Судья. Время перемен!
Удар не нашел сопротивления в ее лице, но помимо нее на траектории полета, который парень не успел остановить, находился все тот же главарь. Он даже понять ничего не успел, как палка прилетела ему точно в грудь и заставила того отступить на пару шагов, чтобы не потерять баланс, хотя и было видно, что сила в него была вложена не шуточная. Такая сила вполне могла покалечить, а может даже и убить то хрупкое тело, что досталось ей.
Разговоры были закончены, и теперь все, что оставалось Мие – это защищаться, атаковать самой и по возможности быстро расправиться с этой тройкой.
Девушка сжала зубы, собралась и попыталась действовать не только на инстинктах, но и использовать голову и любую возможность закончить все как можно быстрее и без физических травм со своей стороны.
– Балван! – выдавил из себя Торин, злобно глядя на своего приятеля, который от силы удара закашлялся и даже сплюнул сгусток крови. – Ты что, слепой? Не видишь, в кого бьешь!
– Я не в тебя целился! – так же зло ответил нападавший.
– Мне пофиг. Не стой, как истукан. Лови ее. – добавил Торин.
Мия же, все еще находясь у земли, схватила лодыжку Глеба, чтобы узнать, чем же может гордиться парень и чем он, пусть и против своей воли, но, может поделиться с ней.
Каждая секунда была на счету, и девушка не хотела тратить их в пустую.
Ничего удивительного в том, что его силой была мощь, которую он вкладывал в удары. В сочетании с уже полученной выносливостью, комбинация была именно тем, что ей было нужно в этот момент. Оставался лишь Демид, но он стоял чуть в сторонке и пока не думал приближаться. Он осторожничал и присматривался, не пытаясь влезть в драку, где все могли решить и без него. Как оказалось, вся троица была с гнильцой, но именно у него эта гнилица имела особенно отвратительный запах, который источал себя в те моменты, когда было выгодно лично ему.
Мия невольно вспомнила, что и в ситуации с Алисой расположение ролей было схожим, что заставило расставить приоритеты и принять дальнейшие решения. Пусть Торин и считался у них номинальным главарем, но лично ей больше всего стоило опасаться именно Демида, как темную лошадку в этой компании. Он был тот, кто мог стать очень и очень серьезным противником для нее.
Исходя из принятого решения, Мия решила закончить по-быстрому с теми, кто стоял к ней максимально близко, а уже потом достать того, кто, скорее всего, попытается сбежать или напасть в тот момент, когда она будет уязвимее всего.
Для того, чтобы быть в более выгодном положении, Мия развернулась, так и не поднимаясь в полный рост, и с размаху ударила Гектора в правое колено с обратной его стороны. Даже не сильный удар заставил бы его потерять равновесие и сесть, на что и рассчитывала девушка.
Удар получился куда сильнее, чем она рассчитывала, из-за полученных, а точнее, перенятых навыков, и, скорее всего, у парня потом будут проблемы с подвижностью, это, конечно, если ему не помогут и его регенерация, которая у двуликих была куда лучше, чем у людей, не начнет работать сразу же.
Послышался негромкий хруст, крик боли и удивления, а затем и звук падения.
Падая, парень попытался поставить палку так, чтобы та послужила ему опорой, но Мия не стояла просто так в стороне, да и Торин, недовольный полученным ударом, попытался вмешаться. Он пытался схватить своего приятеля, но вместо того, чтобы его поймать, тот наткнулся на конец палки и вновь выругался, получив очередной удар.
Тем временем она быстро выпрямилась и, схватив левой ладонью свою правую руку, при этом согнув ее в локте, нанесла один точный, но сильный удар, который пришелся парню точно в затылок, отправляя его в нокаут до того, как тот смог бы что-то предпринять.
В этот раз Мие пришлось сдерживать свою силу, чтобы не пробить полученной мощью черепушку парня и не убить его окончательно. Хорошо еще, что Мия точно знала, куда бить и с какой силой, чтобы не убить, но и временно устранить цель. Годы тренировок не прошли даром, и пусть всеми своими прежними возможностями она воспользоваться не могла, но одно знание того, куда стоит ударить, чтобы достичь нужного результата, играло ей на руку. Каждый удар должен был быть точным, обдуманным и уверенным. Ей все же приходилось исходить из того, что противник не один и напасть на нее могут несколько раз.
Один был временно ликвидирован, что невольно обнадежило девушку, но не позволило расслабиться. Неожиданная атака вряд ли сработает еще два раза, а значит, нужно было предпринять что-то другое.
Стоило ей только об этом подумать, как краем глаза она заметила быстро приближающегося Торина, чьи глаза налились жаждой крови, мести и насилия. Из носа у него текла кровь, и сразу стало понятно, куда пришелся повторный удар той самой палки.
Парню было наплевать, выживет она после всего или нет, и Мия четко поняла это по его взгляду. Игры для него кончились, и он, как дикое животное, пытаясь защитить себя, впал в отчаянье. Кровавая луна лишь подстегнула его и заставляла все инстинкты обостряться, а зверь внутри него так и рвался наружу, видя перед собой свою добычу и противника, который может оказаться для него угрозой и помехой.
Парень двигался быстро, и уйти с траектории удара она просто не успевала: какой бы ловкой и быстрой она бы ни была. Все, что ей оставалось – это лишь выставить блок, надеясь остаться на ногах. Учитывая то, что ее тело было не натренировано, то это было лишь отголоском от прошлой жизни. Ее блок позволил ей смягчить последствия от удара, нанесенного ей в правый бок, хотя послышался некий хруст.
Удар был сильным, и Мия лишь чудом сумела устоять на ногах. У нее даже дыхание сбилось, но сила воли и решимость не позволяли ей сдаться.
Парню было этого мало, и он приготовился нанести следующий удар, а может и серию ударов, вот только он не учел, что для этого он сократил расстояние, чем и воспользовалась Мия.
Только защищаться она не собиралась и лишь выжидала момента. Биться честно она даже и не думала. В ход шло все и грязные методы были не исключением.
Левая рука уверенно вытянулась вперед. Торин попытался защитить свой живот, но так как Мия целилась ниже, то ему это не помогло. Они разминулись в пару сантиметров.
Девушка схватила парня за то, что ему было так дорого и чем он так гордился. Его причиндалы, которые совсем недавно осквернили ее тело, теперь находились в полном ее контроле, и они оба это понимали.
Их движения почти совпали, и в тот момент, когда ее рука сомкнулась, удар Торина достиг ее печени. Мия закричала от сильной боли и инстинктивно сжала руку сильнее, но так и не отпустила свою добычу, причиняя дикую боль своему обидчику.
Торин шипел, но замер без возможности что-то изменить или сказать, понимая, что с каждым дополнительным движением ситуация лишь ухудшается, а Мия тем временем сжала руку крепче, не желая силы. Никакой брезгливости, скромности или отторжения от того, что она делала, у нее не было. Сейчас это был лишь такой же способ защитить себя и наказать преступника, и пусть в руках хрупкой и юной девушки такие вещи не должны были оказываться, но это была лишь моральная сторона этого дела, которая погибла вместе с той, кто ушел на перерождение.
– Приговор для Торина Белого приведен в исполнение, Матушка. – четко смотря ему в глаза, – произнесла она и, сжав кулак сильнее, резко дернула его на себя, чем причинила парню неимоверную боль.
От боли, которая последовала после, тот закричал так громко, что у нее чуть не лопнули барабанные перепонки, а затем парень резко осел, не сумев справиться с болевым ощущением. Мие его даже от части стало жалко, но лишь на секунду, до того, как интуиция вновь напомнила о себе, и заставило ее кровь застыть в жилах от ощущения грядущей опасности, исходящей с той стороны, где все это время находился Демид.
Ошибки в том, какое решение он принял, отпали сами собой. Он приближался, и Мия это чувствовала каждым волоском на своем теле, и ничего хорошего это не сулило.
Глава 7. Смена приговора.
Мия
Желание посмотреть, что приближается, было колоссальным, но все те же инстинкты кричали, что двигаться ей стоит максимально медленно и аккуратно, при этом стараясь не издавать лишнего шороха, чтобы спровоцировать то, что ждало ее позади. Она имела дело не просто с преступником, который явно почувствовал волю и решил проявить себя во всей своей красе, но и с животным, спрятанным в нем как в переносном, так и в прямом смысле. Хищником, почувствовавшим реальный азарт и достойного противника. Такой расклад вещей в этой ситуации был самым опасным.
Интуиция и в этот раз не просто шептала, она кричала об опасности, и игнорировать ее девушка даже не думала. Она пока ни разу ее не подводила, и в этот раз исключения не произошло.
Плавные и очень медленные движения заняли в разы больше времени, чем ей хотелось, но рисковать и делать резкие движения Мия не решилась. Провоцировать нападавшего она точно не собиралась, понимая, что тот же трюк с неожиданностью вряд ли сработает и сейчас.
Стоило Мие встать так, чтобы повернуться лицом к своему новому противнику, при этом не упустив шанса и намеренно наступая на Гектора, который находился всего в шаге от нее. Возможность покалечить его и привести приговор в действие перед лицом Матушки упускать все же не стоило даже в такой ситуации, и что-то ей подсказывало, что такая мелкая провинность лишь укрепит ее позиции перед грядущим вместо того, чтобы навредить. Раз она объявила приговор публично, то действовать нужно было на совесть и не ограничиваться полумерами.
Ее правая нога опустилась именно туда, где парню было бы больней всего, и ее действия имели бы последствия. Пусть он и был в отключке после ее удара, но она была уверена, что он еще успеет насладиться тем подарком и увечьями, которыми она была готова его наградить.
Девушка калечила Гектора не просто так, а с определенной целью, чтобы понять, обладает ли она все еще силой, взятой у парней, или она выветрилась точно так же, как и сознание тех, кто совсем недавно считал ее хрупким и слабым созданием.
Мия, не жалея, придавила все, что нужно, используя силу, позаимствованную у самого парня, при этом не переставая смотреть на последнего парня, а точнее волка, чьи глаза почти полностью заполнили взгляд Демида.
Он смотрел на нее, не отрываясь, прекрасно видя все, что она делает. Он следил, но даже не думал ее останавливать либо как-то препятствовать нанесению вреда тем, кто совсем недавно, так же, как и он, издевался над юной Алисой. Он наслаждался и воспринимал все это лишь как увлекательное прелюдия или игру, специально разыгранную для него. Невольно Мия обрадовалась, что детская психика той, кто был до нее, все же не столкнется с тем, что ее бы ждало после разговора с Матушкой. Даже будучи специально обученным профессионалом своего дела, ее пробрало до мурашек.
Каждое движение, каждый вздох и дуновение ветра, играющего с ее волосами, не ускользнуло от Демида или волка, который брал над ним верх. Кто конкретно смотрел на нее сейчас, сказать было невозможно. Тело было человеческим, но вот человеческого во взгляде не было ничего.
Может, конечно, на него так повлияла кровавая луна, но стоило об этом подумать, и ответ пришел сам собой – его повадки и желания лишь усиливаются, но никак не формируются с нуля. Вероятность того, что Демид не перешел бы черту в любой другой день, была высока, но луна лишь подстегивала его зверя взять над ним власть и стать ближе к своей животной сущности. Кто же знал, что зверя в нем куда больше, чем подобия человека, за маской которого он все это время прятался?
Мысли пронеслись мимолетно, но девушка все это время не двигалась, позволяя ему предпринять первые действия. Поступила бы она иначе, и возможность спастись упала бы в несколько раз, а у нее и так относительность успеха была не высока.
Он видел в ней добычу, и Мия точно понимала, что он вышел на охоту, вот только самой девушке не улыбалось ею стать, что заставляло мозг работать на полную и хаотично искать возможность избежать кровопролития и жертв в ее лице.
Его рваные движения и резкие перемены лица лишь больше накаляли атмосферу, и в один момент Мия поняла, что и вовсе не слышит посторонних звуков или обращает внимание на то, что происходит вокруг. Ее взгляд был направлен лишь на то, что творится с Демидом, который все меньше походил на адекватный гуманоид.
– Почему не нападаешь? – все же спросила Мия, как только закончила с лежащим у ее ног парнем и отступила пару шагов в сторону, где ее больше не сковывали препятствия.
Молчать дальше было бессмысленно и так она могла хоть как-то повлиять на ситуацию, в которой ей довелось оказаться.
– Так, наша игра закончится слишком быстро! – почти шепотом произнес Демид, и Мия поняла, что нарвалась на маньяка, а не просто спонтанного преступника. – Не люблю, когда они заканчиваются быстро. Я не успеваю насладиться моментом, как зверь ломает мои игрушки. – прошептал он, и если раньше Мия думала, что больше наводить страх на нее нельзя, то она оказалась не права.
Ей пришлось приложить колоссальную силу воли, чтобы не позволить панике окутать весь ее разум и ввести ее в ступор от отчаяния. В любой другой момент она бы собой гордилась, но в этот раз ей было не до этого. Сейчас на кону была ее жизнь, и не важно, что перед ней стоял парень лишь на пару лет старше ее. В свои годы он уже успел распробовать вкус крови, и оставалось лишь гадать правдивое число его жертв.
Невольно стало понятно, кто стал зачинщиком этого мероприятия и почему Демид был так спокоен. Для него это было не первое насилие, да что там, то, что для Алисы было кошмаром воплоти, было лишь легкой забавой для такого, как он.
Осознание, с кем по истине столкнулась Мия заставило ее сердце пропустить удар, а кровь застыть в жилах.
Невольно родилась мысль, как Матушка могла допустить такого, как он, пройти обряд и получить зверя, но ответа на этот вопрос у Мии не было. Одно то, что сама Природа понимала, как сильно этот мир нуждался в переменах, можно было списать на послабление к ее действиям, но и только. Не сказать, что девушка и до этого испытывала много уважения к Матушке, но тут ее решение и вовсе можно было бы поставить под вопрос. Это еще хорошо, что лично ее с ней связывало деловое соглашение, которое она планировала соблюсти, несмотря ни на что.
Ей еще в этом мире жить и жить она собиралась хорошо, безбедно, счастливо и долго.
Ранее оглашенный приговор, учитывая новые сведения, больше не мог применяться к Демиду, так как был слишком снисходителен и мягок. Если от Мии зависит, выживут ли обе цивилизации и каким будет будущее этого мира, то таких, как он, в нем не должно быть вовсе.
– Смертный приговор! – произнесла она, понимая, что своими же словами она не только обрекла парня на смерть, но и приняла решение о том, что в этой жизни она станет убийцей, ведь кроме нее никому этот приговор не исполнить.
– Я привык, когда те, кого я мучаю, кричат и плачут. – тем временем продолжил он, как будто не услышав ее слов вовсе. – Они умоляют меня пощадить, живя в страхе последние минуты. – Парень говорил это все так спокойно, как будто из его уст не звучали безумные и страшные вещи, а он зачитывал список продуктов, которые ему стоит купить сегодня для приготовления ужина.
Мия уже сталкивалась с таким типом людей, но лишь раз и после этого она намеренно пошла на терапию, чтобы избавиться от того ощущения, которое преследовало ее следующие пару месяцев. Сейчас было проще, ведь она не только могла четко понимать, что из себя представляет Демид, но и то, что она в силах его остановить. Пусть это и будет трудно и может стоить ей жизни, но даже так этот мир станет чище без него.
– Я не вписываюсь в твой типаж? – спросила девушка, даже не думая двигаться вновь.
Любое действие могло его спровоцировать и нанести ей лишь вред. В ее интересах было дождаться момента, когда парень предпримет хоть что-то. Так она могла создать видимость того, что ее страх – это лишь иллюзия, а не очевидность. Она просто не представляла, что этот самый страх для зверя был не просто виден, но ощутим физически, что лишь подстегивало его.
– От чего же? Я еще не определился с тем, какая жертва мне больше нравится. Я все еще ищу себя. – ответил он, что вновь заставило Мию передернуться.
Парень тем временем немного дернулся, как бы пытаясь привести свое тело в норму, и это напоминало действие, как будто он пытался удержать своего зверя внутри себя, что быстро подтвердилось: стоило ему начать обращение, которое было явно против его воли.
Он не контролировал свою вторую сущность, что лишь усугубляло ситуацию. Она брала над ним верх, и человеческая часть в нем сдавала позиции слишком быстро. Шанс договориться либо попытаться разговорить собеседника таял на глазах.
Оборот занял пару минут, вместо ранее виденных секунд, и Мия предположила, что это из-за того, что ни зверь, ни человек не желали уступать главенствующую роль, но в конце концов все же взял верх зверь, а значит, разговоры кончились.
Девушка, не будь дурой, не теряла времени и быстро нашла хоть что-то, что могло бы ей помочь. Бежать было бесполезно, так как зверь ее бы догнал за считанные секунды, да и не факт, что в лесу не было бы опасней. В воду лезть было тоже рискованно, так как Алиса плавать не умела, а сможет ли Мия плыть не в своем теле, все еще был не проверенный вопрос.
Стоять истуканом больше не было смысла, а бороться голыми руками против черного волка, который в холке доходил ей до груди, было бы откровенной глупостью. На ум пришла лишь та самая палка, которой орудовал Гектор.
Палка валялась в трех метрах от нее, которые она преодолела за считанные секунды. Пусть не очень эффективное оружие, но лучше, чем ничего. Теперь осталось лишь грамотно им воспользоваться и не упустить момент, если такой появиться.
С оружием на руках Мия стала следить за тем, что творится с Демидом и какая часть его побеждает. В голове родился план, в котором ей всего лишь нужно заставить его вступить на зеркало, чтобы уже затем скинуть его на Матушку, но стоило ей дернуться в его сторону, и в тот же момент волк перестал бороться сам с собой за контроль над телом и полностью переключился на нее. Зверь точно почувствовал перемены в ней и момент, когда страх сменился решимостью.
Волк направился в ее сторону, играя со своей добычей, а Мия понимала, что он будет быстрее нее, да и, даже заполучив палку, шансов ею воспользоваться у нее будет мало. Противостоять взбешенному животному обычной палкой напоминало шутку и не более того.
Страх того, что ее жизнь оборвется, так и не начавшись, лишь на мгновение окутал ее, чтобы тут же смениться решимостью стоять до победного. Она уже собиралась так и поступить, как раздался шорох у нее за спиной, а затем быстрый, но увесистый шум от шагов крупного животного позади нее. Ей стоило бы впасть в отчаяние или помолиться на прощание, но интуиция молчала, а точнее, не высказывала опасения, исходящие с той стороны.
Она даже не успела полностью осознать свои эмоции, как почти вровень с ней встал внушительного размера бурый медведь. Он был могуч, свиреп и готов к бою, что поняла не только она, но и тот, кто совсем недавно представлял для нее смертельную угрозу.
Медведь, а точнее оборотень в медвежьем обличии, превышал размеры волка в несколько раз, и стало сразу понятно, что бой будет жестоким. Шансы были неравны, и Мия могла лишь порадоваться, что они не в пользу Демида, а ее союзника, о котором она даже и не мечтала, но которого явно послала Матушка.
Мысль о том, что она все же ее не бросила теплой волной, пронеслась у нее по позвоночнику, добавляя уверенности в исходе этого боя.
Было видно, что волк не ожидал того, что за нее заступятся, а на него нападут, и поэтому первый удар лапой по его холке, без предупреждения, от которого он не успел увернуться, причинил ему сильную боль и заставил его потерять много крови. Рев раненого зверя и повторный рев медведя, который и не думал останавливаться, заставили Мию быстро ретироваться из зоны поражения, отходя к кромке леса.
Еще одна лапа медведя пошла в ход и вспорола волку брюхо в тот момент, когда Демид встал на дыбы, чтобы добраться до своего противника из жгучего желания не сдаваться и не потерять место главаря в этой ситуации.
Ранения были серьезными, но волк даже и не думал сдаваться. Его упорству можно было только позавидовать. В попытке нанести противнику хоть какой-то вред, он вцепился в лапу спасителя, что только разозлило медведя еще сильнее и заставило его стать еще агрессивнее. Новый рев, но уже в разы громче, и волк отлетает в сторону, чтобы завалиться на бок без возможности подняться на лапы, так как повреждения куда сильнее, чем он готов это признать.
То, что казалось нескончаемым боем в момент опасности, по-настоящему закончилось за пару ударов. Волк был повержен, и каждый из них это понимал. Хотя поражение Демид не признавал и все еще пытался встать на лапы, несмотря на бесчисленные попытки и провалы.
Мия до конца не была уверена, как далеко это зайдет, но в тот момент, когда медведь вновь приблизился к лежащему на земле Демиду и перед тем, как нанести свой последний удар, он посмотрел ей четко в глаза. Он как будто спрашивал, что лично она желает с ним сотворить, что было видно по умным и вполне разумным глазам зверя, вставшего на ее защиту.
Что заставило ее произнести приговор вновь, девушка не смогла бы сказать ни за какие деньги, но вера в то, что новое действующее лицо поймет ее слова и сделает именно то, что она попросит, было куда сильнее, чем ранее принятое решение бороться до последнего вздоха. Скажи она сейчас помиловать парня, и, вероятнее всего, Демид остался бы живым, но Мия не была столь милосердна. Приговор был вынесен, и его лишь осталось исполнить. Не важно, кто станет его палачом – она или кто-то другой, но перед лицом Матушки приговор будет совершен.
– Смерть. – Спустя долгие секунды молчания произнесла она, и ее слова эхом пронеслись по лесу, за которым последовал хруст перекушенного хребта и последний вздох того, кто совсем недавно представлял для нее угрозу.
Все три приговора были приведены в исполнение, и, казалось, ей можно было бы расслабиться, но куда там? Вместо того, чтобы думать о своих обидчиках, ей теперь нужно было понять, чего же ожидать от нового действующего лица перед ее глазами и действительно ли он ее союзник?
Глава 8. Провожатый.
Мия
Звук того, как совсем недавно живое существо сделало свой последний вдох, поразил ее сильнее, чем она думала. До этого ей не приходилось настолько близко сталкиваться со смертью. Не сказать, что ее уже очень обрадовало то, что в будущем ей придется столкнуться с ней еще не раз.
Пусть она и бывала в морге, видела трупы и даже не раз побывала на месте преступления, видя весь ужас, который приходился на жертву, которой все это приходилось пережить, но это было в некотором роде отдаленно, ведь лично ее не касалось. Эмоциональные переживания были лишь отголоском правды истинных ощущений. Переживания с реальностью было сложно сравнить, познав обе стороны этого жестокого мира. Ощутить все на себе было в разы страшнее, и Мия теперь поняла, насколько же сильными должны быть те, кому хватило силы не просто пережить это, но и стать лицом к тому, кто заведомо сильнее тебя.
Как бы это ужасно ни прозвучало, но Мия была счастлива и испытывала облегчение, что приговор все же привел в исполнение кто-то другой, а не она. Окропить свои руки кровью в первый же день новой жизни было бы травмирующим. Да и уверенность, что она бы спокойно могла бы лишить кого-то жизни, все еще не была оформлена до конца.
Она точно знала, что парень заслужил смерть, и приговор вполне справедлив, но на практике это значило, что ей все же нужно стать человеком, который опустился еще ниже самого убийцы, чтобы лично вершить правосудие. Целенаправленно и без колебаний, став убийцей, палачом, и нести этот груз ответственности всю свою жизнь. Все же вынести приговор и исполнить его – это две совершенно разные вещи, несущие за собой колоссальный стресс, который невозможно забыть.
В свое время Мия видела, как страшно, может быть, проявление посттравматического стрессового расстройства. Побывав на войне, второй брат приехал совершенно другим, и отголоски того, что он видел и какие решения там принимал, все еще его преследовали. Это сказалось на всей семье, и если честно, то девушка боялась того, что и сама может попасть под его влияние.
Знакомство с этим миром и так не задалось с самого начала, и дальше жизнь не обещала расстелиться ковром ромашек перед ней, позволяя пройти его легко и просто. Ей предстоял бой с собой, с миром, с его системой, законами и правилами, а поэтому осознание того, что у нее все же будет помощь, пусть и не постоянная, и все еще лишь гипотетическая, но это было уже куском масла, на видимом ей черством куске хлеба.