Картофельный рай госпожи Риты

Глава 13: И грянул гром

Первое время я вздрагивала от малейшего шороха. Не счесть, сколько раз Феликс чуть не становился причиной моего сердечного приступа! У кота была дурная привычка шуметь в кустах — и при этом совершенно беззвучно передвигаться по дому.

Я поспрашивала у знакомых об этих Белых крысах. Банда и правда известная, но вовсе не такая грозная, как хотел показать тот шнырь. Просто кучка неудачников, которых прогнали другие главари. А жить достойной жизнью они уже не хотели: почуяли вкус разбойных денег. Крыса, что сожрёт сородича, к другой еде уже не вернётся — может, потому и назвались так.

Кот на мои страхи только дул щёки:

— Не понимаю, зачем вы трое так переживаете. От скуки, что ли? Я справлюсь с ролью охранника гораздо лучше, чем этот увалень. Спит так, что громы небесные не добудят. Я вчера по нему половину ночи топтался — хоть бы вздрогнул. Хорошо ещё, что не храпит, а то бы вся округа знала, каковы сторожа у тебя.

— Не ворчи, мальчик старается. Между прочим, это он нас спас, пока кое-кто гнёзда разорял.

— Раз в год и кошка щенится, — невозмутимо ответил Феликс. Он улёгся пушистым клубком в кресле, прижмурил янтарные глазища. — Смею полагать, его приступ смелости — это своего рода брачные игры. Вот лоси рогами сшибаются, треск по всему лесу стоит. И у людей нечто похожее: самец демонстрирует самке, что может защитить её и потомство.

— Ради всего святого, не называй так моих ребят…

Кот сладко зевнул.

— В этом твоя проблема, Рита… — пробормотал он сонно. — Ты боишься называть вещи своими именами.

Я только диву давалась, как в такой маленькой голове может вмешаться столько высокомерия.

Нандо, тем временем, взялся робко ухаживать за Софией. К счастью, Феликс не больно интересовался этим, не то надоумил бы парня идти бодаться с кем-нибудь.

От нервов мне всегда помогала отвлечься готовка. Дни стояли прохладные, старое меню уже поднадоело, так что я решила добавить в него альбондигас — суп супов, чей пряный кисло-сладкий вкус так хорош осенью. Заодно и Софию поучить.

— Томаты бери мясистые, не слишком кислые. На разрез смотри, чтоб без белесых частей.

— Прямо со шкуркой класть?

— Нет, конечно. Мы же не хотим лишней заботы посетителям? Можно надрезать крест-накрест, в кипяток сунуть, а потом в холодную воду — тогда кожицу легче снять будет. Но если у тебя соус или суп томатный готовится, можно без заморочек обойтись. Просто режь крупно, да бросай в сковороду. Как размякнет, кожица сама отстанет, бери пинцет, да убирай.

Пока я лепила фрикадельки, лучшую и главную часть альбондигаса, София взялась резать томаты. Нож стукнул раз, другой — и рыбкой выскользнул из руки. Она дёрнулась поймать. Я — оттолкнуть в сторону.

— Что творишь! Запомни раз и навсегда: у падающего ножа нет ручки! Ничего страшного, если упадёт, помоешь или заменишь. А руку новую тебе не приставят, если сухожилия на пальцах разрежешь. Когда хорошо заточенный нож уронила, всё, что от тебя требуется — это поскорее отпрыгнуть, чтобы в ногу не воткнулся. Поняла меня? — С досады я даже прикрикнула. Зря, конечно, но что уж с темпераментом сделаешь. София жалобно моргала, комкая фартук. — Да не смотри так, не ругаю. Просто не забывай: острое и горячее не хватать. Уже говорила ведь. Что с тобой сделалось, какой день рассеянная ходишь.

Щёки её слегка порозовели, но в ответ София лишь пожала плечами.

Над ухом у неё синел цветочек, пора которого закончилась месяца три назад. Похоже, Нандо всё-таки допросился помощи у нашего духа земли. И хорошо. А то я однажды застала на столе связку из веток и сухоцвета, перевитую ленточкой, и решила, что кто-то порчу навести пытается. Сожгла от греха подальше, а оказалось — это наш влюблёныш хотел девушке цветов подарить. Неловко было всем.

Из-за этих двоих атмосфера в таверне изменилась. Даже на меня подействовала. Нет-нет, а в голову закрадывались мыслишки о любви. Я их разгоняла, как мух полотенцем, а они всё равно слетались обратно.

Ну что ты будешь делать.

Знать, не может сердце вечно молчать, надо ему тянуться куда-то. И я бы перетерпела этот позыв, как всегда бывало. Да вот только раньше перед глазами не маячил тот, о ком хотелось думать.

Виктор сразу заметил, что у нас не всё ладно. Так прямо и спросил: не случилось ли чего? Я колебалась. Хотелось взять и вывалить всё разом про крысюков этих, всучить ему свои проблемы — что сделает? Поможет или сбежит из опасного места?

Но я смолчала. Со своими бедами всегда сама справлялась, а тут ещё и София с Нандо. Сдюжим как-нибудь. Нечего впутывать человека, который ходил сюда с одной-единственной целью: вернуть своё. Передумает Феликс, сменит гнев на милость — и оба меня покинут, отправятся по своим колдовским делам. Нечего зря откровенничать.

Так я себе говорила, но знала, что настоящая причина в другом.

Больше всего я боялась, что Виктор и правда окажется тем, кто сбежит. И не хотела испытывать этого разочарования.

— Просто устала, — отмахивалась я. — Не бери в голову.

Он с сомнением хмурился, но не допытывался. Только заходить почему-то стал чаще.

Его присутствие в зале успокаивало. Шли дни, недели. На моих дверях не появилась метка, на порог не спешили подкидывать свиную голову. Ни один бандюган не пытался вломиться через окно, а если такие и оказывались за столом, то вели себя в высшей степени прилично. Белые перчатки я видела только на ручках доньи Касадо, так что понемногу страхи рассеялись. Может, шайки этой и нет уже, разбойничий век короток.

А вот сама донья приходила частенько. То с дочкой, то с подругами. Всегда радостная, посмотреть приятно.

Но в этот раз она явилась одна. И с заплаканными глазами.

Она схватилась за меня, словно тонула:

— Рита, простите меня… Я так виновата! Хотела, как лучше, даже подумать не могла, что так выйдет… — Глаза снова наполнились влагой, бледное лицо исказила мука.

Я поспешила увести её из зала, чтоб не видели в таком состоянии, сплетен не пускали. Донья упала в кресло и расплакалась. Она всё пыталась успокоиться, тёрла нос платочком. Тут уж я испугалась.И не знаешь, что думать, но ясно одно — ничего хорошего.

— Водички попейте, ну-ка… Вот, хорошо. Будет вам, донья. Что уж такого страшного вы могли натворить? — с фальшивой бодростью спросила я.

Она закрыла лицо руками.

— Я так люблю вашу таверну. И Глория тоже. Дома… Дома мы часто говорили о ней, о вас. Я рассказывала мужу про то, как у вас замечательно, расхваливала, мне казалось, что если он однажды заинтересуется и придёт сюда с нами, то это как-то смягчит его. Он же не злой, Рита, я знаю, просто… Ах! — Она заплакала ещё горше. — Не могу, не могу говорить… Вы меня возненавидите…

— Донья Касадо! Как вам в голову такое пришло? Не томите же, я сейчас такого надумаю, что в пору в гроб ложиться. Не так ведь всё страшно? Скажите, а я уж сама решу, что чувствовать.

Она отдышалась, поставила стакан. Отчаянно посмотрела на меня.

Как я ни храбрилась, от этого взгляда душа ушла в пятки. А от последовавших за ним слов и вовсе покинула тело.

— Мой муж, дон Микель Касадо, всё-таки заинтересовался вашей таверной. Но совсем не так, как я ожидала. Он поднял документы и выяснил, что эта земля относилась ко владениям его деда, а значит перешла по наследству к нему. — Исабель судорожно вздохнула: — Скоро он пришлёт поверенного, требовать штраф за коммерцию без позволения землевладельца. И если вы не заплатите всю сумму… Рита, боюсь, он отнимет вашу таверну.

Глава 14: Dura lex sed lex

День выдался под стать настроению: дождь лился струями, ветер гнул ветки так, что казалось — вот-вот треснут. В таверне сидела лишь кучка торговцев, застигнутых непогодой. Их лошадей загнали в сарай, нервное ржание прорывалось сквозь ливень.

Когда дверь отворилась ещё раз, я подумала, что это ветер сорвал крючок, выбежала закрыть. Но на пороге стоял человек: высокий, такой же прямой, как ручка его зонта. Левы

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.