Опасных дел чаровница

Пролог. Когда рояль сыграл на голову

Мужчин выбирают не по любви, а по уму и кошельку.

Если у него нет первого – это не так страшно.

С мужчиной без ума вы проживете, а вот без денег – точно нет. В противном случае вам придется не только думать за вашего избранника, но и зарабатывать за него.

Из книги «Невредные советы юным леди»

– Да без меня! Без меня ты никто! Ноль без палочки, коробок без спичек! – плевался слюной мой почти бывший муж, пока я аккуратно складывала его вещи в чемодан.

Рубашка к рубашке, носок к носку, платочек к платочку. Будто не к другой женщине отправляла, а в командировку на полмесяца. Аж ностальгия накрыла, и я утерла скупую слезу. Захотелось по старой привычке сбегать на кухню, проверить качество борща к обеду и котлет к ужину.

Я вовремя вспомнила, что сегодня не готовила. Да и зачем? Гоша же сказал, что уходит к новой любви. Там у него и картофельное пюре, как у мамы, и правильный кофе, и фигура, и детей ему Марго родит.

А я – нет.

– Согласна, – кивнула я и отправила очередную партию штанов в чемодан. – Представляю, как ты страдал последние десять лет нашего брака.

Пухлые губки Гоши собрались в недовольную гармошку, хиленькая грудь попыталась вылезти впереди живота. Он засопел, закряхтел, покрылся красными пятнами возмущения и негодования, но повторил за мной:

– Страдал!

– И мучился, – вздохнула я.

Следом на гору одежды упал бритвенный набор. Вроде все.

– Еще как.

– Бедняжка.

– Вот! А ты меня не ценила! Даже родить не смогла!

С громким щелчком крышка чемодана приземлилась на законное место, а я медленно выпрямилась. Гоша затих, словно почувствовал, что ступил на опасную территорию в попытках задеть меня.

Но ни спустя минуту, ни через десять ничего не произошло. Я молча поставила чемодан и развернулась к почти бывшему мужу. Взгляд двинулся от залысин по бокам к болезненно-серой коже лица и заплывшим глазкам. За годы нашего брака в нем не осталось ничего от веселого рубахи-парня, в которого я когда-то влюбилась. Только непомерные амбиции, наглость, самомнение и тяга к маминой стряпне.

Да и от меня ничего не осталось, потому что нам давно не двадцать. Мы больше не городская девчонка из столицы и нищий студент юрфака, которые встретились, страстно влюбились, поженились, несмотря на разницу в социальном положении и возражения родителей. Не осталось ничего, что поддерживало когда-то крепкий союз.

Трехкомнатная квартира в спальном районе Москвы – и та не общая, а моя. Досталась мне от родителей. Поэтому Гоша вместе со стареньким чемоданом уходил к любовнице, а я с добрачным имуществом и половиной денег на счете. В счастливое завтра. Ведь в тридцать три года жизнь только начиналась.

– Вон, – произнесла спокойно и без лишних сантиментов, затем подтолкнула к ошарашенному Гоше его вещи. Не осталось во мне ни любви, ни тоски, ни жалости. Все выплакала ночью, когда заполняла заявление на развод через приложение. – Оставь ключи от квартиры на тумбочке и убирайся восвояси.

Он открыл рот, как выброшенная на берег рыба, но меня больше не интересовали его аргументы и оскорбления.

Я посторонилась, скрестила руки на груди и кивнула на выход. Несколько секунд Гоша колебался, словно хотел что-то сказать на прощание, но передумал, схватил ручку чемодана и с гордым видом поспешил восвояси.

Когда звякнули брошенные ключи и хлопнула входная дверь, я тихо опустилась на пол и зарылась пальцами в волосы. Навалилась дикая усталость, взгляд заметался по разбросанным вещам, которые предстояло перебрать и выкинуть.

Десять лет брака… Десять! Между нами было много хорошего и плохого. Первые годы мы вообще не ссорились. Если случались споры, мы быстро приходили к общему решению через разговоры. Пресловутая система диалогов работала первые пять лет, а потом в нашем идеальном механизме что-то сломалось.

Я так и не поняла, в какой момент все рухнуло. Накопилась ежедневная усталость, бытовая рутина погребла под собой любовь, поддержку и верность, но главное – здоровье. Мое и Гоши. Невозможность зачать никак не объяснялась врачами, мы бродили по клиникам, наперебой сдавали анализы.

Нервотрепка вылилась в скачки гормонов, вверх поскакал вес, добавились сложности с засыпанием.

И вот я здесь, в трехкомнатной квартире, в полном одиночестве. Без детей и мужа, зато с набранными килограммами. Гоша где-то за порогом тащит наетые жировые отложения в сторону новой, прекрасной жизни с восхитительной Марго из отдела HR.

Может, и мне пора?

– Вставай, Полина, тебя ждет великое будущее, – я подгоняла себя, чтобы не впасть в новый виток уныния. – Подумаешь, тридцать три исполнилось. Это вообще не возраст. Ты молодая, красивая женщина. Походишь в спортзал, сделаешь новую прическу, купишь шмотки, и все будет отлично.

Я отряхнулась, поднялась, глубоко вздохнула и провела рукой по волосам.

Бессовестный зеркальный шкаф намекал, что истонченные концы придется обрезать аж до лопаток. Негоже с такими неухоженными локонами покорять неизведанный мир. Седину тоже не помешало бы закрасить, а то вино мне уже продают без паспорта.

Обидно до ужаса.

– Гулять, гулять, – прошептала я отражению, где притаилась изнеможенная голубоглазая блондинка. – Кошмар, краше только в гроб кладут.

Кожа цвета сливок приобрела неприятную желтизну из-за постоянного стресса и отсутствия регулярных выходов на свежий воздух, темные круги выклянчивали приличный крем для борьбы с признаками усталости. Уголки губ опустились, темно-русые ресницы выгорели на кончиках, взгляд потяжелел и теперь пугал недовольством, поселившимся в нем.

Работа на дому не идет на пользу. Вкупе с неудачным замужеством.

– Здрасьте, – выдал один из рабочих, когда спустя полчаса бесплодных попыток привести себя в норму я вылезла на улицу.

– Добрый день.

Мое сдержанное кивание парень воспринял как само собой разумеющееся и отвернулся, продолжив наставлять кого-то сверху:

– Петрович, аккуратнее! Епнется, а нам потом начальник бошки открутит!

Я подняла голову и прищурилась, чтобы посмотреть, чем они занимались. Как оказалось, рабочие спускали рояль, причем весьма оригинальным способом: на канатах тащили его вниз с последнего этажа.

Не проще ли разобрать и вынести по частям без труда? Или так нельзя?

Я слабо представляла себе внутренности музыкального инструмента, поэтому пожала плечами и оглянулась.

Погода радовала голубым небом без признаков облаков, легкий ветер разгонял полуденную жару. Несмотря на припекающее солнце, наш небольшой двор полнился людьми. На лавочках восседали вездесущие старушки, которые комментировали каждое действие проплывающих мимо соседей.

Я втянула знойный воздух, наполненный ароматами цветущих растений, и тут же оглушительно чихнула.

Разгулявшийся пух забивался в носовые пазухи, поэтому моя аллергия испортила первое впечатление от предстоящей прогулки. Мысленно представила, как вся красная и опухшая, топаю в ближайшую аптеку за специальными каплями.

Раздражение пополам с остатками угасающего счастья заполнило грудь твердым комом. Не получалось ни вдохнуть, ни выдохнуть. Периодически я прерывалась на чихи, затем чертыхалась и про себя проклинала чертово лето.

– Девушка, не стойте под окнами. Рояль упадет на голову – костей не соберете, – предупредил все тот же вежливый рабочий, пока я судорожно рылась в сумке в поисках упаковки одноразовых платков.

– Угу.

– Девушка…

– Вы не видите, что у меня проблема?! – взвинтилась я и, с торжествующим шмыганьем, вытащила на свет розовую пачку. Слезы застилали глаза, размывали все вокруг, а лицо покраснело и опухло. – Чего вы вообще его тягаете? Спустить с десятого этажа не судьба? Ручки отсохли?

– Вас не спросили, – возмутился в ответ клякса в серо-синем комбинезоне. – Нечего шляться под балконами. Потом ноют, что им по башке всякое прилетает.

– Хам.

– Дура.

– Сема! – послышался крик, затем раздался странный скрип. – Семка, отойди!

Все произошло внезапно, прямо как в дурацком кино: замедленная съемка, треск лопнувшего каната и летящий рояль. Напуганный рабочий отскочил за секунду до его приземления прямо на мою голову.

В тот момент я иронично подумала: «Вот тебе и новая жизнь, Поля».

Глава 1. Мисс Прюденс находит неприятности

«Самооценка многих мужчин подобна крылу бабочки. Ее очень легко задеть или порвать в клочья. Достаточно всего лишь разок доказать их неправоту.

А неправы они в девяноста девяти случаях из ста».

Из книги «Невредные советы юным леди»

Зал закрытого джентльменского клуба на Бакстон-Ривер стал сизым от дыма. Мужчины пыхтели трубками так, что магвозы всей Дэрилии стыдливо прятались по вокзалам и не показывались приличным пассажирам на глаза. Игральные столы из красного дерева ломились от закусок, а дамы полусвета расхаживали вокруг и демонстрировали декольте каждому встречному.

Что здесь делала приличная девушка скромного возраста, компаньонка уважаемой леди Инес Лигель? Еще и в мужском костюме, состоящем из белой сорочки, черных брюк, жилетки и длинного пиджака?

Играла в карты!

Зачем я это делала?

Платья, зонтики, перчатки, женские штучки и аренда столичного дома сами себя не оплатят. Такова нынче жизнь у попаданки: либо крутишься, либо отправляешься в тюрьму за незаконное пересечение магической завесы. Местные власти не интересовало, что меня забросило сюда провидение.

Я иномирянка, так что не нужна здесь никому. Есть дар или нет – всем плевать.

Внезапная смерть от рояля, пробуждение от ударов по щекам посреди тихой мощеной улочки и неожиданное знакомство с дамой преклонных лет, оказавшейся вдовой графа Герберта, – все это привело меня сюда. Не решись она в тот день на пешую прогулку в компании служанки, неизвестно, чем бы закончилось мое появление здесь.

Без знания языка и местных обычаев.

Именно леди Инес Лигель, графиня Герберт, за последний год стала моей наставницей, подругой и спасительницей. Я хотела отплатить ей за доброту и терпение, пусть те и выражались порой в весьма грубой форме.

Я пришла на территорию мужчин, прекрасных лордов и великолепных мистеров, чтобы заработать денег. Точнее, выиграть их у кучки гуляк, чьи кошельки трещали от монет. Если хватает ума проигрывать за столом целое состояние и спускать последние пенни на женщин низкой социальной ответственности, кто им доктор?

Проблемы дураков голодного не волнуют.

– Мисс Прюденс, мы скоро?

Писк над ухом ворвался в мои размышления, и я, вздрогнув, оторвала взгляд от колоды карт.

– Почти, – выдала коротко и отмахнулась от шикарного бюста, которым служанка настырно тыкалась мне в ухо. – Люси, прекрати, – зашипела на красную как рак девчонку. – Ты привлекаешь много внимания для той, кто изображает ночную бабочку.

– Мисс Прюденс, мне стыдно.

– Стыдно голым ходить по улице, а импровизация ради всеобщего блага ничего общего со стыдом не имеет. И обращайся ко мне «мистер Линден».

Я поерзала на жестком стуле, чтобы свернутые в шарик чулки, которые демонстрировали внушительный бугор моего мужества, не скатились по штанине.

Яблоко раздора все время норовило выскочить из свободных панталон. Продемонстрировать, так сказать, моим соперникам, что я не мистер Питер Линден, внучатый племянник графини Герберт, как заявлено в клубной карточке, а ее компаньонка и «очень дальняя родственница» – мисс Прюденс Обернат.

Нехорошо использовать имя человека, который находился за тридевять земель от Дэрилии и изучал драконьи кости на острове Гашмантар. Но что делать? Жизнь – сложная штука. Кто-то же должен нацепить накладные усы, вырядиться в костюм, надеть на служанку максимально неприличное платье и прийти сюда, чтобы быстренько заработать денег.

Зря, что ли, мне достался магический талант выходить победительницей из любой карточной игры?

– Я пас, – выдал хмурый джентльмен, имя которого выветрилось из моей головы еще перед первой раскладкой.

– И я, – пискнул виконт Дарвин, скинув карты, и промокнул вспотевший лоб кружевной тряпицей своей рыжеволосой спутницы. – Сегодня точно не мой день.

– Игра становится интереснее, – хмыкнула я.

– Как всегда на высоте, Питер, – отсалютовал мне бокалом кудрявый лорд Дадли.

– Благодарю.

– Когда-нибудь мы переиграем вас, – послышалось справа.

Мужчины дружно рассмеялись. Я улыбнулась, затем вернула внимание к картам. Полный стрит-флеш, который гарантировал мне победу над соперниками. Ни у кого из присутствующих не было такого набора, поэтому я смело бросила карты на стол и цокнула под всеобщий разочарованный вой.

– Опять!

– Питер, думаю, вы профессиональный шулер.

– Да что такое? Пятый раз подряд обходит.

– Господа, – сказала я, имитируя низкие ноты, и потянулась к стопке фишек, – никакого обмана, только немного везенья и благословения от моей прекрасной Люси.

Собрав выигрыш, я схватила за руку оторопевшую служанку и чмокнула ее ладонь. Пока та отчаянно пыталась справиться с очередной волной смущения, мой мозг с тщательностью калькулятора переводил фишки в деньги.

Итого двести фунтов чистыми. Неплохо, но не густо. Хватит на аренду, заработную плату слугам, покупку ткани, ценных бумаг, и часть отправится в местный банк под проценты. Класть их, конечно, буду не я, а поверенный все того же мистера Линдена.

Главное, чтобы внучатый племянник графини неожиданно не вернулся из затянувшейся поездки и не раскрыл мою гендерную интригу перед всем светом. Впрочем, как сказала леди Инес, ее племянника интересовали только вымершие драконы и написание научных трудов.

Едва ли он вообще собирался возвращаться в город. Многочисленные находки в столичный университет прекрасно пересылались пародилижансами, и для этого необязательно вылезать из древних пещер.

Вот и хорошо, вот и замечательно.

Пусть мистер Линден копает крылатых ящеров, а я заработаю денег, найду леди Инес ответственную компаньонку и уеду в провинцию поближе к морю. Куплю маленький домик и напишу замечательные мемуары о своих приключениях. Пусть для всего света я нищая старая дева, зато у меня больше свободы.

Нет, нет и нет. Никаких замужеств и прочей гадости.

Наигралась, спасибо.

Привычным жестом я поправила под сорочкой серебряный медальон. Благодаря этой штучке я понимала местную речь и могла на ней разговаривать, но все равно занималась с приглашенным учителем. Леди Инес подобрала его лично, предварительно уверившись, что мужчина не из болтливых и никому не доложит, что в доме достопочтенной графини скрывалась попаданка.

– Продайте мне вашу Люси на денек-другой, Питер, – взмолился лорд Дадли и прошелся сальным взглядом по стянутой корсетом талии моей спутницы. – Или на недельку. Обещаю вернуть ее в целости и сохранности.

Я поджала губы и сжала край стола.

– Она не продается, – отрезала в ответ на очередную порцию смеха.

– Бросьте, Питер. Ничего с вашей милашкой не случится. Ну, может, немного потреплю за выдающиеся места, но ей точно понравится…

Пришлось стиснуть зубы, чтобы не послать настырного ублюдка подальше. Это не первое предложение подобного рода, но никогда лорд Дадли и его безмозглые друзья не заходили так далеко. Обычно все ограничивалось парой тупых шуточек, из-за которых Люси потом с настороженностью косилась на любого прохожего мужского пола.

Кретины, господи, какие они кретины!

– Нет.

– Питер, – глаза лорда Дадли превратились в щелочки, – ваша дерзость переходит все границы.

Я вскинула подбородок и ответила как можно грубее:

– А ваша наглость – любые нормы морали. Разговор окончен, господа. Прошу меня извинить, тетушка заждалась к ужину.

Но едва я потянулась к фишкам, чтобы сгрести их в специальный холщовый мешочек, как рядом прозвучал низкий, сочный голос, от которого по спине пробежали пугливые мурашки:

– Как хорошо, что я застал вас сегодня в клубе, мистер Линден. Не сыграете со мной?

Глава 2. Мужчина красивее обезьяны

«Никогда не повышайте голос на мужчин.

Как и всякая божья тварь, они пугаются громких звуков».

Из книги «Невредные советы юным леди»

Поскольку для общества я считалась хоть и старой, но все же девушкой на выданье, мне приходилось посещать балы и различные мероприятия в домах местных аристократов. Многочисленные разговоры, сплетни, слухи о разорившемся герцоге Веллингтоне оставались главной изюминкой любого вечера.

Только ленивый лорд, выпив достаточно горячительных напитков, не вопрошал вслух: «Как можно потратить все деньги, имея доход в триста тысяч фунтов в год?»

Оказалось, можно.

И в нашем мире хватало умельцев, которые превращали свои миллиарды в миллионы, а миллионы в тысячи. Неудачные вложения, кривое управление финансами (как личными, так и рабочими), капитальная экономическая безграмотность – из-за этих трех китов богачи становились нищими побирушками за короткое время.

Вот и Маркус Уэсли, второй герцог Веллингтон, стараниями прошлых носителей титула, из категории «завидный жених» перескочил в группу «на случай, если никто замуж не возьмет». Мамаши всех мастей и их благовоспитанные дочурки никак не могли решить: нужен им такой титулованный жених или нет?

Ведь все при нем: высокий рост, хорошее телосложение, точеные скулы, густые черные волосы и глаза, цвет которых напоминал мне о любимом моккачино. Правда, нос подкачал – длинноват, и черты лица не слишком выразительные.

Молодой Гоша в его возрасте выглядел посимпатичнее, но, вероятно, дело в темных кругах, смурном выражении и плотно поджатых губах. И седая прядь, которая прочертила неровную линию от правого виска до затылка.

– Мистер Линден?

Я вздрогнула и непонимающе похлопала ресницами, после чего с подозрением прищурилась и втянула горьковатый воздух. Никаких признаков пресловутой туалетной воды с феромонами под названием «Покоритель прелестей» у герцога Веллингтона я не почувствовала, но на всякий случай от него отодвинулась.

Уж очень долго рассматривала этого хмурого, явно задолбанного жизнью и кредиторами мужика. Выглядел он так, словно у него три работы, ипотека и в поместье семеро голодных наследничков сидят по лавкам.

Непонятно, кто назвал его самым красивым мужчиной в стране. Чуть симпатичнее обезьяны, но не настолько же. Впрочем, после того как лик наследного принца назвали святым, а лично ему дали прозвище «непорочный», адекватность местной прессы стала вызывать у меня сомнения.

– Простите, ваша светлость, – я поклонилась, как того требовали приличия. Все-таки передо мной особа королевской крови. – Но на сегодня у меня планы. Встретимся за столом в следующий раз?

Попытка увильнуть от игры с бедным, но по-прежнему могущественным человеком не увенчалась успехом.

– Я настаиваю, – вальяжно протянул герцог Веллингтон и небрежным движением сбросил пальто в руки подбежавшего служки. Следом полетели цилиндр, перчатки и трость с серебряным набалдашником.

Рядом тихонько всхлипнула Люси, а замершие джентльмены следили за развитием событий с интересом болтливых кумушек у фонтана. Кто-то даже перекинулся парой слов с разгуливающими по залу девицами.

Позвали остальных на игру? Мне же мало внимания, блин.

Аж поджилки затряслись при взгляде на невозмутимого герцога Веллингтона, но внешне я не подала вида. Перед такими людьми нельзя расшаркиваться или раболепствовать, иначе сожрут и не подавятся.

Этому меня тоже научила леди Инес.

– Боюсь, вынужден отказаться от столь щедрого предложения, ваша светлость, – как можно спокойнее ответила я.

За столом негромко ахнули. Кажется, лорд Дадли или кто-то из его прихвостней.

– Могу ли я узнать причину?

Нет, милый, не заставляй меня произносить вслух очевидные вещи.

– Вам она не понравится.

– И все же я настаиваю.

– Чтобы потом вызвать меня на дуэль за оскорбление? Посмотрите на эти руки, ваша светлость. В отличие от вашего военного прошлого, я скромный любитель откапывать динозав… драконов! Просто мне очень везет в картах. Но один выстрел, и моя бренная душа отправится к праотцам, а наука так и не узнает, чем черный дракон отличался от белого.

Я развела руки в стороны и натужно улыбнулась. Пусть он примет меня за ненормальную или пьяницу. Какой толк играть с человеком, который ни положением, ни статусом не заслужил моего внимания.

Пыль под ногами и та интереснее.

– Мистер Линден, вы пили? – после небольшой паузы спросил герцог Веллингтон.

– Немного, всего пара бокалов бренди, – ответила и тут же добавила в надежде использовать крохотную соломинку: – Но я быстро напиваюсь, поэтому не хочу играть. Плохая концентрация внимания, невозможность сосредоточиться, все дела…

– По-моему, вы прекрасно держитесь.

Его ироничный смешок мне совершенно не понравился.

– Вам так кажется.

– Садитесь за стол, мистер Линден. Я пришел сюда играть с вами, и я буду играть.

Тяжелый ком провалился в пустой желудок, голова закружилась, словно я и правда выпила как минимум бочку. Крепко стиснув мешочек с выигрышем, я отчаянно помотала головой и чуть не лишилась парика.

– Нет.

– Тогда отвечайте на первый вопрос. Почему? – хмуро уставился на меня герцог Веллингтон.

Пришлось подавить стон отчаяния.

Вот упрямый. Ладно, сам напросился.

– Потому что вы не заплатите, а я не играю в долг.

Глава 3. Финансовые трудности герцога Веллингтона

«Никогда не спорьте с женщиной.

Если, конечно, не хотите просыпаться с ней в одной постели до конца своих дней».

Из личного дневника принца Уильяма

Маркус Уэсли никогда бы не стал вторым герцогом Веллингтоном – так уж сложились обстоятельства. Будущее он связывал с армией и планировал отдавать долг родине, пока не падет на поле боя или не заработает достойную пенсию. Но его отец, земля ему пеплом со стеклом, как и всегда, нарушил планы.

К воспитанию второго сына он относился халатно и практически в нем не участвовал. Не считал официально признанного бастарда, рожденного молоденькой служанкой, достойным своего великолепия. Но в регистрационную книгу рода записал: в противном случае умирающая матушка прокляла бы его.

А к проклятиям отец Маркуса относился весьма щепетильно, ведь у него в роду имелись ведьмы. Та же герцогиня одним небрежным словом насылала такую хворь, что ее побаивался даже король Дэрилии.

Когда родился нежданный внук, она разглядела в нем семейный дар и потребовала немедля включить ребенка в официальное древо Веллингтонов. После чего скоропостижно скончалась, оставив сына разбираться с последствиями его дури. Тот, недолго думая, скинул неудачный результат своих гулянок на хворую жену и продолжил жить как жил.

Ровно до момента, пока два года назад его ненаглядный наследник, старший сын и гордость папочки, не помер в борделе после принятия убойной дозы драконьей настойки. Как позже заключил семейный доктор: «Печень не выдержала нагрузки и самоустранилась от функций организма».

В двадцать восемь лет ничего не подозревавший Маркус стал обладателем высокого титула, нескольких имений в Вестмоншире, трех фабрик и… кучи долгов. Все дома требовали ремонта, а фабрики нуждались в инвестициях и хорошем управленце. Отец и брат Маркуса с тягой тратить деньги на дам полусвета, породистых лошадей и ставки на играх довели их до банкротства.

Новоиспеченный герцог Веллингтон понятия не имел, что делать со всем свалившимся на него добром. Никто не учил его заниматься хозяйством. Единственное, в чем он хорош, – война. Но многочисленные рабочие, фермеры и прочие сопричастные требовали немедленного разрешения их проблем. Банки каждый день слали письма и грозились отобрать имущество, а дальний кузен и по совместительству наследный принц разводил руками.

Извини, мол, друг, но корона сама в долгах как в шелках. Набрала кредитов у церкви на очередную войну, а та взяла подать с прихожан. Но все не так страшно, ведь всегда можно ввести новые налоги.

А что делать Маркусу? Не поднимать же земельную ренту. Тогда последние фермеры разбегутся.

– Вы оскорбили его светлость, мистер Линден? – спустя несколько минут после оглушительного заявления дерзкого сопляка поинтересовался кто-то из присутствующих за столом джентльменов.

Зашуршали полуголые девицы, мужчины начали переглядываться и с любопытством голодных гиен ждать развития событий. Пускать на самотек замечание тощего гаденыша нельзя. В их время и за меньшее вызывали на дуэли, хотя подобный способ разрешения конфликта не одобрялся короной. Но нанесенное оскорбление требовало ответных мер, особенно от такой личности, как герцог Веллингтон.