Звёздная Кровь Архераил. Книга 6. Эффективный менеджер
Прямо перед нами, шагах в двадцати, шла жестокая схватка между двумя восходящими. Один со светлыми волосами и шустрый, а другой – крепкий здоровяк в чёрных шкурах и с такого же цвета бородой. Дрались насмерть. Наша лежанка с гидроматрасом размещалась на самом краю полянки, и с места липкого ВИП-ложа было отлично видно всё происходящее на арене. Двое воинов убивали друг друга.
– Какая прелесть! Осталось только бросить на арену лепестки цветов, монеты и показать обнажённую грудь победителю. Я за того, что в тёмных шкурах, хотя если белобрысый не умрёт, то свой палец обязательно подниму вверх, – сообщила подруга, приподнявшись и всматриваясь в драку на полянке.
– Ты о чём? – спросил я, удобно устроившись в тёплой жиже и не спеша вылезать из липкой грязи.
– Деревня, – отмахнулась подруга.
При чём здесь название поселения людей, зарабатывающих выращиванием растений и разведением животных на аграрных планетах, я не понял, но дальше мои мысли переключились на другое. Двое восходящих, сцепившихся в поединке, бросили всё и упали на колени. Не преклонили колено, а именно упали на колени. Над нами показалось огромное шестикрылое существо, занимающее всё небо. Чёрное нечто вроде тени, напоминающее человеческий силуэт, только на всё небо, с шестью крыльями, длинными и узкими, словно клинки, пронеслось где-то на невероятной высоте. Размер существа был такой, что оно заслоняло собой половину неба.
При появлении летящей громадины дерущиеся именно плюхнулись на колени, грохнув могучие головы о влажный от дождя грунт и замерев, а не изображая благородные приветствия. Я почувствовал на себе мимолётный взгляд чего-то вне категорийной силы и разума. Это совершенно иное. Как пытаться на себя примерять мощь взрыва сверхновой, но, очевидно, наши с Дланью распластанные и лежащие в липкой грязи тела тоже соответствовали уважительному виду, положенному при встрече с подобными существами, затмевающими небо. Мазнув на долю секунды своим вниманием по нашему грязевому укрытию, интерес ко мне и подруге полностью потеряло.
А потом тень исчезла. Двое бойцов встали, разошлись шагов на десять, уважительно поклонились друг другу и снова сцепились, сделав мгновенный рывок, брызжа рунным льдом, огнём и долбя противника холодным и корявым оружием. Наверное, на случай появления вот этого в небе были чёткие правила, и поединок должен обязательно прерываться, а ещё наверняка выработались условия, как бой должен быть продолжен.
Бойцы нас заметили, но проигнорировали. Влезать и разнимать здоровяков мы тоже не собирались. Рядом я никого не замечал, да и подруга шепнула, что в ближайших окрестностях ничего не чувствует, а у неё на это поистине животное чутьё. Конечно, возможно, и притаился где-то невидимка, но это вряд ли. Мир Единства огромен, и всяких тихих и незаметных хитрованов здесь хоть отбавляй, но явных зрителей у поединка не находилось. Мы не знали ни одного, ни другого, и влезать в бой на чьей-то стороне смысла не было. Думаю, это не порадует даже победившего с нашей помощью, и благодарности нам не выскажут. Ведь не зря стычку перенесли в такую глушь. В том, что здесь места нехоженые, я не сомневался. Всё говорило о том. Даже в пределах племени на уровне развития рун и палок есть следы присутствия человека, коих я совсем не замечал.
Ошибся я с невидимками. Как же это слово? Когда-то в древней книжке читал про невыносимую старину. «Дреколье», – подсказал симбионт. Вот именно такое, в два пальца толщиной, со слегка ободранной корой, заострённое бревно с лохматым пучком перьев, на который ушла, возможно, не одна птица, воткнулось в глаз светловолосому воину. Диаметра палки хватило, чтобы череп разнесло в куски, а сила инерции «стрелы» оказалась столь велика, что заточенная деревяшка пролетела дальше и расщепила ствол небольшого деревца в две руки толщиной.
Наверное, у меня какое-то чувство опасности сработало из моего ментального дерева развития, и я бросился к застывшему от неожиданности здоровяку в тёмных шкурах и с косматой бородой такого же чёрного цвета. Бронзовый восходящий обдумывал ситуацию и явно растерялся, наверняка получая сейчас пачки сообщений от наблюдателя о прерванном фионтаре. Это я так думаю. Ради просто драки вряд ли бы пара бойцов так далеко забрела от обжитых мест, да и бой похож именно на состязание, а не на нападение.
Воин был реально здоровый, и о том, чтобы завалить его своей массой, не могло быть и речи, поэтому я подбежал, ударил по ногам. Подсечка получилась, и мы оба распластались на мокрой земле. Придавил рукой к грунту удивлённую рожу местного, решившего поднять голову, и показал своим примером, что лучшее положение на сейчас – это мордой в грязь. Чуть в стороне гулко ухнула и взорвалась пылающая штука, разлетелись огненные брызги, которые ускорялись, превращаясь в очень острые и раскалённые небольшие иглы. Разогретые до огромных температур острые штуки пробивали листву и втыкались в стволы деревьев по краю поляны. Наверняка что-то из рунного арсенала. Здоровенное дерево, что росло недалеко, по краю кустов прихватило немало таких игл, и древесина начала гореть, несмотря на то что вокруг шёл дождь и всё было мокрое.
Прилегли хорошо. Все иглы прошли мимо, да и использовали руну как-то совсем неприцельно, сильно в стороне. Грохнули бы точно над нами, прибили бы наверняка. В высоте опять пролетел силуэт шестикрылого существа. Что это было, я понять не мог, но, пока свет закрывала небесная тень, больше ничего не происходило.
– Возвращается, – крикнула подруга из нашей лужи.
– Она о нас не знает. Ну зачем ей мы? Дрейки на козявок не охотятся, – ответил подруге, успокаивая взволнованную рыбу и себя немного.
Словно услышав, тень поменяла направление и пролетела мимо. Похоже, в этом месте вопрос коленопреклонения – это не вопрос гордости: приходится так изворачиваться, что позы не соответствуют полностью уровню самооценки, но надо. Я чувствовал врагов, но пока над нами висело вот это, никто даже не пытался дёргаться, да и возвращение тени было явлением неординарным, как я заметил по выражению лица подмятого мной восходящего. Он, конечно, понял, что грохнуло по его душу, и, не столкни его с ног непонятный грязевой человек, он бы погиб, но повторное появление шестикрыла в небе его беспокоило гораздо больше. Ещё минут пять всё было тихо, а потом свет стал снова ярким, и небо очистилось.
Здоровяк мгновенно вскочил, и уже настала моя очередь немного полетать. Воин неуловимо быстро дёрнул меня за руку, поднимая в воздух, сгрёб в охапку и швырнул на землю, прикрывая уже своим телом. Вовремя. Как раз в место, где мы лежали, воткнулось ещё одно оперённое бревно, а второе пронеслось совсем рядом, взъерошив мех на его одежде.
– Гр-р-ры-ы-ы-ы! – раздалось рядом, и из леса выбежали два огромных человекообразных существа: ростом под три с хвостом метра, четыре пары ног и обезьяньи торсы. Оба бронза. Один побольше, а второй поменьше и, скорее всего, был самкой. А вот и луки, вернее, палки – толщиной в мою ногу – с верёвками, и колчаны, полные стрел, что мне годились как копья. Потеряв терпение, гиганты решили больше не пытаться попасть в юркие цели, а посчитали правильным просто прибить с помощью дубин, в которые были вклинены остро обтёсанные камни.
Четырёхногие гориллы неслись в нашу сторону.
Бум, бум, бум, бум – раздались беглые выстрелы подствольного гранатомёта штурмового комплекса с почти с пулемётным темпом. Голова монстра, который поменьше, разлетелась в клочки. Череп твари был очень прочный, но четыре гранаты, из которых две кумулятивные и две осколочные, не оставили вариантов. Все выстрелы легли в область головы и шеи, превратив верх туловища в ошмётки, болтающиеся на обрывках шкуры вокруг обломков могучих шейных позвонков.
Пару последних гранат, используя симбионт, подруга уложила прямо перед мордой здорового самца. Яркие вспышки получились всего в нескольких сантиметрах от рожи. Две последние всегда были объёмно-зажигательными, дающими яркую горячую вспышку и разлёт мельчайших частичек термитной смеси на несколько метров. Несколько таких коснулись моих рук и ног, торчащих из-под прикрывшего меня своим телом здоровяка. Даже через липкий слой грязи почувствовал серьёзный ожог, да и среди одежды воина было видно несколько дымков.
Обе вспышки, которые случились совсем рядом с мордой, видимых повреждений не нанесли. Или шкура слишком прочная, или бронзовая тварь имела рунные защиты, чтобы просто так повредить, но эффект был. Я почувствовал ещё один рывок, которому не сопротивлялся. Это воин сменил наше место лежанки, дёрнув и моё деревянное тело. Объяснять сейчас бронзовому воину, что я со своими пилотскими модификациями быстрее него, не стал, да и когда? Шипастая дубина дезориентированного гиганта врезалась в землю, где мы только что лежали. Раздался обиженный и разъярённый рёв промахнувшегося четырёхногого. Мы прыснули в разные стороны. Заметил, как хвостатое тело моей рыбы юркнуло из лужи в ближайшие кусты. Выхватил дефендер, стреляя в сторону обезьяны-переростка. С первых попаданий стало понятно, что пробить шкуру не удастся, поэтому перевёл огонь на морду и лапы в попытке замедлить быструю тварь, пока она была ещё под впечатлением от попаданий зажигательных гранат. Пули застряли в непробиваемой шкуре зверюги. Очень правильно, что Длань решила начать с подствольника, даже не пытаясь повредить зверя обычными пулями. Выстрелы из укороченного суворова кожу зверя пробивали, и я видел следы попаданий, но особого эффекта не было, и таким способом быстро его не остановишь.
Мы понеслись в разные стороны, а дубина ещё не до конца пришедшего в себя зверя с гулом рассекала воздух. В многоногую зверюгу со стороны здоровяка полетели руны. Арсенал был разнообразным: от огня, появившихся ножей до какой-то растительности, которая пыталась обвить ноги зверя, но получилось только обозначить препятствие, замедлив бронзовое чудовище ростом выше трёх метров. Рассматривать эффекты было совсем некогда. Монстр яростно взревел, определившись, что будет догонять воина, наверное, как самого упитанного. Я, конечно, тоже сразу сбежал, но мой рывок к кустам проигнорировали. Громадина явно выбрала, за кем гнаться, и понимала, что за всеми сразу не успеет.
Обезьяна ещё раз попыталась схватиться за лук, желая сразить беглеца, но потом отбросила огромное бревно с натянутой верёвкой на мокрую землю. Правильно. Если раньше не попадала, то сейчас уж точно никак. Потом попыталась рвануться вперёд, но быстрая и юркая тень мелькнула за спиной зверя, длинный змеиный хвост опутал ноги, мешая сдвинуться с места, четырёхногий, начавший движение, по инерции рухнул мордой в грязь. Секунда замешательства, но было уже поздно. За пару мгновений до этого с моей руки соскользнула руна-существо. Это моя обожаемая змеюка, яростно мелькая клинками, приводила шею и затылок гиганта в полную негодность к эксплуатации. В кровавом месиве было хорошо различимо, что разделка крупной добычи шла с чувством и расстановочкой, хотя и весьма споро. Удобное свойство руны моей змеи вызываться дважды сразу через тридцать секунд позволило выпустить мою воительницу сейчас, хотя всего несколько минут назад её чуть не уничтожили в Вечности. И да, как пояснил Победоносный, руна сама восстанавливалась, даже если была сломана, просто время повторной пары призывов могло сильно увеличиваться. Он тогда заметил, что я не зря приметил именно эту руну, а цена серебряного разумного существа с такими возможностями при хорошем раскладе может легко перевалить за стоимость уверенного золота. Да, очень удобная руна, которую можно было выпускать с интервалом в полминуты.
Пока думал, смерть настигла четырёхногую обезьяну, и Азалана, как бы забыв спросить у хозяина, походя слизнула звёздную кровь и выпавшие руны. Моя змеюка вырезала ядро сущности из туши, подползла ко мне, вручая ценность, и вроде промежду прочим скользнула ко второму трупу. Пришлось мысленно цыкнуть, одёргивая хитрожопую змееженщину, и передать мыслеобраз, что это добыча Длани, взятая в одиночку и только оружием наёмницы, без чьей-либо помощи. И да, как потом выяснилось, змея отлично могла понимать мыслеобразы, единый, и даже была уверена, что в далёкой родне имеет самих кел, и на удивление свободно говорила на высоком наречии самих небожителей.
Я получил неодобрительный взгляд со стороны своей пресмыкающейся, что тормознул её со сбором трофеев. А вышедшая из кустов наёмница, собравшая руны с трупа обезьяньей самки, заслужила второй – разумеется, тоже неодобрительный – взгляд от Азаланы. Прямо читалось, что если бы это забрал я, а не подруга, то было бы не так обидно, но в женском коллективе всё как обычно.
Перехватил удивлённый взгляд здоровяка. Он агрессии не проявлял и на трофеи не претендовал, просто был удивлён. Ах да. Дал команду симбионту показать, что я деревянный восходящий. Мой житель головы всегда скрывал это от посторонних, и те, кому я это не показывал, не сразу видели, что я тоже из обладателей стигмата. Заострять внимание на этом событии не стал, а сделал вид, что так и было, а воин в чёрных, перемазанных грязью шкурах мог этого в горячке боя и не заметить. То же сделала и Длань, также не заостряя внимания.
Симбионт прислал мне мыслеобраз. По мнению моего жителя головы, мы были в огромном домене. Если так, то пространство оказалось поистине чудовищных размеров. Целый мир – или очень хорошая зрительная иллюзия. Кто мог создать все эти тысячи километров пространства и тем более такое существо, что собой затмевает небо, или оно и есть хозяин местного мирка? Если задание выбраться, то как это сделать? А вдруг это домен испытаний, а тень – это главное препятствие? Надо будет у местного спросить. И хорошо бы понять, зачем нас сунули именно сюда? В том, что наш перенос организовал двойник Победоносного, я не сомневался. Просто больше некому и незачем. Возможно, существовал набор случайных и закрытых от посторонних мест, присмотренных для экстренной эвакуации, чтобы было невозможно отследить наше перемещение, по крайней мере быстро. Для этого домен подходил идеально. Здесь не чувствовалось присутствия наблюдателя, и, скорее всего, большинство поисковых рун не смогут работать, не имея связи с внешним миром.
С Дланью тоже понятно. Она со мной, член моей команды наёмников, подружка и верный союзник. Улыбнулся, вспоминая свою историю. Рыбные женщины не могут никак быть против Архераилов. Они всегда были моими женщинами. Даже Пылающая Чешуя ненавидела меня чуть меньше остальных, как я чувствовал, просматривая её ментальный фон, а Красные Плавнички стала моей по итогу, хотя совсем этого делать не собиралась. Ничего нет удивительного, что мы опять с наёмницей вместе и на одной стороне. Даже при последней встрече древнее чудовище, ворующее детей, могло притащить какое угодно тело, но предпочло вариант с телом девчонки из народа Воды. Тварь космического масштаба, к которой не мог подступиться даже древний, в момент последней моей встречи учла предпочтения капитана малого тральщика и показала именно хвостатую рыбообразную. Наверняка увидела, что мне женщины из рыбьего племени нравятся больше остальных.
Оставалось выдохнуть, осмотреться и понять, что делать дальше. Подошла наёмница, но за мгновение до этого, увидев, что Длань направилась в мою сторону, ко мне метнулось гибкое тело, а мои ноги обвили змеиные кольца моей руны. Человеческая часть прижалась со спины, положив мне руки на плечи и показывая, что альфа-самец занят. Подруга хмыкнула, но сгонять змееженщину не стала.
– Ты посмотри, скоро так совсем у меня мужа отожмут, – улыбнулась шустрости моей руны и добавила: – Мне одной кажется, что это домен?
Мы говорили на глобише. Диалект весьма редкий, и если рядом не бродили «круглоухие», как иногда называли космо местные аборигены, то вероятность, что нас подслушают, была практически нулевой. Этот точно не «круглоухий», но рядом раздался голос, и тоже на глобише:
– В домене. Не кажется.
Глава 4
Инвентаризация
Сидели у костра, и моральных угрызений, что едим далёких родственников, ни у кого не возникло. Сейчас можно выдохнуть, спокойно поесть и никуда до утра не бежать. Сразу после поединка делали всё очень быстро. От обезьян отрезали немало крупных кусков мяса, которое было съедобно и, как утверждал наш новый знакомый, ещё и вкусно, а когда от звёздных тварей, то, помимо утоления голода, ещё немного запас звёздной крови восстанавливался, что сейчас выглядело нелишним. Большую часть кусков, памятуя о свойствах моего ненормального хранилища, зашвырнули ко мне. У меня оно самое большое, но с традиционными изъянами. «Руна хранилище мечтаний. Ранг —??? Время перезарядки – нет. Стоимость активации – нет. Время действия – нет. Тайный ящик навсегда привязан к вашей душе. В него можно положить всё что угодно и вытащить всё что угодно, но помните: положить и вытащить – это разные части вашей сущности, и предметы могут разительно отличаться, изменяясь и подстраиваясь под ваши тайные желания. Очень важно осознавать, что тайные желания не подчиняются вашему разуму, а служат чувствам». Когда впервые прочитал описание своей руны подруге, то она некультурно ржала и сразу сказала, что спецзаказ именно для меня, нормальному человеку такие руны не достанутся.
Как показывала практика, что если засунул нечто съедобное, то и вытащишь тоже еду, но варианты могут быть самые разные, и, чтобы не удивляться и не думать, что готовить на ужин, немного мяса сунули наёмнице в её небольшое хранилище. Немного, зато без сюрпризов. У Длани всегда доставалось то же, что и засовывалось. Дальше, максимально быстро обыскав трупы и забрав самое ценное, как можно быстрее покинули это место.
Звёздную кровь и руны с убитого светлого воина забрал наш новый знакомый. Одетый в шкуры местный не считал победу своей, но я настоял, сказав, что потом он обязательно отдаст нам положенную долю и что прямо сейчас это выяснять ну совсем некогда. Помимо вещей белобрысого, прихватили несколько интересных амулетов с обезьян, которые содержали звёздную кровь.
Хотя в домене не было присутствия наблюдателя, но происходила классическая смена дня и ночи, при этом выглядело всё намного хуже, чем под обычными игг-древами. Домен погружался почти в полную темноту, и что происходило в ночи, никто не знал. Нечто неизвестное убивало всё разумное, при этом животных и полуразумных тварей вроде многоногих обезьян совершенно не трогало. Существовали места, где можно было ночевать. Их всегда хорошо видно. Деревянный столб, светящийся неярким, как я подозреваю, игг-светом. Вот к такому столбу мы и прибежали. Этот давал защиту метров в сто, но были колонны побольше и даже несколько исполинов высотой в два десятка человеческих ростов, защищавших от ночной смерти целые поселения на тысячи домов.
Пока совсем не стемнело, сбегали собрать хвороста, спокойно развели костёр и начали готовить мясо. Свою руну я не отзывал, решив дать погулять, пока не закончится время призыва в шесть часов. Серебряное существо уже доказало свои боевые качества, и пока пресмыкающаяся будет рядом, мы сможем спокойно выспаться, не опасаясь ночных хищников, находясь под защитой моей воительницы и столба, который оберегает от ночного нечто, убивающего только разумных. Но, в отличие от обычного поведения, когда змееженщина с радостью уползала в темноту и находилась где-то рядом, в этот раз осталась со мной. Передала мыслеобраз, что ей местная темнота совсем не нравится и до утра она даже готова потерпеть компанию Длани, ещё и вида не показывать, что присутствие моей супруги её раздражает. Вот это да. Что же там такое в темноте обитает, что даже моя бесстрашная серебряная пресмыкающаяся осторожничает? На мой вопрос получил отчёт, что она представления не имеет, но до рассвета туда не пойдёт и мне не советует, если кого и отправлять, то только наёмницу.
Нужно, наверное, сесть, ещё раз осмотреться, выдохнуть и объясниться. Симбионт давал вероятности встречи человека, который был явно из местных аборигенов, с острыми ушами и стигматом в запястье, при этом говорящим на глобише, одну триллионную процента по классической теории вероятности, а вот по теории вероятности Тархана, где присутствовала звёздная кровь и чудеса Единства, целых пятьдесят процентов: на уровне будет или не будет. Согласен. Без постороннего вмешательства такая встреча в глухом месте, в не пойми каком домене вряд ли бы состоялась. По истории моей предыдущей недолгой жизни, проведённой в Единстве, я прекрасно знал, что даже самые случайные случайности могут выстраиваться в длинные цепи заведомых событий, и ещё попробуй поменяй предначертанное тебе судьбой.
Настоящий бронзовый восходящий: крепкий, крупный, тёмные волосы, грязные шкуры, заострённые уши, возрастом хорошо за тридцать.
– И как теперь сможем посекретничать, когда тут глобиш по самым глухим окраинам каждый первый абориген знает? – шепнула Длань мне на ухо, оторвавшись от поедания жареной обезьяны.
Говорила подруга на наречии народа Воды и очень тихо. С другого моего бока сидела змея, тоже с удовольствием жуя мясо и внимательно прислушиваясь к нашему общению. Язык рыбообразных ей был знаком, и она согласно кивала, не желая терять возможность участвовать в разговоре с моим присутствием.
Здоровяк, который сейчас сидел с голым торсом, развесив шкуры около костра на просушку, повернул голову в нашу сторону. Во время поединка он получил множество ссадин, ушибов и пару ран на левой руке, правда, неглубоких, которые мы уже перебинтовали. Ковыряя палочкой в углях костра, Владеющий Словом сказал в полный голос на языке народа Воды, практически без акцента:
– Ни на каком не сможете. Если захотите посекретничать, просто скажите. Я постараюсь не подслушивать, но это сложно. У меня чуткое ухо – навык, – убрать не смогу. Уши зажать тоже не получится: я и с зажатыми всё слышу.
И да: здоровяка действительно звали Владеющий Словом. Когда он представился, во всей этой спешке расспрашивать было некогда, но мысль промелькнула, что на писателя, победителя конкурса любовного этнического фэнтези, он не похож. Так вот в чём дело: он всего лишь много слов знает.
– Полиглот меховой, – произнесла Длань на высоком наречии кел.
Перед тем как действовать в Вечности, Победоносный раздобыл где-то руны-навыки изучения языка, и мы их использовали. Теперь, помимо моего большого списка из единого, глобиша и языка народа Воды, я и подруга понимали кел. Кроме того, Длань знала ещё несколько наречий Единства. Кстати, языки кел тоже имели несколько подвидов, но перед тем как начали активно действовать, мы с Победоносным немного побродили по Вечности. Я совсем чуть-чуть общался с местными, но проблем с пониманием не испытывал. А потом тихо сидел около своего моста и приглядывал за пленником, чтобы тот случайно не сбежал, вырвавшись из хладонитовой ловушки, а вот подруга много общалась.
Здоровяк виновато пожал плечами.
– Вообще-то на любом языке при мне не удастся посекретничать. Я действительно меховой, одежда у меня из шкур – это тепло, но что такое полиглот и за что вы меня им обзываете, полиглотом вашим?
Подруга было хотела начать объяснять, что так называют экспертов в изучении языков и что это совсем не обидное слово, но увидела растянутую на всю рожу ехидную улыбку здоровяка. Он, конечно, знал, что это такое, и решил поёрничать, но язык кел? Откуда? Словно поняв, что я хочу узнать, сказал:
– Я очень много языков знаю, может, даже все сразу. Оттого и поединок. Слишком умных не любят. С кем я дрался, он нехороший человек, но сердцу женщины не прикажешь. Около моей сестры вился. Они знали, что я много языков понимаю и далеко слышу. Придумали на пальцах разговаривать. Только я так тоже понимаю, а потом случайно подглядел разговор белобрысого и одного зашедшего торговца и увидел, о чём они говорят. Тоже на пальцах. Сестра ещё девчонка молодая, безмозглая и влюблённая, а вот этому она для других дел была нужна. Я прилюдно скандал поднял и о планах жениха рассказал. Белобрысый сбежал, а сестра меня ненавидит. Думал, поплачет немного и успокоится. Я человек взрослый, и мне не до того, но, оказывается, обиду не забыли и меня через полгода на поединок вызвали.
– А чего в такую глушь сунулись? – удивилась Длань.
– Это чтобы, если кто-то победит, но незаслуженно, тоже издох. Знаешь, как бывает? Одного убили, а второй ещё жив, без рук, ног и с животом распоротым. Тоже умереть должен, но родня и друзья прибегают, лечат, рунами поднимают. Или вмешивается кто тайно. А здесь так нужно победить, чтобы обратно сам дойти мог. Безногим, безруким и раненым точно не доползёшь, и чтобы помощников не оказалось. Моему племени он не доверял, а я его. Мы тогда за руки взялись и шагнули в мелькающую стрелу, и оказались здесь.
Наверное, это какой-то случайный переход в непредсказуемую точку домена, но зачем так сложно? Вот это я и спросил:
– Если объявлен фионтар, то и так никто не может вмешаться, иначе наблюдатель накажет.
– Какой фионтар? Это только под центральным древом, когда тинг, или специально идти.