Тайны Кардении. Том 1. Свет звезды виден лишь во тьме

Юноша торопливо спешился и подошел к девушке.

Ребята из обеих гильдий были очень удивлены этим поворотом, а поэтому замолчали и просто наблюдали.

– Прости, я не предупредила тебя, что уеду, но у нас случилось несчастье, погиб наш друг, и мы так поспешно собрались.

– Я понял… – протянул Гвей, – но это так безответственно, я ждал тебя. Ладно, обсудим это позже.

После он взял эльфийку за руку и подвел ее к своим согильдийцам. Вдруг Элен уколол острый взгляд их хранительницы. Она ее моментально узнала. Маленькая девушка в бледно-голубой тунике, ее соперница в прошедших Состязаниях, и, очевидно, победительница. Тот последний полный злорадства взгляд перед параличом от яда огнелопуса она хорошо запомнила. Если бы Элен выиграла эти Состязания, она попала бы в отряд к своему мужу. Какая ирония!

– Это Элен, моя жена, – представил ее Гвей, – она сегодня последний день в этой гильдии, потому что им нужно было проводить своего друга в последний путь, – юноша посмотрел на жену с упреком недовольства. – После она вступит к нам в гильдию, это согласовано с лордом главнокомандующим.

Взгляд хранительницы из Магических Клинков, кажется, стал еще острее. Он словно стрелами пронзал Элен.

– И что же твоя жена шатается с кем попало в неположенном месте, советую тебе приструнить ее, если уж решил взять под свою опеку, – приподняв бровь, ответил ему старший.

Элен хотела было что-то возразить, но сдержалась, не желая развивать конфликт. Но Кану явно такое обращение не понравилось, и он не стал молчать.

– Кого это ты назвал «кем попало»? Или что, тех, кто не из твоей «приближенной» королевской гильдии ты не считаешь за народ? – он подошел ближе и встал за спинами Гвея и Элен.

Элен обернулась к нему и умоляюще посмотрела:

– Кан, пожалуйста, позволь нам все уладить. Я не хочу, чтобы кто-то еще из вас пострадал. Я постараюсь договориться, чтобы вас отпустили.

– Так вот оно что… вместо того, чтобы просто нас унести отсюда, ты договариваешься с ними. Или ты уже с ними… – тихо ответил эльф и отвернулся.

Элен слегка закусила нижнюю губу. Она не знала, что ответить. Неловкое молчание повисло вокруг них. Сердце девушки стучало так сильно, пытаясь вырваться наружу, что ей самой захотелось раствориться в воздухе и улететь отсюда, одной. Забыть обо всем и обо всех. Не чувствовать ни жалости к себе, ни угрызений совести. Ей казалось, что она виновата перед всеми. Перед Аской и перед всей ее гильдией, что не оказалась рядом в нужный момент. Перед Гвеем, что предала его, влюбившись в Кана. И перед Каном, что не была с ним достаточно откровенна последнее время.

Еще мгновение, и девушка точно исчезла бы с места и потерялась бы для всех. Но тут обстановку спас чернобородый маг:

– Что ж, ладно, Гвей. Если ты ручаешься за этих ребят, мы отпустим их, с условием, что они больше никогда не попадутся нам на глаза. А твоя жена? Она пойдет с тобой или с ними?

– Конечно со мной. Ведь она итак уже направлялась ко мне. Не так ли, Элен? – ответил ему Гвей и требовательно посмотрел на свою жену.

Чародейка безвольно кивнула, понимая, что так или иначе ее выбор сделан.

После этих слов спорить больше никто не стал, и две гильдии молча разошлись.

Кан, как отвернулся, так больше ни разу и не взглянул на Элен. Зато она долго провожала взглядом медленно отдаляющуюся под траурной завесой ее гильдию Белого Волка. Она осталась с мужем, но символ на запястье напоминал ей, что частичка ее сердца навсегда отдана этому «загадочному печальному зверю».

Новые знакомые неохотно приняли хранительницу. В большинстве случаев они просто игнорировали ее присутствие. А иногда обращались к ней с нескрытым равнодушием. Взгляд ее соперницы-хранительницы вроде бы стал менее колким. Хотя, возможно, Элен просто старалась не встречаться с ней взглядом. Эльфийка из гильдии Белого Волка очень надеялась, что по пути в Мунсель она узнает от столичной гильдии что-то об открытом Подземелье, но никто при ней об этом не заговорил. Единственное, что она поняла из разговоров, это то, что этот отряд был отправлен специально для патруля земель вокруг Подземелья. Ее отчаяние с каждой пройденной милей становилось все сильнее. Все, что она сделала, оказалось бесполезным и лишь ухудшило всю ситуацию. Теперь она жалела о том, что не скрылась вместе со всеми членами гильдии Белого Волка с места, когда еще была такая возможность. Тогда, может быть, она не так сильно обидела бы Кана, а перейти в гильдию Гвея смогла бы позже. Но что сделано, то сделано.

Вернувшись в столицу, она решила хоть немного сгладить сложившуюся ситуацию. Не желая ехать со всеми к стенам королевского замка, чародейка попросила у мужа возможность попрощаться со своей гильдией в последний раз. Девушка пообещала, что к утру она будет уже свободной от метки на запястье и переселится к нему.

Эльфийка осторожно вошла в чуть приоткрытую дверь. Из комнаты сочился слабый огонек полусожженной свечи. Кан сидел за столом и что-то писал в своем блокноте. Услышав скрип, он поднял глаза и грустно взглянул на девушку. Кажется, он ждал ее прихода, потому что нисколько не удивился ее появлению.

Элен тихо, почти на цыпочках, подошла к нему, наклонилась, и обняла сзади.

– Прости меня, – прошептала она.

Несколько минут молчания повисли вокруг, и никто не решался их нарушить. Затем эльф осторожно взял руку девушки за запястье и посмотрел на символ гильдии.

– Я знаю, зачем ты пришла, ты хочешь, чтобы я это стер, – также тихо сказал он.

– Я пришла побыть еще немного рядом с тобой… Мы последнее время почти не разговаривали, и я не хочу, чтобы мы попрощались на такой ноте, – ответила она, не в силах сдерживать слезы.

Закрыв глаза рукой, она присела на край кровати и заплакала. Кан сел рядом и ласково погладил ее по распущенным черным волосам, затем прислонил к себе так, что Элен уткнулась в его полурастегнутую мягкую рубашку. Ее слезы намочили ему шею и плечо, но он не сдвинулся с места.

Успокоившись немного, девушка спросила:

– Что вы планируете делать? Вы останетесь здесь или вернетесь в Плуран?

– Ни то и ни другое, гильдии больше не будет, мы с Сильмой поедем в деревню Манса, что граничит с пропастью возле Воздушного острова. Хочу обратиться к целительнице, которая когда-то помогла мне, чтобы она вылечила Сильму. Уже полгода ее состояние не улучшается. А местные лекари все, как один, твердят о возможном заражении крови, – Кан тяжело вздохнул. – Заодно повидаю маму.

– Значит у меня и правда нет другого выбора, кроме того, как вступить в МагКлин.

– Ты сделала свой выбор еще до того, как узнала о моем решении. Поэтому ты мне ничего не говорила?

– Мне тяжело было делать выбор, – Элен дышала прерывисто, так, как будто каждый вдох ей давался с большим трудом, – я не хочу терять тебя.

– Мне тоже сейчас нелегко, – добавил Кан, – но мы должны с этим справиться.

– Зачем все это с нами произошло? Я так привязалась к тебе, и теперь никогда не прощу тебя за то, как у меня сейчас разрывается сердце! – как будто бы упрекающе то ли полушепотом, то ли полукриком сказала она.

– Почему ты обвиняешь меня? Мы оба виноваты в том, что сейчас с нами происходит, и нам вдвоем за это расплачиваться.

– Я не хочу верить в то, что больше тебя никогда не увижу, – чуть успокоившись, пытаясь восстановить дыхание, ответила девушка.

– Не нужно в это верить! Наша жизнь не заканчивается, и кто знает, что ждет нас впереди! Возможно, мы еще встретимся.

Элен хотела упомянуть про Аску, про то, как его им всем не хватает, про то, как судьба порой неожиданно обрывает жизни, но побоялась вслух произнести его имя. Она не знала, как Кан на это отреагирует. Вместо этого она просто промолчала.

Дальше они безмолвно сидели вдвоем в этой интимной обстановке, и свет свечи, стоявшей возле кровати, так колюще обжигал их лица. Им обоим хотелось забыть обо всем мире в объятиях друг друга, но мысли о недавно пережитом горе, и о том, что бедная Сильма сейчас находится в соседней комнате, не давали покоя.

– Каник, – нарушила, наконец, тишину Элен, – за все время, что мы проводили с тобой вместе, ты так и не решился меня ни разу поцеловать. Подари мне на прощание один поцелуй, первый и последний.

Эльф был явно удивлен такой просьбой, он помедлил немного, смотря на девушку все тем же грустным взглядом, а затем наклонился и поцеловал ее в кончик носа.

– Как необычно, – едва заметно улыбнулась эльфийка, – но ты ведь тоже хочешь другого поцелуя.

– Очень хочу, с самого начала, как увидел тебя. Но не могу себе позволить большего, так как знаю, что не смогу тогда остановиться.

– Я понимаю, – кивнула Элен и нежно провела рукой по его слегка щетинистой щеке. Слезы вновь подступили к горлу и застряли комом, практически не давая дышать. Ей стало невероятно тяжело находиться рядом с ним. – Я пойду, попрощаюсь с остальными.

С этими словами она быстро встала, и, отводя взгляд, пошла в сторону двери, но Кан догнал ее и прижал к себе так крепко, что у девушки закружилась голова. Они молча простояли так еще несколько минут, не желая расставаться, но и не в силах больше быть вместе.

Чародейка вышла безмолвно, с тихим скрежетом закрывая за собой дверь. Ее переполняло множество чувств: страх, злость, ненависть, любовь и грусть. Сердце больно ныло, а на глазах не высыхали слезы. Она понимала, что должна зайти к подруге, возможно больше она ее никогда не увидит. Но как, оставшись с ней наедине, посмотреть в ее глаза?

Переборов свои сомнения, Элен все-таки решилась на этот шаг. Тихо толкнув дверь, она вошла в темную, но все же немного освещенную лунным светом, комнату. Сильма не спала, потому что, заметив вошедшую подругу, она сразу поднялась в кровати.

– Как ты себя чувствуешь? – как можно нежнее постаралась спросить Элен и села рядом с подругой на кровать.

– Не так хорошо, как ты, но все же не так уж и плохо, – с легкой усмешкой ответила она, – завтра мы с Каном поедем к целительнице. Я очень надеюсь на ее дар. Она лечит какими-то нетрадиционными методами. Как сказал Каник, скоро я снова возьму свои мечи.

– Я тоже хотела бы снова увидеть тебя в твоей фирменной боевой стойке! – подбадривающе воскликнула Элен, – смотри только там аккуратней с нетрадиционными методами.

– Конечно! Помнишь мы с тобой в детстве ходили к предсказательнице, которая жила на соседней улице?

– Которая поила нас каким-то зеленым отваром? Помню, помню! Потом несколько дней так болел живот! – и обе девушки дружно рассмеялись. – Кстати, она вроде предсказывала тебе травму? Ты помнишь? Ты сначала осторожничала, а потом тебе надоело, и ты стала вновь прыгать и лазить через заборы.

– Да, мы тогда решили, что все это ерунда, что она нам наговорила. А тебе, кажется, она предсказала великую славу и несчастливую любовь?

– Точно… – вспомнила Элен, и сердце ее вновь больно кольнуло, напоминая о себе, – что ж, какими бы не были наши предсказания, мы сами хозяева своих судеб. У нас все будет хорошо! Кстати, о судьбе… – эльфийка немного задумалась, а затем спросила:

– Ты помнишь, как Аска по дороге из Плурана в Мунсель завел нас на «проклятую» землю, он забрался на холм, а потом услышал шум приближающегося стада?

– Да, но ведь он это специально все придумал, чтобы напугать нас… – Сильма резко замолчала, – … или нет?

– Аска погиб от копыт стада быкорогов. Это ли не странно?

Сильма удивленно заморгала и уставилась на подругу.

– Я тоже была с ним на том холме… – растерянно сказала она.

– Я хотела у тебя спросить, не слышала ли ты каких-то странных звуков после этого?

– Кажется, нет, ничего такого, – нарастающая паника в голосе полуэльфийки слышалась все отчетливее. – Эта земля правда проклятая?

– Нелман предположил, что в том месте какая-то тонкая материя между мирами, и поэтому можно услышать отголоски своей смерти. Однако, если ты ничего не слышала, возможно, тебе суждено прожить еще долгую жизнь.

Элен взяла слегка трясущуюся руку подруги в свою и успокаивающе погладила.

– Все будет хорошо. Не переживай по этому поводу. Ты обязательно поправишься и проживешь счастливо всю оставшуюся жизнь. А Аска, он, возможно, сейчас тоже счастлив, только в другом мире, в мире ангелов.

Сильма едва заметно грустно улыбнулась и спросила:

– А что ты? Кан сказал, что ты встретила своего мужа и уходишь к нему в МагКлин. Ты счастлива?

Элен ответила подруге такой же грустной улыбкой. Она не знала, что еще ответить на этот сложный для нее вопрос. Она и сама себе ни раз задавала его, каждый раз оставляя без ответа. Счастлива ли она? И что нужно ей для счастья? Да, больше всего на свете она желала найти свою сестру живой и невредимой. И пока она не достигнет своей цели, она не сможет полноценно наслаждаться жизнью. Но почему же тогда за время ее поисков она несколько раз все же испытывала это чувство? Ее встреча с Гвеем и все радостные и волнительные моменты, связанные с этим; встреча с Сильмой и Аской, и, наконец, с Каном, с тем самым мальчиком из ее детства. Но все это счастье длилось недолго. Каждая встреча, каждое счастливое мгновение заканчивалось болью, потерей или разочарованием.

Так обе девушки, грустно улыбаясь друг другу, молча обнялись, чувствуя облегчение после долгого периода напряженных отношений. Хотя каждая из них в душе радовалась расставанию, каждая по-своему. Но обе, несомненно, были рады провести этот последний вечер вместе. Рады тому, что могут расстаться подругами, не держа зла и обид друг на друга.

Как только первые лучи солнца упали на город, ребята стали собирать свои вещи. Гильдии больше не существовало. Канмор сначала собрал всех в парадном зале, в том самом, где недавно они прощались с Аской. Мягкой губкой со специальным эликсиром с меламином он стер у всех на запястье символы с волчьей головой. Бывший лидер выглядел очень подавленным и за все время практически не произнес ни слова.

Хозяйка отеля тоже проснулась рано в это утро, чтобы их проводить. Не считая того, что постояльцы на протяжении почти целого года приносили ей неплохую прибыль, ей нравились эти ребята. Прижимая платок к намокшим глазам, она, как обычно, собрала для них в дорогу полные мешки провизии.

Кан с Сильмой отправлялись дальше всех, поэтому забрали большую часть запасов в свою упряжку. Нел, Оран и Виленд решили вернуться в Плуран. У гнома там осталась кузница, и ребята планировали вновь арендовать хотя бы часть дома их бывшей гильдии. Нел забрал у Кана печать и пообещал возродить гильдию Белого Волка. Они сказали, что будут ждать их, как только Сильма поправится. Элен они пожелали найти сестру и не сильно зазнаваться, будучи в самой привилегированной гильдии.

– Надеюсь тебя не убьют, когда ты разоблачишь короля! – похлопал ее по плечу Нелман.

– Будем рады видеть тебя снова в наших рядах, если останешься жива, – тут же подхватил Оран.

– Спасибо вам, ребята, за гостеприимство и отличную компанию, – со слезами на глазах улыбалась Элен, обнимаясь со всеми на прощание, – я рада, что познакомилась с вами и была частью вашей гильдии. Надеюсь, время еще обязательно сведет нас вместе.

Сильма напоследок крепко сжала тонкую руку подруги, тоже не сдерживая слез, и чмокнула ее в губы.

– Береги себя! Тебя впереди ждет еще важное предназначение!

– Ты тоже берегись. И на всякий случай, если вдруг услышишь внутри себя странный звук, прислушайся к нему, – Элен в ответ тоже сплела свои пальцы с пальцами подруги и прижала ее руку к своей груди.

– Мы с тобой знаем свою судьбу, не так ли? – подмигнула Сильма, – и скорая смерть не входит в ее планы.

Попрощавшись с подругой детства, Элен подошла к самому последнему – к Кану. Он единственный молчал, но в глазах его, полных грусти, можно было прочитать многое. Она обняла его чуть менее смело, чем остальных, пытаясь скрыть свои чувства. Слегка касаясь своей щекой его щеки, она шепнула ему что-то на ухо, отчего губы эльфа чуть дрогнули, а в глазах загорелся слабый огонек.

Как только тронулась их с Сильмой повозка, он долго не сводил взгляд с прекрасной девушки с голубой заколкой в виде цветка незабудки в развевающихся на ветру волосах. Элен тоже провожала взглядом статного темноволосого эльфа с грустными глазами, пока повозка не скрылась за поворотом. Эти образы навсегда запечатлелись в памяти обоих, обреченных остаться в разлуке.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ГИЛЬДИЯ МАГИЧЕСКИХ КЛИНКОВ

Глава 13. ПРЕДСКАЗАНИЕ

«У меня появился еще один секрет. Я хотела узнать будущее, хотела услышать что-то воодушевляющее. Но теперь жалею, что узнала… Появилось столько вопросов! Что за предназначение меня ждет? Какая слава? И почему любовь может меня погубить? Тяжелая ноша – знать свою судьбу и мучить себя главным вопросом: можно ли ее изменить?»

Зима 1003 г.

Зима на Воздушном острове была суровая. Вихри пропасти, огибающей остров, словно разъяренные и голодные стаи волков, проносились по лесам и деревне, завывая и унося с собой все, что не способно им противостоять. Зимой, особенно в середине, во время смены года, жизнь на улицах практически останавливалась. Сулийцы, закутавшись в меховые плащи и плотные капюшоны, спешили быстрее добраться до места назначения, пока вихри не затянули их в свою пучину. Те, кто наделен магией, могли ненадолго ослабить их силу и позволить себе пребывание на улице немного дольше. Но пока ни одному магу-сулийцу еще не удалось полностью подчинить себе эту буйную и опасную стихию.

Кроме беспощадного ветра за окном, эльфов пугала еще и кромешная темнота. В этот период солнце радовало сулийцев всего один час в сутки, все остальное время на остров опускался мрак. Уличные фонари зажигать было бесполезно, ветер сдувал любой огонь, поэтому жители деревни прятались у домашнего уютного очага. Они всю осень готовили запасы дров и свечей на зиму, резали скотину, шили теплую одежду. Вот и Элен с Айрой, хорошо подготовившись, вновь остались на зиму вдвоем, за исключением пса дворняги Филина. Летом он щенком прибежал к их дому, девочки жалели собачонку и кормили. Так пес и прижился у них, стал охранять двор, а к зиме вырос раза в два и оброс коричневой шерстью так, что и темных глаз стало не видно.

Пес сидел на коленях у Элен, а та ласково расчесывала его и обстригала длинные пряди.

– Зачем ты стрижешь его, он ведь замерзнет на улице? – Айра готовила на кухне, краем глаза наблюдая за сестрой.

– Он почти не видит, у Филина должно быть зоркое зрение, – остроумно ответила девочка и продолжила свою работу.

– У нас заканчивается вода, нужно сходить за снегом. Филя тоже хочет прогуляться. Да, Филя? – старшая эльфийка подмигнула песику, и тот энергично завилял хвостом.

– Можно мне с вами? – девочка соскочила с кровати и стала бегать с Филей в догонялки, радуясь предстоящей прогулке.

Но радость ее была недолгой.

– Нет, Звездочка, мы это уже обсуждали. Если тебя унесет, мне потом тебя искать в сугробах?

– А Филя нам на что? – не унималась Элен, – его ты берешь с собой…

– Филе выход на улицу – необходимость, а для тебя просто шалость, – Айра была непокорна в своем решении.

Она надела теплую шерстяную накидку с капюшоном и обмоталась длинным шарфом, затем свистнула псу и скрылась с ним за дверью. Оттуда в комнату сразу повалил холодный промозглый ветер, задув почти все свечи. Пламя в камине тоже заколыхалось, но огонь одержал победу в этом состязании.

На улице было еще светло, но маленькие солнечные лучи почти не пробивались сквозь снежную завесу. Мело не так бешено, как обычно бывает в конце года, но крохотные кристаллики снега все равно висели в воздухе, обволакивали все, что нарушало их спокойствие. Айра набирала снег лопатой в два больших ведра, а Филин, радостный, резвился неподалеку в сугробах. Вдруг пес залился громким лаем, и Айра подняла голову. Вдалеке по заметенной дороге к ним приближалась какая-то фигура. Недолго думая, Филин понесся навстречу незнакомцу, отважно лая и преодолевая густые сугробы.

– Филя, Филя! – звала его девушка, но безрезультатно.

Пес отчаянно добежал до путника, набросился на него и повалил.

Айре пришлось бросить ведра и тоже последовать за псом. Подбежав ближе, чародейка уже приготовилась к сопротивлению, как услышала из-под Фили дикий детский смех. Она магией оттащила песика в сторону так, что тот тихо заскулил, бесполезно размахивая лапками в воздухе. Айра нагнулась и подала руку ребенку. Неизвестным путником оказалась Сильма.

Элен очень обрадовалась появлению подруги. Увидя ее в своем дома, она подбежала, крепко обняла и долго-долго не отпускала ее. Почти целый год они не виделись. Элен посещала школу для магов в самой деревне, Сильма же поступила в школу для воинов, которая находилась за ее пределами, в лесном массиве. Ученики весной с началом нового года заселялись в казармы и жили там весну, лето и осень, не выходя за пределы, выезжая только на зиму. Именно зимой наступали долгожданные каникулы, но из-за погоды на острове детям большинство дней приходилось сидеть по домам.

– Как ты решилась выйти в такую погоду? Меня Айра никуда не выпускает. – спросила Элен немного погодя после бурной встречи, когда Сильма разделась и грелась у камина.

– Очень хотела повидать свою лучшую подругу, – громко ответила Сильма, а потом тихо добавила, так, чтобы старшая сестра Элен ее не услышала. – Я знаю дом одной предсказательницы, он недалеко от твоего. Сегодня одна из самых длинных ночей в году, произойдет смена года, в это время открываются границы потустороннего мира, где нет временных границ, и можно узнать свое будущее.

– Здорово… – протянула Элен и загрустила, – Айра меня не отпустит. Она переживает, что меня унесет или завалит снегом, ведь я еще недостаточно владею своей магией, чтобы сопротивляться ветру.

– Брось, я вообще не владею магией, однако дошла до тебя, значит, и туда дойдем.

Элен взглянула на сестру, привстала, хотела к ней подойти, но села обратно. А потом шепотом сказала:

– Хорошо, пойдем позже ночью, когда Айра уснет.

Чуть за полночь девочки, притворявшиеся спящими, тихо встали с деревянной кровати и в темноте на ощупь стали искать заранее приготовленные теплые вещи. Айра спала в другой комнате, в бывшей родительской спальне, и не слышала, как девочки собирались. Но когда Элен приоткрыла старый деревянный сундук, чтобы вытащить из него свой шерстяной плащ, крышка предательски скрипнула, и Филин, спящий на джутовом коврике между комнат, подскочил и глухо зарычал.

– Филя, тише, тише, это я, – как можно ласковее попыталась его успокоить Элен. Не хватало еще, чтобы он разбудил Айру.

Пес замолчал и подбежал к младшей хозяйке, виляя хвостом.

– Придется взять его с собой, – тихо сказала эльфийка, поглаживая мягкие уши Фили, – иначе он начнет скулить и точно разбудит Айру.

Надев на себя кучу теплых вещей, Элен подкралась к двери вслед за Сильмой, которой не терпелось поскорее узнать свое будущее. Пес, внимательно следя за девочками, послушно сидел на своем коврике, но ни на мгновение не отпускал их взглядом.

– Пошли гулять! – скомандовала Элен как можно тише.

Филя сразу соскочил и рванул к двери, будто ждал этого всю жизнь и, наконец, дождался. Ему было все равно – ночь на улице или день, вьюга или мороз. Гулять он любил больше всего на свете.

Выйдя за дверь, девочки тихонько закрыли ее с другой стороны и заметили, что ветер стих. Снежная пелена, почти всю зиму покрывающая небо, местами рассеялась, и мягкий серебристый лунный свет помогал им, освещая дорогу.

– Смотри, как нам повезло сегодня, – радостно воскликнула Сильма по пути к дому предсказательницы.

– Да, похоже, природа не против, чтобы мы узнали будущее, – подхватила Элен и, подобрав в рукавицы горстку снега, вылепила из него плотный снежок. – Я так давно не выходила на улицу…

Не договорив, она запустила снежок в подругу и побежала от нее в другую сторону. Филя, радостный, поскакал за ней, застревая в сугробах. Сильма тоже быстро скомкала снежок и бросила его в ответ. Девочки смеялись и радовались, пока снег проникал им в ботинки, рукавицы и капюшоны.

Когда снежок Сильмы в очередной раз сбил Элен с ног, та встала и отчаянно вновь запустила в ответ, но силы докинуть не хватило, и Сильма легко увернулась. Но какого было ее удивление, когда снежок не упал, а полетел дальше, и сколько бы она не уворачивалась, он догнал ее и сбил.