Призрак моего поместья
- Когда я была маленькой моя мама все время читала мне стихи из своей записной книжки. Она могла настолько долго писать, что пропускала ужин, представляете? — она засмеялась и продолжила, - Мы с папой обожали уезжать за город и сидя на поляне, усыпанной одуванчиками слушать, как мама читает. Перед тем как покинуть нас с папой она подарила мне эту книжку и с тех пор я писала в ней уже свои стихи, пока страницы не закончились. К тридцати годам я встретила своего мужа, как раз в подобном клубе поэтов. Мы влюбились и уже через несколько месяцев сыграли свадьбу. Как я была счастлива, вы не представляете! Он поддерживал меня, и мы основали свой клуб, тогда в него вступило гораздо больше людей. Сейчас многие забыли об этом, а некоторые выпускают свои сборники стихов, прямо как я. Моего дорого мужа не стало год назад. Мы были в браке сорок пять лет. Он был моей первой и последней любовью. Наши дети давно выросли и у них своя жизнь. Им не нравится поэзия, а я уже достаточно стара и пока живу хочу посвятить последние годы жизни своему любимому делу, — она закончила и все в комнате разрыдались. Даже самовлюбленный Штефан проронил несколько слез.
- Поэтому вы завели столько кошек? — спросил я, чтобы разбавить грустную атмосферу.
- Да, животные залечивают душевные раны. Однако, не смотря на всю боль я счастлива, — эта женщина буквально светилась, я даже позавидовал ей.
- Теперь вы прочтете нам стих, Николас? — спросила Ингрид.
- Куда же я теперь денусь? — усмехнулся я, встав в середину комнаты. Было тяжело переступить через себя, но они смотрели с такой надеждой, что я сдался.
«Шут устал веселить народ,
Он померк как свеча... он увял,
Ему плохо среди людей,
Он хотел бы исчезнуть вовек.
А король то прознал про него,
Что свободы он захотел,
И король, невзлюбив шута,
На смерть его послал.
Шут две ночи не спал,
У свечи горевал,
Он свободы хотел,
Но увяз в грехах.
И на следующий день,
Во главе короля весь народ ликовал,
Все смеялись над ним,
А ведь он не шутил,
И слеза потекла по бледным щекам.
Бедный шут такой участи не заслужил,
Голова слетела с плеч,
Он, покой обретая успел улыбнуться кровожадному миру,
Завтра все забудут эту несчастную мину».
Когда я закончил, то мне подарили не только бурные аплодисменты, но и заключили в объятия. Мне было странно стоять вот так, как столб и краснеть. Я не люблю прикосновения и совершенно не знаю, как на такое реагировать. Когда круг распался все что я смог это выдавить улыбку.
- Это было прекрасно, большое спасибо, что поделились с нами, — поблагодарила госпожа Гросс.
- В следующий раз, когда придете я прочту стихотворение до конца, — пообещал Бонифац. - Вы ведь придете?
- Если Вам будет не сложно, объясните мне как подбирать рифмы? — попросила Клаудия.
- А Вы мне сначала казались мутным типом! — Штефан крепко пожал мне руку.
- Неплохо, — оценила Ингрид, на миг показывая свой настоящий характер.
В моей груди стало так тепло, какое странное ощущение. В любом случае оно потом пройдет, и я опять вернусь в свое подавленное состояние. Осталось минут двадцать до окончания собрания, но я ушел раньше и меня проводили всей командой. Когда все вернулись внутрь последним остался черный кот, совсем похожий на меня. Он смотрел мне вслед, пока не отвлекся на летящий лист. Следующие собрание будет во вторник, не знаю приду ли я снова. Я не вписываюсь в эту компанию и не имею особого желания заводить друзей.
Вернувшись домой, я разогрел вчерашний ужин, потом пару часов провел за разгадыванием кроссвордов. Мне жутко захотелось спать, после такого насыщенного дня. Я поднялся в спальню, надел ночную сорочку и закрыл окно. Кровать мягкая и удобная, я уже начал засыпать, надеюсь мне приснится, что-нибудь мрачное.
Прошло, наверное, полчаса, точно не могу сказать, я проснулся от шума. Окно открылось, я его закрыл и снова лег. Оно снова открылось и так несколько раз. Я закрыл его на засов, снова лег и не заметил, как провалился в сон.
Мне снилось, что я сижу за огромным органом, мои пальцы бьют по клавишам и его трубы сворачиваются и изгибаются во все стороны. Звук был жутким и противным, словно исходил совершенно не от этого инструмента. Стены трещат, картины шатаются, где-то внизу бьется посуда. Это место сейчас точно рухнет, но мне все равно, я продолжаю играть. Потом я превращаюсь в черного кота с золотыми глазами, на моем месте уже сидит кто-то другой. Я подхожу, чтобы рассмотреть и отпрыгиваю назад. Шерсть встает дыбом, я начал шипеть. За органом сидел безумный сосед, он улыбался беззубым ртом и смеялся. На его шее была связка чеснока, а из порванного кармана сыпалась соль и при этом не кончалась. Он играл громче, из труб стали вылетать призраки со страшными гримасами. Они погнали меня по лестнице, издевались, проходя сквозь стены и смеялись как демоны. С потолка на меня падали деревянные колья, втыкались в пол, чуть не придавив мне хвост. Я выбежал из дома, и он исчез у меня на глазах.
Из сна меня вытянула жуткая мелодия. Кровать была мокрая от пота, я резко вскочил. Несколько минут я просто сидел в темноте и не мог понять откуда идет звук. Убедившись, что это не сон я зажег свечу и стал обыскивать всю комнату. На часах было три часа ночи, после такого кошмара сон как рукой сняло. Казалось, словно мелодия исходит снизу, пришлось спустится. На первом этаже никакого звука не было, я снова поднялся наверх. Мелодия не умолкала, я думал и ходил по всей спальне, может на кресле лечь спать? Ну нет, я так просто не сдамся! Я приложил ухо к полу, и она стала громче, постучал по нему, кажется дощечку можно поднять. Подняв дощечку, я протянул руку и достал шкатулку, из которой шла эта мелодия. Глаза болели, поэтому я не смог ее разглядеть. Выключить ее у меня тоже не получилось, пришлось выбросить в окно. Я снова лег спать, теперь ее слышно с улицы, но мне уже все равно. Время шло к четырем часам утра, скоро наступит рассвет. Пожалуй, это была самая странная ночь.
Глава 3
После бессонной ночи мне еще мерещились кошмары, я не хотел о них думать. Позавтракав, я сел за стол и просто глядел в окно, останавливая поток мыслей в голове. Мое внимание переключилось на прилетевшего воробья. Он держался своими маленькими лапками за веточку дерева и глядел на меня. Птицы — они такие свободные, их крылья настоящее чудо, с помощью которого они могут дотронуться до листика на ветке самого высокого дерева. Среди бесконечного неба, где солнце лучами распято и ветер им не по чем. Я чувствую себя птицей в клетке, запертой ключом, которая никогда больше не запоет и уж точно не взлетит.
Чуть позже я взялся за книгу, потом она мне наскучила, и я решил принять ванну. Я стал набирать ванну, люблю, когда вода нагревается до кипятка, не знаю почему, но это помогает мне расслабиться. Когда я лежу в ванной, то вспоминаю о своем прошлом и как пытался избавиться от него, заглушая душевную боль. Я опустился в воду с головой и закрыл глаза. Это чувство будто ты мертвец, но все еще живой. Как только я расслабился, то почувствовал словно кто-то смотрит на меня пристальным взглядом. Возможно, мне и кажется, однако это чувство заставило меня оторваться от мыслей и вернуться в реальность. Я быстро вынырнул, но ничего не увидел, помимо светлых бликов, отражающихся на воде. Потом снова погрузился в свои размышления и тяжело вздохнул.
Когда я вышел из ванны и спустил воду с моих волос все еще стекали капли воды. Я уже собирался выйти и вдруг замер на месте. Я не мог оторвать глаз, мой рот был приоткрыт от шока. И нет, мне не было страшно, скорее я был поражен этой красотой. Большие призрачные глаза смотрели прямо в душу и завораживали, пленяя мой разум, растрепанные волосы забавно смотрелись, а жестоко разорванная одежда заставляла задуматься. Я наконец увидел призрака своего поместья, может я сошел с ума? Этот миловидный мальчик висел в воздухе и улыбался мне. Невольно я потянулся к нему, мне хотелось дотронутся. Он не стал отстраняться, но моя рука прошла сквозь него и в этот момент я почувствовал такое тепло, словно коснулся души.
- Ну здравствуй, Николас, — протянул мне руку мальчик. Я не осознано протянул свою руку, но он тут же одернул свою, будто насмехаясь надо мной. На моем лице появилась улыбка.
- Как тебя зовут? — я не знал, о чем спросить первым, у меня было столько вопросов.
- Зови меня Альберт, — представился он.
- Альберт значит... Мне это все мерещится, ведь так? Я просто сошел с ума, — рассуждал я в слух, схватившись за голову.
- Успокойся, я тебе все объясню. Одевайся и спускайся в гостиную, там и поговорим.
Я кивнул и сделал все так, как посоветовал призрак. Чтобы успокоится, я заварил горячий чай с рябиной и чуть не предложил призраку. Я сел на диван и укрылся пледом, не отрывая глаз от Альберта.
- С чего бы начать... просто я так взволнован. Дело в том, что ты первый человек, который увидел меня и не убежал. Другие и дня не могли продержаться, видимо ты особенный.
- Тебя могут видеть все или только владельцы поместья?
- А ты смышленый. Да, меня могут видеть только владельцы. Как только покупатель поселяется здесь и подписывает контракт, он может видеть меня. Вот только они пугались, когда я над ними подшучивал и тут же разрывали договор.
- Значит, все это были твои шуточки? — я начал приходить в себя и уже сидел в более расслабленной позе.
- Вот только ты их не боишься! Мне между прочем обидно.
Я смотрел на него и временами протирал глаза. Он вел себя как самый обыкновенный ребенок. Я больше не стал его расспрашивать, мне необходимо было хотя бы эту информацию уложить в голове и все обдумать.
- Ты уже был в библиотеке? — спросил меня Альберт, но я не сразу понял суть его вопроса из-за погружения в свои мысли.
- А? Да, извини я задумался.
- Пойдем я тебе кое-что покажу. Ну давай, не бойся, — призрак повел меня в библиотеку, что находилась в подвале.
Я прошелся глазами по полкам, местами читая их названия. Библиотека была настолько большая, что в ней можно было заблудится. Похоже я не все здесь посмотрел. Мы шли все дальше, пока не показался центр. Мои глаза засветились, когда я увидел стоящее в середине фортепиано. Видимо продавец торопился и не успел мне его показать, я как-то и сам не заметил... Корпус был отделан резьбой и рисунками, струны располагались горизонтально и параллельно клавиатуре. Я прошелся пальцами по клавишам, и моя душа дрогнула. Раньше я часто играл, но потом все изменилось. Альберт спросил умею ли я играть и когда получил утвердительный ответ тут же уговорил меня сыграть. Звучало оно хорошо, я бы даже сказал замечательно. Звучание получалось чистое и мелодичное, я поглядывал на довольное лицо призрака. Когда я закончил, он спросил меня:
- Где ты научился так играть?
- Мой дедушка меня научил, но... после его смерти я перестал играть.
- Мне жаль...
- Эту мелодию мы написали с дедушкой, и я часто слушал как он играл, а потом он увидел мой заинтересованный взгляд и обучил игре на этом инструменте, — в этот момент я понял, что за долгое время был откровенным.
Альберт сказал, что и сам раньше играл, вот только у него провалы в памяти, но, когда я сыграл у него появилось странное чувство, будто нужно, что-то вспомнить.
- Так ты ничего о себе не помнишь? — спросил я.
- Почти ничего. Наверное, я просто родился призраком и поселился здесь, — он улыбнулся, но я видел за этой улыбкой боль.
Все это было очень странно и не укладывалось у меня в голове. Может стоит сходить к врачу? Возможно, я все еще сплю, некоторые сны кажутся очень долгими. Ни в коем случае нельзя говорить об этом призраку моего сна, иначе все обернется кошмаром. Я решил придумать предлог, чтобы уйти из дома, может тогда я наконец проснусь?
- Я схожу за продуктами, — сказал я, и уже стоя на пороге надел цилиндр.
- Возьми булочек с маком, они мои любимые, — попросил Альберт.
- Но ты же не сможешь их съесть... Не можешь ведь?
- От одного их присутствия я буду доволен.
Я был весьма удивлен и все же согласился купить их. Обычно я не ем булочки или вообще, что-либо сладкое. Интересно, откуда он помнит, что любит булочки с маком? Несколько раз ущипнув себя, я все же попытался поверить в реальность происходящего. Я вошел в пекарню и уже глазами искал те самые лакомства. За прилавком стояла милая девушка, она любезно предложила мне помощь. В ней я не нуждался, так как уже нашел, что искал. В пекарне был такой дивный запах, что мой живот заурчал, захотелось попробовать все, что испускало этот аромат.
- Можно несколько булочек с маком? — попросил я.
- Да, конечно, — она с такой улыбкой делала свою работу, что я немного смутился.
Купив их, я вышел из магазина, в след продавщица желала мне хорошего дня. Я не люблю таких людей, они ведут себя слишком вежливо и кажутся такими солнечными.
Решил немного прогуляться по городу, по пути мне встретилось знакомое лицо. Это был никто иной как Вилберт Рихтер — мой злейший враг, по крайней мере он так считал. Он был неимоверный дуэлянт, который при любой возможности вызывал меня на дуэль. Для общества он был статным джентльменом, женщины сходили от него с ума, а мужчины имели честь пожать ему руку. Я в свою очередь проявлял к нему апатию и некую неприязнь, коротко говоря впечатления о нем плохие. Конечно же удача «была на моей стороне», ведь Вилберт заметил меня. Он подошел ко мне, его взгляд был полон высокомерия.
- Николас, — произнес он с ненавистью мое имя.
- Вилберт, — так же произнес я.
- Решили купить булочек на вечер? Как это унизительно, еще и в этой пекарне, для бедняков, я думал Вы выше этого.
- А я смотрю Вы все такой же нахал, который лезет не в свое дело.
- Да как Вы смеете?! Вы посмели заявится на моих глазах, а еще и оскорбить мою честь.
- Я отказываюсь, — перебил его я.
- Но я еще не закончил. Вы еще и перебили меня!
- И все равно, я отказываюсь, — Вилберт не на шутку разозлился и все же решил закончить свой вызов.
- Я Вилберт Рихтер, вызываю Вас Николас де Адельман на дуэль.
- Всего хорошего, — я прошел мимо него, игнорируя выкрикивания в мою сторону. Неожиданно он побежал за мной и выбил из рук пакет с булочками.
- Да как Вы могли?! Эти булочки были не для меня! — я разозлился, к счастью, они не пострадали. На самом деле я боялся, что если не принесу их, то призрак уже не будет таким милым.
- Теперь то Вы примите мой вызов или же предпочтете бросить свой?
- Не думаю, как-то нет желания. Послушайте, нет смысла по каждому поводу устраивать дуэль, если можно молча разойтись. Я был рад повидать Вас, но у меня есть другие заботы.
- Трус! Позор Вам несмываемый на всю жизнь! — он и его друзья смеялись мне в след, но мне было все равно. Меня интересовал призрак и в тоже время пугал. У меня даже появилось желание узнать о его прошлой жизни, если она вообще была.
По дороге домой я случайно наткнулся на знакомого из клуба поэтов. Кажется, его зовут Бонифац. Он увидел меня и подошел поздороваться.
- Не ожидал вас увидеть, — сказал он. - Вы недалеко живете?
- Да, вон в том поместье, — я указал пальцем, так как его было видно издалека.
- Господи! — Бонифац перекрестился. - Там же призраки водятся! — у меня прошли мурашки от этих слов, но виду я не показал.
- А Вам доводилось их видеть?
- Нет, но знаю того, кто видел. Я как раз туда направляюсь, нужно отнести сиротам теплую одежду и еду.
- Занимаетесь благотворительностью? — поинтересовался я.
- Никто об этом не знает из моих, я просто делаю доброе дело.
- А у меня есть булочки, — вспомнил я. - Хотите одну?
- У меня слабость к сладкому, но я откажусь. Лучше отдайте бедным семьям, если вам не жалко. Мне не было жалко, для призрака я потом могу взять еще. Если есть человек, который видел призраков, то может он даст мне совет.
Мы доехали на повозке до назначенного места и вышли. Бонифац повел нас по какому-то подозрительному переулку. Я шел за ним, опасаясь, что он не тот, за кого себя выдает. В любом случае, я смогу себя защитить, если, конечно, у него нет оружия с собой. Мы вышли на незнакомую мне улицу, там было много маленьких и обветшалых домов, людей, что жили на улице и бродячих животных. Бонифацу кивали и улыбались, а на меня почему-то смотрели с презрением. Двое мальчишек пробежали между нами, я почувствовал, как у меня стащили кошелек. Поймав мальчишку за ворот куртки, я понадеялся забрать то, что принадлежит мне, но он выскользнул из моих рук. Порванная, заляпанная куртка никуда не годилась и ей давно пора на помойку.
- Этот негодник украл у меня кошелек! — пожаловался я.
- Простите его, сколько у Вас было? Я все верну, — пообещал он. Мне стало стыдно, ведь это просто люди, которые выживают как могут.
- Не нужно ничего возмещать, пусть забирают, — сказал я.
Мы подошли к одному из домов и постучали. Нам открыла женщина, она обняла Бонифаца и охнула, когда вошел я. Дом был маленький и холодный, двое детей сидели на полу, рядом с ними старик и хромая дворняга.
- Кто этот человек? — испугалась она. - Он ведь не по нашу душу пришел?! — она обняла детей.
- Вовсе нет, что Вы! — удивился я.
- Это мой друг Николас де Адельман, — объяснил Бонифац, ставя корзину с продуктами на стол. Я немного растерялся и передал детям булочки, они были еще теплые.
- Еще один аристократ пожаловал! — возмущался старик. Он был белобород и слеп на один глаз.
- Папа, не надо так говорить с гостями. Бонифац ведь нам помогает, — успокаивала его женщина. Ее лицо было полностью покрыто веснушками.
- Пока мы тут гнием, они сидят в своих роскошных домах и греют свои..., — его перебила дочь.
- Папа! Тут дети, не выражайся, пожалуйста, — попросила она. - А вы присаживайтесь. Меня зовут Сюзанна, а это то мой отец Теодор.
- Для тебя господин Теодор Шульц, сопляк! — выкрикнул старик.
- Мои дети Анна и Магнус, еще где-то гуляет Ханс, — продолжила Сюзанна.
- Очень приятно, — улыбнулся я.
Тут в дом вбежал мальчишка, он махал рукой, демонстрируя, то, что в ней держит. Я разглядел свой кошелек, мальчик испугался и попятился назад.
- Я же говорила тебе не воровать, — разозлилась его мать. - И где твоя куртка?!
- Что он тут делает? — шепнул он своей младшей сестре.
- Можешь оставить себе, — сказал я ему, пока остальные отвлеклись. Мальчик засиял, и я в добавок отдал ему свой пиджак.
- Что Вы, не нужно! — отказывалась Сюзанна.
- Он великоват, но как подрастет будет в самый раз. Это меньшее, что я сейчас могу сделать для вас.
- Спасибо вам огромное! — поблагодарили они меня.
- Простите, господин Шульц, — обратился к сварливому старику Бонифац. - Мой друг, Николас хотел узнать о призраках. Не могли бы Вы рассказать, что знаете?
- О призраках говоришь? Так и быть, но потом не просите меня заткнуться! — предупредил он.
- Началось, — закатила глаза Сюзанна. Она увела детей в другую комнату, только Ханс остался. Он сел рядом со мной, заинтересовано глядя.
- Раньше я работал сторожем на кладбище. Тогда я еще не был слеп на один глаз, мне было лет сорок пять и деваться было некуда. Дневные смены были заняты, поэтому пришлось идти в ночную. Я считал, что мне повезло, ведь ночью спокойнее, однако все оказалось совсем не так, как я себе представлял. Убирая мусор, я чувствовал взгляд ворон, что упирался мне в затылок. С ними надо быть на чеку, глядишь и предупреждение какое дадут. Безмолвные могилы могли рассказать о себе куда больше, чем живые люди. Во время обходов я любил читать имена и смотреть на дату рождения и дату смерти. Много кто пробирался на кладбище ночью и всех этих гостей я без толики страха прогонял. Но однажды случилось то, чего я никак не ожидал. Выйдя из сторожки, я начал очередной обход. Лунный месяц почти не освещал землю, облака плыли по черному небу, мешая лунному свету пройти сквозь них. Я держал в руках фонарь, освещая себе путь и осторожно шел, проверяя кусты и прочие места, где можно спрятаться. Потом я уселся под деревом и закурил. В такие моменты думаешь «вот и молодость прошла». Вы еще молодые, не поймете, а мы старики не знаем, когда смерти ждать.
Старик все время куда-то смотрел, то ли вспоминал прошлое, то ли пытался выдумать реалистичную историю. Я боялся его перебивать, в ожидании кульминационного момента.
- Сижу значит, вижу какие-то белые силуэты, то ли бродят, то ли парят. Вокруг могил ходят, как будто что-то выискивают. Ну думаю, опять бездомные воровать пищу усопших пришли. Кричу им отсюда, чтоб уходили, а им все равно. Глаза светятся, тела как будто прозрачные и ни черта не видно. Иду к ним и вижу, что действительно парят над землей, я испугался и назад попятился. Сразу они меня не тронули, видимо пытались найти свои тела или забраться в другие, чтобы вновь приобрести оболочку. Призраки — застрявшие души. Они хотят выбраться, но не получается. Либо грехов много при жизни набрали, либо их прокляли. Я их давай гонять лопатой, они перепугались, а потом разозлились. У них выросли рога, копыта и они стали излучать мерзкий зеленый свет. Я понял, что они хотят мое тело себе забрать. Один из них предложил мне сделку, если я позволю ему находится в моем теле и иногда брать контроль над ним, то проживу еще сто лет. Предложение заманчивое, потому что смерти я боялся, как чумы.
- И что ты сделал, заключил сделку? — поинтересовался Ханс.
- Ни за что! Я-то знаю, что если соглашусь, то потом тоже застряну, где-нибудь. Те, кто соглашаются, потом в мир иной уйти не могут.
- Так как же вы ослепли? — вдруг спросил я, вспомнив о этой детали.
- Своим отказом я их оскорбил, и они толпой прошли сквозь меня, оставив мне этот шрам. С кладбища они улетели, а на следующий день многие рассказывали, что у них тряслась посуда и было дурно от присутствия нечистой силы.
- Да это какие-нибудь детишки над тобой подшутили, — сказала Сюзанна, не веря ни единому слову.
- А ты зачем интересуешься? Призраки завелись? — спросил меня старик, игнорируя дочь.
- Я пишу музыку и мне была нужна хорошая история, чтобы создать необычную мелодию, — соврал я.
- Ого! — удивился Ханс. - Я пока не знаю кем хочу стать, но желаю вам удачи, — он улыбнулся и пожал мне руку.
- Ладно, засиделись мы, пожалуй, пойдем, — сказал Бонифац.
Мы попрощались с прекрасной семьей и уже по пути обратно Бонифац спросил меня зачем мне на самом деле нужно было это знать.
- Значит, слухи правдивы?
- Вовсе нет, просто мой сосед одержим этими призраками, хочу его припугнуть, чтобы не лез на мою территорию, — и снова я соврал. Он мне поверил.
- Тогда до встречи, мне еще нужно обойти несколько домов, — сказал Бонифац и мы разошлись.
Розовое небо было усыпано облаками, подобно комьям ваты. Прекрасное зрелище, я бы смотрел на него до тех пор, пока не появятся звезды. К сожалению, уже темнеет и мне стоит скорее добраться домой. Интересно, правду ли сказал старик, скорее это выдуманная чушь, хотя кто знает? Возможно, мне это все привиделось и сейчас дома никого не будет. Прямо перед закрытием я успел купить булочки, на всякий случай. Продавщица покраснела до ушей, видимо решила, что я как ненормальный умял столько булочек, чтобы увидеть ее.
Я вернулся домой, осторожно оглядываясь в прихожей. На миг я решил, что в доме никого нет, пока призрак не выскочил из стены. Пришлось разложить лакомства на тарелку и принять тот факт, что он настоящий.
- Ура! Мои любимые, спасибо тебе. Может попробуешь? — я взял одну булочку и откусил, она была такая мягкая и вкусная. Я быстро с ней управился и решил, что нужно почаще заходить в пекарню.
- Альберт, откуда ты знаешь, что любишь булочки с маком? — этот вопрос очень интересовал меня.