Титул феникса. Последняя битва.
Мы оказались в той самой комнате, куда зашла Ванесса при нашем первом посещении этого дворца. Слева стояла большая кровать с балдахином, справа, напротив нее, — светлый резной комод, заваленный разными украшениями, и шкаф рядом с ним. На противоположной от двери стены находилось окно арочной формы с узорами на раме. Только я собирался приступить к поискам, как шум в коридоре стал четче. Я приложил ухо к деревянному полотну и прислушался.
— Как он смог выбраться и уложить парней? — в ярости рычал бладгром.
— Понятие не имею, но нужно найти его, пока об этом не узнал Дроган или, того хуже, Феррит, — отвечал его напарник.
— Согласен. Иди сообщи остальным, пусть начнут поиски, а я пока вытру кровь, чтобы полубог не узнал раньше времени о нашем провале.
Я обернулся. Ант уже раскрыл комод, вытащил оттуда красный корсет и рассматривал его на вытянутых руках.
— Знаешь, а мама Ванессы — шикарная женщина, если не учитывать характер, — ухмылялся он.
— На это нет времени, ищи кинжал, — буркнул я и бросился осматривать кровать.
— Так я этим и занимаюсь: мало ли куда он мог завалиться.
Он открыл второй ящик и выудил оттуда длинный черный чулок.
Я закатил глаза.
Ощупав подушки, матрас, осмотрев прикроватные тумбы, заглянув за все картины, я так ничего и не нашел. Ант все же отвлекся от бессмысленного разглядывания женского белья, перерыл комод и рядом стоящий шкаф. Из всей кипы одежды вывалился только один знакомый мне кинжал — с рукоятью из оленьего рога, зеленым алмазом в торце и надписью «Неистовая» у основания. Ванесса обрадуется, если я верну ей подарок Кенаи. Я закрепил оружие за ремень на бедре и направился к выходу. Ант отстал. Когда я обернулся, то увидел, что он стоит в новой рубахе, видимо Дрогана, а кровавую запихивает под кровать. Он вытер лицо и волосы краем балдахина, после чего подошел ко мне. До чего же странный тип.
Покои Феррита, по словам Анта, находились справа за троном. Я вспомнил, что когда мы были там с Ванессой, комната состояла из двух этажей: на первом находился длинный стол на двенадцать персон, а на втором — уже непосредственно спальня. Дойти туда незамеченными — довольно сложная задача. Слишком много открытого пространства, где мы как на ладони.
Я расставил руки, прижался спиной к шлифованной аметистовой стене и осторожно, на цыпочках, двигался к тронному залу. Мимо меня с наглым смешком прошел Ант. Я посмотрю на эту ухмылку, когда нас поймают по его вине.
Однако в тронном зале никого не оказалось. Мы спокойно прошли через него и проникли в комнату.
— Где все бладгромы? — удивился я.
— Их поселили в домах снаружи; здесь же остались только самые приближенные слуги Дрогана.
Мы разделились. Ант искал на первом этаже среди книг, которые стояли в вырезанной каменной нише, а я направился в спальню.
Я прочесал всю кровать, длинный бордовый диван и узкий книжный шкаф, который стоял рядом с ним. Из блестящих сундуков я со злости вытряхнул все содержимое на пол, после чего ощупал каждую вещь. Как бы мне не хотелось, но я даже просмотрел все уголки уборной. Ни-че-го.
Когда я спустился вниз, то в надежде взглянул на Анта. Он опустил уголки губ и пожал плечами.
— А где они? Мы так свободно рыскаем в их покоях, что я удивлен, почему нас еще не схватили, — я обвел руками комнату.
— Кассия, Феррит и Дроган собирались поужинать, а после прогуляться до возводимого дворца в Трэиндоре.
— А ты?
— А у меня скрутило живот, — Ант заговорщически подмигнул мне.
Удивлен, что Феррит в это поверил. Кому, как ни ему, знать, что только полубоги страдают от простых смертных болезней.
Я приоткрыл дверь, убедился, что в тронном зале никого, и вышел наружу. Ант последовал за мной.
— Выйдем так же, как и зашли: я видел, как Феррит открывал проход, — прошептал Ант.
Мы направились к противоположной стене. Из аметистового коридора доносились голоса. Они слишком быстро приближались, и через пару секунд четверо бладгромов ворвались в зал. Мы не успели придумать ничего лучше, как спрятаться за железный трон, который стоял на небольшой возвышенности из камня.
— Ищите лучше: не мог же он так быстро испариться! — вопил один из бладгромов.
Слева от нас, сквозь узкие вырезанные в ряд длинные окна, в помещение проникал ярко-оранжевый свет. День близился к завершению, и небо покрывали закатные лучи. До бладгромов свет не доходил, и они стояли в тени. Поэтому не заметить крохотного зайчика, который отражался от меча Анта, было просто невозможно. Я поздно сообразил, отчего на лице одного из громов бегает полоска света. И когда дернулся в сторону Анта, чтобы отвернуть меч, монстр уже шел к нам.
Черт возьми!
Я вынул кинжал, крепко сжал его в руке и приготовился к бою.
Как вдруг земля под ногами содрогнулась, люстра на каменном потолке затряслась. Сверху посыпались обломки аметиста, пыль и скалистые кусочки. Звон от оглушительного удара по горе Орн ввел бладгромов в замешательство. Я и сам не понял, что произошло. Единственным объяснением было то, что Ант вызвал молнию, но, когда я вопросительно уставился на него, он покачал головой.
Проход в скале открылся, и внутрь вбежали Феррит, Кассия и Дроган. Мама Ванессы выглядела напуганной: она вжималась в своего монстра так, что ее ногти царапали кожу на его руке.
— Значит, такой расклад ты не учел? — возмутилась она и ткнула указательным пальцем Феррита в грудь.
— Не совсем, — спокойно ответил полубог, — но я все решу, — он повернулся к бладгромам, которые нервно переминались на месте, ожидая взбучки, — приведите сюда пленного.
— Дело в том, что… — начал один из монстров.
Вокруг Феррита собралось облако серого тумана. Даже я ощутил волну гнева, что исходила от него.
— Он… сбежал… — смог наконец закончить бладгром.
Лицо Феррита исказилось злобой, он поднял руку и резко сжал ее в кулак. Голова бладгрома разлетелась на мелкие кусочки. Тело рухнуло, и кровь, фонтаном хлеставшая из него, испачкала Ферриту длинный пурпурный плащ.
— Найти его! — взревел он.
Оставшиеся бладгромы разбежались по сторонам.
На поясе Феррита я заметил ножны, из которых торчала костяная рукоять с оправой из золота и вставкой из пирита. Вот и кинжал. Я указал на него Анту, и тот, не раздумывая, вышел из укрытия. Я не успел остановить его и присел пониже, чтобы меня не увидели.
— Феррит, мальчик мой, что-то случилось? — с наигранным сочувствием обратился Ант.
— Случилось то, что я не учел полного безрассудства этой особы, а еще того, что народ Форретии предан ей так же, как и своему королю, — Феррит истерично рассмеялся. — Я-то думал, что она испугается за своего мужа и прибежит обменять его на себя, а она, недолго думая, вторглась сюда с армией.
На лице Кассии на секунду отразилась гордость, но затем выражение снова сменилось на страх.
— Вместе мы справимся с ней, — успокаивающим тоном начал Ант и похлопал Феррита по плечу, — я слышал шум в спальне Кассии: возможно, этот подлец прячется там. Найдем его, и с помощью шантажа сможем все остановить.
Феррит закрыл проход на свободу, и они все вместе поспешили в аметистовый коридор.
Я выбежал из укрытия и сразу же бросился в сторону с темницами, чтобы уйти так же, как в прошлые разы. Только я коснулся ручки двери, как она распахнулась, и передо мной оказалось пятеро бладгромов. Я попятился назад, выставил в их сторону кинжал.
Дела плохи.
Когда спиной я уткнулся в начало каменных сидений, то вспомнил, что дверь слева от меня ведет на винтовую лестницу вверх. Без раздумий я распахнул ее и вбежал внутрь. Перепрыгивая через ступеньки, я несся на самый верх. Парни, которых в прошлый раз Кенаи отправил на разведку, сообщили, что в конце находится пик горы с ровной площадкой. Не знаю, как меня должно это спасти, но я хотя бы уберусь подальше от Феррита и его способности превращать мозги в кашу.
Бладгромы позади меня издавали рокочущие звуки. Они практически наступали мне на пятки. Икры ног забились так, что при каждом шаге в бедро отдавала судорога. По щекам и спине стекал пот. Дыхание сбилось, и я больше напоминал кашлявшую шерстью кошку.
Когда на стене появился теплый свет, у меня открылось второе дыхание. Превозмогая боль в ногах, я бежал по лестнице еще быстрее.
Легкий мороз встретил меня обжигающим ветром, как только я очутился на улице. С горы открывался обширный вид на всю Сэлостэйру, которым мне некогда было любоваться из-за монстров у меня за спиной. Ноги едва подчинялись, и я с трудом смог отстать от бладгромов на несколько метров. Они знали, что выхода у меня нет, разве что спрыгнуть вниз.
Медленно они наступали, загоняя меня в ловушку. Я пятился к концу ровной площадки, за которой был подъем на самый пик. Не уверен, что с трясущимися ногами смогу взобраться на него.
Позади меня раздался звук крыльев, затем легкий удар о скалу. Я не оборачивался, страшась упустить монстров из виду.
Громкий оглушительный крик прозрачной волной пронесся рядом. Бладгромов снесло с ног и протащило по земле. Еще один крик — и монстры с жутким воплем сорвались в пропасть.
— Заждался, любимый? — услышал я мягкий и такой родной голос.
Глава тридцать шестая
Ванесса
Я заметила несколько бегущих по скале темных пятен и не знала, он ли это, но сердце подсказывало проверить. Облегчение, которое я испытала при виде Ривена — живого, не раненого, — успокоило меня.
— Как ты выбрался? — спросила я, пока он запрыгивал на Бруно.
— Ант помог, — я резко обернулась. — Потом расскажу, но он вроде как заодно с нами.
Мы взлетели.
— Мощный удар в гору — это ты? — спросил Ривен, сжимая руки на моей необъятной талии.
Я усмехнулась от слова «мощный».
— Увидела бегущих Феррита с Кассией, хотела попасть, но они оказались довольно шустрыми, когда боятся.
Улыбка сползла с моего лица, когда мы пролетали над академией. Живой огонь быстро распространялся от дома к дому. Бладгромы выползли из своих убежищ и с удвоенной яростью нападали на солдат. Нас было больше, но только благодаря людям. После прошлого сражения приплывшие к нам на помощь ликаны вернулись обратно. Поэтому сейчас воевали лишь те, кто живет в Форретии.
В этот раз я также распорядилась отправить детей и женщин на другой остров, однако согласились не все. Ликаны поголовно с детства обучаются базовым знаниям владения оружием, поэтому множество женщин, никогда не участвовавших в битве, сейчас сражались наравне с остальными. Те из них, кто позабыл, как держать в руке меч, нападали в облике волков.
— Пообещай, что не спустишься туда, — с тревогой в голосе проговорил Ривен и протянул мне подмышкой кинжал — тот самый, который мне подарил Кенаи.
— Мы же не можем бросить их одних.
— Я и не прошу. Спусти меня вниз, а сама помогай с воздуха.
Он погладил мой живот, уткнулся носом в шею и нежно зарылся в волосах.
Я кивнула и попросила Бруно опуститься на крышу одного из не объятых пламенем домов.
— Береги себя! — крикнул Ривен, спрыгивая с крыши на бладгрома, который удерживал солдата Трэиндора за горло.
Я тяжело выдохнула, сжала руки в кулаки.
— Ну что, Бруно, устроим монстрам кровавый переполох?
Гаргулья издала протяжный рокочущий рев и взмыла в воздух.
К сожалению, мой план Б провалился. Мы с Бруно летали на Керский остров, чтобы просить о помощи Шаха. Он едва не сожрал меня за длинный язык и повелительный тон. Сказал, что он лучше снова погрузит всех в вечный сон, нежели вновь встретится с Ферритом. Стоя рядом с его внушительным размером, я никак не могла понять, почему он так боится его.
Ну, зато Бруно повидался с семьей и немного воспрял духом.
— Слева! — крикнула я.
Руна орудовала мечом плавно, легко и точно. Она ранила бладгрома в плечо, вымотала его множеством атак, но со спины к ней крался другой противник, которого она не видела. Бруно со скоростью ветра нырнул вниз и схватил его передними лапами.
— Готова! — предупредила я.
Гаргулья ловко подкинула монстра вверх, я направила крик в точку и размозжила ему череп. Мы проделали так еще несколько раз: когда бладгромы окружали Мавроса и когда один из них уже сидел на спине Кенаи, пока другой наносил удары по лицу.
Запас моих сил хоть и стал больше, да и восполнять их стало легче, но на это требовалось время. Если появится Феррит, я должна быть готова.
— Я не могу использовать силу так часто. Нужно как-то собрать монстров в кучу, чтобы ударить один раз, — поделилась я с Бруно.
Черный густой дым все больше покрывал небо вокруг нас. Глаза слезились, я с трудом могла что-то разглядеть. Когда мы вторглись в Трэиндор, армия из крепости Тус была вооружена сосудами с живым огнем. Они поджигали ткань, опущенную внутрь, и бросали в дома, откуда показывались монстры.
Небольшое количество людей, которые не успели или не захотели в прошлый раз покинуть город, мы с Бруно благополучно вынесли за пределы. Конечно, при виде большого серого существа с крыльями и уродливым лицом, как у бладгрома, все бросались в бегство. Они колотили его по лапам, бранили, кто-то даже умудрялся кусать, но я рада, что Бруно не разозлился и помог.
Тем временем мы кружили в нескольких метрах над землей, потому как сверху из-за дыма уже трудно было что-либо разглядеть. Судя по тому, как слаженно солдаты академии отступали к открытой площади рядом с главными воротами в город, я поняла, что Бруно попросил их заманить монстров в ловушку. Часть парней оказалась сильно ранена. Кровавые дорожки тянулись следом за ними. Их лица покрывал пот вперемешку с черной копотью. Они едва отражали слишком быстрые удары когтей.
Десять бладгромов победно рассмеялись, когда загнали ребят в угол. Расстояние между ними значительно сокращалось. Бруно пытался подлететь так, чтобы закрыть собой парней, но из-за стены и бладгромов он мог сесть только сверху.
— Прижмитесь к стене, быстрее! — завопила я.
Пока монстры пытались понять, что происходит, Бруно с громким ударом рухнул перед ними на землю. Я вскочила на ноги и закричала. Парочку впереди стоящих бладгромов разнесло на кусочки, остальных откинуло в стороны, где ликаны отгрызли им головы.
Парни позади издали восторженный клич. Не теряя времени, мы полетели на помощь остальным.
Городские улочки тонули в кровавых реках. Трупы глазели на нас своими безжизненными стеклянными зрачками. Головы монстров, словно мячи, катались по дорогам, путаясь в ногах. В панике от огня спасался скот. Лошади топтали птиц, наступали на мертвые тела. Бладгромы специально ранили их, чтобы животные в безумном страхе сносили все на своем пути.
Около бара, в который мы заглядывали во время обучения, монстры окружили Кираз. Кадок и Йен пытались прорваться к ней, но не могли справиться со своими противниками. Подруга устало крутила мечом, отражая удары со всех сторон. Бладгромы играли с ней, как хищники с добычей.
Бруно прижал крылья к телу так, что мы ощутимо ускорились. Оставалось каких-то несколько метров, чтобы разорвать круг из монстров, как в нас полетела уже знакомая сетка с тяжелыми грузиками по краям. Бруно резко ушел влево, чтобы увернуться, снес собой телегу, и его закрутило так, что я едва не свалилась. Крепко стиснув тело гаргульи бедрами, я ухватилась за его рога.
Мы выровнялись, и я попыталась найти устройство, из которого стреляли сетью. Крик Кираз заставил меня обернуться. Бладгром, который находился за ее спиной, прижался к ней и впился зубами в шею. Напротив Кираз стояли еще двое: один вонзил когти ей в плечо, а другой слизывал кровь, которая текла по руке. Кадок с закрытыми глазами лежал на земле в нескольких метрах от нее. Я не могла понять жив ли он. Паника перекрыла доступ к воздуху. Я потянула Бруно за рога в сторону подруги. Мы успели оттолкнуть от нее двух монстров, и в нас снова выстрелили сетью. Она пронеслась мимо, но успела зацепиться за заднюю лапу горгульи.
«Она тянет меня вниз!» — вопил Бруно. — «Не могу скинуть!»
Он часто размахивал крыльями, но мы не двигались с места. Я увидела, как на парапете академии заряжают штуку, похожую на большой лук, только вместо стрелы — еще одна сетка. Слишком далеко для крика.
— Опускайся на землю!
Бруно подчинился, и, как только его лапы коснулись земли, пара бладгромов побежала к нам.
Черт возьми!
Я спрыгнула, вытащила кинжал, присела и принялась резать веревки. Краем глаза я наблюдала за тем, что новая сетка была почти готова к полету. Бруно качнулся, чтобы оттолкнуть от меня монстра, и запутал все еще сильнее. Я сосредоточилась, с силой оттягивала веревку от лапы и продолжала резать.
Быстрее, быстрее, ну же! Режься уже, пожалуйста!
Едва я закончила и вскочила, как бладгромы выпустили новую сетку. В эту же секунду справа от меня монстр занес когтистую руку для удара. Время словно замедлилось, а сердце забилось чаще.
Я отбила кинжалом атаку, ударила бладгрома в колено. Бруно дернул меня на себя, и мы перекатились на бок. Сетка пролетела мимо, а бладгрому снесла голову Руна.
— Да! — радостно выкрикнула я.
Я хотела снова запрыгнуть на гаргулью, но не смогла, когда увидела, как Йен одной рукой держит ослабленную Кираз, а другой отбивается от бладгрома. Я рванула к ним.
За спиной слышались тяжелые шаги Бруно.
Йен пропустил уже третий удар. Через все его лицо пролегли четыре глубоких пореза, кровь заливала глаза и он уже не видел нападавшего. Бладгром выбил меч из его рук и замахнулся. В ту же секунду я метнула в его голову кинжал, на бегу вытащила из-за спины меч, схватила его двумя руками и отрубила монстру руку. Он не успел дотянуться до ребят.
Бладгром зарычал от боли, вытащил из себя кинжал, бросил его на землю и двинулся на меня. Я попятилась, выставив вперед оружие, пока не уткнулась в каменное тело. Взгляд монстра поднялся наверх. Он заметно сглотнул, однако не отступил и замахнулся на меня здоровой рукой. Бруно моментально схватил его и отшвырнул аж до самой академии, где снова заряжали сетку.
Я откашлялась от дыма, терзавшего горло, подняла кинжал и подбежала к ребятам.
— Нужно отвезти их в безопасное место, — умоляла я гаргулью.
Йен помог осторожно посадить бледную Кираз на Бруно. Затем мы схватили бессознательное тело Кадока и с трудом заволокли его наверх. Я села перед Кир, чтобы она держалась за меня, а Йен сел за Кадоком, чтобы держать его.
Бруно взлетел в тот момент, когда в нас выпустили очередную сетку. Она снова просвистела мимо. Времени везти ребят за пределы не было, поэтому я попросила Бруно добросить их до леса за академией. Пусть находятся хотя бы подальше от огня.
Сверху я осмотрела масштаб бедствий и поняла, что мы проигрываем. Бессчетное количество наших людей либо лежали мертвые, либо истекали кровью, пока их заживо ели бладгромы. Безумный, душераздирающий крик звучал со всех сторон города. Запах гари смешался с едким железным запахом крови. Звон металла эхом проносился по всем улицам, где еще совсем недавно текла мирная жизнь.
На ступенях академии я увидела Ривена. Пара бладгромов наступала на него, в то время как позади поджидало еще четверо. Противника справа он ударил ногой в грудь, того, что был слева, полоснул по роже кинжалом.
— Нужно помочь ему! — надрывала я уже слегка охрипший голос.
Бруно скользнул вниз. Я приготовилась к крику. Мы снижались, чтобы я смогла откинуть четверых противников позади Ривена. Я слегка привстала, открыла рот. Но не успела…
Невидимый удар поразил нас раньше, чем я смогла использовать силу. Это было похоже на огромный валун. Нас откинуло в сторону. Бруно потерял сознание. Его голова безвольно тряслась, крылья ослабли. Мы стремительно падали. В ушах звенело от резкого снижения или же от самого удара. Я не знала, как лучше поступить: держаться за Бруно или же спрыгивать с него.
Кираз за моей спиной истошно кричала.
Я повернула голову в сторону дворца. Последнее, что я увидела, — бледное, уродливое от злости лицо, на котором поблескивали ярко-фиолетовые глаза.
Глава тридцать седьмая
Ривен
Внутренности связало в тугой узел, вытащило за пределы моего тела, покрутило и вернуло назад. Меня окружили, я не мог оказаться рядом, не мог помочь, не мог узнать, в порядке ли она.
Бруно камнем рухнул за академией. Я сразу же бросился в их сторону, но не ожидал, что за мной столько врагов. Один из них ударил ногой мне в челюсть, и я приземлился в лапы тех, с кем вел сражение несколько секунд назад. Мерзкая черная кровь из раны бладгрома, которого я ранил кинжалом, капнула мне на лицо. Они схватили меня за руки и держали, пока четверо других поочередно наносили удары. Одежда пропиталась кровью, мои грудь и живот походили на решето. Я стиснул зубы, чтобы не кричать.
Обратиться было единственным выходом, пока они не решились вонзить в меня свои ядовитые клыки. Однако это не давало гарантии, что они не набросятся на меня сверху, как только я встану на четыре лапы.
Я с ненавистью посмотрел в налитые кровью глаза впереди стоящего бладгрома и собирался вот-вот попытать удачу, как вдруг сквозь его голову пробился наконечник стрелы, на котором повисла кашица из мозгов. Рядом с моим ухом прозвучал свист, и хватка одного из монстров ослабла. Я перебросил второго через бедро и вонзил в его сердце кинжал.
— Брат, лови! — услышал я голос Кенаи.
Он кинул мне меч и, орудуя вторым, атаковал трех других бладгромов. Я отрезал голову монстру и посмотрел на крышу первого корпуса академии. Мерида помахала мне рукой и вновь выпустила стрелу.
Я поспешил к Ванессе. Солнце село за горизонтом, небо накрыли сумерки. Из-за черного дыма я не сразу заметил, как над головой сгустились тучи. Я добежал до места, куда приземлился Бруно, и увидел на земле длинную траншею.
Небо озарила белая вспышка.
Тело гаргульи протащило несколько метров. Я увидел на пути лежащую Кираз. Ее нога выгнулась под неестественным углом, из плеча и раны на шее сочилась кровь, а лицо было белее снега.
Раздался оглушительный раскат грома.
— Очнись, Кираз! — процедил я и слегка похлопал подругу по щекам.
На ее лице стали появляться крупные капли дождя. Она поморщилась.
— Я сейчас приподниму тебя, хорошо?
Как только я попытался это сделать, она распахнула свои карие глаза и закричала.
Черт возьми, нужен лекарь!
Мощный поток забарабанил по земле, моментально превращая все в грязевое болото.
— Какого хрена произошло? — сквозь шум доносились слова Кадока.
Он бежал к нам, из его виска текла кровь, а ноги подкашивались.
— Останься с ней! — приказал я, пропустив его вопрос мимо ушей.
Ванессы нигде не было видно, и я поспешил к телу Бруно. Ноги скользили по грязи, сквозь плотную водяную стену тяжело просматривалось что-либо дальше трех метров. Я добрался до лежащего тела гаргульи, обогнул его и увидел Ванессу. Она сидела на земле и на коленях держала Йена. Ее тяжелый плач пробивался сквозь удары бесчисленного множества капель, бордовые волосы потемнели. Она гладила Йена по голове, из которой текла кровь. На его лице зияли четыре глубоких пореза от когтей.
— Родная! — крикнул я, но вырвался лишь жалкий шепот.
Я упал рядом с ней, обнял за плечи и прижал к себе.
— Ты цела? — спросил я, потянув ее за подбородок на себя.
Покрасневшие глаза глядели на меня и просили о помощи, требовали все исправить. Она кивнула.
— Нам нужно идти.
Ее лицо исказилось от боли, глубокой душевной боли. Она снова посмотрела на Йена, подняла свои руки, испачканные кровью, и ее грудь содрогнулась от всхлипов.
Я переложил тело друга на землю, поднялся и потянул за собой Ванессу. Она сопротивлялась. Из ее горла вырвался тяжелый рев. Ванесса схватилась за сердце и вновь припала к Йену. Она погладила его по щеке и дрожащей рукой закрыла глаза.
— Ты нужна Кираз, — попробовал я переключить ее внимание на подругу, которой требовалась помощь.
Она подставила лицо дождю, затем выдохнула и взглянула на меня глазами, полными решимости и желания убивать.
Я проводил ее до ребят, убедился, что поблизости нет бладгромов, после чего направился к своей армии.
Ливень потушил остатки пожаров, прибил запах гари и заменил его на землистый свежий аромат. Небо накрыла черная ночная пелена.
Без малейшего кусочка света люди не смогут сражаться, необходимо было помочь им. Я снова вернулся на ступени академии, с которых видно как часть города, так и путь ко дворцу.
Солдаты Трэиндора отчаянно размахивали мечами вслепую. Их ноги разъезжались, удары становились слабее. Бладгромы рвали их плоть, быстро и безжалостно, словно сорняки.
«Нужно помочь людям, они ничего не видят в темноте», — пронес я клик в сознание каждого живого ликана.
Но помогать было некому. Ликаны бились с несколькими монстрами одновременно. Мы терпели поражение. Всю дорогу к воротам вниз усеяли трупы. Дождь сильным потоком смывал кровь, превращая ее в коричневые мутные реки.