Галактика Андромея. Улвий Лимус: Темнейший век

Настолько пронзительный и безэмоциональный вид заставил Улвия почувствовать себя некомфортно, ощутить отсутствие безопасности. Это было неописуемо. Даже Дувалор и Франксимус — воины, повидавшие так много — были внезапно остановлены коротким ступором, взявшим верх над капитанами, быстро взявшими себя в руки.

— Час настал, тиран, — зло произнес капитан Тарон, — пришло время отвечать перед лицом Имперского закона!

— Завышенное мнение Вы ничем не лучше меня и остальных тиранов миллионов планет галактики, — утробно прохрипел старик. — Вы пришли завоевать моё царство, огнём и мечом пронеслись по моей планете, разрушили город, убили тысячи моих солдат и ещё тысячи гражданских, но ради чего?

— Всё во имя Свободы! — заявил Франксимус. — Если бы ты принял наши условия, то ничего подобного бы не произошло. Ты сам виноват в произошедшем!

— Виноват Но разве не вы пришли нас завоевать? Мы отказали, а вы принесли нам смерть и разрушение.

— Наше вторжение стало следствием твоего отказа, Фий. А все эти разрушения совершены во имя светлого будущего. И если ты не готов преклонить колени ради благой цели, то тогда тебе нет места в новом мире, — грозно, но более спокойно ответил Дувалор Тарон, сдерживая свой гнев, но показывая презрение.

— Вот именно — все должны «преклонить колени» перед вами. Вы не понимаете истины: вы ничто, ваша империя ничем не отличается от сотен других до вас. Вы даже не знаете, насколько ничтожна ваша Империя по сравнению с теми, кто правил этой галактикой миллионы лет до вас! — в голосе старого тирана звучала грусть, ярость и одновременно насмешка. Он насмехался над ангелами, не понимающими его слов, считая того безумцем. Голос Фия был сухим, слова он говорил через боль и сильную хрипоту.

— Если уж эти империи были настолько велики, то тогда где они сейчас? — Франксимус заметил необъяснимые эмоции на лице Фия, поэтому решил надавить на это, посмотреть на реакцию странного человека, и, как оказалось, лотакиец надавил на больное.

— Они они исчезли! Но они были велики! Они были сильны! Им удалось оспорить силу самой природы, и она решила отомстить им! — внезапная вспышка ярости и эмоций появилась в голосе и лице старого тирана, но глаза его всё так же оставались подобными стеклу.

— Вот как? Как интересно получается. А может их погубила собственная гордость и жажда превосходства над всем живым? Я не прав? — с насмешкой произнёс Дувалор.

— Вы не понимаете! Вы недальновидные глупцы! Ваша империя падёт! Превратится в прах! Прах! Прах! — тиран Дариуса-2 словно в один момент потерял свой рассудок, став безумцем, что повторял одно и то же: «Прах!», одновременно издавая странные и непонятные звуки, будто машина, зверь, безумец и человек, потерявший дар речи, в одном лице. Его речь становилась настолько неестественной, что появлялось ощущение, будто его ртом управляли старые, давно не обслуженные механизмы. Даже суровые и жестокие черные стражи ощутили странную ауру, исходящую от тирана и пронизывающую их до костей. Они почувствовали безумие.

Франксимус решил прекратить сумасшедшую какофонию, исходящую из уст потерявшего остатки разума Араниуса Фия. Лотакиец резко протянул свою латную перчатку к правителю стим-праеторского царства, смех плавно переходил в смесь криков, рычаний, произносимых оскорблений и пожеланий смерти всему человеческому роду.

Улвия удивил тот факт, что человек, тем более правитель, может желать смерти людской расе и при этом знать что-то о давно ушедших с галактического пространства цивилизациях. Этот вопрос ещё долго будет жить в голове сержанта Лимуса, пока однажды не получит ответ.

Протягивая руку к тирану через энергетический барьер, защищавшего своего хозяина, Франксимус ощутил в месте соприкосновения сильнейший жар, а доспех мгновенно раскалился, едва не превратившись в расплавленный металл. Даже броня ангела Свободы не выдерживала этих температур. Капитан едва успел отдёрнуть руку, спасаясь от страшных ожогов.

Заметив такое странное поведение энергетического барьера, Дувалор Тарон задумался, ранее встречая такие устройства лишь у калаэдров.

В это же время Араниус насмехался над легионерами, которые не могли ничего с ним сделать. Он особенно упивался озадаченностью заступников человечества, явно не ожидавших подобного исхода.

Подошедшие к капитанам Лотакии и Черной Стражи Навиор и Инеклианий попытались повторить опыт Франксимуса, но, как и в случае с тем, у них тоже ничего не вышло.

— Кажется он застал нас врасплох, — недовольно подметил Навиор.

— Это точно, — раздраженно, но одновременно задумчиво ответил Дувалор. — За троном находятся какие-то механизмы, но и они тоже попадают под защиту барьера.

— Это однозначно ксеноидская технология, ибо стим-праеторы до такого не додумались бы, — констатировал Инеклианий.

— Да плевать чья она! Главный факт в том, что теперь мы стоим как полные идиоты! — зло прозвучал голос Франксимуса.

— Скорее всего кому-то из нас нужно приложить усилия, чтобы достать Фия из его норы, — тихо обратился сержант Лимус к Клицию, подтвердившему его слова смиренным кивком.

Взвесив все «за» и «против», вперёд шагнул Улвий. Он молча поднялся к престолу тирана и пристально уставился на энергетический купол, всё ещё колеблясь совершить очень рискованный шаг — попробовать вытащить оттуда обезумевшего и упрямого тирана.

Капитан Тарон обратил на него внимание и хотел отговорить от этой затеи.

— Сержант Лимус, я ценю твоё рвение помочь нам, но я боюсь это может оказаться бессмысленно.

— Разрешите попробовать, милорд.

Капитан молчал, задумавшись.

— Разрешаю, — недолго думая, дал своё согласие Дувалор Тарон.

Фий вмиг перестал смеяться — он заинтересовался сержантом Чёрной Стражи, храбро вышедшему вперёд и желавшему испытать свою удачу и волю в попытке добраться до него. Эти чувства переполняли душу Араниуса, лишь разжигая его безумие и, одновременно, интерес. Желание понаблюдать за действиями храброго сержанта пересилили всякое удовольствие. Подперев кулаком голову и тут же сгорбившись, тиран пристально глядел на Улвия, смотрящего в энергобарьер.

Решившись, Улвий тяжело выдохнул и попытался резко пройти через барьер молниеносным рывком, словно дующий с высокой скоростью ветер, однако в этот же момент его отбросило в сторону сильным ударом. Но этого не хватило, чтобы остановить решительного легионера, хотя он достаточно ярко ощутил жгучую колющую боль по всему телу.

Наблюдая за этой картиной, Фий засмеялся: попытка была такой жалкой, ничтожной и глупой.

Удар отозвался в груди режущей болью. Несмотря на риск получить тяжелые травмы, Улвий во что бы то ни стало должен был добраться до ненавистного ему старика. Превозмогая страдание, собрав всю волю в кулак, он медленно шагнул сквозь энергетический купол.

Броня ангела Свободы начала нагреваться, и по телу Улвия стала проходить обжигающая боль — необычная и странная. Странная потому, что черному стражу ещё не приходилось испытывать боль от энергетического барьера, а именно от сильно нагретой и плотной энергии. Однако страдание давало стимул, оно придавало силы и поддерживало его так, как рука родителя поддерживает ребёнка, учащегося ходить.

Рука затряслась, но воин не намеревался останавливаться. Был сделан шаг — теперь броня раскалялась по всей своей поверхности. Тело Улвия мгновенно ощутило невыносимую для обычного человека боль, настолько страшную и жестокую, что неподготовленный организм умер бы от болевого шока и давления. Дыхание участилось, сердце забилось быстрее, нагрузка на органы и на всё тело увеличилась до небывалых показателей. Система жизнеобеспечения запищала, тревожно оповещая сержанта о приближении к критическим показателям, близких к пределу гибели. Но даже это не могло его остановить — шаг был сделан и начатое нужно закончить. Исполнить долг — вот, что важно.

Жуткая боль расходилась по всему телу легионера, его кровь будто закипала, а тело внутри и снаружи безмерно накаливалось. Не выдержав, сержант Лимус зарычал словно дикий и свирепейший зверь, а системы шлема искажали ревущий голос черного стража, окружая его особенной, неописуемой аурой.

Резкий всплеск гнева и головной боли переросли из крепкого стержня в падающую опору. Это была ярость. Он не до конца понимал её природу, но она была ему знакома. Но именно эта необычная ярость будто способствовала выживанию Улвия, даруя ему силу и волю, выбрасывая невероятное количество адреналина в кровь сверхвоина человечества. Она помогала ему выжить, поддерживала в нём жизнь на ряду с перегруженными системами брони, работающими изо всех механических сил, чтобы не дать своему хозяину покинуть бренную галактику.

Лимус уже наполовину прошёл через границу барьера, чья сила ксеноидского гения пыталась вытолкнуть легионера из энергокупола, но ангела Свободы просто так не сломить. Черный страж ощущал, как невиданная природа барьера, всей своей энергетической мощью, пытается выбросить его из себя и уничтожить. От окропленного человеческой кровью черно-белого доспеха начинал идти дым, а его соприкасающиеся с барьером части покрывались цветом раскаленного металла.

С последним криком, яростным воплем Улвий прорвался внутрь энергокупола. Он тотчас же схватил невероятно удивлённого Араниуса Фия за воротник его царских одеяний. Подняв его, разозлённый черный страж швырнул тирана Дариуса-2 и трёх звездных систем к ногам капитанов рот, ошеломлённых рвением черного стража, его верностью долгу и силой воли. Фий пролетел через барьер, как через воздух, будто там ничего нет.

Лимус, качаясь, подошёл к панели управления барьером, от которой тянулись десятки блестящих кабелей к большому громыхающему двигателю. Он нажал на ярко-выделенный сенсор на дисплее, и энергетический купол вмиг рассеялся, растворился в воздухе.

От доспеха сержанта шёл хорошо видневшийся, почти бурый дым, а дыхание воина стало тяжелым и измотанным. Жизненные показатели медленно приходили в норму — организм легионера пережил большую перегрузку и стресс. Тяжело стояв на ногах, Улвий снял шлем. После открытия герметичных замков прозвучало тонкое шипение. Сержанту помогли удержаться на ногах Клиций и Нерат, быстро взявшие его под руки.

Дувалор Тарон, как и остальные капитаны рот, смотрел на Улвия с удивлением и гордостью за такого воина, настоящего легионера, который, не обращая внимания на боль, исполнил свой долг и сделал то, что не смогли сделать другие до него. Капитан Тринадцатой роты всегда знал, что не ошибся, сделав Улвия Лимуса своим рекрутом.

В это же время легионеры-лотакийцы грубо поставили на колени Араниуса Фия, крепко сжав его плечи. Он не смог бы убежать, но на него всё равно направили тальт-пистолеты, унижая его царское достоинство, заставляя умирать на коленях.

Капитан Тринадцатой роты Черной Стражи подошёл к Фию, прожигая его взглядом, наполненным презрением — хоть через шлем, искривлённый в зловещей рыцарской улыбке, этого было не видно. Навиор обнажил свой меч и приставил его острие к горлу побеждённого царя Дариуса-2, проколов кожу. Инеклианий открыл крышку инфотерминала, встроенного в его левую руку. Из проектора вырвался голубой голографический текст, содержание которого представляло собой ордер на арест и (или) казнь Араниуса Фия. Франксимус сжал тальт-пистолет, приготовив его к выстрелу. Примеру капитана последовал и Дувалор Тарон. Навиор отошёл от стоящего на коленях тирана стим-праеторского царства, встав между капитанами Лотакии и Черной Стражи, уперев острие в каменный пол.

Инеклианий глубоким голосом стал зачитывать приговор Араниусу Фию, казнь которого произойдёт здесь и сейчас без замедлений. Пора старому царю попрощаться с тьмой этой галактики и уйти в иной мир, если тот, конечно, существует.

— «Настоящий документ, выданный отделением Министерио Сталлес Полицериум в объединении с руководством Мини-стерио Бартум Форсинаруме и утверждённый Сто-пятьдесят-седьмым экспедиционным флотом в Астратуме Элемея, мы, легионеры, ангелы самой Свободы и заступники человечества, наделённые силой и мудростью, дарованными великим императором Ниливием с древних пор, воины Империи Свободы, империи людей и лояльных народов, осуждаем царя Араниуса Фия за преступления перед людским родом: за отказ в объединении под знаменами империи, за обрекающий свой народ на путь войны поступок, а также за атаку на имперских дипломатов и сотрудничество с ксеноидами рода Kalaedris.

Такому гнусному предателю назначается один единственный приговор: смертная казнь через расстрел», — громогласно и торжественно объявил приговор капитан XVIII легиона. Он выключил инфотерминал и опустил руку, давая понять Дувалору и Франксимусу, что пришло время закончить начатое, вонзить наконечник копья в цель.

— Вы не имеете право! Я требую, чтобы меня судил имперский суд, а не цепные псы! — безрезультатно вопиял Фий.

— Мы и есть имперский суд, предатель человечества! — с явным презрением ответил Навиор, кверху направив острие меча, лбом прижавшись к клинку.

— Нет! Вы не имеете права! Вы вы — не успел договорить Араниус, как в это же мгновение два капитана синхронно нажали на спуск тальт-пистолетов. Одновременно прозвучали выстрелы, снаряды пробили плоть Фия, отняв у него его жизнь. Первый снаряд влетел в голову тирана, ничего от неё не оставив, а второй — в сердце, разорвав грудную клетку и весь торс.

Правитель трех систем и предатель человечества умер в то же мгновение. Дело сделано. Копьё брошено и достигло цели.

Улвий, придя в норму, надел шлем под аккомпанемент шипения гермозамков. Он смотрел на бездыханное тело, под которым расплывалась лужа крови, мучаемый вопросом: откуда и как он мог узнать о древних цивилизациях, был ли он на самом деле человеком или это некий органический муляж?

Ангелы Свободы покидали дворцовые залы, проходя по коридорам, усеянным телами павших стим-праеторских гвардейцев, словно поля агромиров во время урожая. Кровь врагов оскверняла стены, предметы искусства и пол, придавая некогда красивым залам мрачный и трагичный вид. Повреждения от огнестрельных снарядов изуродовали стены, лишая дворец былой роскоши и величия. Теперь этот комплекс напоминал одновременно руины давно ушедшей эпохи и застой нынешних времен — живое предупреждение для всех, кто осмелится восстать против Империи Свободы и вступить в сговор с врагами человечества; и это разрушение ознаменовало наступление новой, имперской эпохи для Каррана.

Легионеры в последний раз окинули взглядом залы, по которым пронеслись смерть и война. Не чувствуя ничего, заступники человечества вышли через центральный вход на главную площадь столицы Дариуса-2 и всего царства. Спускаясь по парадной лестнице, Улвий посмотрел на форум. Самую высокую и красивую статую на площади — статую уже мертвого Фия — солдаты Галактио Форсинарум обмотали тросами и снесли, разрушив холодное изображение царя трех систем. Оно под каменный грохот упало на кирпичные плиты, развалившись на мраморные куски. Остальные идолы и скульптуры либо расстреливали из ружей, либо так же сносили.

«Никакой религии, никаких диких нравов и традиций, только цивилизованность и наука» — так звучит один из девизов Свободы, великой, благой и одновременно двуличной и гнилой: в империи людей само понятие «Свободы», фактически, обожествляется, а государственный аппарат давно потерял идеологический дух Великого Похода, принимая его ныне не более чем как должное.»

На зданиях солдаты развешивали флаги Империи Свободы и Её знамена, чтобы площадь обретала вид, говорящий о том, что сердце стим-праеторского царства теперь принадлежит империи человека. Великая победа, но особенная лишь для солдат Галактио Форсинарум.

Легионеры уходят, планета предоставляется силам регулярной армии. Карран теперь навсегда станет Дариусом-2, частью Астратума Элемея, частью великой Империи Свободы, империи людей, цивилизации и науки.

Карран был самой защищённой планетой и пал всего за несколько суток. Легионеры за считанные часы обезглавили царство, лишили его того, кто удерживал системы в стальных рукавицах авторитета и грубой силы. Это была новая победа, но никак не отличающаяся от тысяч прежних битв по захвату планет или систем, операций, где нужны скорость и точность.

Однако не стоит думать, что легионеры побеждают всегда и везде. Это далеко не так. Нет, сейчас количество их побед высоко как никогда, но всегда нужно помнить начало Великого Объединительного Похода, когда неокрепшая и слабая Империя Свободы направилась к звездам и встретила сотни других цивилизаций людей и ксеноидов. Самой страшной из них, безусловно, является Империя Аж'Оган, цивилизация-союз множества жуко- и насекомоподобных рас. Во время трех, так называемых, Чумных войн аж'оганцы особенно активно использовали химическое, биологическое, климатическое и геофизическое оружие, нанеся огромный ущерб имперским мирам и мирам союзников Свободы.