Дом Кровавой Луны

– Кажется, всё тихо, – сказала она. – Ни одного слуги, носящегося в поисках нас, не видно. Видимо, лекция и вправду была достаточно нудной, чтобы никто не захотел её проверять.

Элрон слабо усмехнулся.

– Хорошо. Тогда мы с Вэл пойдём просить аудиенцию у короля, а вы…

– Мы присоединимся чуть позднее, – улыбнулась Мерида. – Мне ещё нужно сменить наряд. И желательно не истечь кровью по дороге в тронный зал, чтобы не вызвать подозрений.

Велания тревожно посмотрела на её повязку, уже покрасневшую от крови.

– Точно справишься?

– Нет, – честно ответила Мерида. – Но у меня есть Александр, который, если верить его словам, разбирается в травах лучше половины придворных лекарей.

– Ты же вроде говорила, что я достаточно уже помог?

– Да, в тот момент я думала, как бы не спалить тебе все волосы на голове. Но сейчас, мне бы пригодилась помощь. Если мы собираемся предстать перед королём, нужно быть во всеоружии.

Александр молча кивнул.

– Идите, мы догоним, – сказала чародейка.

Элрон задержал взгляд на Александре.

– Я поговорю с отцом.

– Спасибо.

Принц с сестрой вышли из кабинета. Дверь закрылась.

Мерида стояла посреди класса, бледная, растрёпанная, с кровью, проступающей сквозь повязку. Огонь в её глазах погас, оставив после себя усталый зелёный блеск.

– Знаешь… я… – начала она и запнулась. – Мне жаль, что всё так обернулось.

Александр посмотрел на её плечо. Там, где ткань была разорвана, повязка снова темнела.

В груди болезненно кольнуло.

– Мне тоже, – выдохнул он. – И я могу помочь тебе с этим.

Он кивнул на её плечо. Мерида попыталась улыбнуться.

– Да уж, с таким видом нельзя идти к королю. Всё должно сиять, страдать молча и не пачкать мрамор кровью в этом Королевстве-Холодного-Света.

Она снова вставила драконий ключ в замочную скважину.

– Идём, заодно поможешь мне переодеться.

На лице Александра проступил смущённый румянец, но прежде чем он успел что-либо сказать, Мерида открыла дверь и втянула его внутрь башни.

В этот раз башня выглядела иначе.

Бесконечные стеллажи всё так же уходили вверх, теряясь в золотистом свете, но теперь Александр заметил то, чего раньше не видел. Слева, в уютной нише, стояла кровать с лёгким балдахином. Рядом – шкаф из дерева цвета слоновой кости, широкий мягкий диван с пушистыми подушками и низкий столик, заваленный свитками, чашками, стеклянными флаконами и раскрытыми книгами.

На полках стояли безделушки: маленькие фигурки драконов, статуэтки богов, старые посохи, жезлы, керамические чашки, расписанные золотом, и целые горы антикварной посуды, которая, казалось, была расставлена без всякой логики.

Но в этом беспорядке было что-то тёплое, живое, домашнее.

– Эм – Мерида неловко кашлянула. – Я обычно никому не показываю эту часть башни.

– Ты живёшь здесь?

– Живу, – хихикнула она и тут же поморщилась от боли. – Видел бы ты коморку, в которую меня поселили во дворце.

– Наверное, в такую же, как и меня.

– Меньше. Гораздо меньше. У меня там даже шкафа нет. И кровать такая, будто рассчитана на очень грустного ребёнка.

Александр поднял бровь. Мерида замерла.

– Ой. Прости. Я не хотела

– Бабочка, значит, – сказал он вдруг.

Мерида нервно хихикнула и подошла к шкафу.

– Астральные бабочки могут нести в себе заклинания. Одно или два, если волшебник умеет вплести их как надо. В той было сонное заклинание и заклинание обнаружения.

– Значит, когда мы встретились в библиотеке, ты уже знала, кто я?

– Конечно. Велания сказала мне. Она пришла ко мне и волновалась за тебя. Говорила, что король поступил с тобой нехорошо, и просила помочь. Вот я и помогла.

Александр недоверчиво посмотрел на неё.

Внутри тут же поднялась старая, уже знакомая злость. Не на неё даже – на всё сразу. На Монтеро, на дворец, на тайны, на то, что каждый вокруг знал больше него и всё время пытался следить за ним.

– И зачем было мне помогать?

Мерида застыла у шкафа и медленно повернулась.

– Чего?

В голосе её было неподдельное удивление.

– Я же из Монтеро. С какой стати кому-то помогать мне просто так?

Мерида фыркнула так громко, будто он сказал невероятную глупость.

– Мой дорогой ученик, если ты думаешь, что фамилия или происхождение характеризуют человека целиком, то мне придётся расстроить тебя прямо сейчас.

Она достала из шкафа просторное зелёное платье с широкими рукавами – достаточно плотное, чтобы скрыть повязку.

– Отец учил меня: никогда не доверяй природе существа. Смотри на его действия и мотивы. Только так можно понять, кто перед тобой.

– Я не понимаю.

– У моего отца был знакомый людоед.

Александр замер.

– Что?

– Очень воспитанный, кстати. Кажется, он написал трактат о природе мяса или что-то вроде «Характер мяса и его магические качества». Точно не помню. Но суть не в этом. Даже среди людоедов можно встретить того, кто поможет тебе в трудный момент.

Александр несколько секунд смотрел на неё.

– И где сейчас этот людоед?

Мерида задумчиво прикусила губу.

– Кажется… в тюрьме.

– За людоедство?

– За попытку съесть магистра, который насмехался над его работой о мясной магии.

Александр представил себе эту сцену. И неожиданно рассмеялся. Мерида тоже улыбнулась.

– Вот видишь, – устало выдохнула она. – Не всё в мире объясняется фамилией, видом и дурной репутацией.

Она кивнула на сундук с лекарским набором.

– Ну что ж, господин лекарь. Разберёмся с этим?

Александр подошёл к сундуку и поставил его на кровать рядом с Меридой.

– Может быть больно.

– После Велании уже вряд ли, – усмехнулась она и попыталась гордо выпрямиться. – К тому же у нас болевой порог выше, чем у простых людей.

– У нас?

Мерида замерла.

– У чародеев, – быстро сказала она. – В смысле у чародеев выше.

Александр не стал расспрашивать.

Он осторожно убрал остатки разорванной ткани. Платье медленно съехало с плеча, открывая спину. Кожа у Мериды была тёплой на вид, почти сияющей в мягком свете башни, гладкой, с едва заметным золотистым отливом.

Александр сглотнул и заставил себя смотреть только на рану.

– Я сниму повязку.

– Угу.

Он коснулся её плеча. Мерида вздрогнула.

– Ай. Холодно.

– Прости.

Он тут же отдёрнул руку, потёр ладони друг о друга, согревая пальцы, и только потом снова осторожно взялся за повязку.

– Так лучше?

– Лучше, – тихо ответила она.

Старая повязка, наложенная наспех Веланией, пропиталась кровью. Александр размотал её медленно, стараясь не дёргать ткань. Рана оказалась глубже, чем выглядела сначала. Кровь уже потемнела, но всё ещё сочилась густыми сгустками.

В просвете между разорванными краями кожи что-то блеснуло. Александр нахмурился, быстро раскрыл сундук и достал тонкие щипцы.

– Там застрял обломок когтя.

Мерида обернулась через плечо.

– Доставай.

– Будет больно.

– Я же сказала

Он не стал ждать, пока она договорит. Щипцы вошли в рану. Мерида резко выгнулась, стиснув зубы. Под её кожей словно вспыхнуло пламя, быстрое, внутреннее, словно кто-то провёл огнём под кожей от шеи к лопаткам.

Александр отшатнулся.

– Мерида

– Я в порядке, – выдохнула она. Голос был сорванный, хриплый. – Сейчас, я просто не ожидала. Просто продолжай.

Пламя погасло, будто она его сдерживала внутри себя.

Он вытащил обломок. Чёрный, загнутый, острый, с зеленоватой жилкой внутри. От него пахло гнилью и пеплом.

Мерида посмотрела на него и побледнела ещё сильнее. Александр отбросил коготь в пустую миску и снова осмотрел рану.

– Я обработаю от яда, – сказал он. – И нужно будет зашить. Рана слишком глубокая.

Мерида устало опустила голову.

– Делай как нужно.

Александр быстро разложил всё рядом: спиртовую настойку, чистые салфетки, баночку с заживляющей мазью, иглу, нить, маленькие ножницы.

– У тебя хорошая коллекция лекарств, – сказал он, чтобы отвлечь её.

– Отец собрал. Почему-то он был уверен, что она мне пригодится. Там даже есть зелье от яда виверны. Будто я когда-нибудь отправлюсь в Сарконис ловить пустынных ящериц.

– Очень предусмотрительный, твой отец.

– Да-а, он сейчас где-то в Элларии, – задумчиво выдохнула она. – Отстраивает целый город для волшебников, где будет обучать новое поколение магов и чародеев.

Александр обработал кожу вокруг раны и нанёс обезболивающий экстракт. Мерида вздрогнула, но промолчала. Он вдел нить в изогнутую иглу и начал медленно сшивать разорванную плоть. Чародейка стиснула зубы.

Кожа под его пальцами была горячей. Слишком горячей для человека. Он чувствовал, как под ней пульсирует не только кровь – что-то другое. Будто что-то сдерживалось внутри магией и требовало вырваться наружу.

– Прости, – сказал он, когда Мерида снова вздрогнула. – Я постараюсь аккуратнее.

– Ничего, я просто… не привыкла к такому. Обычно меня лечат магией.

Шов за швом. Некоторое время они молчали.

Башня тихо шелестела страницами где-то высоко над ними. За стеллажами потрескивал маленький очаг. Снаружи не было ни дворца, ни пожара, ни чудовищ – только эта странная комната между мирами и их дыхание.

– Я совсем забыл сказать, – тихо произнёс Александр.

– Что?

– Спасибо.

Мерида чуть повернула голову.

– За что именно? Сегодня был длинный день.

– За то, что пошла со мной. За то, что вытащила нас. За то, что вернулась.

Она улыбнулась, но улыбка вышла немного усталой.

– Я же учитель. Не могла же я позволить, чтобы мои первые студенты оказались съедены неведомой пакостью.

– И всё же. Спасибо.

Она мило улыбнулась.

Он закончил последний стежок, закрепил нить и наложил на рану заживляющую мазь. Затем аккуратно приложил чистую повязку и завязал её на плече так, чтобы ткань не давила слишком сильно.

– Готово.

Мерида медленно обернулась. Теперь они оказались слишком близко.

Её волосы, выбившиеся из причёски, касались его пальцев. В зелёных глазах ещё тлел золотой отблеск. Лицо было бледным, губы – чуть приоткрытыми от усталости. Она выглядела не непобедимой чародейкой, не загадочной девушкой из библиотеки, а просто Меридой. Раненой. Уставшей. Живой.

Её ладонь скользнула в его руку.

– Спасибо, Сандро.

Он почувствовал, как её пальцы сомкнулись вокруг его. Тёплые, почти горячие.

Тишина стала густой.

Он вдруг понял, что всё ещё держит её руку. Что стоит слишком близко. Что смотрит на её губы дольше, чем следовало бы.

Мерида не отстранилась.

Наоборот, чуть подняла подбородок, будто ждала, что он решится.

Александр подался вперёд. Совсем немного. Настолько, что почувствовал её дыхание – тёплое, пахнущее карамелью, дымом и горькими травами.

И в этот миг перед глазами вспыхнуло поместье. Огонь. Кровь на бабушкином платке. Твари, выбирающиеся из пепла.

Он отпустил её руку и отступил.

– Прости, – тихо сказала она.

Александр резко выдохнул, словно очнулся.

– Нет. Это ты меня прости. Я просто

– Тебе не за что извиняться, – она сделала шаг назад и поправила выбившийся локон за ухо. – Сейчас действительно неподходящий момент

Он опустил взгляд.

Мысли мешали думать ясно. Он посмотрел в её изумрудные и уставшие глаза. И в этот миг между ними не было ни шутки, ни магии, ни случайной неловкости. Только недосказанность, от которой в груди становилось тесно.

Мерида первой отвела взгляд.

– Помоги мне застегнуть платье, – сказала она уже более привычным тоном. – Иначе к королю я пойду в виде героически пострадавшей непристойности.

Александр невольно улыбнулся.

– Конечно.

Он помог ей надеть новое платье – просторное, зелёное, с широкими рукавами, полностью скрывавшими повязку. Мерида быстро собрала волосы, закрепила их золотой шпилькой в виде маленького дракона и посмотрела на себя в зеркало.

Уставшая, с едва заметными тёмными кругами под глазами, но снова почти безупречная чародейка.

– Ну что ж, – сказала она, повернувшись к Александру. – Пойдём убеждать короля, что его наследники весь день были на скучнейшем уроке и совершенно случайно узнали о катастрофе в поместье Эмберальд. Думаю, я смогу придумать правдоподобную легенду происходящему без раскрытия всей правды.

Александр кивнул.

Они вышли из башни, и Мерида уже было открыла дверь учебного зала, как по спине юноши пробежался холодок.

За дверью стоял Малкарион. Руки советника были сложены перед собой. Его взгляд скользнул по Александру, задержался на лице Мериды.

– Миледи, – произнёс Малкарион мягко. – Милорд Монтеро. Какое неожиданное уединение для учебного дня.

Мерида шагнула вперёд.

– Неужели я слышу зависть в вашем голосе, господин советник? Если вам так не терпится узнать, чему я обучаю своих учеников, можете записаться на следующий урок, посвящённый тактичности и правилам приличия.

Уголок губ Малкариона дрогнул.

Его взгляд скользнул к её рукаву. Широкий зелёный рукав скрывал повязку от посторонних. Но не слабый запах крови, лекарств и гари, въевшийся в кожу.

– А сегодняшний урок, видимо, был насыщенным.

– Магия не бывает скучной.

– Поверю вам на слово.

Александр почувствовал, как Мерида едва заметно напряглась.

Малкарион сделал шаг в сторону, освобождая проход, но не уходя.

– К тому же, как удачно, что я встретил вас именно сейчас. Его Высочество принц Элрон только что попросил срочной аудиенции у короля. Весьма необычная поспешность для юноши, который должен был провести утро на скучнейшем уроке.

Кулон под рубашкой Александра потеплел. Мерида улыбнулась.

– Возможно, об этом вам стоило спросить у принца.

– Возможно, – согласился Малкарион.

Он перевёл взгляд на Александра.

– А возможно, кто-то из вас решил воспользоваться добродетельностью юного принца.

Александр похолодел.

«Малкарион не знает. Не может знать.»

Советник говорил так, словно ему многое известно.

– Мы спешим, – сказала Мерида. – Если вы позволите.

– Разумеется.

Советник склонил голову.

– Я как раз направлялся туда же. В зал приёмов.

Улыбка его стала тоньше.

– Будет любопытно услышать, что именно заставило наследника престола сорваться к королю после скучнейшей лекции по магии.

Мерида на мгновение стиснула зубы. Всего на миг. Но Александр заметил. И Малкарион тоже.

– Прошу, – сказал советник, указывая в сторону тронного зала.

Мерида взяла Александра за руку. Её пальцы были горячими.

– Идём, – тихо сказала она.

Они пошли по коридору. Малкарион двигался рядом – неторопливо, почти лениво, словно просто сопровождал их из вежливости.

Но Александр чувствовал: это не сопровождение. Это конвой. Советник внимательно наблюдал и слушал. Но Мерида и Александр шли молча вперёд, не издавая ни звука. Всё что они могли бы сейчас сказать друг другу будет использовано против них.

Впереди открывались двери тронного зала. За ними ждали король, Элрон и Велания.

А позади шёл человек, который пока не знал правды.

Но уже понял, где её искать.