Злодейка на полставки или драконий переполох

— А вы конкретно?

Чувствую, как его взгляд обжигает кожу лица.

— Безусловно, — растягиваю губы в дежурную улыбку. — Просто не ожидала вас так рано встретить.

— По времени пора выдвигаться.

— Вы такой пунктуальный…— от собственной неловкости прикусываю нижнюю губу. — Тогда мне срочно надо собираться. Может быть чаю, пока ждете?

— Не люблю чай.

— Водички?

Неожиданно он усмехается. И я встревоженно поднимаю на него глаза.

Сталкиваюсь с самой нетипичной для него эмоцией.

Брови мужчины сведены на переносице, в чуть расширенных зрачках горит нечто совершенно непонятное для меня. Зато на губах застыла усмешка. Видимо я его сильно веселю.

— Это вам, — Александр кладет на стол сверток с лентой и пододвигает ко мне.

Смотрю на подарок и не знаю, как реагировать.

— Я же просила вас мне ничего не дарить.

— Разве? Вы кажется при нашей прошлой встрече сказали несколько другое. Откройте.

Шумно прогнав воздух через легкие, я осторожно дотрагиваюсь до свертка. Словно он меня сейчас током ударит.

Беру в руки тоже осторожно, медленно тяну за ленту.

Разворачиваю упаковочную бумагу и за ней открывается корешок книги.

Я в полной растерянности замираю на месте. В моих руках “заветы богов”. Наверное в самом дорогом переплете из возможных.

Он шутит, да? Правда?

Александр ловит мой обескураженный взгляд и уголок его губ приподнимается в довольном оскале.

Нет, он не шутит…он издевается. И судя по довольной ухмылке, дракон именно такой реакции от меня и ждал.

— Спасибо. Это…так…мило, — сжимаю заветы и чувствую себя глупее не придумаешь.

— Не стоит благодарностей. В следующий раз с радостью раздобуду для вас редкое издание «Бытия богини матери». Занимательная литература, — мягко, но с тенью лукавства улыбается Александр, — теперь даже боюсь вас чему-то плохому научить.

И я предательски краснею. Сердце с гулким ударом подпрыгивает в груди.

— Уинтер, — он неожиданно сменяет тон на более серьезный, — почему вы решили с утра пораньше заглянуть в конюшни?

— Да просто коня любимого проведать.

К чему он клонит?

Опять это чувство — будто в замкнутом помещении на допросе и Александр сейчас посветит в мое лицо лампой и швырнет на стол страшные улики.

— Это как-то связано с вашим недавним падением?

— Что? Вы об этом знаете? — округляю глаза и привожу себя в чувства мысленной пощечиной. — Я просто хотела узнать, как идет процесс восстановления Бальтазара. Позвольте узнать, откуда вы знаете про мое падение?

— Все просто, — Александр указывает в сторону усадьбы, видимо предлагая не терять время. — При нашей встрече на приеме у императора я заметил у вас ссадину. А так же мне известно о вашей страсти к конным прогулкам. Не сложно сопоставить факты.

— Ваша проницательность загоняет меня в тупик, — бурчу себе под нос.

Александр отвечает легкой улыбкой, от которой меня все равно почему-то бросает в дрожь.

В парадном холле нас встречает Блеквуд. Точнее он делает вид, что читает газету, но будто случайно отгибает ее край и расплывается в улыбке:

— Ваше сиятельство, какая честь. Вы лично решили заехать за моей девочкой.

И конечно же совершенно случайно на столике у диванчиков оказался поднос с пухлым чайником и посудой на несколько персон.

Совпадения да и только.

Оставив мужчин наедине, отправляюсь собираться. Конечно же среди многочисленных нарядов в гардеробной комнате Уинтер нашелся модный и дорогой костюм, подходящий для охоты. И не один.

Я выбрала в цвете пыльной розы. Нежно и со вкусом. Заодно цвет платья оттеняет сапфиры матери Уинтер. Мне очень важно их надеть. Александр должен запомнить украшения.

Подстраховка на будущее.

Летти помогает подобрать аксессуары. Перчатки из тончайшей мягкой кожи, забавная шляпка из последней коллекции дома мод Хильдерхорда.

Финальный штрих — прическа и пара капель розового масла на шею и кружева рукавов.

Летти удерживает меня у самой двери, кладет в карман платок.

— Удачи вам получить самый солидный трофей.

Натянуто улыбаюсь и даже не задумываясь, как я выгляжу, покидаю комнату.

Из холла доносится сдержанный смех барона и звонкое звучание фарфора.

Спустившись по лестнице, я задерживаюсь у зеркальных вставок, которыми украшен коридор ведущий в парадную.

Окинув взглядом свое отражение, я невольно любуюсь красотой Уинтер. Каким бы она не была монстром — все же она удивительная красавица. А в одежде нежных цветов словно дерзкий и решительный ангел. Но определенно пыльная роза придает ей мягкости. Точнее мне, ведь это пока мое тело.

За моей спиной вырисовывается новое отражение.

Александр неспешно приближается и останавливается в полушаге от меня. В золоченной зеркальной раме наши отражения выглядят как семейный портрет и мне от этой мысли вдруг становится совсем не по себе.

А ведь они с Уинтер красивая пара. Даже слишком.

Мужчина опускает глаза. Догадываюсь, он рассматривает меня так же как и я его.

Кажется, он собирается что-то сказать. Или приятный комплимент, от которого я растаю как мороженное на солнце. Или озвучит новое подозрение. А ведь может. Он вообще подозрительный. Оба варианта заставляют мои нервы натягиваться струной.

Дергаюсь как от укуса, оборачиваюсь и быстро выдаю:

— Я готова. Можно ехать. Надеюсь, вас мой отец не утомил.

— Напротив. Развлек и скрасил время ожидания, — у Александра как-то странно дергается уголок губ, будто от раздражения.

— Славно, — энергично разворачиваюсь, подхватив подол. Краем глаза ловлю оценивающий взор мужчины, скользнувший по моей фигуре.

Я вообще стараюсь больше ничему не придавать значения.

Дорога до Туманного леса занимает не больше получаса. Поглядывая в окно, прокручиваю в голове порядок своих действий.

Фух… вроде ничего не забыла.

Периодически ловлю на себе задумчивый взгляд Александра. Иногда он откровенно сверлящий.

— Почему вы на меня постоянно смотрите?

— Мне нравится на вас смотреть, — спокойно заявляет он, заглядывая в мои глаза. — Вы гораздо интереснее, чем казались мне в начале.

У меня от его заявления опускается челюсть. Кровь вскипает и приливает к щекам.

— У вас странный способ делать комплименты.

— Это не комплимент. Наблюдение, — дракон поворачивает голову к окну. — Мы приехали.

Я только успеваю шевельнуть губами, соображая, что ему ответить. И стоит ли отвечать. Экипаж действительно останавливается и дверь распахивается.

— Я сам помогу, — Александр подает знак лакею и тот молча отступает.

Дракон протягивает мне руку. Помешкав, принимаю предложение помощи, завороженно наблюдая, как моя ладонь утопает в его. Он ощутимо сжимает мою кисть и словно случайно проводит большим пальцем по внутренней стороне. Даже через перчатки я так остро ощущаю эту случайность, что спотыкаюсь на последней ступеньке и в этот момент он придерживает меня за талию, а я фактически навалилась на него, обхватив руками шею мужчины.

— Ой…

Только и получается вымолвить у меня.

Его лицо почти напротив моего. Взгляд глаза в глаза. Дыхание смешивается и мой пульс резко подскакивает. Щеки заливает румянцем.

— И вот вы снова в моих объятиях, — его усмешка оседает на моих губах, заставляя меня не просто краснеть, а полыхать от очередной неудачной для меня ситуации.

— Это не смешно, — цежу сквозь зубы и медленно отрываю от него свои руки, которые по непонятным причинам словно онемели.

— Согласен. Не расшибитесь, — сжав мою талию, он рывком ставит на землю и как ни в чем небывало отстраняется.

Ушей касается девичий смешок. Этого еще не хватало. В нескольких метрах от нас во всю сплетничают подруги Валери Драмстор.

Недовольно поглядываю на Александра за то, что подарил этому серпентарию новый инфоповод.

Отвлекаюсь на лай собак и на поляну подготовленную к встрече титулованных охотников и светских дам.

Ряд белоснежных шатров для ночевки и отдыха. Длинные столы, заставленные угощениями и напитками под навесом с имперскими гербами. Вывешенные на видном месте флаги.

Под другим открытом шатром — пуфы и столики.

Импровизированная псарня с охотничьими породами.

И всюду суетятся слуги в алых мундирах. Готовят коней, кормят собак, ухаживают за гостями.

Гости нарядно одетые, особенно женщины — веселятся, общаются, распивают напитки дорогих сортов. Мелькают фантазийные шляпки, отблеск изысканных тканей и довольные улыбки.

Над поляной витают ароматы леса, смешанные с запахами женской парфюмерии, жареного мяса и забродившего винограда.

— Вот, кстати, и граф Ройс, — Александр кивает в сторону столов. А точнее на молодого шатена, который как раз мило беседует с Валери обособленно от остальных. — Вы же хотели с ним обсудить сотрудничество.

Смотрю на графа и его компанию и впадаю в ступор.

— Смелее, Уинтер. У Ройса явно отличное настроение. Правда, возможно он не настроен на деловое общение, — серьезным тоном проговаривает Александр.

Но я прям чувствую в каждом слове сарказм.

— Проблема в том, что я ему не представлена.

— Неужели? — дракон неожиданно оказывается за моей спиной. Вздрагиваю от того, как его ладони сжимают мои плечи. Мужчина наклоняется и шепчет на ухо, — проявите смекалку.

— Но…

— Желаю удачи.

На последних словах он легонько подталкивает меня вперед и отпускает мои плечи из плена своих рук.

Черт. Проклятье.

Пройдя вперед на несколько шагов, оборачиваюсь. Александр в эту минуту больше походит на строгого преподавателя, который буквально жаждет влепить неуд нерадивой студентке.

Вон как смотрит…С предвкушением моего провала.

На мою удачу, внимание Александра на себя переключает его дядя - Герберт Вальгорд.

Ладно, я сама эту кашу заварила, сама вопрос и решу.

Набираю в легкие побольше воздуха, медленно выдыхаю, чтобы унять волнение.

Решительно приближаюсь к «сладкой парочке» под наигранное хохотание Валери. Видимо Ройс рассказал ей какую-то шутку и она старательно демонстрирует, как восхищена его чувством юмора.

Валери первая меня замечает. С ее губ медленно сползает ухмылка, сменяясь недоумением.

Ройс тоже оборачивается. Скользит по мне неоднозначным взглядом и его рука до хруста сжимает бокал.

— Доброго дня, — с широкой улыбкой приветствую обоих, — чудесная погода, не правда ли?

Чувствую себя очень приторным вареньем. Хлопая ресницами, поворачиваюсь к ошарашенной Валери.

— Я так рада встрече. Валери, дорогая, ты же представишь меня своему собеседнику?

А что, этикет требует…

У девушки дергается глаз. Покосившись на Ройса, она искренне старается не ударить в грязь лицом:

— Милорд, это моя хорошая…гм…знакомая — баронесса Уинтер Блеквуд. Уинтер, познакомься с графом Димитрием Ройсом.

Взгляд Димитрия будто случайно задерживается на моих губах и скользит к закрытому декольте. Где-то в этом месте его интерес теряется.

— Чудненько, очень рада знакомству. Милорд, вы позволите вас похитить ненадолго? У меня к вам важное предложение.

На лицах обоих ступор. Ройс удивленно изгибает бровь, Валери, кажется, желает возразить. Сразу осекаю ее:

— Я постараюсь графа вернуть как можно скорее.

Набравшись наглости, подхватываю его под локоть в дружеском жесте и отвожу подальше от самой Валери и от посторонних ушей.

Если он мне грубо откажет, то хоть обойдемся без последующих сплетен.

— Думаю, нам здесь не помешают, — выдыхаю, когда мы скрываемся за шатром.

Помимо густо растущих кустов, нас от основной поляны отгораживает массивный старый дуб.

— Интересный у вас способ кокетства, — Димитрий пригубляет напиток из своего бокала.

— Не хочу вас разочаровывать, но я позвала вас с собой не ради кокетства.

— Вот как? — упирается в меня колючим взглядом.

Секунда. Вторая. Третья. И он громко усмехается:

— Вы звучите так, будто собираетесь со мной поговорить о делах.

— Так и есть.

Ройс начинает смеяться. Бокал в его руке чудом не расплескивается.

— А вы забавная, — просмеявшись, мужчина переводит дыхание. — Шутница. Чем еще удивите?

Н-да…всякого ожидала, но он тоже меня удивил.

— Своим предложением…

И далее не дожидаясь, когда он в очередной раз меня перебьет, излагаю подготовленный текст. Кратко, ясно и по делу.

Дослушав, Димитрий залпом допивает остатки напитка.

— Баронесса, вы наверное что-то путаете…

— Не думаю, — вздергиваю носик, вспоминая, как имея дикую потребность во второй работе, зачитывала свое резюме. — Я знаю о том, что вы возглавили семейный бизнес.. Значит, я по адресу. Мой отец ищет новых перевозчиков.

— А вы зачем ко мне с этим вопросом подошли? — граф явно злится и смотрит на меня свысока.

— Все просто, хочу показать батюшке, что умею вести переговоры.

— Пока у вас плохо выходит, — грубо отрезает он, с грустью поглядывая на пустой бокал.

К сожалению он прав, дипломат из меня так себе. Но… я буду стоять на своем. Во мне просыпается азарт. А еще воспоминания двухнедельной работы в колл-центре. Не самый позитивный для меня опыт, но в мире, где работу с возражениями еще не придумали — может пригодиться.

— Милорд, скажите, вам доводилось ранее заниматься перевозкой артефактной руды?

На его лице растет недоумение, отрицательно мотает головой.

— Тогда позвольте рассказать вам о преимуществе транспортировки подобных грузов. Ваши новые суда, насколько мне известно, быстроходны, но имеют меньшую грузоподъемность. Наша руда имеет легкий вес, что позволит транспортировать ее в больших количествах за один рейс. Я и мой отец предлагаем условия оплаты за фунты.

Ройс хмурится, а я без паузы выцепляю из памяти различные термины и красочно обрисовываю все великолепие моего предложения.

— Вам подойдет четверг?

— Что? — Димитрий поперхнувшись, округляет глаза.

— В четверг к вам придет доверенный отца, заключить договор.

— Баронесса, мне кажется, — он осекается, задумывается, сверлит меня глазами и вдруг выдает, — да, подойдет. — делает паузу, снова что-то обдумывая. — Я ознакомлюсь с бумагами.

Ого. Неужели сработало? Вот что делает сила маркетинга животворящего.

С трудом сдерживаю победную улыбку, продолжая играть роль опытного дистрибьютора.

Ройс все еще пребывает в легкой растерянности, но одушевленно улыбается:

— А может вместо доверенного, продолжить обсуждение сделки, придете вы?

— Боюсь, что это невозможно.

— Но я настаиваю. У вас хорошо получается, — Ройс делает шаг в мою сторону.

Я мысленно уже проклинаю всю затею и лихорадочно обдумываю, как Ройса перенастроить на нужный лад, но вдруг нечто со свистом стремительно проносится мимо моего лица и с хрустом пробивает кору.

В этот момент у меня сердце совершает кульбит и продолжает встревоженно биться.

— Ч-что? — у Димитрия из рук выпадает бокал.

Мы смотрим на стрелу, пронзившую дуб и одновременно очень медленно поворачиваемся.