Низвергнутый во тьму. Огонь в свете Луны
– Яоцзунь, – заговорил он, – я пригласил тебя сегодня, чтобы в присутствии своих верных подданных задать один вопрос. – он поднялся и медленно сошел с постамента, на котором располагался его трон. – Станешь ли ты моей небесной супругой? – он остановился перед ней, опустившей глаза в пол. – Я дарую тебе половину власти над Небесным Двором вместе с моим сердцем.
Яоцзунь медленно подняла глаза. В её взгляде не было ни страха, ни жадности, лишь тихая, глубокая решимость. Она знала, что этот разговор случится рано или поздно, и вот этот момент наступил. А значит… ее время вышло.
– Прошу прощения, Владыка, – её голос был мягким, однако полным несгибаемой воли, – но мое сердце уже давно принадлежит другому.
– Кому? – голос Владыки похолодел, а пространство вокруг него потемнело, как небо перед бурей. Яоцзунь спокойно встретила его зарождающийся гнев.
– Тому, чей меч пронзает сейчас тьму, а сердце полно сострадания. – ответила она прямо. – Я не могу отречься от своей любви – даже ради трона Небес.
Тишина зазвенела подобно удару свинца о свинец. Бессмертные не смели шелохнуться.
– И чем же тебя пленил мой Великий бог войны? – спросил Владыка холодно.
– Он полон милосердия. За его внешней холодностью и яростью – безмерное сострадание. – в глазах богини загорелся огонь. – Он готов защищать любого, даже если не будет понят, отвергнут. Я отдала ему свою душу уже много тысяч лет назад и только запрет на соединение сил без вашего согласия, останавливает нас. – Владыка едва сдержал гнев, рвущийся наружу. Перехватил ее предплечье и притянул к себе, заглядывая в глаза.
– Ты околдована?
– Нет! – поспешно ответила Яоцзунь. Провел перед ее лицом ладонью вызывая образ духа… между ними появилось пушистое облачко белого цвета, но в его глубинах что-то темнело и яркие черные всполохи то и дело рассекали его воздушную поверхность. Богиня со страхом посмотрела на доказательство своей одержимости. Посмотрела на Владыку, который холодно усмехнулся. Он подделал заклинание и теперь был уверен в себе, как никогда. Разочарование разлилось в ее душе. Владыка небес не гнушался темными практиками и ложью ради достижения своих целей.
– Она околдована. – заговорили небожители, что стали свидетелями того, что только что произошло.
– Я избавлю тебя от этой одержимости, Яоцзунь. – сказал Владыка тихо.
– Нет! – решительно вырвала руку из его захвата и отступила. – Я не одержима, и вам прекрасно это известно. – сложила руки в печать сердца и вызвала проекцию своей души. Чистой, не замутненной тьмой.
– Вот значит как! – выдохнул Владыка и вскинул руку в ее сторону. В его душе, достигшей высшей ступени божественного восхождения поселилась зависть. Над Богиней в воздухе закружилась формация захвата души. – Всех жду на площади небесного суда.
Исчез вместе с Яоцзунь.
Появилась она под формацией в самом центре площади Небесного суда. Кроме них пока что не было никого.
– Я готов был отдать тебе все… но ты отказала! – его голос звенел злобой.
– Я не могу заставить сердце перестать любить, – холодно отозвалась богиня.
– Те кто выбирают путь сердца, всегда идут через боль, кровь и страдания, – усмехнулся Владыка.
– Пусть будет так, – смиренно произнесла Яоцзунь. – Я готова к тому, что меня ждет.
– Хм… – на площади стали появляться боги и небожители, которые должны были участвовать в суде над богиней.
– Пусть все знают, – заговорил Владыка громко, занимая свое место на небольшом возвышении. – Яоцзунь богиня северных вод и сострадания стала жертвой Цзы Уханя, который применил к ней темные практики, с целью завладения ее сердцем. – среди небожителей прошел тихий ропот.
– Это неправда, – воскликнула Яоцзунь.
– Если она отрицает свою одержимость, – перебил ее Владыка, – значит повинна в преступлении и нарушила запрет, которому многие тысячи лет, она отдала свое сердце другому богу добровольно. – эта новость стала подобна грому среди ясного неба. Все зашептались. – Их связь нарушила Порядок Небес и потому…– он сделал многозначительную паузу, – она приговаривается к тысяче лет забвения, а потом пройдет через пять тысяч лет перерождений и каждый раз перед новой жизнью будет пересекать “Мост забвения”. – наступила гнетущая тишина. – Привести приговор в исполнение.
Рядом с Яоцзунь появились стражи Небес, на нее надели Облачные цепи, которые сдерживали ее силы, но богиня с достоинством посмотрела на присутствующих, вокруг нее засверкали капельки воды, которые сформировали большое водное зеркало. Его темная поверхность просветлела, и отражение души вышло из него без пут на руках.
– Что? – зароптали небесные небожители. – Как такое возможно?
Когда огонь и вода соединятся – сны и души не вернутся.
Одна мысль приведёт к гибели, одна мысль – к Высшему Вознесению.
Падёт древний бог в чёрное пламя, забудет себя, разорвёт чувства.
Но если флейта зазвучит вновь – даже небесная тюрьма раскроет врата.
Дева поведет огонь, великий воин удержит землю.
И если обледеневшее сердце вновь запоёт – даже Путь Небес может быть переписан.
Эти слова произнесла отраженная душа и исчезла, рассыпавшись мелкими каплями. Яоцзюнь холодно улыбнулась и поправила цепи.
– Теперь живи с этим пророчеством. – сказала она и с достоинством богини покинула площадь, на которой осталось стоять сотворенное ею зеркало, как напоминание об истинных целях. Каждый, кто смотрел в него видел себя в трех отражениях: тем кем видели его все, тем, кем он непременно станет, и истинным “Я”, которое отражало саму суть, душу. Небесный владыка велел убрать зеркало и потом избавился от него.
А в зале пророчеств на полотне Безвременья появились выжженные огнем слова.
Глава 9. Флейта потерянных душ
Циньяо резко поднялась. За окном только забрезжил рассвет. На сердце стало неспокойно. Если вчера перед зеркалом она еще не была уверена, что видела именно Яоцзунь, то теперь уверенность только окрепла. Но почему ей снятся эти пугающие сны? Почему она видит именно Яоцзунь и ее историю? Что все это означает?
Не может же так случиться, что она простая смертная девушка – очередная проживаемая жизнь богини, которую приговорили к забвению? И что будет когда тысяча жизней, которые ей суждено прожить, завершатся? Она вернется на небеса в качестве небесной небожительницы? Встретит Небесного владыку, который обрек ее на подобные страдания?
А какже Цзы Ухань?
Мысли о низвергнутом боге вызвали странную печаль. Ведь получается, если верить ее снам, его обвинили в применении темных практик и осудили еще до окончания войны с Преисподней. Но согласно легендам о небожителях, он не просто закончил Пятую войну с преисподней, он завершил ее с триумфом. Его почитали как величайшего из богов Войны. По своей силе он приблизился к правителям пиков и самому Владыке небес. Именно поэтому к нему применили формацию Тысячи молний разрушения души и после пяти сотен лет мучений под формацией сбросили в Чи Мо Цзие, напоив водой из реки забвения.
Эту историю Циньяо знала наизусть. Когда впервые прочитала историю Бога Войны, испытала горечь и разочарование. Не представляла, что боги способны на такое. Но сейчас получалось, что все было даже еще хуже. Наказание Яоцзунь, несправедливое со всех сторон, было назначено самим Небесным владыкой. А причиной тому его уязвленная гордость и тщеславие. Разве должен Величайший из богов быть беспристрастным, справедливым, образцом для всех богов и небожителей Девяти небес.
На деле оказалось все совсем не так. Зависть, гордость присущи и богам тоже… а стремление к манипуляциям и использование своего положения привело к такой вопиющей несправедливости.
Циньяо поднялась, ополоснула лицо водой и внимательно посмотрела на поверхность воды в небольшой чаше, которую использовала для купания. Ее отражение смотрело на нее, а кали воды, что падали вниз запускали небольшие круги. Некоторое время она смотрела на отражение, как вдруг увидела Яодзунь среди серых каменных стен, на ее запястьях широкие золотые браслеты, которые поглощали ее божественные силы, а поверх пояса повязан красный шнур, что привязывал ее к этому месту. Богиня посмотрела на Циньяо и вдруг сказала:
– Найди его. – девушка отшатнулась от чаши, которая от резкого движения не устояла и упала на пол, разлив содержимое. Сердце тревожно забилось.
– Циньяо, у тебя все в порядке? – послышался голос Хуали из-за двери. С трудом перевела взгляд с лужи на полу на дверь.
– Да… – отозвалась глухо. – Просто уронила чашу с водой.
– Что за неуважительное обращение к мастеру? – голос мастера Вэя был строгим.
– Мастер, – пикнул ученик, – простите.
– Я тут при чем, – возмутился учитель. – Извиняйся перед мастером Циньяо.
– Ма…сте…ром…– девушка открыла дверь и увидела испуганную соученицу, которая посмотрела на Циньяо в недоумении, но та лишь со вздохом кивнула. – Я не знала. – тут же подобралась и сложила ладони в приветственном жесте. – Приветствую мастера.
– Учитель! – взмолилась Циньяо.
– Привыкай, – пожал плечами мастер Вэй. – И не зови меня больше учителем, теперь я твой старший брат.
– Брат Вэй, – сказала строго девушка. – Это все так странно. – она посмотрела на все еще склонившуюся в поклоне ученицу. – Хуали, хватит…
Девушка выпрямилась и посмотрела на мастеров.
– Все еще не могу поверить, – вдруг сказала она.
– Я самам не могу поверить, – покачала головой Циньяо.
– Так, – перебил их обеих мастер Вэй, – Ученица, – посмотрел на Хуали, – отправляйся на завтрак и потом на занятия… тебе еще расти и расти до звания мастера.
– Слушаюсь мастер, – та покорно опустила голову и попрощавшись жестом пошла в нужную сторону.
– А ты, за мной, – жестом поправил рукава своего одеяния и сцепив руки за спиной направился в сторону домиков мастеров. – Кстати сегодня тебе еще перебираться.
– Ну, вот, – выдохнула Циньяо и пошла за ним. – А куда мы идем? – наконец спросила она.
– Покажу тебе твой новый дом и позавтракаем у Ли Шиу.
– А… – Циньяо запнулась на полуслове и решила не спрашивать.
Они прошли общий двор и свернули на дорожку, которая вела в Двор безмолвной Луны, так называли место у подножья горы Юэгуанг Цзянь (гора Лунного меча), где располагались домики мастеров, одинаковые без изысков, но у каждого был отдельный домик. Циньяо и не мечтала в ближайшие годы попасть сюда.
– Ну вот, мы пришли, – мастер Вэй остановился у домика и указала на него рукой.
– Это мой? – девушка удивленно посмотрела на него, как на величайшее сокровище.
– Твой, – усмехнулся мастер Вэй и протянул вперед, – твой ключ. – Циньяо осторожно протянула руку и взяла потемневшую от времени металлическую отмычку. – И вот это тоже тебе.
В другой руке оказалась коробочка длиной чуть длиннее локтя, узкая, выполненная из темного дерева, отполированного до глянцевого блеска. Девушка взяла и ее тоже. Подняла на учителя восхищенный взгляд. Потом осторожно подняла крышечку и увидела на красной шелковой подкладке деревянную флейту тончайшей работы, украшенную иероглифами и металлическими вставками в виде дракона, который хвостом обвивал блестящую поверхность. С кончика хвоста, образовавшего небольшое колечко, свисал красный шнурок с кисточкой на конце. На самой коробочке были написаны иероглифы с именем артефакта – “флейта потерянных душ”.
“Но если флейта зазвучит вновь – даже небесная тюрьма раскроет врата” прозвучало где-то вдали, но никто кроме Циньяо, застывшей на месте, не услышал этих слов.
Глава 10. Миссия хранителя равновесия
Владыка сидел на троне в одном из залов своего храма, над его головой вращался Круг Небесной Кармы. Уже давно в душе великого бессмертного поселилась тьма и смятение. Он наблюдал за каждым перерождением души Яоцзунь. Каждую жизнь она проживала, снова и снова теряя любимых, и это было его проклятьем. Она должна была тысячи раз прочувствовать разочарование Владыки от потери. И после последнего перерождения, ей суждено было явиться на небеса и предстать перед ним. Его снедало желание насладиться моментом своего триумфа.
И вот ее последняя жизнь в мире смертных, она начала свое обучение и ступила на путь восхождения. Но как? Как эта проклятая флейта попала в ее руки? Почему она оказалась именно в этой школе? Как не старался увидеть путь артефакта, не смог его проследить.
С того момента как Яоцзунь произнесла свое пророчество, и оно появилось на свитке Безвременья, флейта не давала ему покоя. В один прекрасный момент он решил избавиться от артефакта, сбросив его в мир смертных, в надежде что он будет безвозвратно утрачен, но кто же мог предположить, что флейта попадет именно к ней в руки, спустя многие сотни лет.
Пророчество сбывалось. Три из шести срок уже нашли свое отражение в вечности, видимо скоро четвертая строка тоже может исполниться, что следовало предотвратить это во что бы то ни стало. Поэтому сейчас Тяньдзунь ждал Чжунхэня – хранителя Баланса и пути. Нужен был его дар Предвидения и неуклонное стремление к порядку.
Хранитель Баланса появился в зале казалось бы из пустоты. Высокий, прямой, с серебряной лентой на глазах, что указывало на его беспристрастность. Почти белые волосы собраны в безупречный узел на голове и заколоты заколкой из белого нефрита. Его ци виделось как безупречно ровное словно острие весов. Он подошел к трону Владыки и лишь слегка склонил голову, ведь он был тем, кто стоит между Небом и Пустотой.
– Пророчество Яоцзунь сбывается. – без предисловий заговорил Владыка Небесного царства. – Три строки пророчества ожили, Чжунхэнь. И Мы неминуемо приближаемся к Четвёртой. Баланс поколеблен. Ты чувствуешь это?
– Я чувствую, Владыка. – холодно согласился небожитель. – Плотность Закона ослабевает. Ци в нижних мирах движется вопреки Пути.
– Все верно, – кивнул Владыка и сложил пальцы домиком перед собой, опираясь на подлокотники своего трона. – Тогда ты, наверняка, знаешь, зачем ты здесь.
– Мое предназначение следовать Тян Дао… – кивнул Чжунхэнь, – все что нарушает принципам небесного пути должно быть уничтожено.
– Возможная встреча смертной Циньяо и демона Бэй Мо разрушит сам принцип Тянь Дао, – холодно заговорил Владыка.
– Этого нельзя допустить. – согласился хранитель пути.
– Тогда останови их, – сдержанно выдохнул Тяньдзунь.
– Остановить? – в голосе Чжунхэня не отразилось ни единой эмоции, только понимание, а Владыка продолжил:
– Если потребуется – уничтожь. – в голосе Верховного небожителя прозвучала решимость. – И её, и его. – сделал глубокий вдох. – Даже если их души будут очищены в Океане Пустоты. Даже если их смерть проявится раной на Девяти Небесах. – чуть подался вперед. – Ты – весы мироздания. Не позволяй их чувствам перевесить законы Пути.
– А если мы не правы?
– Тогда, Чжунхэнь, это будет моя вина, и мне будет суждено ее нести. А ты – так и останешься Хранителем баланса. – Владыка опустил руки на подлокотники трона и кивнул Хранителю.
Перед тем как уйти, Чжунхэнь поднял голову и посмотрел в Круг Кармы. В центре начала проявляться фигура Циньяо, окутанная лунным светом… и за её спиной – лишь тень, багровая, но в ней не чувствовалось зла или тьмы. Владыка внимательно наблюдал за Хранителем баланса и ждал его решения. Перед тем как исчезнуть, тот прошептал:
– Я иду. – и растворился в воздухе.
Тяньдзунь выдохнул. Он знал, что приверженец порядка и баланса Чжунхэнь непременно проглотит сказку о нарушении Пути. Ирония происходящего была еще и в том, что еще будучи совершенствующимся смертным Тяньдзунь был братом Уханя по школе. Они оба шли нога в ногу по ступеням восхождения, но один в итоге выбрал путь воина, став богом Войны, а второй – путь безэмоционального вознесения, отказавшись от всего – чувств, памяти, любви, истинного имени… за что получил имя Хранителя баланса и стал весами Бесконечности.
Чжунхэнь – не демон, не небожитель и не человек. Он – воплощенная воля Дао, созданный Небесами, чтобы уравновешивать перегибы судьбы. Он появлялся всякий раз, когда мир склонялся в сторону "избытка страсти" – любви, ненависти, воспоминаний, и появлялась необходимость вернуть баланс, избавиться от вероятности разрушения. Он исполнительный меч Пути равновесия. И сейчас Тяньдзунь готов был получить желаемый покой даже таким способом.
Хранитель баланса появился в зале своего храма Облачного пути. Он чувствовал перемены в пути, но они происходили уже давно. Всякий раз пытаясь проследить их он натыкался на чью-то завесу и не мог через нее пробиться. Кто-то могущественный скрывал суть перемен и причины их возникновения.
Чжунхэнь решил присмотреться к этой смертной, потому что все указывало именно не нее. И если нарушителем баланса станет именно она, то ему придется ее устранить. Дабы баланс восстановился, и Путь вернулся на исходное направление.
Глава 11. Меч – Покоритель душ
Домик Ли Шиу был неподалеку. Они дошли довольно быстро, хоть и не торопились. Мастер Вэй терпеливо отвечал на вопросы Циньяо о ее новых обязанностях и успокоил тем, что пока что было принято решение не нагружать ее учениками, коих и не было так много. Но как только ее успехи станут очевидными ей дадут ученика и тогда ее обязанности расширятся.
Они поднялись на две ступеньки и становились перед раздвижными дверьми. Мастер Вэй без предупреждения открыл дверь и сняв обувь вошел.
– Всем доброго утра. – За столом сидел мастер Юй и Ли Шиу, которые тут же подняли навстречу им головы и расплылись в улыбке.
– Наконец, Юй, уже собирался идти за вами. – выдохнула Шиу.
– Вы долго шли… а у нее сегодня первое занятие.
– Да, – кивнула Шиу, – Мне поручили заняться с тобой путем меча, так что будем выковывать из тебя духовный меч школы.
Циньяо отступила на шаг, потому что знала, что из всех мастером меча Шиу была едва ли не самой требовательной. Все, кто учились у нее, часто жаловались на сложность ее занятий.
– Стой! – строго заговорила Шиу и поднялась перехватывая девушку за запястье. – Садись и поешь, тебе нужны силы для тренировок.
– Может не нужно… мне еще работу каналов налаживать.
– Успеешь, – отмахнулась Шиу и усадила Циньяо за стол. Поставила перед ней пиалу с рисом, рыбу и овощи. – приятного аппетита.
Все принялись за еду. Циньяо то и дело поглядывала на своих бывших мастеров. Как же непривычно было осознавать, что теперь они отличаются только шагами, на которые продвинулись по пути мастера.
Едва с завтраком было покончено брат Вэй взял слово и серьезно заговорил:
– Я долго думал, какой подарок тебе сделать, советовался со старейшинами и в итоге наставник Юйлао принес мне флейту… покажи им Циньяо. – девушка достала из наплечной сумки, которую всегда носила с собой, коробочку и положила ее на стол, сняла крышку.
– Оооо… – в голос восхитились Юй и Шиу.
– А что это? – спросила старшая сестра за что получила удивленный взгляд обоих братьев. Циньяо сдержанно прыснула в кулачок. – Что?
– Это духовный артефакт. – покачав головой, серьезно заговорил брат Вэй. – Флейта Потерянных Душ. Говорят, что если найти правильную мелодию, можно переписать с ее помощью историю мира. Я вот думаю почему наставник решил передать его именно тебе, ведь он считается опасным.
– В смысле? – переспросила Шиу.
– Он может отобрать душу у того, кто его использует, – пояснила Циньяо, чем вызвала удивление у старших. – Флейта может влиять на судьбу владельца, переписать его путь. – брат Вэй кивнул.
– Нда, уж… – вздернула бровь Шиу и поднялась. – Любите вы мастера духа всякие пугающие артефакты использовать.
– Хм, – усмехнулся Вэй.
– Да, да… а твой веер духовных молний, что бьет по душе, не раня тело… – она открыла дверцу невысокого шкафчика за спиной и вынула нечто завернутое в ярко желтую шелковую ткань. – Основатель Шин сейчас в отъезде, но просил наставника Лянь тебе кое-что передать. – она положила сверток на стол перед Циньяо, что удивленно смотрела на дорогую ткань, в которую был завернут, судя по форме, меч. – По его мнению тебе следует идти двумя путями, так что нужен не только духовный артефакт. – она развернула ткань и там действительно оказался меч. Утонченной формы, чуть длиннее локтя девушки. Рукоять из серебристого отполированного дерева слегка поблескивала в солнечных лучах. – Это Покоритель душ. – Вэй вздернул бровь, а Шиу закатила глаза. – Да, да… тоже духовное оружие, но это все же меч. – приподняла его над поверхностью стола и, перехватив рукоять, большим пальцем надавила на тончайшую гарду. С тихим шелестом меч заскользил в ножнах, обнажив на ширину пальца перед ними тонкое словно луч света лезвие. – Духовное железо. – ответила Шиу на молчаливый вопрос. – Не поддается повреждениям и способно нанести удар не только плоти, но и самой сути противника. Поговаривают, что те кто обладал им, говорили с ним как с живым существом. – Вэй скептически посмотрел на Шиу, которая загадочным голосом продолжила. – А еще говорят, что его выковал сам Мастер Линь Фен, мудрейший мастер меча, который был способен побеждать противников одним взглядом. – лицо старшей сестры приобрело мечтательное выражение. – Мастер Фэн создал этот меч, чтобы побеждать без крови, сокрушая не тело, а дух. Он верил, что настоящий победитель – тот, кто может «покорить» душу своего врага, заставив его сдаться до того, как меч коснется его тела.
– То есть мой веер это жуть, а вот это в порядке вещей? – с издевкой спросил брат Вэй. Брат Юй тихо засмеялся.
– Я сразу предупредила, что это духовный меч… не знаю, где его взял основатель, и почему он не среди ваших артефактов хранился, но… теперь он твой. – посмотрела на опешившую Циньяо.
– Я не понимаю… – покачала та головой.
– А что понимать то? – фыркнула Шиу. – Твое испытание нам показало, что тебе предстоят нелегкие испытания и наставники решили тебе помочь.
– Только вот, что флейта, что меч, способны подавить своего владельца и скорее это не помощь, а еще одно испытание, – резонно заметил Вэй, сложив руки на груди и рассматривая оба артефакта, что теперь лежали на столе.
– Хочешь сказать, – заговорила Шиу, – наставники решили испытать Циньяо с самого начала? – Брат Вэй кивнул. – Но зачем? Она же только ступила на путь мастера.
– Их напугало то, что они увидели в зеркале, и если она выдержит силу артефактов и не превратится в демона без души, то они молодцы. Если не выдержит и скатиться во тьму, то они тоже молодцы, ведь артефакты не дадут ей в этом случае натворить бед.
– Как жестоко! – выдохнула Шиу.
Циньяо вынуждена была согласиться с бывшим мастером. Все это действительно походило на первое испытание, которое ей предстояло пройти. Не только научиться использовать эти древние артефакты, но и не поддаться их воздействию. Со вздохом девушка взяла артефакты и закрепила их на поясе шнурками. Тем самым согласилась на прохождение этого испытания и теперь должна была приступить к новым тренировкам.
Глава 12. Демонический совет
Чи Мо Цзие – мрачное место, не просто мир демонов, скорее трещина мироздания созданное еще во времена Первородной войны, как кровоточащая рана, пульсирующая Гневом и страхом. Место, где не действовали законы Небес, где время и пространство изломаны.
Всегда багровое небо, словно тысячи богов пролили свою кровь и окрасили его красным. Земля черная выжженная пустыня, с торчащими то тут то там зубцами черных обсидиановых скал, испещренная глубокими трещинами, из которых вырывалось проклятое Ци, ядовитое даже для некоторых богов.
Кое-где разрушенные дворцы, цитадели древних повелителей демонов, имена которых никто не помнит, потому что они стерты из истории самим временем. Сейчас Чи Мо Цзие населяли те, чья воля поглощена Тьмой, те чьи эмоции разрушены настолько, что стали чудовищами. Каждого можно убить, но на его месте появлялся другой в новой форме. В центре Мира демонов Ущелье Великого забвения, где когда-то давно был повержен сам Бог Разрушения, именно здесь нашли свой последний приют осколки его души, и именно они дали начало для создания этого гиблого места.