надёжно закрепили канатами и приготовили к подъему. Но подъем отложили до утра. Это была самая сложная и самая опасная часть работы. Потеря даже одной из этих пушек ломала план Лео, который и так состоял из сплошных уязвимостей. Одна ошибка, одна неудача и шансы выжить становились к нулевыми. Также на завтра перенесли подъем доставленных новых лебедок и подъемных механизмов для подъема второй пушки на другую часть плато.

Лео тем временем мучался с вопросом, как сделать так, чтобы враг полностью поверил, что подкрепление прибыло. Палатки не выглядят угрожающе, они только говорят о том, что подкрепление может здесь быть. Песчаная равнина не позволяла одному солдату изображать действия нескольких — всё было слишком открыто, всё, как на ладони. Но действовать в открытую было нельзя, нужно было что-то придумать.

***

На рассвете следующего дня, тщательно проверив надежность крепления пушки и подъёмных механизмов, Полковник приказал начать поднимать пушку. А на другую часть плато начали поднимать разобранные подъемные механизмы и лебёдки. Телега от первой пушки уже была занята новой задачей, оставшиеся в крепости четыре средние полевые пушки нужно было доставить в ущелье. Их разместили более чем в 150 метрах от западного входа в ущелья. Их картечь должна была сметать всех кто рискнет войти в ущелье.

Лео также попросил разместить в ущелье рогатки, чтобы конница не могла приближаться к пушкам быстро. Но это можно было сделать, только после того, как из крепости будет вывезено все — сейчас они мешали бы собственным телегам.

К вечеру первая пушка была поднята. Но это было ещё не все. Теперь её нужно было перетащить поближе к западному склону и разместить примерно в 200 метрах от ущелья, чтобы крепость поменьше загораживала врагов от её ядер. Для этого завтра предстояло поднять доски, по которым её можно будет двигать. Хотя плато сверху и было практически плоским, оно не достаточно ровным для колёс лафета пушки.

***

На следующий день и вторая пушка, опутанная канатами, начала своё медленное, опасное путешествие наверх. А у Лео тем временем родилась новая, совершенно неожиданная идея. Он запросил пять тысяч факелов. Это удивило всех. Даже Дериан, знавший уже не один план Лео, удивился.

— Лео, ты хочешь научить солдат сражаться факелами и напасть ночью? — спросил он.

— Не совсем так, но похоже... — загадочно ответил Лео.