Призрак моего поместья
- Какой сюрприз, что ты тут, дорогая! — воскликнула госпожа Гросс.
- Рада Вас видеть, — сказала Роземари.
Бонифац сыграл одну партию со Штефаном, мы наблюдали за их игрой. Выиграл Бонифац и мы дружно похвалили его. Потом Роземари предложила сыграть со мной, я вежливо отказался, но она продолжала настаивать. Мне было стыдно признавать, что я не умею.
- Будет Вам, покажите на что способны, Николас, — просила Ингрид.
- Бонифац самый лучший игрок из нас, но неужели боитесь проиграть женщине? — Штефан пытался взять меня на слабо.
- Эта женщина потом бросит вызов Вам, — Роземари бросила на него злой взгляд.
- Сыграйте на желание, — предложила госпожа Гросс. В этот момент я молил небеса, чтобы она отказалась.
- Отличная идея, — сказала Роземари. - Тот, кто выиграет выбирает, где будем ужинать. Играем до трех побед.
- Хорошо, — согласился я. По крайней мере это не сложно.
Я не хотел, чтобы меня обучали, как бестолкового новичка и поэтому согласился сыграть сразу. Конечно, я видел, как играют другие, поэтому не думаю, что будет сложно. Роземари разбила пирамиду из пятнадцати шаров, они раскатились в разные стороны. Штефан был уверен в ее промахе, но она забила прицельный шар в лузу. Затем два шара коснулись борта и один перекатился через середину. После этого она забила еще один шар и промахнулась. Ход перешел ко мне.
- Давайте, Николас, я за Вас болею! — крикнула Клаудия.
Я приготовился, мой взгляд был сосредоточен. Удар! Я поставил руку слишком далеко и не попал в ту точку, в которую хотел. Каждый мой удар терпел поражение. Ей все легко удавалось, она то обходила стол, чтобы выбрать цель удара, то забивала по наклону.
- Не поддавайтесь, — посоветовал мне Бонифац. Лучше бы Роземари мне поддалась, чтобы я не выглядел, как идиот.
Я ударил со всей силы и шар улетел на пол, все залились смехом.
- Бейте чуть слабее, но более точно, — еще один совет, но уже от Штефана.
На этот раз я забил два шара с одного удара. Вот теперь им будет не до смеха!
- Штраф, — озвучила Ингрид.
- С чего это? — возмутился я.
Мне объяснили, что я два раза ударил по одному шару и мне пришлось их доставать. У меня настолько все плохо получалось, что противник мог просто брать мои шары и закидывать их в лузу, набирая таким образом очки. Так действительно прошел второй раунд.
- В этот раз точно победите! — сказала Роземари и за раз забила все восемь шаров.
Под конец игры можно было начать плакать от счастья, так как я подхватил кий правой рукой и во время удара разбил лампу.
- Простите, на самом деле я не умею играть, — признался я.
- Правда? Мы все время думали, что Вы профессионал. Господа, вы об этом знали? —удивленно издевался Штефан.
- Господи, Николас, это была лучшая игра в бильярд за все времена! — сказала госпожа Гросс.
- Согласна, давно я так не смеялась, — вытирала слезы от смеха Ингрид.
- Вы молодец! — похвалила меня Клаудия. Бонифац не смог сказать ни слова, так как кашлял от смеха.
Возможно, в другой компании мне было бы обидно, но никто из них не считал меня неудачником и даже при таких обстоятельствах они получили удовольствие. Я посмотрел на ситуацию по-другому и засмеялся, представляя, как нелепо это выглядело со стороны.
- Я Вас недооценил, госпожа Циммерман, — признал Штефан. - Сыграете со мной?
- В следующий раз, — ответила она и подмигнула, - Уже вечер, мы сходим поужинать с Николасом.
Мы попрощались с друзьями и вышли на улицу. Уже похолодало, Роземари вздрогнула от холода. Я накрыл ее плечи своим пиджаком и ее щеки стали румяными. Свет фонарей освещал нам дорогу и привел к ресторану, куда мы и решили пойти. Мы вошли в большой зал, он завораживал своим роскошным видом и атмосферой. Почти все столы были заполнены людьми, что вели непринужденные беседы. Ото всюду исходил приятный запах блюд. Мы прошли за наш столик и от спокойно музыки я быстро расслабился. Мы заказали легкие закуски и белое вино к ним.
- Давно я так не расслаблялась, — сказала она, медленно покачивая в руке бокал вина.
- Да, я тоже, — сказал я, на секунду закрыв глаза. Музыка разливалась по всему телу, позволяя растворится в этом месте.
- Вы когда-нибудь были влюблены? — спросила она, смотря мне прямо в глаза.
- Влюблен? Не помню, может только в юношеские годы, — честно ответил я.
- А сейчас?
- Нет, любви в моем сердце уже давно нет места.
- Человек не может прожить всю жизнь в одиночестве.
- Видимо, я исключение, — улыбнулся я, делая глоток.
- И Вам никогда не хотелось завести семью? — удивлено спросила она, будто в этом заключается весь смысл жизни.
- Не знаю, я привык быть один и мне это очень даже нравится. Я не семейный человек, поэтому даже пытаться не стоит.
- Завидую такому отношению к жизни. Ощущение будто Вас ничего не заботит, в хорошем смысле. Будь у меня выбор я бы никогда не вышла замуж и жила бы в свое удовольствие.
- Зачем же Вы вышли замуж не по любви?
- Это довольно смешная история, — у нее вырвался истерический смешок.
- Если не хотите можем не говорить об этом.
- Да, ладно, прошлого уже не вернуть. Когда была девицей я влюбилась в одного молодого человека. Он был старше меня всего на год. Его звали Лука. Мы тайно проводили вместе время, иногда сбегали из дома, но он все время боялся. Изначально он не хотел иметь со мной никаких отношений и поддерживал только дружбу, я же была от него без ума. Родители заметили мой интерес к нему и запретили даже смотреть в его сторону.
- Вы больше не виделись? — спросил я, увлеченный рассказом.
- Виделись, так как жили в одном доме. Он был нашим слугой... Родители пренебрежительно относились к таким людям и не считали их за нормальных людей. На какое-то время все улеглось, так как я не лезла к нему. Но однажды ночью я не выдержала и пробралась к нему в спальню. Он не спал, сидел за столом, и только свеча освещала его черные локоны... прямо как Ваши. Лука часто писал письма своей семье, я об этом знала, но никогда не видела, как он их пишет. Увидев меня, он велел мне уйти, пока нас не застали. Мои чувства были сильнее, я расплакалась и бросилась ему на шею. Мне хотелось поцеловать его, но я не решалась. Он убрал волосы с моего лица, что лезли в глаза и вытер их своими руками. Ему было меня жаль. Он меня не любил, но поцеловал, чтобы боль утихла. Я хотела сбежать вместе с ним куда угодно, а он твердил, что ему нужно заботиться о больной матери. Даже когда я предложила свои деньги, он не принял их, слишком чиста была его совесть. Я поцеловала его вновь и снова, и снова даже не знаю, когда нас застали родители. После этого ему дали две недели, чтобы доработать и получить деньги, а потом отец был вынужден его уволить.
- Слепая вера потерянной любви, — поэтично произнес я.
- Напоследок он отдал мне перо, которым писал письма, это все что у него было. Больше мы никогда не виделись. После этого родители познакомили меня с моим будущем мужем. Их семья была на нашем уровне, даже богаче, поэтому я была вынуждена выйти за него. Мы никогда не любили друг друга, каждую ночь я задыхалась в слезах Простите, — Роземари сдержала подступившие слезы и не закончив рассказ вышла на балкон.
Я дал ей какое-то время побыть одной. Когда решил пойти за ней, то увидел, что она оставила пиджак. Взяв его с собой, я тоже вышел на балкон. Она стояла ко мне спиной в свете луны, ее окутывал холодный ветер ночи. Я снова накрыл ее плечи пиджаком и спросил не хочет ли она зайти внутрь. Она покачала головой.
- Спасибо, что поделились своей историей. Мне жаль, что я не могу подобрать слов, чтобы поддержать вас....
- Все нормально, — сказала она. Мы снова замолчали.
Потом она взяла меня за руку и приблизилась ближе, в надежде согреться душевно. Я не знал, как мне реагировать, но, когда она потянулась к моему лицу губами я ее оттолкнул. Мы сделали вид, что ничего не произошло, и она отстранилась. Когда мы вернулись в зал к нам подошел какой-то мужчина. Это был муж Роземари, я протянул ему руку, а он оказался не очень вежливым. Он направил свой кулак в мою сторону: брызги крови, крики и вот я уже на улице. В меня бросили книгу, не знаю мою ли, я поплелся домой с разбитым носом. Так и закончилось наше свидание, потому что воздух для нее стал уже не как глоток свежего воздуха, а как жгучий лед, от которого душа стынет.
Глава 6
После вчерашнего вечера все было как в тумане. Увидев себя в зеркале, я испугался, у меня был убитый вид и разбитый нос. Я умылся холодной водой и постарался привести себя в порядок. По крайней мере теперь человек в зеркале настолько не отталкивал.
Потом я пошел за чашкой кофе, сел у окна и ждал, когда появится Альберт. В доме была полнейшая тишина, словно время остановилось и чего-то не хватало. Я достал книгу, чтобы взглянуть на нее. Интересно, почему она сразу не вернула мне ее? Возможно, хотела сделать это на балу или после вчерашнего свидания, а ее муж нашел чужую вещь и сразу подумал на меня. По крайней мере, теперь не нужно ее искать. Книга такая красивая, в кожаном переплетете, на ней изображены ветви дерева, которые тянутся по всей обложке. По виду ей лет двести, благодаря этому она выглядит как раритет. Кажется, половина страниц были намеренно вырваны, но некоторые, что выцвели можно восстановить в мастерской. Ко мне подлетел Альберт, рассматривая книгу. Он ничего не сказал, смотря на нее как-то безразлично. Я сообщил ему, что собираюсь попробовать восстановить страницы, он засомневался, что это поможет, но останавливать меня не стал.
Попрощавшись с Альбертом, я вышел из дома. Без приключений не обошлось, к счастью, я был готов к выходкам соседа. Он подбросил мне змей, считая, что если они меня укусят, то из меня выйдет злой дух. Я разбирался в змеях и поэтому знал, что эти не ядовитые. Я взял их руками и вернул соседу добро, пусть селятся в его дворе.
Итак, я отправился в книжную мастерскую. Внутри было очень уютно, вдоль стен тянулись высокие деревянные стеллажи, забитые стопками необрезанных листов, корешков и образцов переплетов. На массивных рабочих столах, покрытых царапинами и пятнами, были разложены инструменты: острые ножи для резки бумаги, тонкие кисти для золочения, прессы для тиснения и сушки книг, а также разнообразные тиски и зажимы.
Сквозь большие окна падал рассеянный дневной свет, освещая клубы пыли, витающие в воздухе. Множество мастеров сидели на своих местах и ловко управлялись с работой. Больше всего мне нравилось, как переплетали страницы, это такая тонкая и захватывающая работа. Пока я смотрел ко мне обратились:
- Вам чем-нибудь помочь?
- Да, я бы хотел восстановить книгу, — я достал ее и протянул мастеру.
Он внимательно ее осматривал, потирая подбородок и поправляя очки. Я посмотрел на него с надеждой, а он покачал головой.
- Вы сможете ее восстановить? — спросил я, немного волнуясь.
- Это займет время... думаю мы сможем Вам помочь. Книгу нелегко восстановить, ресурсы очень старые и сама она буквально разваливается.
- Понимаю, мне бы хоть название узнать. Сделайте все, что в Ваших силах, — я договорился с мастером и вышел в ожидании результата.
Из-за немного странного настроения призрака домой не хотелось, чем бы мне заняться? На пути я увидел Клаудию, она стояла возле банка и разговаривала с воздухом. Со стороны это выглядело странным, наверное, она, что-то репетировала. Когда я подошел к ней она испугалась, а когда пришла в себя просияла, увидев меня.
- Что Вы здесь делаете? — поинтересовался я.
- Мне нужно взять кредит в банке, а я ужасно волнуюсь, — у нее еле заметно тряслись руки.
- Если хотите могу зайти с Вами, — предложил я.
- Ох, это было бы чудесно! Надеюсь, я Вас не отвлекаю от важных дел.
- Вовсе нет! — уверил ее я, - А для чего хотите взять кредит?
- Решила открыть швейное дело, давно мечтала. Не могу больше работать в том ателье, уж очень строгая хозяйка, которая делает все по правилам и не дает мне самовыражаться. На днях Ингрид восхитилась моими работами и посоветовала открыть свое дело. Мы с ней давно дружим и как только не прислушаться? Я человек очень нервный, поэтому до этого дня ужасно изводила себя излишними переживаниями. Если не сделаю этого сейчас впаду в отчаянье!
- Тогда вперед! Не переживайте, все у Вас получится, — я попытался дать поддержку, хотя не особо умею это делать.
Она взяла меня под локоть, и мы вошли в банк. В четырех углах стояли охранники, мы с ними поздоровались, и они одарили нас, так сказать, обаятельными улыбками. Они выглядели так будто обожают свою работу. Мы простояли в небольшой очереди, за нами было еще несколько человек. Пока Клаудия разговаривала с банковским служащим, я оглядывался по сторонам из-за скуки. Меня ужасно утомляют такие места, время тут длится бесконечно. Внезапно, Клаудия закричала, я обернулся и увидел, что банковский служащий наставил на нее пистолет.
- А ну, заткнись! — приказал он. - Всем молчать, не издавать ни звука!
Люди стояли в страхе и недоумении, кто-то хотел ринуться к выходу, кто-то начинал плакать. Сзади подошли те самые четыре охранника, какая-то женщина бросилась к одному из них от страха.
- Пожалуйста защитите нас! — молила она. Охранник улыбнулся ей и кивнул. Женщина немного успокоилась и отлипла от него.
- Никому не двигаться и не сопротивляться! — сказал другой охранник.
Еще двое стали завязывать нам руки и усадили на пол, рядом друг с другом. Либо это сотрудники, которым надоела их работа, либо переодетые мошенники. Рты нам не завязали, точнее только тем, кто не мог держать себя в руках. Тому, кто притворялся банковским служащим это не понравилось.
- А остальные? Веревок что ли не хватает?
- Босс сказал сделать так. Если им вздумается кричать, пусть кричат. Скоро их все равно никто не услышит, — после этого замолчали абсолютно все.
Нет смысла сопротивляться или звать на помощь, когда на тебя наставляют не один пистолет. Было видно, что парни опытные и не первый раз такое проворачивают. Они довольно крепкие по своему телосложению, уверенно держат оружие и умеют оказывать давление. Работают слаженно, видимо у них хорошо продуманный план. Вот только я не понимаю, зачем они решили провернуть это днем? Лучше начинать поздней ночью или с наступлением рассвета. Понятно, что у них есть главарь, который наверняка сейчас опустошает сейф, так как его здесь нет. Один из них сказал: «скоро их все равно никто не услышит» что он имел ввиду? Я не думаю, что они станут убивать заложников... Тогда в чем подвох? Клаудия начала плакать, ее ужасно трясло. Бандитов это нервировало, они велели ей заткнуться. Я старался ее отвлечь.
- Нет, Вы не понимаете! Впервые в жизни я решилась на смелый шаг, чтобы заниматься любимым делом. Неужели мне суждено умереть в день, который изменил бы всю мою жизнь?
- Еще ничего не потеряно, мы с вами живы, и никто не пострадал. Не теряйте голову раньше времени. Знаю, что Вам очень страшно, но полиция прибудет и тогда....
- Полиция? Да мы уже несколько миллионов отсюда вынесли! Мы заберем все, что тут есть и войдем в историю, — улыбнулся один из бандитов.
Ненасытные стервятники, которые обязательно сделают опрометчивый шаг. Жадность берет вверх над человеком и, если вовремя не остановится их настигнет неудача. Мы сидели очень долго, на улице шел дождь, который усиливался. Мы надеялись, что приедет полиция, но видимо в погоде и был их план. Дождь перешел в сильный ливень, ветер завывал и кроме стука веток о окна ничего не услышать. В такой день вряд ли кто выйдет из дома....
- Извините, — позади меня сидела бабушка. Она медленно поднялась на ноги.
- Сидеть! — прикрикнул на нее тот, кто притворялся банковским служащим.
- У меня больное сердце, пока стояла в очереди оставила свою сумочку с таблетками вон там, — преступник отвернулся, и старушка резко заехала ему по челюсти.
Она выбила из его рук пистолет, лежавший на полу бандит не успел опомниться, как его вырубили. Остальные преступники были в полном шоке, впрочем, как и заложники. Второй приготовился стрелять, но шустрая бабка сбила его с ног, а третьему сломала запястье и ударила по голове жесткой стороной пистолета. Пока шла безумная драка я успел перевернуть стол и помочь людям спрятаться за ним. Оставшиеся два бандита отошли от шока и переключились на заложников. Только я хотел начать действовать, как один мужчина поднялся с пола.
- Прошу не убивайте, у меня огромный бизнес!
- Не убивайте? Да какое развлечение без убийств?! — разозлился преступник. - Сначала я убью тебя, а потом бабку! — пока он отвлекся я незаметно кивнул бабушке, кажется она меня поняла.
Резким движением я вывернул ему руку, она выстрелила в плечо второму. Первый не сдался он пнул меня пяткой по ноге и пока я согнулся от боли ударил по челюсти. Старушка хотела мне помочь, но второй преступник, что отлетел от выстрела, вынул еще один пистолет. Я дал ей понять, что справлюсь сам. Я с трудом поднялся на ноги, и мой противник начал наносить удары одной рукой. Мне удавалось уворачиваться и блокировать его удары, пока он резко не ударил меня в пах. Даже со сломанной рукой он в два раза сильнее меня. Пока он меня не добил, я увидел, как старушка хватает свою сумку с таблетками от сердца и вырубает ей второго бандита. Что же там внутри раз он сразу вырубился? Размышлять было некогда, она поспешила ко мне на помощь. Враг повернулся к ней, он был подобен зверю, которому незнакомо поражение. Слишком резкие движения, я не мог за ним уследить, но кажется пожилая дама ни разу не пострадала. Все шло неплохо, пока ударом в нос он не вывел ее из строя. Бабуля заметно разозлилась и ударила его лбом в переносицу, одержав честную победу. Оба были дезориентированы. Не успели мы опомнится, как прозвучал еще один выстрел. Мы обернулись и увидели труп этого мужчины. Алая кровь растеклась по всему полу, многие попадали в обморок. Стрелявший был в маске и выглядел агрессивно. Мы услышали стук копыт и звук скрипящей повозки, похоже его друзья решили уехать без половины команды.
- Сохраняйте спокойствие, — грубым голосом сказала старушка.
- Неужели бандитам удалось удрать? Где полиция?! — спросил я.
- Опаздывает, — сказала она, заставляя меня спрятаться за столом.
- Вы же тот самый детектив! — не унимался преступник.
Детектив? Так все-таки это переодетый мужчина, а не бабушка с суперспособностями. Это было забавно и странно. Я закрыл глаза покойнику и обнял Клаудию. Интересно, что у них за конфликт?
- Он самый! — воскликнул детектив. - Вилли Леманн к вашим услугам, - он театрально поклонился, и пуля пролетела над его головой.
- Вы каждый раз вмешиваетесь в наши дела! Моего лучшего друга из-за Вас посадили...
- Последняя?
- Что? — не понял он.
- Пуля последняя? — задал детектив более точный вопрос. Бандит попробовал выстрелить, у него действительно кончились патроны. Как только детектив об этом узнал?
Внезапно загорелись фары машин и звук сирен заставил преступника вздрогнуть. Полиция оцепила все здание, когда они заходили я перестал осознавать происходящее. В моих ушах был белый шум, голова резко начала кружится, я и не заметил, как нас вывели. Мне хотелось расспросить детектива о том, как он все это провернул, но его все время заслоняли. Меня стали осматривать врачи, я понемногу стал приходить в себя и мне удалось услышать его разговор с главным инспектором полиции.
- Вы опоздали! — кажется это был детектив.
- Кто знал, что будет такой ливень. Вы бы видели, что творится на дорогах. По крайней мере мы поймали остальных, все у меня за решетку сядут!
- А спасибо?
- Спасибо? Одного из заложников убили, к тому же Вы применили непозволительный способ, попытавшись спрятаться среди них. Вам еще расти и расти детектив Леманн.
На следующий день мое лицо выглядело еще хуже, приложив лед к щеке я не мог перестать думать о том детективе. Альберт ужасно беспокоился за меня, но я не пожалел о вчерашнем дне.
- Бросай это дело, — сказал он, - ради меня вот так страдать?
- Это ведь не из-за тебя произошло. Никто в этом не виноват, просто так сложились обстоятельства.
- Если бы не эта дурацкая книга ты бы не вышел из дома!
- Почему ты так реагируешь? Я ведь хочу помочь.
- Знаю, знаю! Просто у меня странное предчувствие, мне кажется, не стоит тебе в это лезть...
- Я ведь встретил детектива, это не может быть совпадением! — обычно я не такой оптимист и не верю в знаки, но что-то затягивало меня в эту бездну тайн.
- И что ты намерен делать? — с опаской спросил он.
- Придется завтра сходить к одному знакомому, думаю он его знает. Сегодня мне нужно забрать книгу и потратить время на ее изучение, чтобы точно знать, что обсудить с детективом.
- Ты себя в зеркало видел? На тебя больно смотреть, пожалуйста останься дома.
- Не переживай, я вернусь, и мы вместе ее изучим. Договорились?
- Ну хорошо.
Немного приведя себя в порядок, чтобы не отпугивать людей я пошел в библиотеку. За стойкой был тот же библиотекарь, что и в тот раз. О чем он думал догадаться было довольно сложно, но выглядел так, будто все на свете обречено на провал. Я подошел к нему и спросил восстановили ли книгу.
- Все в порядке. Книга восстановлена наполовину, держите, — он вручил мне мое сокровище, которое, я надеюсь, будет мне полезно.
- Большое спасибо!
Вернувшись домой, я сел за стол и начал читать книгу. К большому счастью, название восстановили: «Странные теории доктора Йена Вайса о нераскрытых смертях». Возможно, это не совсем то, что мне нужно, но кто знает. На первой страниц было предусловие:
«Меня зовут доктор Йен Вайс, в годы своей молодости я потерял очень важного мне человека, чья смерть не была раскрыта. Я не мог смириться с этой утратой и хотел наказать убийцу, потому что чистой случайностью это не могло быть. Я много изучал нераскрытые убийства и записывал их в свой дневник. Теперь он стал книгой, что вы держите в руках. Возможно, они вам как-то помогут, если и вы потеряли дорого вам человека или тоже хотите наказать убийцу. Самое странное, что тела он оставлял и забирал лишь сердца своих жертв. Жестоко? Ужасно... я находил их трупы и зрелище было неописуемое. Мне до сих пор сняться кошмары».
Когда появился Альберт я прочитал этот отрывок еще раз вслух для него.
- Думаешь я стал жертвой какого-то убийцы?
- Не знаю, вполне возможно.
- И что станешь искать тела в надежде найти мое, среди них?
- Ты пессимист, Альберт. Если придется, то стану, — он успокоился, и я продолжил читать вслух.
Далее шли истории о людях, которые тоже были убиты таким способом. Их тела находили в разных местах, изуродованные до неузнаваемости и каждого объединяло отсутствие важного органа — сердца. Я стал читать первую историю:
«Лана Келер, 26 лет. 18 октября 1880 год. Ровно в полночь ее тело было найдено около обочины на улице Альтенбергера. Лицо ее было изуродовано, но, к счастью, жертву все же опознали, по ее любимому медальону, что висел на шее. Сердце весьма аккуратно вырвано или вырезано из груди».
- Итак, Лана Келер была моей ровесницей, которая была убита десять лет назад. Самое странное, что убийца оставлял тела на виду, видимо хотел, чтобы их нашли. Тогда зачем изуродовать их лица? Чтобы полиция помучалась с расследованием?
- Может быть он психопат? — предположил Альберт.
- У убийцы должен быть мотив.
- Не у каждого, может они просто не могут остановиться, после первого раза, — не согласился он.
- Возьму во внимание твою точку зрение.
Прочитав еще несколько историй, я понял, что все они похожи и как-то связаны. Каждое из происшествий происходило в одно и тоже время (полночь), места он выбирал хорошие, а иногда просто спонтанные. К примеру: одну из жертв он оставил на дороге, среди машин. И сердца... сердца. Черт возьми! А зачем ему они? Альберт заметил мою озадаченность.