Инквизитор мне не пара
— Портал туда есть в Академии? — быстро, почти перебивая, спросила Оллиана, мысленно уже прокладывая маршрут к запретным вратам в подвалах.
— Не обычный, стационарный портал, нет. «Табльдот» скрыт, перемещается, существует в некоем кармане реальности. Для него нужен особый ключ. Кристалл перехода, настроенный на его уникальные… вибрации. — Дарья плавно поднялась с трона и спустилась на одну ступеньку вниз, её платье зашипело по холодному мрамору тихим, подобным языкам пламени, звуком. — У меня такой кристалл есть. Много лет назад мне его дал… один из моих собственных Повелителей, когда мне стало особенно невыносимо тесно в этом мире камня, церемоний и бесконечной ответственности. «Сходи, развейся, посмотри на другие миры без королевского гнёта», — сказал он. Но я как-то так и не собралась. Вечно было не до того.
Она подошла к невысокому, но изысканно резному ларцу из тёмного дерева, стоявшему у подножия трона, почти в тени. Щелчок скрытого замка прозвучал неожиданно громко в царящей тишине. Внутри, на чёрном, как ночное небо, бархате, лежал кристалл. Он был невелик, уместился бы на детской ладони, но от него исходило глухое, пульсирующее, живое свечение. Казалось, внутри него заточена целая крошечная, бурлящая галактика, и её свет пробивается сквозь грани с ленивой, но неотвратимой силой.
— Он… проведёт меня прямо туда? К этой таверне? — Оллиана невольно протянула руку, но замерла в сантиметре от ларца, воспитанный страх перед священными артефактами сдерживал её.
— Он проведёт тебя к порогу. К той самой точке, где тропа к «Табльдоту» становится проходимой для тебя. Что будет дальше — зависит только от тебя. — Дарья бережно взяла кристалл и зажала его между своими ладонями, поднеся к груди, и посмотрела поверх него прямо в глаза Оллиане. — Но запомни раз и навсегда: место это — не твоя уютная академическая библиотека. Не безопасные тренировочные залы. Там свои законы. И свои опасности, которые не всегда носят облик клыков и когтей. Там можно встретить кого и что угодно: торговцев сновидениями в банках из тумана, наёмников с крыльями, отлитыми из самой тени, поэтов, чьи стихи способны менять погоду в радиусе мили, и… охотников.
— На кого охотников? — настороженно, сузив глаза, спросила Оллиана, чувствуя, как по спине пробегает холодок.
— На разное, — уклончиво, но многозначительно ответила Дарья. — На редкие ингредиенты. На артефакты. На информацию. На… определённых существ. Тебе нужно будет держать ухо востро. Ищи бармена. Высокий, сухопарый, всегда в чистом фартуке. Его зовут Квинт. Подойди к нему, когда он будет не слишком занят, и скажи, что тебя прислала Искра из мира Драконьего Камня. Это… даст тебе небольшую скидку на недоверие. Небольшую.
Она протянула кристалл. Оллиана, затаив дыхание, бережно взяла его. Камень оказался на удивление тёплым на ощупь, как живое тело, и в пальцах от него шла лёгкая, едва уловимая, но настойчивая вибрация, словно в руке она держала не минерал, а крошечное, спящее сердце иного мира.
— Спасибо, — прошептала она, и это «спасибо» было наполнено до краев всей горечью отчаяния последнего месяца и всей хрупкой, яростной надеждой, что теперь зарождалась в её груди.
— Не спеши благодарить, — Дарья неожиданно положила свою горячую, сухую ладонь ей на плечо. Прикосновение было настолько тёплым, что казалось почти обжигающим. — «Табльдот» — это лишь дверь. Ключ. Что ты найдёшь за ней… Оллиана, слушай меня внимательно. Иногда то, что мы ищем самым отчаянным образом, приходит в обличье, которого мы не ждём. Мы ищем потерянных друзей, а судьба подсовывает нам проводника, который ведёт совсем в другую сторону. Или преграду, которая оказывается уроком. Или… что-то, что навсегда меняет твой собственный путь, и ты понимаешь, что уже не можешь и не хочешь возвращаться к тому, что было.
Оллиана нахмурилась, силясь понять этот туманный намёк.
— Вы о волхвицах? Что они придут ко мне в неожиданном обличье, чтобы испытать меня?
Дарья улыбнулась, и её улыбка была загадочной, усталой и чуть печальной, как у того, кто видит начало пути, знает его возможный конец, но не имеет права сказать.
— Я о том, что в местах, где сплетаются нити тысяч судеб, важно смотреть не только под ноги, чтобы не споткнуться, но и по сторонам. Самый яростный твой враг может оказаться тем, кто единственный протянет тебе руку в критический миг. А тот, кто кажется спасением и ответом на все молитвы, может потребовать цену, которую ты никогда не согласилась бы заплатить, знай ты заранее. Ищи следы волхвиц, спрашивай о них, конечно. Но будь готова к тому, что ответ… может сорваться с губ того, кого ты меньше всего ожидала услышать. И принять его помощь может оказаться самым трудным выбором в твоей жизни.
Она убрала руку, и на плече Оллианы осталось ощущение тепла, будто от печати.
— А теперь иди. И, Оллиана! — её голос стал тише, но твёрже. — Ради всего святого, не говори Аранеру, что это я дала тебе ключ. Пусть думает, что ты достаточно умна, изворотлива и упряма, чтобы найти лазейку в его запретах сама. Ему, старому вулкану, полезно иногда понимать, что он не всё контролирует. Это отрезвляет.
Оллиана кивнула, сжимая в потной ладони драгоценный кристалл так сильно, что его острые грани впивались в кожу, оставляя красные отметины. В голове у неё стучал, как барабан, чёткий, спасительный план: «Табльдот. Квинт. Искра из мира Драконьего Камня». Это было больше, чем она могла надеяться. Это была ниточка.
Она поклонилась, уже не формально, а глубоко, от души, и повернулась к выходу, ощущая, как тяжесть на сердце чуть отступает перед напором решимости. Но голос Дарьи догнал её, тихий, как шелест опавшего листа, но отчётливый на фоне тишины огромного зала:
— И удачи тебе, маленькая драконица. Тебе понадобится не только вся твоя магия и ярость, но и капля мудрости. Хотя бы капля. Чтобы суметь отличить ловушку, приготовленную судьбой, от её неожиданного, странного дара.
Выйдя из полумрака замка в пронзительный, режущий холод зимнего дня, Оллиана вдохнула полной грудью. Морозный воздух обжёг лёгкие, но это было очищающее, отрезвляющее ощущение. Кристалл в её кармане жёг ткань платья, словно маленькое, личное солнце, напоминая о цели. «Неожиданное обличье… Ловушка судьбы…» — пронеслось в голове отголосками загадочных слов королевы. Что бы это ни значило, её это сейчас не интересовало. У неё была единственная, кристально ясная цель: найти волхвиц, вырвать у них правду, найти друзей. А тот, кто встанет на её пути — будь он в обличье друга, врага, нейтрального наблюдателя или самого искусителя — познает на себе всю ярость дракона, которого он имел неосторожность разбудить.
Она ещё не знала, не могла знать, что ровно через сутки, в шумном, дымном, многоголосом хаосе «Табльдота», где воздух будет пахнуть десятком чужих миров, её взгляд, блуждающий в поисках бармена, случайно встретится с пристальным, аналитическим взглядом высокого мужчины, сидящего в самом дальнем, тёмном углу. У него будут глаза холодного, чистого, грозового неба и выражение на замкнутом, иссечённом шрамами лице, словно он чувствует в воздухе запах чего-то, что ему глубоко, физиологически противно. И он будет смотреть не на бар, не на выход, а прямо на неё.
И в тот самый миг судьба, о которой так загадочно и настойчиво говорила Дарья, перестанет быть абстракцией. Она сделает свой первый, едва слышный, но необратимый ход, расставив фигуры на доске. И игра, ставкой в которой были жизни её друзей, а возможно, и её собственная душа, начнётся по-настоящему.
Глава 3
Оллиана вышла из портала на довольно оживленной улице незнакомого мне прежде города. Это место очень походило на тот мир, о котором ей не единожды рассказывала Алина. Именно таким она его и представляла себе: технологичный, динамичный и весьма стремительный. Мимо по очень широкой дороге с громким ревом проносились машины, оставляя после себя отвратные запахи, от которого хотелось заткнуть нос и прочихаться. О них она также читала в книгах, которые ей давала девушка. Вообще, Оллиана была ей безумно благодарна за то, что Алина дала ей возможность узнать о ее мире заранее. Это позволило сейчас не паниковать и спокойно решать свои вопросы.
Ее взгляд привлекла лаконичная вывески на одном из ближайших зданий – «Бар Табльдот». Вот она и на месте…
Само заведение так же ничем не выделялось на фоне остальных соседствующих с ним строений. С виду сразу и не скажешь, что это один из лучших баров Междумирья. Хотя ни ей было об этом судить. Оллиана вообще в подобных заведениях никогда не бывала прежде…
У входа в заведение оживленно спорили несколько человек. Девушка что-то пыталась донести до молодого паренька и была явно чем-то очень сильно недовольна. Он же с не меньшим возмущением отвечал ей. За всем этим с меланхоличным выражение лица следила еще одна симпатичная девушка. Явно устав от споров, она что-то мимолетно сказала парочке, на что парень лишь громко фыркнул и с ноги открыл дверь в бар. Та с грохотом ударилась о стену, заставив меня непроизвольно вздрогнуть. Оллиана и глазом моргнуть не успела, как троица уже скрылась в недрах заведения.
Она уже собиралась войти следом за ними, как у входа резко затормозила машина. Явно не из дешевых. Как-то Оллиане в руки попал один журнальчик, опять-таки от Алины, в котором было изображено много всевозможных автомобилей. Тогда девушка попыталась ей рассказать о них что-либо подробнее, но вот ее мозг смог лишь усвоить информацию о том, что, например, эта модель явно дорогая и весьма престижная по меркам этого мира.
Из окна машины молодая девушка с интересом изучала вывеску заведения. На ее милом личике явно читался интерес и любопытство. Сделав для себя какие-то выводы, она вновь начала движение, но проехав несколько метров, резко свернула к обочине и остановила машину.
Дверца транспортного средства отворилась, и наружу выплыла, словно лебедь, эффектная брюнетка. Ее длинные волнистые волосы каскадом спадали вниз, обнимая стройную фигурку, словно легкий шелк. Девушка обвела грустным взглядом улицу и, ненадолго нырнув в салон, выудила оттуда самую настоящую метелку.
А вот это уже интересно… Оллиана с любопытством рассматривала, судя по всему, ведьмочку и недоумевала, что же эта красотка приехала на машине, а не на своей метелке прилетела. Обдумывая ситуацию, она про себя ухмыльнулась. Поймав ее любопытный взгляд, ведьмочка закрыла машину и направилась в мою сторону.
–– Ну, и что пялимся? –– обратилась к Оллиане ведьма, подойдя ближе.
Та смотрела на нее снизу-вверх. Она была почти на целую голову выше Оллианы. От девушки исходила довольно мощная энергетика, которая чувствовалась даже издалека. С первого взгляда такие, как она, обращают на себя внимание окружающих, притягивая к себе как магнитом.
–– Да так… –– произнесла в ответ, пожав беззаботно плечами. –– Вот думаю, зачем имея такую технику, –– Оллиана кивнула на метлу в ее руках, –– ты на машине ездишь?! На метле-то куда приятнее, да и быстрее в разы будет. Ведь я правильно поняла, что ты ведьма? – вопросительно выгнула бровь, осматривая девушку внимательным взглядом.
–– Да, но бывшая, –– улыбнулась ей собеседница, с любовью погладив свое, явно любимое средство передвижения. –– Летать больше не могу, –– с грустью добавила она, поглаживая метлу.
Они одобрительно посмотрели друг на друга.
–– Меня Елена зовут, –– протянула она Оллиане руку, представляясь.
–– А я Оллиана. –– она пожала ее ладонь. –– Мне, кстати, как раз и нужна ведьма, –– сообщила девушке, радуясь такой нежданной удаче.
–– Да? И чем же я тебе могу помочь? Я ведь давно уже не у дел.
–– Ничего особенного, –– безбрежно отмахнулась Оллиане. –– Мне нужна помощь в одном вопросе. Уверена, что это тебе будет точно под силу, –– заверила ее.
–– И в каком же? –– грусть в глазах ведьмочки сменилась неподдельным интересом.
–– Дело в том, что моих друзей закинули сюда во время проведения обряда волхвицами. И теперь мне позарез нужно найти их, но я не знаю, как это сделать, –– поведала Оллиане собеседнице.
Громкий смех разнесся по улице, привлекая внимание прохожих. Отсмеявшись, девушка вновь внимательно взглянула на драконицу.
–– Так ты собираешься отыскать волхвиц?
–– Ну да! –– подтвердила она, не понимая подобной реакции ведьмочки.
–– Ох, ну и насмешила. Тебе их и во век не найти, пока они сами этого не захотят, –– сообщила девушка, чем ее очень сильно расстроила.
–– Да не могу я ждать! –– возмутилась Оллиана словам ведьмы. –– Мне сейчас надо! А может, есть другие варианты? –– с надежной поинтересовалась у собеседницы.
–– Ну… –– протянула девушка, улыбаясь. Она явно наслаждалась тем, что томила новую знакомую в ожидании. –– Есть, конечно, еще способ, но только он может обернуться для тебя глобальными проблемами.
–– И что за способ? –– она в нетерпении уставилась на девушку, не желая слушать ни о каких «но». Сейчас ей было совершенно безразлично на какие-либо последствия. –– Рассказывай поскорее! –– поторопила она.
–– Волхвиц под силу отыскать лишь одному человеку –– инквизитору. Лишь он знает все потайные тропки, да все их схроны. Ни одна ведьма не может долго от него прятаться.
–– Может, ты сможешь подсказать, где его можно встретить? –– зацепилась Оллиана за предложенный вариант решения ее проблемы.
–– О нет, ищи сама, я их на дух не переношу. Был печальный опыт общения с ними, –– ведьмочка передернула плечами, словно отгоняла от себя неприятные воспоминания. –– Это тебе лучше спросить у кого-нибудь другого.
–– Ну, и на этом спасибо! –– поблагодарила Оллиана.
–– Не за что! Удачи! –– она махнула рукой и, развернулась в сторону бара.
–– И тебе, –– произнесла Оллиана.
Попрощавшись, она по отдельности вошли внутрь заведения, расходясь в разные стороны…
В голове роилась куча мыслей, Оллиана даже не знала, с чего ей и начинать. Да и вообще! Как выглядит этот самый инквизитор?! Просить помощи было не у кого, поэтому приходилось рассчитывать лишь на саму себя. Она надеялась, что ей все же удастся решить эту проблему, иначе все старания будут напрасны.
«Табльдот» оказался не дверью в иной мир, а самим миром в миниатюре, зажатым между четырьмя стенами. Воздух был густым коктейлем из запахов: прокопчённого дерева, пряного эля, озонового послевкусия магии, сладковатой пыльцы незнакомых цветов и чего-то звериного, мускусного. Звуки накладывались друг на друга — гул десятков голосов на языках, которых Оллиана не знала, мелодия струнного инструмента, похожего на лютню, но с тремя грифами, звон стекла, смех, доносившийся словно из-под воды.
Она замерла у входа, позволяя потоку ощущений захлестнуть себя. Её драконья природа, обычно дремлющая под поверхностью цивилизованного адепта, вздыбилась чешуёй. Здесь было слишком много всего: слишком много чужих взглядов (некоторые скользили по ней с любопытством, другие — с холодной оценкой), слишком много сконцентрированной, незнакомой энергии. Она чувствовала себя голой и вооружённой до зубов одновременно.
Глядя на представшую картину, Оллиана ненадолго впала в ступор, ошарашенная увиденным. В состоянии легкого шока она на автомате продолжила двигаться в нужном ей направлении, пока не встретила препятствие на своем пути. Прямо перед ней стоял высокий широкоплечий парнишка, взирающий на меня сверху вниз. В его глазах читалось явное раздражение. Проследив за его недовольным взглядом, она к своему ужасу заметила, как по ее одежде расплывается яркое пятно от какого-то коктейля, что недавно был в стакане у этого самого парня.
Только после этого Оллиана наконец-то пришла в себя, ощутив на теле холодный и липкий напиток. Блуза мгновенно прилипла к телу, оставляя неприятное ощущение. Внутри начало поднимать голову неконтролируемое раздражение и даже ярость. Так и дракона наружу выпустить можно. Она из последних сил пыталась взять себя в руки, но этот индивид явно возомнил себя бессмертным.
–– Смотри, куда прешь, ненормальная! –– проговорил парень ей прямо в лицо.
–– Это я-то ненормальная?! Сам несешься, совершенно не глядя по сторонам, а потом другие еще и виноваты тебе! –– не сдержавшись, ответила она повышенным тоном.
–– Ты бы язык попридержала, а то не ровен час укоротит его кто-нибудь, –– презрительно посмотрел на нее нахал.
–– Дай-ка угадать, –– Оллиана состроила задумчивое выражение лица, как бы размышляя над сказанным. –– Не ты ли это сделаешь?!
–– Да я за такое и башку бы оторвал тебе!
«Вот глядя на парня, сразу и не скажешь, что у него язык без костей. Как можно так грубо с девушками разговаривать?» –– подумала Оллиана и снова внимательно присмотрелась к наглецу. Его короткие угольные волосы прекрасно сочетались с темнотой его карих глаз, превращая последние бездонными и завораживающими. Совсем молоденький, но вот все впечатление портило каменное выражение угрюмого лица, делая парня абсолютно неприятным для нее. А вкупе с его отвратительными словами, так вообще хотелось поскорее уйти от него подальше. Перед ее глазами сразу же всплыла картина, как этот умник совсем недавно с пинка открывает двери бара.
Только она было хотела ответить ему как-нибудь заковыристо, как он, развернулся и направился прочь. А как же извинения? Оллиана стояла, глядя ему в след, раздражаясь все сильнее и сильнее. Сделав легкий пас рукой и произнеся чистящее заклинание, она привела одежду в порядок. Ей все еще хотелось догнать этого гада и врезать ему хорошенько, но она все же сдержала этот порыв.
Осмотревшись по сторонам, Оллиана все-таки решила отправиться в сторону барной стойки. Но не успела пройти и половины пути, как ее взгляд ненароком зацепился за хорошо подвыпившую девушку. Взгромоздившись и пошатываясь, она танцевала Призрачный танец. Когда-то Оллиана читала о нем, изучая магические книги. Но она не думала, что кто-то еще способен его исполнять.
Черные волосы красавицы колыхались в такт движениям ее плавным движениям и, вторя ритмам звучащей музыки, ложились волной на хрупкие плечи. Ее стройное тело скрывали белая блуза и кожаные штаны, повторяющие все изгибы и сидящие, словно вторая кожа. Она танцевала, словно окружающий мир вокруг нее прекратил свое существование. Осталась только она и музыка. Все потеряло значение и очертания. Синие глаза, затянутые поволокой, смотрели в никуда.
Неотрывно наблюдая за ней, Оллиана дошла до стойки и практически наощупь уселась на высокий стул.
За стойкой, виртуозно орудуя шейкером, стоял высокий молодой мужчина. По сравнению с представителями нашей расы, он был достаточно худощав, при этом весьма привлекателен и обаятелен. Но больше всего Оллиану поразили его розовые волосы, собранные в высокий хвост. Длинная челка спадала на лицо, прикрывая повязку на правом глазу, придавая некого шарма ее обладателю. Приветливая улыбка, с которой мужчина выполнял свою работу, располагала к общению, но… Что-то все же ее в нем настораживало, заставляло оставаться на чеку…
Отбросив в сторону все ненужные в данный момент опасения, Оллиана все же ненадолго задумалась. Ведь в таких местах именно бармены и знают больше всех. А если взять во внимание то, что он явно не из простых смертных, то, скорее всего и сможет помочь мне найти инквизитора.
Посидев пару минут, девушка все же решила привлечь его внимание и помахала рукой. Мужчина повернулся в ее сторону, обвел внимательным взглядом, а затем приблизился.
–– Что я могу вам предложить? –– поинтересовался мужчина бархатистым обволакивающий голосом, вызывая мурашки по коже.
–– Я… –– если честно, то она даже и не знала, как в данной ситуации попросить его помощи.
–– Вижу, вы не просто так зашли к нам в бар, –– предположил хозяин заведения, пристально глядя на Оллиану.
–– Вы правы, –– не стала она отрицать очевидных вещей. –– Я ищу здесь кое-кого, –– начала было драконица, как заметила, что мужчина не отрываясь смотрит куда-то в зал.
–– Извините, вы хвост видите? –– вдруг ни с того, ни с сего поинтересовался он, вводя Оллиану в ступор.
–– Какой хвост?! –– опешила девушка, с недоумением уставившись на бармена.
–– Вон там, –– указал он прищуренным взглядом куда-то ей за спину.
Обернувшись, Оллиана взглянула в том же направлении. В дальнем углу за столиком сидел мужчина в длинном черном плаще, из-под которого торчал хвост. Лысенький, с пушистой кисточкой на самом кончике.
–– Вижу, –– кивнула она в ответ.
Она вновь внимательно посмотрела на мужчину с «хвостом» под столом.
Он сидел один у стены, в тени высокой полки с причудливыми бутылями. Не прятался, нет. Скорее, занимал позицию, с которой открывался вид на весь зал. На вход. На неё.
Оллиана не знала его имени, но что-то внутри неё, какой-то древний, рептильный инстинкт, мгновенно определило его как хищника. Не того, кто рыщет в поисках лёгкой добычи, а того, кто терпеливо ждёт, наблюдает, рассчитывает. Высокий, даже сидя он казался массивным, забившимся в рамки человеческого обличья, но неудобно. Длинный чёрный плащ, накинутый на спинку стула, выглядел практично и по-военному строго, без намёка на щегольство. Одежда на мужчине — тёмная, простая, позволяющая двигаться бесшумно.
Но главное — его лицо и поза. Он сидел, откинувшись на спинку, одна рука лежала на столе рядом с почти полным бокалом, другая свободно свисала вдоль тела. Поза расслабленная, но Оллиана, привыкшая к стойкам бойцов в тренировочных залах, видела в ней готовность к мгновенному взрыву движения. Его лицо… Оно не было красивым в общепринятом смысле. Слишком жёсткие линии, слишком твёрдый подбородок, шрам, белой нитью пересекающий бровь. Но оно было захватывающим. Как суровая, неприступная скала. А глаза…
Он смотрел не на неё, а куда-то поверх толпы, но Оллиана почувствовала, что всё его внимание, весь его фокус, подобный отточенному клинку, направлен именно в её сторону. Его взгляд был рассеянным, будто он погружён в свои мысли, но в глубине зрачков, цвета наступающей грозы, мерцала холодная, неусыпная бдительность.
Именно в этот момент он медленно, почти лениво перевёл глаза на неё.
Удар был физическим. Не страх. Нечто иное. Будто две противоположные магические полярности внезапно схлестнулись в пространстве между ними. Оллиана почувствовала, как по спине пробежал холодок, а в животе вспыхнул странный, тревожный жар. Его взгляд не был враждебным. Он был оценивающим, аналитическим, как учёный, рассматривающий редкий, потенциально опасный экземпляр. В нём читалась привычная власть, уверенность человека, который знает вес своего слова и силу своего жеста.
Одновременно с этим, откуда-то из глубин подсознания, поднялось смутное, необъяснимое влечение. Отвратительное и манящее. Как тяга к краю пропасти. В нём чувствовалась грубая, неотёсанная сила, чуждая утончённой магии Алиады. Сила, которая не колдует, а ломает. Которая не убеждает, а приказывает. И эта самая чужеродность пугала и притягивала одновременно. Он был воплощением всего, против чего её учили, — упрямой, неколебимой материальности, противостоящей потоку эфира.
«Охотник», — пронеслось в её голове, всплывая из предостережения Дарьи. Но на кого? На ведьм? На таких, как та эффектная брюнетка у входа? Или…
Он следил за её реакцией. Видел, как она замерла. Уголок его рта дрогнул, не в улыбку, а в нечто, напоминающее едва уловимое удовлетворение охотника, когда дичь понимает, что замечена. Он медленно поднял свой бокал, сделал небольшой глоток, не отрывая от неё глаз. Вызов. Тихий, но отчётливый.
Сердце Оллианы забилось чаще. Не от страха. От ярости. Кто он такой, чтобы смотреть на неё, как на экспонат? Чтобы вызывать в ней эту дурацкую, предательскую дрожь? Гнев, знакомый и надёжный, пришёл на помощь, смывая первую волну замешательства. Она выпрямила спину, подняла подбородок и послала ему в ответ свой собственный взгляд — вызов, отточенный годами противостояния с самым упрямым драконом Алиады. В её синих глазах вспыхнули искры не магии, пока что, а чистой, несгибаемой воли.
«Смотри сколько хочешь, — подумала она, словно могла проецировать мысли. — Ты мне не указ».
Он заметил изменение. Его брови чуть приподнялись. Интерес сменил холодную оценку. Казалось, он не ожидал такого ответа. Не ожидал увидеть в этой, на первый взгляд, слегка потерянной девушке с разумными глазами столько огня.