Игрок зеркальной партии

Часть 7

Вначале он приметил видного мужчину. Окладистая борода, добротный сюртук с отворотами, сапоги, начищенные до блеска, выдавали в нем крепкого торговца средней руки. Мужчина сел за стол в одной из ниш и бережно положил перед собой бумажный кулек, из которого выглядывали белоснежные ромашки. Пригладил бороду, приосанился и стал ждать.

Ждал и Митя.

Хозяин заведения меж тем принял у посетителя заказ, и вот уже перед мужчиной появилась кружка пенного и раки, по виду ничуть не хуже тех, что бывший маг пробовал вчера в кабаке у Кокушкиного моста.

Стукнуло девять, а незнакомка, которую ожидал торговец, не появилась. Мужчина все чаще одергивал полы сюртука, поглядывал на вход и хмурил брови. Митя переживал вместе с ним, чуя, что вот-вот случится нечто важное.

Когда стрелки приблизились к половине десятого, в портерную зашел еще один посетитель. В пиджаке, картузе набекрень – точно с гулянки, сапоги гармошкой, полосатый жилет пересекает цепочка часов. Безусый и безбородый, зато волосы взъерошены. Вот он остановился посреди зала, огляделся, одарил веселой улыбкой хозяина и с легким прищуром посмотрел на присутствующих.

Даже без магии Митя понял: это именно тот, кого он ждал. И сейчас маг изучает собравшихся, поглядывает – нет ли среди них другого волшебника или, может, оборотня, любого, кто ему помешает.

На мгновение взгляд безусого задержался на Мите, и тот, нервно икнув, ссутулился у стойки в надежде, что его примут за пьяного. Видимо, пришедший не увидел в нем опасности и, повернувшись на каблуках, вдруг направился к столу в нише – тому самому, за которым сидел в тщетном ожидании торговец.

Безусый коротко кивнул ему, как бы испрашивая разрешения занять свободное место, и, не особо дожидаясь ответа, уселся напротив бородача. Что-то спросил, но Митя, увы, не услышал. Затем вскинул руку, и хозяин опрометью кинулся к ним, принимая заказ.

Пока пиво наполняло две кружки, а сухари сыпали в чашку, безусый и бородач завели беседу.

Митя же, выудив из кармана волшебную трубу, исподволь глянул на пришедшего. Он даже затаил дыхание и, узрев его сияние – точь-в-точь как свеча на рождественской елке, – облегченно выдохнул. Чутье его не подвело: перед ним был маг. Оставалось понять, что он задумал.

– Вы еще что-то будете, а? Ежели нет, так место не занимайте, – раздалось над ухом.

Митя, вздрогнув, уставился на хозяина портерной, досадуя, что тот отвлекает его от наблюдения:

– Давайте еще кваса, изумительный он у вас.

– Второй час сидите, а все квас цедите. Уж если нет денег на пиво или вино, так чего место занимать-то?

– Доктор запретил, – ловко соврал Митя, морща лицо так, что шрам искривил его до неузнаваемости. – Понимаете?

Покачав головой, будто не одобряя выбор, хозяин вновь наполнил кружку и так шмякнул ее о стойку, что часть кваса выплеснулась, попав на рукав сюртука.

Митя хотел было возмутиться, но проглотил обиду. Сейчас ему было не до разборок с хозяином портерной – ведь намечалось нечто важное. Оставалось понять что.

И все же что-то он упустил. Разговор за столиком стих. Торговец, сумрачный, темный лицом, молча таращился на мага. Тот, в свою очередь, поглядывал на брегет, лежащий в широкой ладони и поблескивающий круглым стеклом.

Митю распирало изнутри: желание подскочить, стукнуть мага, обвинить его в колдовстве. Но увы – он не мог. Хотя бы потому, что не знал: действительно ли негодяй сейчас накладывает невидимые чары или просто сверяет время. Поди угадай.

Митя снова взялся за артефакт, но именно в этот момент маг захлопнул крышку часов, сунул их в карман. В тот же миг бородач, так и не дождавшийся пассии, поднялся из-за стола, позабыв на нем ненужный теперь букет, и быстрым шагом направился к выходу. В руке его что-то блеснуло, и Митя едва не подавился квасом, сообразив, что это револьвер.

Был ли он у торговца раньше или оружие передал ему маг – оставалось загадкой. Однако стало ясно: надо бежать за ним, ведь ничего хорошего от очарованного человека с револьвером ждать не приходится.

С другой стороны, Митя не мог упустить из виду мага. Разве повезет так, чтоб еще раз с ним встретиться буквально нос к носу?

Скрепя сердце он остался на своем месте. Большими глотками опустошил кружку и ощутил, как дрожит рука от ожидания и внутреннего напряжения.

Впрочем, долго ждать не пришлось. Неизвестный маг махнул хозяину картузом, одарил собравшихся улыбкой и направился к выходу. Насвистывая на ходу мелодию, слишком знакомую, чтобы не узнать.

«Калинка-малинка» эхом разнеслась в зале.

Митя не стал дожидаться, когда она стихнет, а опрометью выскочил на улицу следом за подозреваемым.

Маг не спеша шел по улице в сторону Александровского сада, и Митя следовал за ним, надеясь, что тот не заметит слежки.

Когда уже стала слышна музыка, льющаяся из-за ограды, и аромат жасмина наполнил воздух, маг вдруг остановился, достал карманные часы, взглянул на них и кивнул, будто сам себе. И в тот же миг в отдалении раздался хлопок.

Поначалу Митя даже не понял, что это, но тут раздался еще один… и еще. Послышались истошные женские крики. Взвизгнула скрипка, взмыли в вечернее небо перепуганные птицы, оркестр смолк.

Не дожидаясь продолжения, маг скрылся меж домов, и Митя опрометью кинулся за ним. Влетев в узкий проулок, он сразу же увидел негодяя. Тот, все еще насвистывая «Калинку», чистил подошву сапога о решетку. Будто бы ничего и не случилось.

Не задумываясь, что будет дальше, Митя бросился вперед. Маг, услышав его шаги, удивленно обернулся, но прежде чем он успел использовать зеркальные силы и поразить нападающего, Митя со всей силы, на какую был способен, врезал ему в висок кулаком железного протеза.

Маг выпучил глаза, хлопнул ртом, будто снулая рыба, затем веки его задрожали, и он рухнул без чувств прямо в грязь.

«Неужто убил?» – мелькнула тревожная мысль.

Митя опустился на колени и прижал пальцы к шее, где под воротником тукала синяя жилка. Маг оказался живуч, чему Митя несказанно обрадовался. А то вдруг пришиб бы ненароком – поди потом объясни в департаменте, что именно этот гад людей морочил. Как его там Клавдия назвала? Кукольник?

Оставалось позвать на помощь. Раньше он бы связался по зеркалу – и делов-то, но теперь ему необходимо было отлучиться, чтобы разыскать городового и, объяснив ситуацию, доставить подозреваемого прямиком в руки Зеркальщиков.

– Лишь бы не очухался и не сбежал… – прошептал Митя.

Тут ему в голову пришла идея. Ловко развязав шейный платок, он скрутил поверженному магу за спиной руки.

– Теперь, если и очухаетесь, господин, так много не наколдуете, – процедил он и повернулся к выходу из переулка, чтобы найти помощников.

Не успел Митя сделать и пары шагов, как в проулок вошли двое. Хмурые, крепкие. От них так и разило опасностью.

– Господа, – Митя постарался говорить твердо, – не могли бы вы помочь мне и позвать городового? Имеется неотложное дело.

– Не могли, – процедил один из них, доставая из кармана револьвер.

Второй лишь усмехнулся – и вот уже в его руке блеснул нож. Длинный, с широким лезвием. Тот самый, что Митя видел прошлой ночью.

– Господа, позвольте сказать… я маг. И если вы решили меня ограбить, то не стоит этого делать. – Митя прищурился, надеясь, что блеф сработает.

Мужики переглянулись и впрямь замешкались, но радоваться было рано.

Скользнув, точно тень, в переулок, появился третий человек. Вытер вспотевшую лысину платком, вздохнул, глядя на Митю, и улыбнулся ему почти по-дружески:

– Добрый вечер, Дмитрий Тихонович. Рад вас снова видеть. Слыхали? В Александровском саду стрельба. Как вы себе такое представляете? Стрельба в людном месте – это ж уму непостижимо!

Серый человек покачал головой и перевел взгляд с Мити на лежащего без чувств мага.

– Я так понимаю, именно этот человек стоит за случившимся?

– Не знаю, о чем вы говорите, – слишком резко ответил Митя, заслоняя собой мага. – И просил бы вас либо помочь, позвав городового, либо не мешать.

– Да разве мы мешаем, Дмитрий Тихонович? – искренне удивился лысый. – Разве ж мешаем? Мы, наоборот, добра желаем горожанам. А этот, так сказать, человек, наоборот, столько крови попил у добрых людей. Вы ведь тоже это знаете? Правда? И что, вы собираетесь его от нас защищать?

– Я собираюсь доставить его в департамент, и пусть там его судят по уставу Зеркальных магов, – хмуро переводил взгляд с одного мужика на другого.

Он понимал: не успеет даже добежать до них, как его настигнет пуля. А если и добежит – получит удар ножом. И скорее всего, умрет здесь, в грязном переулке.

– Вижу, друг мой… я ведь могу вас так называть? – уточнил Серый человек. – Вы ищете решение, как остаться в живых. Так я вам подскажу: вы сейчас уходите отсюда и больше не вспоминаете о проходимце.

– А вы используете его магию в своих целях? – Митя подался вперед.

– Боже упаси! Нам хватает своих методов, и ваши колдовские фокусы нашей братии ни к чему. Опять же, этот человек огорчил одного из нас… да и в целом поднял на уши всю полицию плюс силы магического департамента. И я бесконечно рад, что попросил своих ребят присмотреть за вами, Дмитрий Тихонович. Сердцем чуял, что вы нам поможете. Вот, не подвело чутье-то.

Лысый вновь улыбнулся.

– Ну, все, давайте – ступайте прочь и радуйтесь жизни. Договорились?

– Нет, – тяжело ответил Митя, готовясь к драке и заранее понимая, что проиграл.

– Ах, какой вы, право слово, упертый… Ну что ж, это ваш выбор.

Серый человек поморщился, затем сделал знак. Вперед вышел мужик с револьвером, и Митя понял: или сейчас, или никогда.

Закричав, чтобы хоть как-то подбодрить себя, он кинулся на стрелка – и именно в этот момент прозвучал выстрел.

Иннокентий Васильевич то и дело нервно приглаживал редкие волосы. В правой руке он держал красную сафьяновую папку и сжимал ее так крепко, что побелели костяшки пальцев.

– За что мне такое наказание, как вы, Демидов? – прошипел он, косясь на Митю. – Почему вы сидели тихо, покамест вами занималась госпожа Строгонова? Или это ваше безумие заразно, раз и с ней приключилась оказия?

– Клавдия Александровна здесь абсолютно ни при чем, – предупредил бывший маг, хмуро глядя на сопровождающего. – И я попросил бы не порочить ее имя – ни в моем присутствии, ни даже в мыслях.

Иннокентий Васильевич дернул подбородком и уставился перед собой, словно желая испепелить взглядом высокие дубовые двери приемной залы Зеркального департамента, за которыми заседал Малый Зеркальный совет.

Митя тоже не рвался поддерживать беседу – ему и без того хватило объяснений. Сначала он пытался убедить городовых, что не стрелял в погибшего господина, что убийство – дело рук неизвестных ему людей. Скорее всего, местных бандитов. На вопрос, отчего мертвец связан его, Мити, платком, если напали бандиты, и при этом сам Демидов жив, бывший маг и вовсе запутался в объяснениях. Потом пытался пояснить это в участке, затем в департаменте, куда его доставили по велению Иннокентия Васильевича. И вот теперь он ожидал от судей решения насчет своей участи, прекрасно понимая, что все аргументы не в его пользу. Окомотограф покажет, что именно он оглушил застреленного мага, последний вздох в лучшем случае выдаст мелодию ненавистной «Калинки-малинки».

– Почему я не предъявил ему обвинения прежде, чем ударить? – в который раз укорял себя Митя и тут же находил оправдание: – Потому что тогда он использовал бы магию, и задержание не удалось бы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.