На одной волне, или пойти туда, не знаю куда
— Я считаю, — начала Василиса, — что аномалия состоит из кусочков разных миров, затянутых в наш мир тем, что находится в её центре. Что там? Скорее всего, то, что построили атланты. И... не знаю, как назвать: устройство, установка — не важно в общем-то, но оно продолжает работать. Время от времени оно захватывает кусочки других миров и присоединяет их к себе. Установка удерживает их на волне, близкой к волне вашего мира, поэтому ты их видишь. Из-за удержания кусочки остаются нестабильны, и эти колебания не дают проявиться им в нашем мире. На удержание расходуется волшебная энергия. Пока кусочков было мало, расход был незначительный, но количество с каждым расширением увеличивалось, пока расход не достиг критического значения.
— Пора возвращаться, скоро артефакт разрядится, — сказала Василиса.
К вечеру они вернулись на базу. Мара ждала их в гостиной.
— Ну как? — спросила она, едва они появились на пороге.
— Всё получилось, я была права! — радостно сказала Василиса.
— Что дальше? Виктор, что ты решил? Идёшь в аномалию?
— Думаю, мне понадобится два-три дня, чтобы подготовиться. Не знаю, как далеко мой корабль отсюда, так что добавляйте время на дорогу туда и обратно.
— Замечательно, — сказала Мара. — С дорогой я помогу. Открою портал до корабля и приду забрать через три дня. Могу открыть портал сейчас, могу утром.
— Давай сейчас. Чего тянуть? — сказал он.
— Виктор, возьмите меня с собой, — попросила Василиса. — Я хотела бы взглянуть на космический корабль. Обещаю, что не буду вам мешать.
— Так будет даже лучше, — ответил Виктор. — У меня наверняка появятся вопросы, а так вы сможете ответить на них.
***
Выйдя из портала, они оказались возле космического корабля — огромной, слегка покорёженной металлической туши, возвышающейся над землёй на фоне стремительно темнеющего леса. Василиса остановилась, заворожённо рассматривая невиданную доселе диковину. «Разве такое можно построить?» — с удивлением подумала она.
— Василиса, вы где? — спросил Виктор.
— Здесь, — отозвалась она, поспешив к мужчине, голос которого раздавался со стороны корабля.
— Идите на свет.
На корпусе зажёгся прожектор, освещая пространство возле корабля. Под ним в корпусе образовался широкий, ярко освещённый проход.
Подойдя, Василиса заглянула внутрь. Короткий коридор, за которым виднелась ещё одна дверь.
— Василиса, вы здесь? — спросил Виктор.
— Да, стою возле входа.
— Заходите по правой стороне.
Василиса шагнула внутрь корабля.
— Я зашла.
Наружная дверь с мягким шипением, выдвинувшись откуда-то сбоку, закрылась. Раздался щелчок запирающего механизма, после чего внутренняя дверь с таким же шипением откатилась в сторону.
— Прошу, — сказал Виктор. — Проходите, я сразу следом за вами.
Василиса, перешагнув через порог, вышла из шлюза, остановилась, осматривая коридор изнутри.
— Добро пожаловать, — сказал Виктор. — Если хочешь, проведу экскурсию.
— Хочу, — ответила Василиса. — Мне безумно интересно. Вряд ли я много пойму, но посмотреть очень интересно.
— Тогда дай мне руку. Так будет проще обоим.
Василиса вытянула руку чуть вперёд. Через некоторое время ощутила мужскую руку, легко сжавшую её ладонь. «Приятная рука, — отметила она мимолётом. — Крепкая, но не грубая».
— Смотри: справа от тебя, в носу корабля, находится кабина пилота — по сути, центр управления. В середине — жилой отсек, кают-компания и каюты экипажа. Слева — технический отсек: там находятся двигатели корабля, системы управления и много что ещё. Под нами, — он постучал ногой по полу, — трюм. Он служит для хранения необходимого оборудования, разных вещей и прочего; есть место для перевозки грузов.
— Начнём с кабины пилота, — сказал Виктор.
Василиса почувствовала, как её легко потянули за собой.
Стоя в кабине пилота, она с интересом рассматривала кабину: кресло пилота, элементы управления — пытаясь найти хоть что-то знакомое. Виктор что-то говорил, объяснял, но Василиса быстро потерялась в обилии незнакомых терминов и просто слушала приятный мужской голос, восхищаясь сложностью механизмов.
Жилые помещения особого впечатления не произвели: плюс-минус стандартно, функционально и ничего лишнего.
Попав в технический отсек, Василиса замерла. Как заворожённая рассматривала незнакомые механизмы, наблюдала за мельканием цифр и букв на многочисленных дисплеях, перемигиванием световых индикаторов. Виктор, продолжая держать её за руку, водил от механизма к механизму, что-то рассказывая.
— Вот как-то так это всё и работает, — закончил он.
— Вот это да... — произнесла она восторженно. — Как такое можно придумать? Поразительно...
— Василиса, я тебя сейчас отведу в кают-компанию, посидишь там. Мне нужно поменять батареи. Это минут десять.
— Я бы хотела посидеть здесь, мне интересно.
— Хорошо, — ответил Виктор, усадив её в кресло и отпустив руку.
Василиса наблюдала, как в противоположной стене открылся люк, и Виктор извлёк оттуда два цилиндра с мигающими красными индикаторами на торце, унёс их. После чего вернулся с двумя футлярами, из которых извлёк такие же цилиндры, вставил их в свободные ячейки и закрыл люк.
— Что ты сейчас делал? — поинтересовалась она.
— Менял разряженные батареи.
— Для чего?
— В корабле не осталось топлива, — пояснил Виктор. — И все системы работают от этих батарей.
— Подожди... Ты хочешь сказать, что вся эта громадина, все механизмы работают от двух небольших цилиндров?
— Четырёх. Их нельзя менять разом, только по два.
— И долго работает?
— В таком режиме потребления — примерно месяц.
— Поразительно, — сказала Василиса, представив количество энергии, заключённой в столь малый объём.
— А у тебя есть такие же, но поменьше? — спросила она.
— Есть, на складе.
— Выдели мне одну. Хочу кое-что проверить.
— Да, конечно. Пойдём в кают-компанию, я принесу тебе со склада.
Через полчаса Василиса сидела за столом, разложив инструменты, с жадностью смотря на батарею, лежащую на столе.
— Ты иди, Виктор... я тут посижу, поработаю. Слышать не буду — отключу артефакт.
— Хорошо. Если что, твоя каюта — первая дверь налево.
— Спасибо, — ответила Василиса.
Ночью мужчину разбудили крики...
Глава 6
Глава 6
Виктор вскочил с кровати, выбежал в коридор. Из кают-компании раздавались радостные женские возгласы.
Аккуратно приоткрыл дверь, с удивлением рассматривая изящную темноволосую женщину, совершающую странные движения, отдалённо напоминающие танец дикарей.
— Кто молодец? — спрашивала она себя. — Я молодец! — тут же отвечала.
Мужчина вошёл в кают-компанию, остановившись на пороге.
Женщина, заметив его, слегка смутилась.
— Я тебя разбудила? — спросила она, чуть виновато.
— Василиса?.. — слегка неуверенно произнёс он.
— Да, да, да! У меня получилось!
— Я тебя вижу, — она улыбнулась.
— Я тебя тоже, — улыбнувшись, ответил он.
Женщина подошла ближе.
— Будем знакомы. Я Василиса, — представилась женщина, протянув руку.
— Виктор, — представился мужчина, пожимая протянутую руку. — Как у тебя получилось?
— Доработала артефакт. У вас такие чудесные технологии. Я там покопалась немного, — Василиса махнула рукой в сторону технического отсека. — Мне нужен был проводник.
Виктор кивнул.
— Покажешь потом, где... вдруг там что-то нужное было. Рассказывай.
— Мне удалось подключить батарею, что ты дал, к артефакту и сократить расход энергии. Теперь я могу идти в аномалию сама.
— Как сама? — он нахмурился. — Одна?
— Почему одна? С волком.
Виктора охватили странные ощущения. Он замер, пытаясь разобраться, что чувствует. С одной стороны, он теперь не нужен — вполне обойдутся и без него. С другой — непонимание: как так? Только согласился — и не нужен. Было ещё что-то, пока не уловимое.
— Я не отпущу тебя одну, — твёрдо сказал он.
— Думаешь, я не дойду? — спросила Василиса, перестав улыбаться.
Виктор оценивающе взглянул на неё.
— Дойдёшь... а может, и нет. Не в этом дело. Дело во мне. Во-первых, не привык бросать начатое. Во-вторых, что я за мужчина, если отпущу тебя одну? Мы идём вдвоём, или я один. Другого не будет. Лучше один.
— Я не останусь, — твёрдо сказала Василиса. — Должна пойти. Знал бы ты, сколько мечтала, что сделаю этот артефакт и дойду до центра аномалии. Но у меня не получалось... Не спала ночами, перепробовала тысячи вариантов. И наконец — получилось! — она победно улыбнулась. — Пойду с тобой. Без вариантов.
Виктор с сомнением посмотрел на неё.
— Может, передумаешь? — с надеждой спросил он.
— Нет.
— Хорошо... но подумай ещё. Так понимаю, ты не спала всю ночь?
— Мне не привыкать.
— И всё же, — сказал мужчина, — поспи.
Он сидел в кают-компании, составляя список необходимого с учётом того, что их теперь двое, когда туда зашла зевающая Василиса.
— Доброе утро.
— Доброе.
— Как спалось?
— Хорошо. Выспалась. У тебя здесь замечательно спится.
Пока Василиса завтракала, Виктор заварил чай.
— Угощайся, — он поставил дымящуюся кружку на стол. — Расскажи о себе. Раз мы идём вместе, будет полезным узнать друг друга ближе.
Василиса задумалась. Ей не часто приходилось рассказывать о себе — почти никогда. То, чем была готова делиться, было написано в сети: журналисты охотно писали о ней как о женщине-учёном, ведущей ответственный проект. Но вряд ли это то, что нужно Виктору. Это, конечно, тоже... но.
— Даже не знаю, с чего начать, — наконец произнесла она.
— Давай начнём с начала, — сказал он. — Маленькая Василиса — какая она была?
Женщина улыбнулась.
— Жуткая непоседа. Чтобы заставить её сидеть на одном месте дольше пяти минут, требовалось приложить немало усилий. Всё время в движении, всё нужно знать, всё видеть. Если где-то что-то происходит, то Вася либо уже где-то рядом, либо скоро появится. Вечные «зачем» да «почему»... Всё надо потрогать, всё попробовать. Родителям пришлось нанимать двух нянек — одна не справлялась.
— Кто твои родители?
— Папа у меня министр лесной промышленности. Вечно в делах... что-то делает, решает. Его почти никогда не бывает дома, а если дома — то всё равно работает. Мама — про таких, как она, говорят «светская львица»: салоны, подруги, гости, рауты.
— А был кто-то близкий? Тот, к кому ты бежала со своими горестями?
Василиса задумалась, решая, говорить или нет. Посмотрела на Виктора, который смотрел с внимательным интересом.
— Дедушка. У меня был замечательный дедушка. Он проводил со мной всё свободное время, учил меня всему, что знал сам. Может, благодаря ему и сижу здесь, — она обвела взглядом кают-компанию. — Мы ходили на рыбалку, гуляли по лесу, когда стала постарше — посещали музеи, выставки. Вечером всегда заходил ко мне в комнату: «Пора спать, моя любимая егоза», — говорил он, укладывал меня, накрывал одеялком и, сев в кресло рядом, рассказывал про экспедиции, про дальние странствия, про поиск давно минувшего. Дедушка был исследователем. Сейчас очень жалею, что воспринимала его рассказы как сказку и мало что запомнила.
— Я так понимаю, его уже нет в живых? — спросил Виктор.
— Его не стало, когда мне было одиннадцать. Я осталась одна.
— Как одна? — удивился он. — А родители?
— Родители были всегда заняты. Чаще всего наше общение сводилось к обмену любезностями за завтраком. Они меня любили по-своему, но дедушки мне не хватало, — она замолчала, погрузившись в воспоминания.
Ему захотелось подойти и обнять, погладить по голове и сказать: «Всё хорошо». Но...
— Давай прервёмся, — предложил он. — Надо подобрать снаряжение, а потом продолжим. Расскажешь про подросшую Василису.
— Э, нет. Теперь моя очередь слушать про маленького Виктора, — Василиса улыбнулась.
Спустившись по железной лестнице в трюм, они подошли к двери склада.
— К чему готовиться? — спросил Виктор.
— Не знаю, — Василиса пожала плечами. — К чему угодно. Если версия верна, установка могла притянуть всё, что угодно.
— Тогда берём всё.
Он оценивающе окинул взглядом Василису, одетую в бесформенную робу, прикидывая размер одежды.
— Держи, — он протянул ей костюм рейнджера. — Примерь.
Взяв костюм, она вышла в соседнюю комнату.
Услышав шаги возвращающейся женщины, Виктор продолжил:
— К костюму ещё шлем прилагается...
Он замер на полуслове, увидев женщину, вышедшую к нему в костюме рейнджера, облегающем её высокую стройную фигуру.
— Ты красивая.
— Спасибо, — ответила Василиса, чуть смутившись.
Она села в кресло, взяла в руки выданный мужчиной шлем, покрутила его, надела.
— Есть инструкция? — спросила она.
— Да. Там, в правом верхнем углу, нажми на кружок с вопросительным знаком.
— Как нажать?
— Наведи взгляд и быстро моргни два раза.
Женщина замерла, погрузившись в инструкцию.
Мужчина задумался.
— Читая книги, всегда удивлялся, как герои, попадая куда-нибудь, преодолевали сотни километров пути, шагая налегке прогулочным шагом и питаясь святым духом. Сколько нам идти, как думаешь? И будет ли возможность пополнять запасы? — спросил он.
— Что? — переспросила Василиса, отвлекаясь.
— Сколько нам идти? И будет ли возможность пополнять запасы?
— Сложно сказать. Там, кроме Волка, никто не был. Ему удалось пройти примерно половину предполагаемого расстояния до цели. Если установка находится в центре аномалии... О, подожди.
Покопавшись в кармане, женщина достала небольшую коробочку, положила на стол, из другого кармана извлекла прозрачный кристалл. Вставив кристалл в коробочку, нажала кнопку. Над коробочкой повисла голограмма листа бумаги с текстом.
— Вот, смотри, это отчёт аналитической группы по результатам похода Волка в аномалию. Захватила с собой. Листать вот этими кнопками, — показала на две кнопки на корпусе.
Виктор погрузился в отчёт, решая задачу — как унести всё необходимое для двухнедельного похода, активно эксплуатируя ИИ корабля, когда Василиса, сняв шлем, спросила:
— У тебя, если что, есть ещё такой? — она показала на шлем.
— Есть. А тебе зачем? — мужчина заинтересованно взглянул на женщину.
— Хочу покопаться внутри.
— Копайся, — он махнул рукой, возвращаясь к своему занятию.
Василиса извлекла из сумочки набор инструментов и, вскрыв шлем, погрузилась в работу, что-то бормоча себе под нос.
Забрав распечатанный список с принтера, Виктор ушёл в дальний конец склада.
— Всё готово, — сказал он, ставя два рюкзака перед выходом.
Женщина не отреагировала. Закусив губу, она склонилась над полностью разобранным шлемом.
— Василиса, — позвал мужчина. — Василиса! — чуть громче. Подойдя, тронул её за руку.
— Да что? — отвлекаясь, спросила она.
— Я всё. Ты скоро?
— Не знаю. Ты иди, я здесь посижу.
— Если что, ищи в кают-компании.
Женщина молча кивнула, возвращаясь к занятию.
Постояв, любуясь увлечённой Василисой, которая что-то с азартом ковыряла внутри шлема, Виктор забрал коробочку с отчётом и вышел.
Устроившись на диване в кают-компании, он погрузился в подробное изучение.
Волк трижды ходил в аномалию. Первый вход был разведывательный — цели перед ним не ставили. Провёл в аномалии пять дней, дойдя до большого города, зажатого между двумя кусочками горных миров. Побродил рядом со стеной, в город идти не рискнул, вернулся назад.
Во втором выходе целью было, дойдя до города, попытаться обойти его. Волк, проведя в аномалии восемнадцать дней, вернулся ни с чем. Прохода в горах не было, или он его не нашёл. Высокая горная гряда тянулась на три дня пути в обе стороны от города. Дальше он не пошёл.
В третий раз Волк зашёл с другой стороны аномалии, добрался до гор и, идя вдоль гряды, вышел с другой стороны. Так и не найдя прохода.
Закончив чтение, Виктор отложил коробочку и посмотрел на часы. Прошло больше двух часов с тех пор, как он оставил Василису на складе.
«Интересно, чем она там занимается?» — подумал он.
Василиса всё так же сидела за столом, только голова её была в шлеме. Поворачивая его то вправо, то влево, она замирала на полсекунды после каждого движения.
— Василиса, — позвал мужчина.
Шлем два раза мигнул и пропал. Женщина с улыбкой посмотрела на него.
— Ну как? — спросила она.
— А как? — удивлённо спросил он.
— Я немного доработала шлем. В таком одеянии он самый приметный элемент. Убрать нельзя — потеряешь преимущества костюма. Но спрятать — пожалуйста. — Она говорила быстро, с азартом. — У вас потрясающие технологии. Я ещё, когда артефакт делала, разработала преобразователь. Наши изделия теперь можно запитать от ваших батарей. А в шлем я встроила модуль от шапки-невидимки. Мне бы в мою лабораторию — проверить теорию...
Дальше пошли термины. Специфические, малопонятные.
Виктор перестал понимать её слова — но не мог отвести взгляд.
«Когда она успела? — подумал он. — Не просто разобраться в чужой технике, а совместить со своей?»
И тут вспомнилась бабушкина сказка, старая, почти забытая.
«Так вот ты какая, — усмехнулся он про себя. — Василиса Премудрая».
После ужина Василиса сидела в кресле с кружкой кофе.
— Я жду, — сказала она, посмотрев на Виктора.
— Чего? — мужчина оторвался от планшета.
— Рассказ про маленького Витю.
— Хорошо, — он улыбнулся.
Маленький Витя родился на очень бедной планете. До четырёх лет его воспитывала бабушка — родители работали в космосе, на станции дальней связи.
Когда Вите исполнилось четыре, бабушка заболела и больше не могла растить мальчика. Разрыв контракта грозил родителям огромными штрафами, и маленького Витю забрали на станцию.
Станция дальней связи представляла собой списанный корабль. Половину занимало оборудование дальней связи, во второй был оборудован жилой отсек для персонала — обычно из двух человек, часто являющихся парой. Комнату для мальчика оборудовали из кладовой. Самым интересным местом была кают-компания с большим панорамным окном, оборудованная на месте капитанского мостика. Там и проводил маленький Витя большую часть времени — смотрел в большое окно и представлял себя капитаном корабля. Что там капитаном — адмиралом космического флота! Подчиняясь фантазии мальчика, армады кораблей бороздили бескрайние просторы космоса.
Когда исполнилось семь, родители отдали маленького Витю в школу-интернат. Где, по большому счёту, и закончилось детство.
— Но об этом в следующий раз, — сказал мужчина.
Утром через открытый Марой портал они прошли в лагерь исследователей, расположившийся рядом с аномалией.
Весь день Василиса провела в лаборатории, модифицируя привычные ей волшебные вещи. Первое, что она сделала, — повесила на рюкзаки артефакты снижения веса. Созвонившись с генералом, курирующим со стороны военных операцию «Чужой», она выпросила артефакты лёгкого шага и малый бытовой набор, состоящий из скатерти-самобранки и набора очищающих амулетов.
Ночью Василисе не спалось — мешало нервное напряжение.
— Должна, — говорила она себе. — Ты должна дойти. Ты уже столько сделала для этого. У тебя всё получится. Ты сможешь.
Но сомнения одолевали.
— У тебя ничего не получится. Ты слабая женщина, — шептали они.
Как только небо за окном посерело, она встала, умылась, оделась и вышла из комнаты.
— Не прощаемся, — сказала Василиса провожающей Маре и активировала артефакт.
Они стояли возле стены тумана. Волк в нетерпении кружил рядом.
— Идём, — Виктор посмотрел на Василису.
— Идём.
Глава 7
Глава 7
Два шага — и туман скрыл их от Мары. Мара зашептала обережный наговор на добрый путь.
Стена тумана пропала так же неожиданно, как и появилась.
Солнце только-только поднималось над пустыней, раскрашивая белый песок розовыми оттенками.
— Кто-нибудь знает, в какую нам сторону? — спросил мужчина.
В голове возник образ гордого Волка.
— Зря я тут, что ли, бегал? За мной, товарищи...
И он зашагал вперёд.
— Продолжим? — спросил Виктор у Василисы, мерно шагая по песку.
— Что продолжим?
— Узнавать друг друга. Пока Волк ведёт нас... Есть ещё два-три спокойных дня. Расскажи про подросшую Василису.
— Хорошо, — согласилась женщина.
***
Детство Васи кончилось, когда ушёл дедушка.
Подросшая Вася днями и ночами просиживала за книгами. Читала, читала и читала — потому что было интересно, или потому что искала себя. Дедушка умер, и у неё не осталось никого близкого, кто бы помог ей. Книги учили, развлекали, звали в неизведанное.
Любопытство и любознательность никуда не делись, а непоседливость ушла. А может, и не ушла, а трансформировалась — потому что читала Василиса хаотично, иногда по три-четыре книги совершенно разной направленности одновременно.
Прошёл первый год после ухода дедушки.
А на второй случилось то, что определило дальнейший интерес подросшей Василисы.
Новый учитель волшебства, нанятый родителями, оказался артефактором.
Во внеурочное время Василиса зашла с каким-то вопросом в кабинет учителя. В кабинете никого не было, но за соседней дверью она услышала голос — учитель что-то напевал. Толкнув дверь, она увидела преподавателя, склонившегося над столом, перед которым лежали лист бумаги, какой-то камень, перо и кусочек верёвки.
Василиса тихонечко, прикрыв за собой дверь, замерла, наблюдая за преподавателем. Он же, не замечая или делая вид, взял камень и положил его на лист бумаги. В листе сделал отверстие, привязал к нему верёвку. Потом аккуратными движениями вставил перо в камень. Получившееся завернул в лист бумаги, направляя волшебную энергию на конструкцию.
Конструкция зашевелилась, обретая очертания птицы. И через мгновение сорвалась со стола, затрепетав маленькими бумажными крылышками, силясь улететь — мешала только верёвочка, привязанная к лапке.
— Хочешь отпустить её? — спросил учитель, обращаясь к девочке, заворожённо смотревшей на птичку с разноцветным оперением.
— Хочу.
— Подойди ближе, не бойся. Потяни за эту верёвочку.
Василиса аккуратно потянула, развязывая узелок. Птичка, почувствовав свободу, защебетала и, сделав круг, выпорхнула в окно.
— Понравилось? — спросил учитель у девочки, проводившей птицу взглядом до ветвей.
— Да, — Василиса обернулась к мужчине. — Как вы это сделали?
— Хочешь, научу?
— Хочу.
В глазах Васи зажёгся интерес, захотелось знать, как совмещать на первый взгляд несовместимое, превращая во что-то новое, работающее.
— Вот так я и увлеклась артефакторикой, — сказала женщина, посмотрев на Виктора, шагающего рядом.
— Как оказалось, чтобы создать даже самый простой артефакт, нужно обладать знаниями во многих областях. И немало тренироваться, чтобы выстроенные тобой связи пропускали через себя столько энергии, сколько нужно — не больше, не меньше.
— Это сложно...
— Бывает, что расчёты показывают одни цифры, но используемые материалы вносят корректировки. И тогда проще почувствовать, чем пересчитывать. В этом чувстве, наверно, и скрывается талант артефактора.
***
Ближе к вечеру они расположились на привале, отдыхая перед последним переходом на сегодня. Василиса сидела, вытянув гудящие с непривычки ноги, скользя взглядом по склону бархана, пока её взгляд не зацепился за что-то поблёскивающее.
Она встала, подошла ближе, подняла. Рассматривая замысловатый узор на старой медной лампе, она потёрла её, отряхивая от песка.
— Занятная вещица, — произнесла Василиса, показывая лампу подошедшему Виктору.
Сфотографировав узор, она поставила лампу обратно и отошла в сторону — к Виктору, рассматривавшему что-то на горизонте.
— Что там?
Вдруг за спиной послышалось шипение. Василиса резко повернулась и вскрикнула. Из лампы в небо вырывался столб дыма.
***
То ли сон, то ли явь. Состояние полёта, покоя, тишины, забвения... Погружение. Глубина. Тысячу лет в заточении. Кто, когда, зачем — разве важно сейчас? Кто она? Где? Кому какое дело...
Воспоминания стираются, остаются фантазии. Было ли — не было? Правда ли, выдумка? Мысль-полёт... Когда-то было по-другому. Но было ли или придумала?
Кто я? Зачем я?
Тягуче, протяжно, противно...