Нонна
— Она и правда целительница, — прошептал кто-то в толпе.
— Без магии работает, а помогает, — ответил другой.
Нонна не комментировала. Просто делала своё дело.
К полудню на тропе послышался стук копыт, и во двор общинного дома въехал Алагир на Бадроке. Конь тяжело дышал, бока лоснились от пота. Эльф легко соскочил на землю и оглядел собравшуюся толпу с лёгким удивлением.
— Тебя на час оставить нельзя, — сказал он Нонне. — Уже полдеревни вылечила?
— Никого я не лечила, — отмахнулась она. — Просто массаж и советы. Как патруль?
— Следы, — коротко ответил Алагир. — У восточного оврага. Чужие, свежие. Похоже, разведка тёмных. Я доложу старейшинам.
Он привязал Бадрока и уже собрался идти, но остановился и посмотрел на Нонну:
— Кстати, мой брат вернулся. Рейнар. Он сейчас у тренировочного поля, и он хочет с тобой познакомиться.
— Со мной?
— Ты единственный человек в Эль-Даране. Это вызывает интерес.
— Ладно, — сказала Нонна, вытирая руки. — Пойдём.
Тренировочное поле находилось на опушке, где лес расступался, уступая место широкому лугу. Трава здесь была примята, земля — вытоптана, а в воздухе стоял запах, который Нонна уже начинала узнавать: горячий металл, мускус и что-то похожее на озон после грозы.
Посередине поля стоял дракон.
Он был меньше того, что пролетел над рекой в первый день, но всё равно огромный — размером с микроавтобус. Чешуя тёмно-зелёная, с бронзовым отливом на сгибах крыльев. Длинный хвост лениво подрагивал, жёлтые глаза с вертикальными зрачками следили за человеком, который стоял рядом и чистил дракону бок щёткой на длинной ручке.
Человек обернулся на шаги и широко улыбнулся.
Если Алагир был тёмным, стройным и насмешливым, то его брат оказался полной противоположностью. Русые волосы до плеч, серые глаза, широкие плечи и простая, открытая улыбка. Он выглядел не как лесной следопыт, а как воин — и держался соответственно: прямо, уверенно, без тени сомнения.
— А вот и знаменитая Нонна! — прогремел он, откладывая щётку. — Алагир мне все уши прожужжал: человек, маникюр, спасла раненого. Я думал, он преувеличивает, но нет — ты и правда существуешь.
— И тебе привет, — отозвалась Нонна. — Ты, я так понимаю, Рейнар.
— Всадник королевской стражи, к твоим услугам. — Он поклонился с лёгкой издёвкой, очень похожей на ту, что позволял себе Алагир, но у Рейнара она выходила добрее. — А это Скайфер, мой дракон. Скай, это Нонна. Не пугай её, она друг.
Дракон перевёл взгляд на Нонну. Она замерла, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Жёлтые глаза смотрели изучающе, но без агрессии. Скайфер издал низкий горловой звук, похожий на урчание огромного кота, и отвернулся, потеряв интерес.
— Признал, — сказал Рейнар с удовлетворением. — Обычно он фыркает на новых.
— У вас всё семейное — сначала Бадрок признал, теперь дракон, — пробормотала Нонна. — Что дальше, белки?
Братья переглянулись и засмеялись. Смех у них был совершенно разный: у Алагира — короткий, сдержанный, у Рейнара — громкий, раскатистый.
— Мне нравится, — объявил Рейнар. — Алагир, где ты её нашёл?
— На берегу, — ответил тот. — В буквальном смысле. Она выпала из воздуха с дымящейся штуковиной в руке.
— Это фрезер, — машинально поправила Нонна.
— Неважно. Главное, что она здесь.
Рейнар опёрся на щётку и посмотрел на Нонну уже внимательнее:
— Слушай, а ты и правда умеешь врачевать? Алагир сказал, ты Линнеля заштопала за пять минут.
— Это была просто первая помощь, — снова сказала Нонна, уже начиная уставать от этого вопроса.
— А с драконами работала?
Нонна моргнула.
— В смысле?
— У Ская правое крыло тянет. — Рейнар кивнул на дракона. — Наш целитель сказал, что это старая травма сухожилия, ничего не сделать. Но он драконов не знает — драконов вообще мало кто знает. А ты с руками работаешь. Может, взглянешь?
Нонна перевела взгляд на дракона. Скайфер смотрел на неё одним глазом, и в этом взгляде читалось что-то похожее на надежду. Или боль. Или ей просто казалось.
— Ладно, — сказала она. — Я посмотрю. Но если он решит, что я его обижаю, и откусит мне голову — я тебя прокляну с того света.
— Не откусит, — пообещал Рейнар. — Он у меня воспитанный.
Нонна медленно подошла к дракону. Тот не шевелился, только хвост чуть подрагивал. Она остановилась у его правого бока, там, где кожаное крыло крепилось к мощному плечу. Провела рукой по чешуе — тёплой, шершавой, совсем не похожей на человеческую кожу. Дракон глубоко вздохнул, но не двинулся.
— Здесь? — спросила она, нащупав небольшое уплотнение у сустава.
— Да, — ответил Рейнар. — Видишь, он крыло до конца не расправляет?
Нонна осторожно прощупала сустав, сравнила с левым. Правое плечо было чуть горячее, а при лёгком нажатии дракон коротко рыкнул — не зло, но предупреждающе.
— Воспаление, — сказала Нонна. — Старая травма, как вы и сказали. Но не сухожилия. Мышца. Она зажата, и он просто не может расправить крыло полностью. Ему больно.
— И что с этим делать? — Рейнар подошёл ближе.
— Массаж. Лёгкий, регулярный. И, может быть, тёплые компрессы. У вас есть что-то согревающее? Мази, настойки?
— Есть красный мох, — подал голос Алагир. — Он греет. Лаэна использует его для больных суставов.
— Отлично. Если растереть с маслом и прикладывать к плечу, через неделю станет легче.
Рейнар уставился на неё. Потом на брата. Потом снова на Нонну.
— Ты только что за три минуты нашла то, что наш целитель не мог найти три месяца.
— Я просто умею работать руками, — сказала Нонна в третий раз за день. — И я знаю анатомию.
— Это не «просто», — серьёзно сказал Алагир. — Ты уже третьего пациента лечишь за сутки. Признай очевидное: у тебя дар.
Нонна хотела возразить, но не успела — Скайфер вдруг наклонил голову и осторожно, почти нежно, ткнулся носом ей в плечо. Драконье «спасибо», видимо.
Она замерла, чувствуя горячее дыхание. А потом медленно подняла руку и погладила дракона по носу.
— Хороший, — тихо сказала она. — Хороший Скай. Потерпи, я тебя вылечу.
Дракон заурчал, как гигантский кот, и прикрыл глаза.
Рейнар смотрел на это с открытым ртом.
— Невероятно, — сказал он. — Он никому не даёт трогать нос. Даже мне.
— Значит, я ему понравилась.
— Не просто понравилась, — медленно произнёс Алагир, не сводя с неё глаз. — Ты установила с ним связь. Это бывает только у всадников. Ты понимаешь, что это значит?
Нонна убрала руку и повернулась к нему:
— Нет. А что это значит?
Братья переглянулись.
— Расскажем дома, — сказал Алагир. — Это долгий разговор.
Вечером они втроём сидели у очага в доме Алагира. Рейнар разлил по кружкам какой-то хмельной отвар — «для важных разговоров», — а сам уселся на подушку, скрестив ноги.
— Драконы не со всеми идут на контакт, — начал он. — Для того чтобы летать на драконе, нужна связь — особая нить, которая протягивается между всадником и зверем. Она бывает врождённой, а бывает — приобретённой. Но у людей её не бывает никогда.
— Почему? — спросила Нонна.
— Потому что люди не чувствуют магию. А драконы — существа магические. У них связь строится на обмене силой.
Нонна вспомнила, как ночная звездочка у её постели раскрыла лепестки сама собой. Как её глаза чуть позеленели. Как Лаэна сказала: «в тебе что-то есть».
— Вы думаете, во мне есть магия? — спросила она тихо.
— Я думаю, — ответил Алагир, — что разрыв между мирами не просто так перенёс именно тебя. И не просто так ты понимаешь наш язык, лечишь наших раненых и трогаешь нос нашего дракона. В тебе что-то проснулось.
— И это только начало, — добавил Рейнар. — Если связь со Скайфером укрепится, ты сможешь
— Что?
— Летать, — просто сказал он.
В комнате повисла тишина. В очаге потрескивали дрова, за окном стрекотали ночные цикады. Нонна смотрела в свою кружку и пыталась осознать услышанное.
Она — мастер маникюра из салона «Зефир», которая боялась летать даже на самолётах, — может полететь на драконе.
Это было невозможно.
Но ещё три дня назад она не верила в эльфов.
— Ладно, — сказала она наконец. — Допустим. И что мне делать?
— Продолжай в том же духе, — сказал Алагир. — Помогай, лечи, общайся. Если дар проснулся, он сам найдёт дорогу.
— А я помогу со Скайфером, — добавил Рейнар. — Приходи завтра на поле. Покажу, как ухаживать за драконами. Если уж ты будешь первой человеческой целительницей в Эль-Даране, то почему бы не стать и первым человеческим всадником?
Нонна усмехнулась, покачала головой и допила хмельной отвар.
Семь дней. Всего семь дней, чтобы понять, кто она теперь.
И кажется, ответ уже маячил где-то совсем близко.
Глава 5. Искры
Следующие три дня слились для Нонны в один сплошной вихрь.
Каждое утро она просыпалась под свет ночной звёздочки, которая теперь стабильно раскрывала лепестки при её пробуждении — сама, без всякой темноты. Каждое утро она завтракала с Алагиром, который перед патрулём обязательно кормил её лепёшками и заваривал свежий отвар. Каждое утро она шла на тренировочное поле, где её ждал Рейнар и Скайфер.
Дракон узнавал её издалека. Стоило Нонне показаться на опушке, как он поднимал голову — огромную, размером с добрую телегу, — раздувал ноздри и издавал короткий горловой звук: нечто среднее между урчанием и приветственным свистом. Рейнар говорил, что так драконы зовут только членов своей стаи.
Вблизи Скайфер поражал ещё сильнее. Его туловище было длиной в три человеческих роста, а когда он расправлял крылья, они закрывали полнеба. Земля под ним проминалась, хвост оставлял в траве глубокую борозду. Дракон двигался с тяжёлой, величественной грацией существа, которое знает свою силу. И всё же рядом с Нонной он становился на удивление кротким.
— Он тебя за свою принял, — сказал Рейнар на второе утро. — Это большая честь.
Нонна молча кивнула и принялась за массаж драконьего плеча.
Работа со Скайфером шла хорошо. Красный мох, который принесла Лаэна, оказался отличным согревающим средством: Нонна растирала его с маслом, прикладывала к больному суставу, а потом осторожно массировала мышцу. Дракон терпел. Иногда косился на неё жёлтым глазом, но ни разу не рыкнул, не дёрнулся. Через три дня он начал расправлять правое крыло чуть шире. Ещё чуть-чуть — и, кажется, сможет взлететь без боли.
Рейнар наблюдал за ними с неподдельным восхищением.
— Ты с ним как с ребёнком, — заметил он на третий день. — Спокойно, ласково, но твёрдо.
— Я с клиентками так же работаю, — отозвалась Нонна. — Если нервничать, они тоже начинают нервничать. А если спокойна — и им хорошо.
— Клиентки, — Рейнар хмыкнул. — Ты всё ещё про свой салон?
— А что мне про него, забыть?
Он помолчал, глядя, как она разминает драконье плечо. Потом сказал негромко:
— Алагир рассказывал, ты не очень-то хочешь возвращаться.
Нонна остановилась на секунду, но ничего не ответила. Рейнар воспринял это как приглашение продолжать.
— Я понимаю, — сказал он. — У нас хорошо. Лес, небо, драконы. Работа, которую ты делаешь, важна. Здесь ты нужна. А там?
— Там я просто крашу ногти, — сказала Нонна.
— Это тоже нужно. Но, наверное, по-другому.
Она пожала плечами. Рейнар шагнул ближе, встал рядом так, что она почувствовала тепло, исходящее от него — то ли от разгорячённого тела, то ли от огромного драконьего бока поблизости.
— Если решишь остаться, — сказал он, — у тебя будет место. Не только как целитель. Как всадник. Как друг.
— Как друг, — повторила Нонна и улыбнулась. — А Алагир говорит, что ты обычно с людьми не очень.
— Я с людьми вообще дела не имел. Ты первая. — Рейнар тоже улыбнулся. — Но ты скорее исключение.
Вечером того же дня Нонна сидела у ручья, полоскала руки после массажа. Солнце садилось, лес окрашивался в золотой и сиреневый. Было тихо, только вода журчала да где-то далеко пересвистывались птицы.
Сзади подошёл Алагир. Она узнала его по шагам — лёгким, почти неслышным, но уже знакомым.
— Как Скай? — спросил он, опускаясь рядом на корточки.
— Лучше. Ещё пара дней, и Рейнар сможет попробовать полёт.
— Хорошо. — Алагир помолчал. — Ты сегодня долго на поле была.
— Рейнар показывал, как правильно сидеть в седле. Сказал, если связь укрепится, можно будет попробовать взлететь. Со мной. На Скае.
Алагир ничего не ответил. Нонна покосилась на него: в сумерках лицо эльфа казалось напряжённым, челюсть чуть сжата.
— Ты не рад? — спросила она.
— Рад, — ответил он ровно. — Просто Рейнар много времени с тобой проводит.
— Это плохо?
— Нет. — Он поднял с земли камешек, повертел в пальцах и бросил в воду. Круги разошлись по тёмной поверхности. — Просто я тоже хотел бы.
Нонна замерла.
— Чего?
— Проводить с тобой время. — Алагир наконец повернулся к ней, и в его голубых глазах отразился закат. — Ты спасла Линнеля. Ты лечишь Ская. Ты помогаешь всем в деревне. Ты вообще спишь когда-нибудь?
— Сплю, — ответила она растерянно.
— А я патрулирую лес. С утра до полудня. И когда возвращаюсь, ты либо на поле с Рейнаром, либо у Лаэны, либо в общинном доме с очередным пациентом.
Нонна вдруг поняла, куда он клонит. И от этого стало тепло и неловко одновременно.
— Ты поэтому хмурый третий вечер? — спросила она.
— Я не хмурый. Я — Алагир осёкся, подбирая слово, и вдруг усмехнулся. — Ладно, хмурый. Признаю.
— Алагир. — Нонна повернулась к нему всем корпусом. — Ты первый, кого я встретила в этом мире. Ты спас меня. Дал мне дом. Ты ты мой друг, правда.
— Друг, — повторил он.
— Да. Друг. Хороший друг.
В воздухе повисло что-то недосказанное. Алагир смотрел на неё долго, очень долго, а потом вдруг протянул руку и коснулся её пальцев — тех самых, которыми она делала маникюр и зашивала раны.
— У тебя очень тёплые руки, — сказал он тихо.
— Это от работы. Кровообращение хорошее.
— Нет, — он покачал головой. — Это не от работы.
Он отпустил её пальцы и поднялся.
— Завтра я на южный сектор, — сказал он уже обычным тоном. — Вернусь к обеду. Если хочешь, можем прогуляться к Серебряному водопаду. Он красивый. И это недалеко.
— Я хочу, — ответила Нонна, не думая.
Алагир кивнул. Но прежде чем уйти, чуть задержался и добавил:
— И ещё. У меня для тебя подарок. Увидишь завтра утром.
Нонна хотела спросить, что за подарок, но он уже ушёл по тропе к дому. А она ещё долго сидела у ручья, гадая, что бы это могло быть.
Утро началось с ржания коня. Но не Бадрока.
Когда Нонна вышла из дома, рядом с рыжим конём Алагира стоял другой конь. Белый. Мощный, широкогрудый, с длинной гривой, заплетённой в серебряные косички, и гордой посадкой головы. Он был прекрасен: белоснежная шерсть чуть светилась в утреннем солнце, а глаза были тёмно-карие, умные, с длинными ресницами.
Нонна замерла на пороге.
— Это что? — спросила она сипло.
— Дейлот, — ответил Алагир, стоявший рядом с конём. Он погладил белого по шее, и конь благодарно фыркнул. — Чистокровный лесной скакун. Один из лучших в Эль-Даране.
— Я не понимаю
— Ты теперь живёшь в нашем мире. Тебе нужен конь. Я не всегда могу быть рядом, а на Дейлоте ты сможешь ездить сама. Он спокойный, выносливый и признал тебя.
Нонна медленно подошла. Белый конь повернул к ней голову, понюхал воздух и вдруг шагнул вперёд — сам, без понукания, — и ткнулся носом ей в плечо.
— Признал, — тихо сказал Алагир, и в его голосе прозвучала гордость.
— Алагир, это слишком — начала Нонна, но он перебил:
— Это подарок. Не отказывайся.
Она закрыла рот. Потому что спорить с ним было бесполезно — и потому что конь смотрел на неё так, будто ждал, что она скажет «да». Нонна погладила белый нос, провела пальцами по гриве. Дейлот стоял смирно, только уши чуть поводил.
— Он красивый, — сказала она наконец. — Очень.
— Я знал, что тебе понравится.
В этот момент на тропе показался Рейнар. Он шёл к дому брата, но замер, увидев сцену у привязи. Присвистнул.
— Ого! Алагир, ты с ума сошёл? Дейлот — это же элитный скакун, их всего с десяток в королевстве!
— Теперь у Нонны есть свой конь, — спокойно ответил Алагир. — Она не может ходить пешком, когда вокруг все ездят.
Рейнар перевёл взгляд с коня на Нонну, потом на брата. Что-то мелькнуло в его глазах — не зависть, но понимание.
— Что ж, — сказал он, — достойный подарок. А ты, Нонна, теперь ещё больше похожа на эльфийку. Только седла не хватает.
— Седло ей даст мастер Минелон, — сказал Алагир. — Я уже договорился.
Нонна стояла, обнимая Дейлота за шею, и чувствовала, как к горлу подступает ком. За три дня в чужом мире она получила больше тепла и заботы, чем за последние три года дома.
— Спасибо, — сказала она глухо. — Оба. Вы вы невероятные.
Братья переглянулись. И оба промолчали.
На следующее утро Нонна проснулась с ощущением, что сегодня что-то случится.
Сначала она не поняла, в чём дело.Обычное утро: ночная звёздочка свернула лепестки, за стеной Алагир звенел посудой, Бадрок и Дейлот тихо пересвистывались у привязи. Но когда Нонна подошла к окну, то заметила: светящиеся цветы, что росли вдоль тропы к дому, все как один развернулись в её сторону. Их голубоватое свечение чуть пульсировало, подстраиваясь под ритм её дыхания.
— Доброе утро, — раздался голос Алагира от двери. — Ты сегодня светишься.
— Что?
— В прямом смысле. — Он кивнул на цветы. — Они так реагируют только на сильную магию. Твой дар растёт.
Нонна посмотрела на свои руки. Никакого свечения она не видела, но пальцы слегка покалывало — так бывает, когда отсидишь руку, только это покалывание было приятным, почти ласковым.
За завтраком Алагир был немногословен, но то и дело бросал на неё короткие взгляды. Нонна делала вид, что не замечает.
— До обеда, — сказал он, вскакивая на Бадрока. — Водопад ждёт.
— До обеда, — кивнула она.
Тренировочное поле встретило её громким драконьим рыком. Но не Скайфера — рык был другим, выше тоном, резче. Когда Нонна вышла на опушку, то увидела, что на поле стоит не один дракон, а три.
Все они были огромные. Скайфер, как обычно, лежал у края, подставив бок утреннему солнцу — гора тёмно-зелёной чешуи, над которой поднималось облачко пара от дыхания. Рядом с ним нервно переминался молодой дракон — помельче, но всё равно размером с добрый дом, с серебристо-серой чешуёй и длинной шеей, — которого держал под уздцы Минелон. А чуть поодаль стоял Рейнар и разговаривал с ещё одним всадником — высоким эльфом в тёмно-синем плаще.
— О, Нонна! — Рейнар махнул рукой. — Иди сюда, познакомлю.
Эльф в синем обернулся. У него было узкое лицо, холодные серые глаза и длинные пепельные волосы, забранные в высокий хвост. Он скользнул по Нонне взглядом — оценивающим, быстрым, — и слегка склонил голову.
— Это Вейрон, — представил Рейнар. — Командир восточного крыла. Он прилетел на проверку. Вейрон, это Нонна, о которой я тебе писал.
— Та самая человеческая целительница? — Вейрон говорил ровно, без эмоций. — Наслышан.
— Приятно познакомиться, — сказала Нонна.
— Взаимно. — Он снова окинул её взглядом, на этот раз дольше задержавшись на руках. — Рейнар говорит, ты лечишь Скайфера без магии.
— Массажем и тёплыми компрессами.
— Интересно. Я бы хотел, чтобы ты взглянула на моего дракона.
Вейрон отошёл к дальнему краю поля. Там лежал четвёртый дракон — и он был самым огромным из всех. Тёмно-синий, почти чёрный, с мощным костяным гребнем вдоль спины и крыльями, каждое из которых было размером с корабельный парус. Он занимал почти четверть поля. Когда дракон повернул голову, земля чуть вздрогнула под его весом. Жёлтые глаза смотрели устало, но в глубине их теплился огонь.
— Ноэль, — представил Вейрон. — Ему больше ста лет. Он один из Старших — древних драконов, которые помнят ещё Первую войну. Мало кто может к нему подойти.
Нонна замерла. Дракон смотрел прямо на неё. В его взгляде было что-то странное — не просто любопытство, а узнавание.
— Подойди, — тихо сказал Вейрон. — Он зовёт.
— Зовёт? — переспросила Нонна.
— Да. Я чувствую. Он хочет, чтобы ты подошла.
Нонна глубоко выдохнула и медленно пошла вперёд. Рейнар хотел пойти следом, но Вейрон удержал его за руку.
— Пусть сама, — сказал командир. — Это важно.
Она подошла к дракону вплотную. Ноэль опустил голову — одно это движение заняло несколько секунд, — и его нос оказался прямо перед лицом Нонны. Горячее дыхание обдало её теплом. Она протянула руку.
Дракон не рыкнул, не отстранился. Он закрыл глаза — оба, медленно, — и чуть наклонил голову, подставляя лоб под её ладонь.
Рейнар выдохнул сзади.
— Этого не может быть, — пробормотал он. — Ноэль никого не подпускает, кроме Вейрона. А ей — сразу.
— Не просто подпускает, — медленно произнёс Вейрон. — Он признал её. Как равную.
Нонна не слышала их. Она гладила дракона по носу, чувствуя под ладонью горячую шершавую чешую, и слышала — не ушами, а где-то глубоко внутри — низкий, рокочущий голос:
«Ты пришла».
— Что? — прошептала она.
Но голос уже стих.
Дракон снова открыл глаза, посмотрел на неё долгим взглядом и медленно поднялся во весь рост. На фоне неба он казался живой горой.
— У него старая травма хвоста, — сказал Вейрон, подходя ближе. — Целители разводят руками. Ты сможешь помочь?
Нонна кивнула, всё ещё не в силах говорить. Вейрон подвёл её к хвосту Ноэля. Травма была старой, запущенной. У основания хвоста прощупывался костный нарост, из-за которого дракон не мог свободно вилять хвостом — тот двигался рывками, с видимым усилием.
— Здесь нужен регулярный массаж с разогревом и, возможно, магическое воздействие, — сказала Нонна, осмотрев сустав. — Но даже без магии я попробую.
— Пробуй, — кивнул Вейрон. — Если ты поможешь Ноэлю, клянусь небом, я сам буду просить старейшин оставить тебя навсегда.
Нонна принялась за работу. Рейнар остался рядом — подавал масло, придерживал дракона за ошейник и смотрел на неё так, как смотрят на что-то невероятно ценное.
— Ты зачем меня Вейрону рекламировал? — тихо спросила Нонна, когда командир отошёл к своему дракону.
— Потому что ты лучшая, — ответил Рейнар просто. — И об этом должны знать.
Она хотела возразить, но не нашлась. Комплимент был таким прямым, таким искренним, что возражать было глупо.
— Спасибо, — сказала она.
— Тебе спасибо, — ответил он. — Ты меняешь всё, Нонна. Даже не представляешь, насколько.
К полудню Алагир вернулся с патруля. Он был запылённый, уставший, но глаза сразу нашли Нонну — она как раз выходила из общинного дома с корзинкой для трав. Дейлот, привязанный у коновязи, заржал ей навстречу.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Всего 10 форматов