Резидент
— Конечно, бро… Может, лучше пойдём? — вдруг предложил Лёша, выглянув в коридор. — А то он всех достаёт в последнее время, провоцирует.
— Едим же, — я пожал плечами. — Куда идти? Стоим.
Но я понял, почему он заволновался.
В буфет зашёл наш одногруппник Макс Уваров, но он давно никого из нас не доставал. С тех пор как я ему ответил, он меня обходил, хотя сам я первым его не трогал.
Но он был не один, следом за ним вошёл второй мажор из нашей группы. Кирилл Дёмин, светловолосый высокий парень в белой рубашке шёл с таким видом, будто принц королевских кровей снизошёл до нашего буфета, не выпуская из рук последний айфон самой топовой модификации, чтобы его видели все.
— И чё тут есть? — спросил он, морща переносицу.
— Вот эти вкусные, — сказал Макс, показывая на тарелку.
— Ну да, ты к такому привык, — Кирилл ехидно усмехнулся. — Ну давай попробуем, чем тут кормят. Всё равно пары нет.
Заказал сосиску в тесте, откусил и скривился.
— Не, чего-то не хочется, — Кирилл бросил еду в ведро, стоящее в углу, но остановился рядом. — О, Вадик, — он сделал вид, что заметил меня.
Макс тут же что-то зашипел ему на ухо. Вроде как лучше не трогай.
Зря Кирилл не послушал хороший совет.
— Извини, выбросил зря, тебя не увидел. Ты бы, наверное, доел? — с фальшивой заботливостью спросил он, но в глазах играл весёлый огонёк.
— Подколоть меня хочешь? — спросил я расслабленным голосом. — Не советую.
Обычно, он меня игнорировал, как мебель, но иногда пытался достать. Меня тогда чуть не выгнали из-за него на первом курсе, когда я ему врезал.
Препод один тогда меня спас, сегодня как раз у него пара. Но Кирилл не только меня доставал, но и других, ведь папа у него на нашей железной дороге занимал большое положение, и это знали все.
Но сейчас будет не так, как он привык.
— Да ты что, какие подколы? Просто хотел помочь. Кстати, тут недавно кеды выбрасывал на помойку, про тебя вспомнил, надо было их тебе...
— А я тут новости почитал, Кирюха, — сказал я, усмехаясь. — У тебя же папа — заместитель начальника дороги, а мама — владелец сети аптек?
— Ну да, у меня-то есть родители, да, — Кирилл улыбнулся с виноватым выражением на лице. — Ах да, у тебя же их нет. Забыл. Сочувствую, бро.
— А мы тут о твоих, — я не дал сбить себя с толку. — Это у нас же на дороге трясут, кто фальшивые акты приёмки подписывал, да?
— И чё?
— Как чё? Твой папа одним из подписантов был, а там шпалы гнилые на участках оказались, ещё сход грузового состава был из-за этого. Походу, уволят его. Может, поставят сюда преподавателем, — я усмехнулся, — но зарплата упадёт. Так что больше не пошикуешь.
— Ты на что намекаешь? — Кирилл нахмурил брови.
— А вот в аптеках тоже всё плохо. Все закредитованы, доход упал, скандалы ещё со сроками годности и подделками. И налоговая трясёт, и прочие. Сеть на грани закрытия, говорят.
— Какое это имеет…
— Так что если дела пойдут совсем плохо, — сказал я, глядя ему в глаза, — то твой БМВ, который в лизинг взят, придётся вернуть. И деньги на карманные расходы тебе урежут, и экзамены на халяву уже не сдашь. Да и вообще, зря ты хвастаешься богатством, не так уже и много тебе шиковать осталось. Людей только злишь, припомнят тебе это. И зря ты, Кирюха, выбрасываешь еду. Скоро это тебе за деликатес покажется.
— Лол, хе-е, — засмеялся Макс, а Кирилл посмотрел на него, как на предателя.
— Тихо ты! А ты… — он уставился на меня.
— Ну? — я развёл руками. — Что-то ещё про меня хочешь сказать? Или ударить? Попробуй, но в этот раз деканат не поможет. Так что не советую. Не вывезешь.
Он покраснел, но больше не сказал ничего, и молча ушёл под удивлённые взгляды и смешки остальных, кто это слышал. Но его и не любили.
Макс подумал и заказал ещё одну.
— А ты откуда это знаешь? — спросил Лёша.
— Ты же сам рассказывал, — вспомнил я. — Вычитал тогда и рассказывал.
— Я уж забыл.
А я запомнил, оказывается. И сейчас навыки Тумана сложили два и два, чтобы этот Кирилл меня больше не доставал, мажорчик ушёл, оглядываясь по сторонам.
— Теперь точно отстанет, — заключил Лёша. — А то и правда, достал…
Он о чём-то болтал дальше, а я подумал, что мне и правда нужен комп. Но тут надо придумать, как снять бабки у того посредника, чтобы никто этого не видел. И чтобы не задавали вопросов.
Учитывая, что было сегодня, самый умный вариант — переждать, сейчас не горит, чтобы бежать и снимать. Но пока рядом крутится Паяльник, это опасно.
Жадность до добра не доведёт, тем более, я от голода не страдал. Подожду.
Вообще, стоило бы выяснить, кто такой этот Паяльник, чисто ради собственной безопасности… Кстати, у меня же есть способ, как это узнать. Не самый эффективный, но пока я препирался с Кириллом, то крутил этот вариант в голове. Даже не один способ.
Стоило бы заняться, чтобы понимать, кто этот человек и будет ли опасен для меня потом. Но Туман бы его точно опасался. При этом не прятал бы голову в песок, а постарался бы выяснить побольше об этом человеке.
* * *
Тем временем...
Слон, он же Мамонтов Эдуард Владимирович сидел за столом с телефоном в руках и считал выручку, тихо что-то бормоча про себя. Перед ним стыл кофе, который он не пил.
— Мне чё-то кажется, Жека, — Мамонтов поднял голову, — что наш бухгалтер Олежа стал хитрить.
— Мне к нему сходить? — грубым басом спросил Жека Паяльник, поглядывая на барную стойку, где ему должны были налить пиво.
— Да я шучу! — протянул Слон. — Шуток не понимаешь?
— Так ты говори прямо, идти или нет. Ну где ты там? — рявкнул Паяльник на бармена. — Сколько ждать ещё?
Парень с аккуратно выведенной бородкой и выстриженными висками, стоящий за стойкой, вздрогнул и сразу взял бокал.
— Народ не пугай, Паяльник, — недовольно проговорил Слон. — Приличное место, а ты тут как мамонт сидишь.
— В смысле? Как лох или чё? — Жека напрягся.
— Да потише ты. Шуток не понимаешь. Как древний мамонт, порядки современные не знаешь. Так чё там с этими детдомовскими?
— Да нормально, чё. Не они его мочканули, — Паяльник дождался своего пива. — И никто не знает, кто его порешил. Жора к ним ходил, пальцы гнул, потом наехал, не вывез и съехал. Я же говорю — лох он.
— Лох-то он лох был, а деньги приносил.
— А как называется начальник над лохами? — Жека вдруг хмыкнул. — Кто себе в команду только таких набирает?
— Чё? — тут же возмутился Слон.
— Думаю, как бы назывался, — протянул Паяльник, хлопая глазками.
Слон уставился на него, думая, хотел ли Жека его оскорбить или брякнул случайно. Посмотрел на его вид и решил, что случайно.
— Ладно, босс, молчу, — Паяльник чуть отвернулся и хмыкнул.
— Надо было раскрутить их на это дело, — продолжил Слон.
— А я чё, мент, чтобы крутить кого-то? Сходил, поинтересовался, как ты и говорил. И всё, на...
Раздался звон колокольчика, и оба повернулись в сторону двери. В подвальное кафе вошёл человек, которого они оба хорошо знали.
Оперуполномоченный капитан Рогачёв подошёл к ним, взял стул, развернул его спинкой к ним и сел.
— Здорово, мужики, — с усмешкой проговорил он.
— Ты где тут мужиков увидел? — тут же напрягся Паяльник.
— Тихо, — велел ему Слон. — Чего надо, капитан? Адвоката сейчас позову.
— А могли бы спокойненько поболтать без лишних ушей, — Рогачёв усмехнулся. — А так придётся повесткой звать, сразу к следователю. Ну, куда деваться, раз хотите официально.
Бармен принёс бокал пива и блюдце с орехами. Рогачёв втянул носом воздух.
— Хорошо вам, время рабочее, а вы тут пивко потягиваете, — он взял пару фисташек из блюдца.
— Чего нужно? — спросил Слон.
Заметив, что опер смотрит на его руки, он тут же убрал их под стол.
— Да я всё о старом, — произнёс опер. — О вашем кенте, Гоше Витебском. Или Жоре Питерском, как вы его прозвали.
— Он мне не кент, — пробормотал Паяльник.
— Шефу твоему кент.
— Мы с ним не работали, — поспешно сказал Слон. — Подходил, предлагал свои услуги, но у меня легальный бизнес.
— Да-да-да, — Рогачёв закивал.
— И кто-то ему по башке дал, я не знаю.
— А с чего ты взял, что его по голове били? — спросил опер.
— Ну… говорили так, — Слон откашлялся. — А чё с ним случилось?
— Его убили, — Рогачёв хмыкнул и взял ещё орешек.
— Шутник, блин, — пробормотал Слон.
Паяльник громко загоготал через пару секунд.
— Убили его, ха-ха, в натуре, мент, Петросян, блин. А то мы не знаем. В камеди-клаб тебе надо.
— Там плохо шутят, — произнёс Рогачёв.
— Вот именно.
Опер посмотрел на Паяльника, но тут с хрустом сгрыз фисташку, будто не знал, что их едят без скорлупы.
— Короче, Слон, — сказал Рогачёв, — раз не хочешь по-хорошему сказать, расследованию помогать, будем официально действовать. Но адвокат тут особо не поможет. Много у нас к тебе вопросов накопилось, ёлки-палки.
— Да он с какими-то детдомовскими связывался! — воскликнул Слон. — Я ему говорил, что попадёшь с ним. Вот их проверять надо.
— А ты мою работу меня делать не учи, — сказал Рогачёв и поднялся. — Сам знаю, как её делать. Вот, кстати, моя визитка…
Слон протянул руку, но тут же отдёрнул назад и кивнул Паяльнику.
— Возьми.
— А мне она зачем?
— Возьми.
Жека Паяльник взял карточку, а Слон понял, чего хотел добиться мент. Потому что на правом кулаке у него до сих пор короста на костяшке, оставшаяся от того, как он ударил Жору Питерского в тот злополучный день.
Наверняка криминалисты и судмедэксперты сделали заключение, вследствие чего наступила смерть. Не от удара по голове, а потому что тот упал из-за удара в лицо и стукнулся затылком. А если ещё и след от перстня остался...
Опер ушёл. Слон сидел за столом, раздумывая над произошедшим.
— Ты высокий, глянь, чё он там делает, — велел он Паяльнику.
— Так ушёл же, — протянул Жека.
— Ты глянь. Да не ходи на улицу, глянь через окно, — с раздражением бросил Слон.
Высокий Паяльник поднялся и посмотрел в окошко под потолком.
— Колёса твои фоткает. Шины такие же купить хочет?
— Следы мои снимает, сука! — Слон едва стукнул кулаком по столу. — Паяльник, тебе надо… — он посмотрел на него и скривился. — Ладно, сам разберусь. Вызови ко мне одного человечка, замутим одну штуку. Пусть менты ищут кого надо, а не достают честных бизнесменов.
Смотрящий в окно Паяльник усмехнулся. Слон с удивлением повернулся к нему, но лицо вернувшегося за стол подопечного ничего не выражало.
Глава 13
Пол скрипел под ногами, пока мы играли в баскетбол. Время от времени раздавался свисток, а седой физрук Андрей Иванович, хотя все поколения студентов звали его Андроном Иванычем, гонял нас без пощады, и после его занятий пот всегда бежал градом.
— Ну чё, Жан-Клод Ван Дамм, — он заметил меня. — Когда мне подтягивания сдашь, кикбоксёр? Забыл?
— Ничего я не забыл, Андрей Иваныч, — отозвался я. — Хоть сейчас. А кто такой Жан-Клод Ван Дамм?
— Я тебе дам, кто это такой! — взревел он. — Вы, молодёжь, совсем…
— Да я шучу, — я засмеялся. — Знаю я такого.
— А я фильм смотрел с ним, — вставил Лёша, поправляя очки. — Рокки, называется, да?
Андрон Иваныч взял мяч и кинул в него. Но мы не обижались, хоть и орал он часто и помногу, и мяч мог бросить.
Он был одним из немногих преподавателей, кто до этого не работал на железной дороге. Но зато был отставным военным, вот и чувствовал себя здесь, как дома.
Ведь на железке орут все, постоянно и по любому поводу, как в армии.
Несмотря на это, деда уважали все, он студентов прикрывал, помогал, иногда даже мог подойти к неуступчивому преподу на другой кафедре и попросить дать ещё один шанс на пересдачу, если кому-то грозило отчисление.
И я не забыл, что он тогда вступился за меня на первом курсе, когда я врезал Кириллу. Сейчас же Кирилл на пару не пришёл вообще, ему хватило словесной взбучки, и, похоже, он будет шарахаться от меня ещё какое-то время.
Подтягивания я сдал, пятнадцать раз, хотя требовалось поменьше. Руки после этого немного загудели. Но хорошо, что это последняя пара, и не надо будет потом сидеть и страдать на лекции.
Зато заметил, как Даша пыталась заигрывать то с одним парнем, то с другим, наверняка пытаясь вызвать у меня ревность. Но мне уже было пофиг, если честно. Наверное, она просто привыкла, что кто-то на фоне постоянно добивается её внимания, а тут резко прекратилось. И ей обидно, хочет сделать, как было раньше.
Мы бегали, выполняли нормативы, но с этим у меня всё и так было хорошо. Потом баскетбол, и, наконец, пара закончилась, пора в душ. Вышел после него, посвежевший и взбодрившийся, раздумывая, что купить и приготовить на обед.
И что делать дальше с возможной проблемой, потому что я не хотел оставаться в неведении. Надо разузнать, стоит ли беспокоиться или нет.
— Привет, Вадик, — Даша, стоявшая недалеко от входа в мужскую раздевалку, начала мило улыбаться.
И делает вид, что оказалась здесь совершенно случайно.
— Привет, Даша, — спокойным тоном, как здоровался с любой девушкой на потоке, сказал я и прошёл мимо.
— А я сегодня освободилась пораньше, вот… ты меня игнорируешь? — она пошла следом.
— Почему? Я же с тобой здороваюсь каждое утро. И только что сказал «привет».
— Ты с Машей общаешься, а ко мне не подходишь совсем! — обиженно сказала Даша, надувая губки.
Ну здравствуйте, пошла в наступление после тотального игнора. И вот чего они с Машей больше не общаются.
— А Маша мне РГР чертит.
— А я?
— А ты бы начертила? Я тебя много раз просил.
— Я… да не в этом дело. А что за блондинка на катке была? — спросила она то, что её интересовало больше всего. — С ней? Ты серьёзно?
— А в чём проблема? Сама же тогда говорила, что у нас отношений нет и быть не может, и ты знакомишься и переписываешься с кем хочешь. Вот и я познакомился, — я улыбнулся.
— Да я не это имела в виду! — возмутилась Даша. — Или ты из-за того случая в кафе? Просто посмеялись тогда…
— Давай время тратить не будем, — я посмотрел на неё. — Ты меня знаешь, я юлить не люблю. Тебе просто надо, чтобы я снова за тобой бегал и упрашивал. Тебе так привычно. А мне бегать за тобой больше не хочется. Вырос. Пока, Даша.
Она замолчала, уставившись на меня, но через несколько секунд выпалила вслед:
— Да мне вообще всё равно, с кем ты там ходишь!
— Тогда зачем спрашиваешь?
На это Даша ответить не смогла. Я спокойно себе пошёл дальше, написав «привет» Наташе. Решили, что завтра увидимся на секции.
— Он меня игнорит, — услышал я голос Даши из коридора, пока надевал пуховик у раздевалки. — Намекала, что на свидание можно сходить… в смысле? Ну нет, конечно, какие с ним могут быть отношения? Просто бесит... Что значит, сама упустила?! Ты куда?
— Привет, Вадим, — мимо прошла Катя из нашей группы и улыбнулась. — Ты на коньках, говорят, кататься умеешь.
— Научился, Кать.
— А я даже не знала.
Сегодня что, на мне мёдом намазано? Или это из-за дезодоранта нового? Так реклама не врала? Ха!
Поправил шапку и пошёл на выход. У меня так-то дела. И есть хочется.
По дороге домой взял куриные бёдра и лимон, и ещё немного обычной картошки.
С курицей особо не возился, просто обжарил бёдрышки до корочки, полил лимоном, добавил воды и оставил томиться до готовности. Такие действия вообще выполнялись на автомате.
На гарнир же была обычная картошка. Мы как-то были в летнем лагере, пытались её приготовить, но всё сожгли, и с тех пор я жареной картошки не касался, только фришку ел в фастфудах.
А ещё в лагере был такой вкусный хлеб, что мы ели его много раз на дню большими порциями. Нигде такой вкусный больше не попадался. Попробовать выпечь? А то такой фиг купишь.
Пока же надо было сделать гарнир. Сначала забросил очищенные и разрезанные пополам картофелины в холодную воду, дождался кипения, но варил недолго, минут семь. Затем воду слил, оставил картофель высохнуть.
И только после этого обжарил картошку с чесноком и травами до золотистого цвета. Получилось прикольно: снаружи хрустящая корочка, а внутри очень мягкая. И очень уж ароматная.
* * *
Ну а дальше погнал по своим делам, и не по учёбе. Это больше как предосторожность, чтобы понимать, чего ждать от нового знакомого.
Доехал я до районного отдела полиции. Место, которое я бы избегал всеми силами раньше, но тут у меня был один человек, который мог бы мне хоть что-то рассказать.
Хотя и не особо много, но зато это был способ прояснить ситуацию, не имея других связей.
У входа располагалась дежурная часть, в подвале размещался изолятор временного содержания, а опера и прочие сотрудники находились на втором этаже. Усатый дежурный сидел за стеклом, говорил по телефону, на груди у него висел бейджик, да и на стекле было написано, кто именно сегодня дежурит.
У них система с пропусками, просто так не войти. Есть видеонаблюдение, но я пришёл не нарушать закон, а просто узнать, так что пусть снимает...
Я звонил нужному мне человеку из дома, но он, похоже, сменил номер. Номер его кабинета я не знал.
Можно долго и утомительно узнавать у других сотрудников, но я решил ускорить задачу.
В голове уже родился план, как это сделать быстро, эффективно, не привлекая лишнего внимания. Кажется, Туман проникал в такие места и знал, как работает система.
Хотя что делать дальше, чёткого плана уже не было. Только попасть внутрь и постараться выяснить хоть что-то. Импровизировать, грубо говоря, если нужного мне человека нет или он вообще откажется помогать. Или обращусь к другому.
Короче, без информации не уйду.
На улице, где курили несколько сотрудников, и стояли машины ППС (из одной как раз пэпсы вытаскивали упирающегося пьяного мужика), я достал телефон и набрал именно эту дежурку, тем более, номер был записан на стекле, и я его запомнил методом Тумана. Как и имя дежурного.
— Дежурная часть, — раздался усталый голос в трубке.
— Романыч, сейчас ко мне человек подойдёт, пропусти побыстрее, — приказным тоном сказал я, бубня через кулак, чтобы звучать грубее, и тут же отключился.
Сверять, кто именно звонил и откуда, усатый дежурный не стал. А я уже вошёл внутрь и смотрел на него через стекло.
— Анатолий Романыч, мне наверх, — сказал я. — Вам уже звонили?
Дежурный, не отвлекаясь от другого звонка, нажал на кнопку, и над вертушкой загорелась зелёная лампочка. Я спокойно прошёл дальше.
Ого! Ничего себе, удалось! Оперативно получилось, даже лучше, чем я думал. Будь я бандитом, устроил бы тут веселье.
Но они и правда привыкли пропускать всех по просьбе начальства или оперов постоянно, и Туман это знал.
Здесь недавно сделали ремонт, ещё пахло казённой краской, но линолеум в крупную клетку под ногами уже был порядком протёрт. На серо-белых стенах висели доски с информацией, портреты с разыскиваемыми, из-за этого почти не было свободного места. Двери во все кабинеты были закрыты.
И куда стучаться? Но долго искать не пришлось.
Я давно его не видел, но узнал сразу, он почти не изменился. Дядя Лёша, старый друг отца, только что вышел из кабинета руководителя и уставился на меня.
Именно к нему я шёл.
— Дядь Лёша, здрасьте, — сказал я.
Усталый мужик с редкими тёмными волосами поправил очки и уставился на меня.
— О, Вадя, ничего себе, ты вырос! Ты ко мне? А чего не позвонил?
— Звонил, но у вас номер сменился.
— А, ну да! Забыл сказать.
Помню, как на похоронах отца дядя Лёша подходил ко мне и обещал помочь со всем, чем угодно. Тогда много кто ко мне подходил с этим, но почти все о своём обещании забыли сразу.
Дядя Лёша тоже забыл, и за эти годы я его не видел ни разу, хотя когда отец был жив, они виделись каждые выходные.
Но пару раз я с ним созванивался. Один раз, когда вставал на прописку, он обещал помочь ускорить дело, но забыл. Потом извинялся, обещал всё исправить и снова забыл.
После этого обещал поговорить с одним опером из уголовного розыска, который думал, что я делаю закладки, но и на это махнул рукой. Я даже не напоминал.
Да, это человек, в котором я уверен на все сто процентов, что он своё обещание забудет точно.
Но я здесь не за этим. С одним вопросом он помочь сможет, ведь всех местных бандитов из организованных группировок он знать должен по роду службы.
Тем более, для этого ему ничего не потребуется делать самому, только говорить, так что на мой вопрос ответит. Или даст наводку, или я сам её найду. А пока я зайду издалека.
— Дядя Лёша, да мне тут в институте дали задание для курсовой, — придумывал я на ходу, — современная организованная преступность. Можете рассказать что-нибудь?
Он вряд ли помнит, где я учился, и вряд ли знает, что у студента железнодорожного института в принципе не может быть такой темы для курсовой. Но я дядю Лёшу особо не интересовал, чтобы он обо мне хоть что-то помнил.
— Так-то я занят, — он почесал затылок. — Ну ладно. А что именно?
— Чем занимаются, какие представители в городе есть, какие дела открыты? То, что можете рассказать, конечно. Вы же эксперт, разбираетесь.
— Ну, давай. Чё-нибудь придумаю.
Людям нравятся, когда их мнение спрашивают, им приятно, когда их называют экспертами, вот дядя Лёша и растаял. Простая хитрость от Тумана.
Дядя Лёша провёл меня в кабинет, очень тесный, где стояло три заваленных бумагой стола, стоящих впритык друг к другу. Открыл ключом, ведь остальных оперов не было, все на выезде.
В кабинетах курить запрещено, но куревом всё равно пахло. У стены стоял выкрашенный в белый сейф, из него торчал ключ. Закрытое решёткой окно выходило во двор, на подоконнике лежали ещё папки и пакет из «Пятёрочки».
Я сел на скрипнувший стул для посетителей. Да, бумаг много, и где именно искать, я пока не знал. Поэтому был только один способ: импровизация и память шпиона, тренированная как раз для таких ситуаций, когда требуется узнать много и очень быстро, пока никто этого не увидел.
— Чё тут сказать? — дядя Лёша почесал редкие волосы на голове и кашлянул. — Сейчас банды работают иначе, не напоказ, как раньше. За исключением этнической преступности в диаспорах. Там всё как в 90-е осталось.
— Меня больше интересуют старые городские банды. Какие-то же остались с давних времён. Или люди в них, те бандиты-рецидивисты?
— Да уже никого из тех бандюганов не осталось, — он вдруг заржал. — Кроме зама губернатора, но его уже посадили.
Я тоже посмеялся.
— Они сейчас не отсвечивают лишний раз, Валера, — он перепутал моё имя.
— Вадим, — терпеливо напомнил я.
— Ой, точно, Вадя. А так, занимаются обналом, создают фиктивные ИП на всяких бомжей. Ещё мошенничество с кредитами и телефонами, тут всем каждый день звонят. Закладки, конечно, это у них сейчас основной источник дохода помимо проституции…
Он начал нудно перечислять прочие преступления, пару раз зевнув.
— Крипту отмывают, контрафакт через маркетплейсы гонят, притоны держат. На закупках мошенничают, конечно. Недавно мы накрыли вебкам студию, но там уже спад пошёл. Как раньше, короче, бабки зарабатывают, но с учётом нового времени. И уже не так отсвечивают, да.
— И вы всех знаете?
— Почти всех, — он с гордостью похлопал по стопке дел.
— А папа же в этом отделе работал? — спросил я. — Как и вы, дядь Лёша?
— Да. Он меня и позвал тогда сюда. Матёрый у тебя старик был, принципиальный, — он задумался. — Чаю хочешь, Виталя… Вадя? — предложил он.
Хоть фамилию не забыл. Хотя кто его знает?
В углу стоял кулер, и там даже был краник для горячей воды, но бутыль сверху давно была пустой, и это меня совсем не удивило. Дядя Лёша вздохнул, взял со стола красный электрический чайник и пошёл на выход.
— Я тебя закрою, — сказал он. — А то кто-нибудь зайдёт ещё. Начальство ходит.
— Конечно.
Дядя Лёша подумал и забрал ключ из сейфа перед уходом. Дверь закрылась, замок в двери щёлкнул...
Я тут же вскочил и начал листать папки на столе, так быстро, как только мог. Просто смотрел страницы, в надежде, что навык скорочтения и память Тумана запомнят всю суть, и я потом это использую.
Пролистал несколько папок. Глаза уверенно бегали по строчкам, разбирая как корявый почерк полицейских, так и бледные ксерокопии. Просто читал, пробегая глазами, чтобы разыскать нужное, и чтобы как можно больше отложилось в памяти.
Тук-тук!
Дверь задрожала. Я посмотрел туда. Нет, ключа у них нет. Продолжил листать, только тише. Вот, как раз то, что мне может пригодиться...
Я жадно читал, как студент свою шпаргалку во время экзамена, когда преподаватель вышел на минуту. То есть — как я сам во время сдачи термеха.
Раздались шаги. Эти уже были мне знакомыми. Левая подошва шоркала по линолеуму, а именно так ходил дядя Лёша. Я заметил это сразу, как только его увидел, но осознал только что.