Неугодная жена дракона, или Забытое поместье для попаданки
- Ужас какой, - искренне сочувствую ему, приложив ладонь к области сердца.
Вот уж удружил мне герцог. Интересно, ему-то самому известно об этих происшествиях? Раз он владелец богом забытого поместья, значит, должен подсобить местным!
- И самое страшное - лиц их никто не видел, - не унимается Аким. Как будто ему нравится стращать внезапно свалившуюся на голову гостью. - Говорят, они могут обернуться кем угодно: хоть лесовиком замшелым, хоть девицей румяной. Не разберёшь, кто перед тобой - человек, али нечисть какая? В общем, езжайте отсюда, да поскорее.
По спине бежит промозглый холодок. Внутренний голос твердит поверить Акиму, но вместо того, чтобы послушаться, мотаю головой:
- Я не могу уехать. Теперь это мой дом.
Голос предательски дрожит, но я стараюсь придать ему твёрдость. Аким задумчиво скребёт заросший подбородок и уже готов что-то добавить, как в этот момент из тёмных недр особняка раздаётся громкое, отчаянное мяуканье.
- Асмодей! - восклицаю, чувствуя, как сердце ёкнуло от беспокойства.
Он же мой единственный друг! Вдруг поранился или сквозь гнилые доски провалился?
Аким, вскинув ружьё, бесцеремонно отодвигает меня в сторону. Замираю, боясь пошевелиться, вдруг дрогнет палец, и он нажмёт курок?
Однако мужичок уверенно перешагивает через порог и дёргает за потёртый шнурок. Под потолком, тихонько шипя, зажигаются лампы, отбрасывая тусклый свет на пыльную обстановку холла.
- А-апчхи! - громко чихаю, старательно потирая крылья и переносицу. Пыль кружится в воздухе, забиваясь в глаза, нос и рот.
- Будьте здоровы, леди!
- Спа-а-апчхи!
Гостиная предстаёт передо мной во всей своей мрачной красе. Тяжёлые бархатные шторы тёмно-бордового цвета плотно закрывают высокие окна, не пропуская тусклый лунный свет.
Стены, обитые потускневшими обоями с витиеватым узором, кажутся поблёкшими и безжизненными. В воздухе витает запах затхлости и старины.
Асмодей молчит, и я медленно иду вперёд, держась за спиной Акима. Рассматриваю массивную мебель, покрытую толстым слоем пыли. Хоть дом и стоял заброшенным, но всё здесь в хорошем состоянии. Не вижу ни разрухи, ни плесени, ни гнили.
Однако цвета… Поживёшь с недельку в атмосфере безнадёги, и депрессия гарантирована. Но лучше уж так, чем под открытым небом.
Крыша у дома есть, вроде бы не течёт. Сухо, нет противного запаха, даже теплее, чем на улице.
Прорвёмся!
А если станет невмоготу, куплю ведёрко краски и перекрашу стены в жёлтый… Или розовый.
Из-за тяжёлой портьеры в углу комнаты снова раздаётся жалобное мяуканье. Бросаюсь туда первой, отмахиваясь от жутких образов, что рисует живое воображение, и вижу, как Асмодей пытается схватить зубами огромный, тяжёлый ключ!
- Всё в порядке, леди? - предусмотрительно спрашивает Аким.
- Всё в порядке? - шёпотом дублирую вопрос коту.
- Скажи, что нашёл мышь и упустил, - цедит сквозь зубы Асмодей и снова предпринимает попытку цапнуть клыками железную махину.
- Да, мой кисик мышку упустил. Расстроился шибко, - послушно отвечаю сторожу, а затем тихо спрашиваю у мохнатого упрямца. - Что это?
- Сама ты кисик. Это ключ, - Асмодей поднимает морду, и я, оторопев, вижу счастье в его глазах.
Аж улыбается, зверюга.
- От чего?
- От счастливой жизни, Дайяна, - бормочет кот и лапкой пытается пододвинуть его ко мне. - Бери, давай, но так, чтобы старик не видел.
К моему удивлению, я с лёгкостью поднимаю ключ, который не дался моему другу. Быстро прячу его за спину и выпрямляюсь в струнку перед вернувшимся Акимом.
- Всё тихо, - не скрывая облегчения, докладывает сторож. - Но я всё же советую хотя бы сегодня переночевать в другом месте. Марийка добрая, не откажет. Накормит, напоит и на печь уложит. Дом старый, непрогретый, будете вздрагивать от каждого шороха. Оно вам надо?
В задумчивости опускаю взгляд и вижу в круглых глазах кота отчётливое “нет”. Выдавливаю из себя улыбку и мотаю головой:
- Спасибо, но я не из робкого десятка. Справлюсь.
Покряхтев и поворчав, Аким уходит прочь, и как только за ним закрывается дверь, приступаю к допросу пушистого:
- Давай, колись. Что за ключ? От какой двери?
- Ну-ка, поднеси поближе.
Кот старательно обнюхивает железяку, впитывая запахи, как шерстяная губка, а затем, подняв хвост трубой, бежит вправо и принимается царапать лакированную дверь.
- Так, не порть имущество, - строго грожу ему пальцем и тяну её на себя за ручку.
Нащупываю шнур и вижу перед собой небольшой коридор с несколькими дверьми. Открываю ту, что слева, а там добротная деревянная лестница с перилами.
Кот стремительно уносится вверх, пересчитывая лапами ступеньки, и едва я успеваю пройти половину пути, как он выдаёт победное мурлыканье:
- Быстрее, Дайяна! Шевели ногами, они у тебя длинные.
Ещё одна дверь, только изрядно потёртая. По тёмному полотнищу орнаментом идут причудливые символы, а вокруг замочной скважины вырезаны равнобедренные треугольники с квадратами внутри.
Повинуясь внезапному порыву, вставляю ключ в скважину и дважды проворачиваю.
Толкаю дверь, дёргаю за шнур и, осмотревшись, требую ответа от мохнатого:
- Скажи честно, ты пошутил?
Глава 12
Герцог Гаррэт Райгар
Оставив позади дворец, я решаю развеяться и неторопливо шагаю по тенистой аллее дворцового сада. Кроме меня здесь только вороны да хищные птицы, высматривающие острым зрением запоздавшую, беззаботную добычу.
Единственное место, где можно побыть наедине с самим собой, и мой покой никто не потревожит. Прислуга обходит стороной этот клочок земли, считая его проклятым, и мне известно, что по ночам, перешёптываясь в общей спальне, они рассказывают друг другу идиотские небылицы.
Подхожу к зеркальной глади пруда и всматриваюсь в своё отражение под мягким светом луны.
Надо же.
Леденящее спокойствие на моём лице успешно скрывает клокочущий в груди вулкан ярости и злости.
Дайяна.
Забитая тихоня, мышь без собственного мнения посмела меня унизить и растоптать шанс всей её жизни!
Закрываю глаза и болезненно морщусь, видя, как наяву, обмякшее тело в мужских руках и прикрытые от удовольствия глаза.
Хочется рвать и метать. Разобрать по кирпичикам дворец, сравнять сад с землёй, лишь бы это помогло забыть ненавистную картину.
Ревность?
Нет, конечно.
Во мне нет ни капли любви к жене.
Да и любовь - это не про меня.
Дайяна лишь тихая, удобная зверушка. Инкубатор для моих детей.
Для удовольствия есть опытные, страстные женщины.
Либо безмозглые дурочки, как дочка Пруденс, которые будут стирать коленки по щелчку пальцев в любое время суток.
“Я не буду против, если карета не добралась до места, - поддаюсь жестоким мыслям, сжимая кулаки до побелевших костяшек. - В той округе промышляют разбойники, и Дайяна станет для них лёгкой добычей. Как и её безмозглый комок шерсти.”
Губы искажает презрительная усмешка. Если ещё утром я отправил нахалку в захолустную деревушку, надеясь, что суровая жизнь там осадит её пыл, то теперь сомневался, что этого будет достаточно.
Её следовало бы наказать куда жёстче, сломать её строптивый дух окончательно.
Звенящую тишину сада нарушает карканье. Вытягиваю руку, и на неё тут же садится огромный чёрный ворон - посланник из Унылого Яра.
Птица протягивает свиток, перевязанный алой лентой, и тяжело взлетает, опускаясь на нижнюю ветку ближайшего дерева.
Пальцами с лёгкостью ломаю печать и резким движением встряхиваю свиток, ухватившись за самый край.
“Доброй ночи, Ваша Светлость.”
Почерк Акима заставляет желать лучшего, но старик был единственным человеком с магическим даром на всю округу. И жалование отрабатывал исправно, следя за поместьем и докладывая обо всех происшествиях в Унылом Яре.
За что я ему благодарен. Не ехать же самому в эту забытую всеми дыру?
“В ваше поместье час назад прибыла леди Райгар с питомцем.”
С этим блохастым недоразумением. Единственное достоинство которого было то, что он не путался под ногами.
“Дом признал леди, среагировав на родовую магию Райгар”.
Да наплевать. Много она не наколдует. Дар усилится лишь после консумации, а я не притронусь к порченой девке.
Скорее уж наведаюсь к даме из высшего света, но это - другое. Нечего и сравнивать.
“С моей стороны я сделаю всё по уговору - продолжу тщательно оберегать как само поместье, так и молодую леди, тем более та шайка, о которой писал ранее… Впрочем, леди Райгар заверила, что она никого не боится. Восхитительно приятная молодая красавица! И смелая!”
Старый совсем плох глазами стал. Видит то, чего нет.
Впрочем, пускай возится с Дайяной. А я продолжу жить так, как жил раньше.
Осталось решить проблему с Его Величеством… Но ведь супруга может и заболеть?
Это идеальный выход из положения.
И зверь со мной согласен. Сидит тихо, будто затаился в ожидании.
- Арр! - с губ срывается утробный рык, и птица слетает с ветки, помахивая угольными крыльями. - Пиши ответ.
Направляю магией свиток в воздух, и он зависает над головой птицы.
“Запрещаю помогать Дайяне. Пускай крутится самостоятельно. Следишь за каждым её шагом, запоминаешь все её слова. Будь всегда рядом, но никакой поддержки, понял?”
Ворон невозмутимо выводит буквы на пергаменте, и каждая строчка сверкает яркими огнями, пока магия усаживается на поверхности.
“Докладывай ежедневно с Арром. И запомни главное: ты охраняешь поместье, а не леди Райгар.”
Глава 13
Леди Дайяна Райгар
Вместо ламп вспыхивают несколько оплывших свечей в старинных подсвечниках, заляпанных нагаром.
- Да! Оно! - торжественно возвещает Асмодей, указывая мохнатой лапкой на небольшую комнатку.
С губ слетает вымученный стон, в котором слышится надежда:
- Может, всё-таки шутишь?
Кот закатывает глаза, мол, с кем я связался? Заходит первым и внимательно обнюхивает половицы.
Сама же комната погружена в полумрак, лишь свет луны деликатно струится сквозь пыльное окно, да огоньки свечей отбрасывают причудливые тени на стены. Массивный дубовый стол занимает почти всё свободное пространство, а его поверхность завалена пергаментами, странными инструментами и кристаллами. Вдоль стен тянутся бесконечные ряды книжных полок, набитых древними фолиантами в кожаных переплётах.
В углу я замечаю огромный котёл на треноге, а рядом с ним - стойку с пучками сушёных трав. Потолок увешан связками корешков, перьев и каких-то амулетов. На выщербленном подоконнике теснятся баночки и склянки с разноцветными жидкостями и порошками.
- Что за чертовщина?! - вырывается у меня.
Инстинктивно поднимаю руку, чтобы перекреститься, а сама ожидаю услышать зловещий смех и появление старой, сгорбленной ведьмы из дальнего угла.
- Не чертовщина, а рабочий кабинет, опечатанный после продажи поместья, - занудно поясняет кот, с поразительной грациозностью запрыгнув на стол.
Медленно, но неотвратимо во мне закипает гнев.
- А я тут при чём? Я не ведьма! Весь мой магический опыт - это дважды открыть дверь. И то не факт, что в третий раз сработает.
- Не нуди, Дайяна, - цокает языком пушистый, сметая хвостом пыль со стола, как метёлкой. - Лучше подойди поближе.
Решаю в последний раз послушаться кота и осторожно ступаю по скрипящим деревянным половицам. В воздухе стоит густой запах неизвестных мне сушёных трав, пучками развешанных под потолком.
Не раздражающий, но и не приятный.
Затаив дыхание, рассматриваю массивный фолиант, занимающий примерно четверть дубового стола. Взгляд скользит по обложке из потёртой тёмно-коричневой кожи с замысловатыми серебряными узорами, которые, кажется, слегка мерцают в полумраке комнаты.
Склоняю голову набок, ожидая увидеть на корешке название, но вместо букв на ней вытеснены символы, напоминающие скандинавские руны.
- Ведьминская книга, - шепчу, чувствуя, как грудь сжимает холодным железным обручем.
Не хочу!
Не буду!
Не желаю превратиться в старуху и варить вонючие зелья в полнолуние!
- Да кто такие, эти ведьмы? - хмурится Асмодей, переводя взгляд зелёных глаз с меня на книгу, и обратно.
В паре слов объясняю ему, вспоминая прочитанные сказки, и меховой гад заваливается на спину, принимаясь издевательски хохотать:
- Дайяна, ну что за глупости. Эти ваши водьмы…
- Ведьмы, - машинально поправляю Асмодея, но тот лишь отмахивается.
- Не суть, это всё россказни, чтобы детишек по ночам пугать. То, что ты видишь перед собой - это Бытовая Тайномагия.
- А?
Кот перестаёт паясничать и ложится кирпичиком перед фолиантом, сложив лапки перед собой. Поднимает голову и принимается заумно вещать:
- Это особая разновидность магии, которая помогает хозяйкам дома облегчить работу, а также сделать жизнь проще и приятнее. У кого-то получаются лишь простейшие заклинания, кому-то достаточно и мысли. Зависит от магического резерва, а он у Дайяны хоть и не самый выдающийся, но лучше, чем у сельских жителей. Так что расслабься и получай удовольствие. Эта магия не имеет ничего общего с тёмными силами или злыми чарами.
- А чего тогда интерьер такой мрачный?
- Ну может, прежней хозяйке так нравилось.
Сомнения никуда не исчезают. Всё же, я не Дайяна, а Диана. Что, если воспользуюсь магией, чтобы хоть чуточку улучшить себе жизнь, а взамен придётся отдать душу и попасть после смерти в местный ад?
Видимо, все сомнения отражаются на моём лице, и Асмодей поднимается на задние лапки, кладя передние мне на плечи. Чувствую горячее дыхание ушастого и щекотку от длинных, тонких ресничек.
- Дайяна, магия - просто инструмент, как та же метла. Только от тебя зависит, подметёшь ты ею пол или сломаешь об спину какого-нибудь нахала.
В голове тут же возникает соблазнительная картинка, как я с наслаждением гоняю метлой по комнате молоденькую нахалку и сушёную воблу Пруденс. Воображение подбросило настолько живой образ, что даже заглянувшему на шум герцогу Райгару попало!
Не выдержав, прыскаю со смеху, прикрыв рот ладонью, а кот продолжает меня умасливать:
- Почему бы тебе не попробовать? Это же так просто! Всего лишь приложи ладонь к обложке и...
Он многозначительно замолкает, и я делаю глубокий вдох.
Вряд ли Асмодей стал бы мне лгать.
Ничего же страшного не произойдёт?
Закрываю глаза на мгновение, собираясь с духом.
Усатый провокатор терпеливо ждёт.
Медленно и осторожно я протягиваю руку и прикладываю ладонь к обложке древней книги.
Глава 14
Первые несколько секунд стоит звенящая тишина, и я уже подумываю о том, что магия не сработала.
А вот потом!
Едва пытаюсь убрать руку, как книга вспыхивает ярким светом, а причудливые тиснёные буквы сплетаются в серебряные лианы, оплетая до локтя мою руку.
- Ай-ай! - испуганно верещу и жалобно смотрю на Асмодея, а этот мохнатый гад ухмыляется, демонстрируя внушительные клыки, и в предвкушении потирает лапками.
- Терпи, Дайяна! - приговаривает, а в зелёных глазах пляшут озорные чертенята.
В принципе, боли нет. Яркий свет не жжётся, а прикосновение лиан ощущается почти невесомым, словно дуновение летнего ветерка.
Стискиваю зубы и терплю. Свет усиливается, ослепительной вспышкой разливаясь по комнате, а в следующий момент, всё мгновенно становится как было.
- Вот и всё, - радуется Асмодей и едва не приплясывает на столе. - А ты боялась.
Торопливо убираю руку с обложки и нервно вытираю её о подол сарафана. Желудок болезненно сжимается и жалобно урчит, старательно напоминая мне о том, что надо как следует питаться и набираться сил.
- Ты голодная, - философски изрекает кот и многозначительно облизывает лапу.
- Не-е-ет, что ты, - издевательски хмыкаю, но следующее урчание едва не заглушает мой голос.
- Магия требует сил, - назидательно вещает Асмодей, с лёгким стуком приземляясь на дощатый пол. Гарцует в сторону двери, теряя интерес к окружающим ведьмовским запасам, и мурлычет на ходу:
- Ты давай, осмотрись, организуй нам место для сна. Буду благодарен, если найдёшь удобную лежаночку и выбьешь из неё пыль. А я пойду, поймаю нам что-нибудь на ужин.
- Мышей не ем! - считаю нужным предупредить, но кажется, что он уже не слышит.
Спускаюсь в коридор, предварительно заперев дверь на ключ. Сжимаю его в руке как оружие. Каждый шаг отдаётся гулким эхом в пустых комнатах, словно насмехаясь над моим одиночеством.
Но лучше так, чем исчезнуть раз и навсегда. Что я, боюсь пыли?
Отмоем, отпарим, выметем, вычистим, протрём, проветрим!
Зато потом ка-а-ак заживём!
И навсегда забудем про герцога, а он не появится даже в самых жутких кошмарах.
Подумаешь, я ведь была знакома с ним всего лишь полчаса.
Захожу на кухню и невольно морщусь от открывшейся картины. Покосившиеся шкафчики с потускневшей краской угрожающе распахнули дверцы, открывая тёмное нутро.
Стены, когда-то выкрашенные в весёлый жёлтый цвет, теперь выцвели и покрылись тонким слоем пыли. Древняя плита выглядит так, будто на ней не готовили уже много лет.
В воздухе стоит застоявшийся кисловатый запах, от которого слегка першит в горле.
- Ладно, тебя мы оставим на завтра, - решаю я и торопливо покидаю помещение.
Завтра же начну с того, что раскрою окна и хорошенько проветрю весь дом.
Рядом с кухней дверь в кладовую. Прежде чем открыть, замираю, прислушиваясь, нет ли там грызунов.
Вроде бы тихо.
Нащупываю шнур, зажигается тусклая лампа, и я тут же отшатываюсь, поражённая увиденной картиной.
Хотя сперва на меня обрушивается волна застарелых запахов - смесь пыли, старого дерева и чего-то неопределённого, но явно давно забытого.
Полки заставлены банками с засохшими остатками неизвестного содержимого, коробками, покрытыми паутиной, и какими-то странными предметами, назначение которых я даже не могу угадать.
- Выкинем всё подчистую, - мужественно киваю, торопливо ретируясь в гостиную. - А что сама не смогу - попрошу Акима. Мужик вроде хороший, не откажет одинокой девушке с котом.
За одной из стен гостиной замечаю широкую лестницу с добротными ступеньками и устойчивыми перилами. Поднимаюсь осторожно, тщательно выверяя шаги, и оказываюсь на небольшой площадке второго этажа.
Здесь темно, но через пыльное окно в конце коридора пробивается тусклый свет.
Медленно иду вперёд, насчитывая четыре двери по обеим сторонам. Останавливаюсь возле первой и чувствую, как ускоряется сердцебиение. Всё внутри меня зовёт, просит зайти внутрь, как маленький ребёнок вымаливает у матери в лавке сочный леденец!
- Ну, предчувствие, не обмани! - выпаливаю, чтобы не было так страшно. Берусь за ручку и открываю дверь. - Ого! Здесь и такое было?
Оказывается, я выбрала небольшую, уютную комнатку, явно бывшую когда-то детской. Здесь так чисто, словно время остановилось, сохранив этот островок прошлого нетронутым!
Ни пылинки! Пахнет свежими цветами, а на потолке сияют маленькие звёздочки-искры.
- Магия! - шепчу, чувствуя, как горло перехватывает от восторга. - Это настоящая магия!
У стены стоит аккуратно застеленная односпальная кровать - наверное, для няни.
Осторожно провожу ладонью по покрывалу - чистое, светло-серое, будто его только что купили!
В двух шагах изящная деревянная люлька, покрытая мягким одеялом с вышитыми луговыми колокольчиками. Краски яркие, сочные, напитанные!
На стенах - милые обои в пёстрый цветочек, а в углу примостился большой плюшевый медведь.
Ноги подкашиваются, и я опускаюсь на край кровати, чувствуя, как к горлу подкатывает горький ком. Эта детская - словно застывший кусочек чьего-то счастливого прошлого, так контрастирующий с моим разбитым настоящим.
И я безумно хочу остаться здесь!
Тем более, тут так свежо и чисто!
Закрываю глаза, чтобы собраться с мыслями, но тут же вздрагиваю, слыша едва уловимый топот пушистых лапок. Сквозь приоткрытые веки вижу, как в дверь влетает Асмодей и, выпустив из зубов какой-то куль, восхищённо тянет:
- Кр-р-р-асоти-и-ища! Ты как хочешь, а я отсюда ни ногой. Кстати, на, поешь.
Снова берёт в зубы куль и спешит ко мне, подняв трубой хвост. Выпускает из пасти слегка влажный мешочек, и стоит мне его развернуть, как моя челюсть стремится вниз.
- Э-это что?
Глава 15
Передо мной лежит нечто, похожее на жареную дичь, но пахнет одуряюще вкусно! Аромат сочного мяса с пряностями оттеняется нотками чеснока и лёгкой, едва ощутимой кислинки.
Сглатываю набежавшую слюну и лишь чудом сдерживаюсь, чтобы не наброситься на Асмодеевскую добычу. Но сперва опасливо интересуюсь у кота:
- Откуда?
- Так мышку же… - заводит старую пластинку мохнатый, однако долго не ёрничает и быстро идёт на попятный. - Мышку не поймал, побежал по дворам, а там в одном из домов на окраине ужинали. Окна нараспашку, а блюдо стояло на подоконнике, вот я перепёлочку-то и…
- Украл, - заканчиваю за него, борясь с внезапно и так некстати проснувшимся уколом совести.
А мясо тем временем продолжает наполнять восхитительными запахами спальню. Манит румяным, поджаристым бочком и умоляет попробовать хотя бы крохотный кусочек!
- Дайяна, не украл, а одолжил, - укоризненно поднимает коготь вверх этот пушистый разбойник. - Там перепёлок было навалено горой! Я ж не у бедняка последнюю корку хлеба… Там интерьерчик побогаче нашего!
Ну раз так…
Делю перепёлку на равные части и протягиваю одну из них коту. В два счёта расправляемся с нехитрым ужином, а после выношу объедки, завёрнутые в ту же ткань, мою руки в старом, ободранном рукомойнике, найденном за крайней дверью в коридоре.
Благо что вода не ржавая, однако ванную здесь не принять. Чугунная махина отчаянно нуждаетс в хорошей чистке, а стоило коснуться причудливого рычажка у лейки, как он отвалился и раскололся на множество кусочков.
Наскоро обтёрлась как могла, простирнула под тонкой струйкой воды рубашку, сарафан, и, кое-как прикрываясь влажной одеждой, вернулась в детскую.
Можешь хоть голышом ходить, - кот, свернувшийся клубком в люльке, и ухом не повёл. - Мне всё равно. Вот если бы ты была ко-о-ошечкой, такой белой, мягонькой, с колокольчиком на шее…
- Уймись! - беззлобно грожу ему кулаком и рывком снимаю покрывало, обнаруживая свежую постель.
И пахнет до сих пор чем-то приятным, травяным. Склонившись, чтобы поправить подушку, нахожу несколько маленьких шайбочек, от которых идёт терпкий аромат лаванды.
- Как такое может быть? - спрашиваю у Асмодея, забравшись под хрустящее накрахмаленное одеяло.
- Бытовая Тайномагия, - сонно отвечает кот. - Считай это первым проявлением силы.
- Значит, завтра мы можем проснуться, а дом сверкает чистотой?
Умом понимаю, что нет, а вот душа отчаянно просит хоть капельку волшебства.
- Дайяна, ты правда такая наивная?
В темноте не вижу, но ясно представляю, как Асмодей не хуже заправской королевы драмы закатывает зелёные глаза.
Оставляю вопрос без ответа. Веки сами собой смыкаются, и разум, уставший за день, плавно погружается в целебный, спасительный сон.
Вопреки ожиданиям мне не страшно быть здесь одной. Кот, конечно, не в счёт.
Дом успокаивает, шепчет, будто поёт колыбельную, просит остаться и больше никогда не уходить. А воображение на тонкой границе сна с реальностью рисует поистине чарующие картины.
Вот я сижу на крыльце в плетёном кресле. На коленях плед, в руках чашка с горячим чаем. Лёгкий ветерок колышет ветки деревьев и срывает несколько тронутых позолотой листьев.
Только-только наступила осень, а её холодное дыхание особенно ярко чувствуется под покровом ночи.
Вспоминаю, что в духовом шкафу томятся пирожки, и с толикой сожаления перекладываю плед на подлокотник. Хочу подняться, но на плечи уверенно ложатся сильные, широкие ладони, и низкий, глубокий голос шепчет на ухо, лаская горячим дыханием нежную, тонкую кожу:
- Отдыхай, родная. Я обо всём позаботился.
Внутри разливается тепло, закручиваясь тугим узлом внизу живота. По губам скользит благодарная улыбка, которую я не могу, да и не хочу сдержать. Медленно оборачиваюсь, и слова благодарности комом застревают в горле.
Герцог Райгар издевательски хохочет, а пальцы впиваются в плечи с такой силой, что вот-вот пронзят тонкую кожу, и я…
- Не надо! - в ужасе кричу и тут же просыпаюсь, случайно сталкивая в сторону мохнатого нахала.
- Я ж тебя осторожненько будил, - обиженно гудит кот, мацая когтями уже не мои плечи, а подушку в изголовье.
- Зачем? - хмурюсь спросонья, хотя внутри всё ликует, что Гаррэт Райгар остался в ночных кошмарах. Перевожу взгляд на окно и вижу светлеющее предрассветное небо в ярких оттенках розового, оранжевого и жёлтого. - А, точно. Нет времени разлёживаться, у нас много дел.