Точка напряжения

— Почему именно они?

— Система выявляет необычное, группируя людей по профессии, роду деятельности, возрасту. Почему-то выдала именно этот пик.

— И что необычного в этой профессии?

— Она довольно редкая, уже почти не нужная. Их работу отлично выполняют спутники. Так какой смысл в их исчезновении? Пользы или вреда нет.

— Может, компьютеры нельзя настроить без них? — предположила Мари.

— Нет, эти системы уже давно программируются на основе базовых данных.

— Значит, мы не знаем почему, — сказал старик.

— Да, но это ещё не всё, — продолжил Микаэль. — На одном из архипелагов в Тихом океане начали рождаться дети со странной внешностью.

Он вывел на экран фотографии детей.

— Боже, — выдохнула Марта. — Этого не может быть.

— Может, — мрачно сказал Микаэль. — Это не единичный случай. Самое странное — эти острова не контачат друг с другом, расстояние между ними почти тысяча километров.

— Может, туристы? — робко предположила Мари.

— Нет, там туристов не будет ещё много лет.

— А откуда данные, если там глухомань?

— Это всё же государства, — сказал Микаэль. — Будучи бедными, они сотрудничают с ВОЗ, которая помогает им в обмен на опыты с населением.

— Так вот и ответ, — буркнул Женя.

— Нет, — жёстко сказал Микаэль. — Их опыты связаны лишь с тем, что они берут биоматериалы и сравнивают их с жителями континента. Они ищут отличия привитых и непривитых, тех, кто принимает лекарства, и тех, кого лечат шаманы. Они не влияют на медицину, кроме хирургии.

— Странно, — сказала Мари.

— Это всего лишь анализ, — пожал плечами Микаэль.

— Как это связано с вашей теорией стёкол? — спросил Женя.

— Всё просто: если есть необычные изменения, значит, они неестественны. Следовательно, кто-то воздействует на эти события.

— Эти события на островах и исчезновение вулканологов связаны? — спросил один из «ковбоев».

Микаэль повернулся к нему и лишь пожал плечами.

В кабинете наступила полная тишина.

Через несколько мгновений старик шумно выдохнул:

— Нам ясно только одно: кто-то сделал эти выводы чуть раньше нас и уже пробует силы. Или, что гораздо хуже, мы видим лишь часть того, на что он начал оказывать влияние. И тогда мы сильно отстали.

Конец первой части