Змеевик. Кровь предательницы

Я остановилась возле сцены с ремесленниками. Один из них сидел у деревянной скамьи, держа длинный инструмент; соседняя фигура оказалась почти полностью стёрта. Я попробовала угадать, чем они занимались, но за спиной раздался глухой удар, и мне вспомнилась Иллира. Вот же чёрт.

Я поспешила обратно. За ближайшим изгибом обнаружилось два прохода, оба с одинаковыми светлыми прожилками в камне. Я выбрала тот, что казался шире, прошла несколько шагов и увидела не речной парапет, а новую вереницу ниш. Повернув назад, я обнаружила ещё одну арку. Резьба везде была похожа, а шум реки теперь доносился то справа, то словно из-под самого пола. Я постояла, прислушиваясь к звукам, затем двинулась вправо. Через несколько шагов обнаружилось, что коридор раздваивается.

Вот ведь змеиное племя. Казалось, их предки нарочно вырубали дворец так, чтобы человек, однажды попавший внутрь, больше никогда не нашёл дорогу обратно.

Я подняла голову, пытаясь отыскать знакомый выступ свода.

— Заблудилась, человечка?

Я обернулась.

Под аркой стояла нагиня, которую я уже видела прежде. При первом знакомстве с дворцом она проводила меня таким недовольным взглядом, что даже сплюнула в сторону. Та же бледно-голубая чешуя с жемчужным отливом, те же длинные серебристые волосы, рассыпавшиеся по обнажённым плечам.

На этот раз нагиня улыбалась. И как же замечательно у неё получалось делать вид, будто ничего неприятного между нами никогда не происходило.

— Пока ещё нет, — соврала я. — Но ваши коридоры очень стараются.

Она рассмеялась. Смех оказался неожиданно приятным, глубоким и звонким. Такой подошёл бы женщине, любящей шумные застолья и хорошее вино. Оттого мне ещё сильнее не понравилось, как внимательно она рассматривала меня поверх этой приветливой улыбки.

Нагиня была удивительно красива.

Высокая, с длинной изящной шеей и тонкими запястьями, украшенными серебряными браслетами. Голубой шёлк облегал её фигуру и мягкими складками опускался на хвост, где крупные жемчужные чешуйки переливались холодным светом. На коже у ключиц виднелись тонкие витые узоры, а в волосах поблёскивали небольшие серебристые украшения.

Я невольно задержала взгляд на её наряде. Ткань была настолько хороша, что даже не хотелось представлять, сколько за неё заплатили. Швы практически исчезали в складках, края были обработаны с такой тщательностью, что моя профессиональная гордость ощутимо кольнула.

Жаль, что сама хозяйка платья пока не вызывала подобного восхищения.

— Ты Ярослава, верно? — произнесла нагиня, скользнув ближе. — Новая человеческая невеста.

— Да. А вас как зовут?

Она слегка склонила голову.

— Шарресса. Из рода Холодных Вод.

Она произнесла название рода с такой непринуждённой уверенностью, что я сразу поняла: полагалось впечатлиться. Я вежливо кивнула, хотя за прошедшие дни так и не разобралась, какие семьи здесь считаются знатными.

— Приятно познакомиться, Шарресса, — сказала я, хотя приятного находила мало.

Она едва заметно приподняла брови, словно обычное приветствие её удивило, но быстро вернула лицу прежнее выражение.

— Вижу, тебе уже показывают дворец.

— Иллира согласилась проводить меня до библиотеки.

— Почему же ты тогда здесь совсем одна? — осведомилась она с таким участием, что я невольно насторожилась.

Я оглянулась на панно, оставшееся за поворотом. Отсюда был виден только край каменной рамы.

— Понравилась работа. Задержалась посмотреть.

Шарресса подошла к нише. От неё повеяло прохладным запахом мяты с лёгкой горчинкой. Она мельком посмотрела на каменные фигуры, но особого интереса к ним не проявила.

— И не заметила, как отстала?

— А вы здесь всегда сразу находили дорогу?

Шарресса улыбнулась.

— Пойдём, — предложила она с прежней любезностью. — Отсюда недалеко.

Она скользнула в соседний проход. Я помедлила, затем пошла следом. У следующей арки стало прохладнее, к тихому шелесту чешуи прибавился шум воды.

За поворотом открылась галерея с видом на подземную реку. Здесь я уже бывала. Каменный парапет тянулся вдоль широкого проёма в стене, за которым далеко внизу шумела вода. Светящиеся прожилки разбегались по своду голубыми нитями, а над рекой поднимался влажный прохладный воздух.

Шарресса остановилась у парапета. Я подошла, оставив между нами несколько шагов.

Я провела ладонью по верхнему краю парапета. Камень оказался гладким, отполированным множеством прикосновений. У одного из столбиков темнела старая выбоина, возле которой поверхность была стёрта сильнее. Я машинально обвела пальцем неровность, пытаясь представить, какой инструмент мог оставить такой след.

Потом спохватилась и убрала руку. После вчерашнего заседания не хватало ещё, чтобы кто-то доложил Совету, сколько раз человеческая невеста ощупала дворцовые стены.

— Библиотека здесь?

— Дальше по галерее.

Шарресса опустила взгляд на мой плащ, задержала его на серебряной застёжке и медленно обвела глазами остальной наряд.

— Тебя хорошо устроили.

— На отсутствие удобств жаловаться грешно. Разве что выйти отсюда затруднительно, — сухо ответила я.

На мгновение её улыбка стала совсем тонкой.

— Человеческих невест всегда берегли, — произнесла она почти ласково и медленно перевела взгляд на реку за парапетом.

Я посмотрела на неё.

— От чего?

— От опасностей, разумеется.

— А от самого ритуала сберечь не пробовали?

Шарресса повернулась и задержала взгляд на моём лице, словно пыталась решить, шучу ли я. Улыбка ненадолго сошла с её лица, но вместо ответа она расправила плечи и заговорила о другом:

— Тебя поселили в южном крыле?

— Да.

— Удобные покои, насколько я помню. Человеческих невест обычно селили именно в них. — Она сделала паузу. — А еще там много старых вещей. Тебе, наверное, уже довелось их рассмотреть.

— Некоторые, — уклончиво ответила я.

Я вспомнила панно, да и раньше мне уже приходилось задумываться, почему в нагийском дворце существуют комнаты и купальни, устроенные по человеческой мерке. Теперь Шарресса сама заговорила о прежних невестах, и упускать возможность расспросить её было бы глупо.

Я придвинулась к парапету и положила на него ладонь, не выпуская Шаррессу из виду.

— Вы знали женщину, которая жила здесь до меня? — спросила я.

Шарресса медленно подняла брови.

— Разве тебе не рассказали?

— Немного. Что после обряда она умерла. А ещё что перед смертью успела оставить Владыке шрам. Не очень похоже на женщину, которая спокойно смирилась со своей судьбой.

Шарресса перестала смотреть на реку и перевела взгляд на меня.

— Он сам тебе об этом сказал? — спросила она неожиданно быстро, забыв о прежней ленивой любезности.

— Сам, — ответила я, ухватившись за её интерес. — Так вы знали ту женщину?

Из соседней арки показался наг в тёмном одеянии. Заметив Шаррессу, он остановился и почтительно склонил голову. Под мышкой у него были зажаты свёрнутые бумаги.

— Госпожа, вас ожидают…

Она едва заметно приподняла руку.

— Позже. Подожди за аркой, — коротко распорядилась она, даже не дослушав.

Наг тут же умолк и скрылся за поворотом. Шарресса дождалась, пока он уйдёт, и вновь повернулась ко мне.

— Любопытно, — сказала она уже тише. — Не думала, что Лиссор станет обсуждать с тобой прошлое.

Я не сразу нашла что ответить. Иллира говорила: истинное имя не произносят при посторонних. Его доверяют лишь тем, кого подпускают достаточно близко. Сама она не смела назвать мне имя Владыки, хотя знала его.

Шарресса же произнесла его так легко, словно принадлежало оно ей самой.

Я невольно посмотрела туда, где исчез служащий, потом снова на Шаррессу. Она следила за моей реакцией.

— Вот как, — с притворным сожалением протянула нагиня. — Ты даже не знала, как зовут твоего будущего мужа. Какая досада.

Я заставила себя отвести взгляд от её лица.

— Я не считаю его своим будущим мужем. У меня на этот счёт другое мнение.

— Какое же?

— Что сначала неплохо бы спросить согласия самой невесты.

— Уверена, Лиссор оценит твою рассудительность. Он сам такой, — сказала она с тонкой насмешкой.

Шарресса чуть шире улыбнулась, наблюдая за мной с откровенным интересом.

Теперь я уже не сомневалась, что делает она это намеренно. Отчего-то мне стало неловко. Имя было чужой тайной, Полоз мне её не доверял, да и я вовсе не собиралась выпрашивать у него подобную честь, а теперь я стояла перед женщиной, которая ждала, что я скажу, услышав её.

Шарресса провела пальцем по серебряной нити на своём наряде.

— За три года привыкаешь к некоторым вещам, — продолжила она. — К его характеру, привычкам. К тому, когда лучше оставить его одного, а когда он сам не желает отпускать тебя.

Она медленно перевела взгляд на реку. Внизу вода ударялась о каменные выступы, разбиваясь на беловатую пену.

До сих пор Полоз существовал для меня главным образом как Владыка, похититель и тот, кто одним приказом мог перевернуть мою жизнь. Представить, что у него есть привычки и близкие люди, оказалось неожиданно трудно. Хотя с чего бы им не быть? Владыка не вырос из камня вместе со своим троном.

— Значит, вы были близки?

Шарресса слегка приподняла подбородок.

— Были? — переспросила она тихо, но в ее голосе появилась сталь.

Её палец замер на серебряной нити у груди. Я запоздало спохватилась: меня здесь объявили невестой, но о том, что сам Полоз собирался менять в своей жизни, я ничего не знала.

— Простите, — сказала я. — Я не знала о вас, это не моё дело.

Шарресса смотрела на меня с таким выражением, словно извинение только сильнее её разозлило.

— Ты ещё многого не знаешь, Ярослава, — отозвалась Шарресса. Она положила ладонь на парапет, и серебряные браслеты скользнули к запястью.

Я посмотрела на её жемчужный хвост, украшения и безупречно уложенные волосы. Для неё место рядом с Владыкой явно не было пустяком.

— Вы рассчитывали стать его женой?

Несколько мгновений она молчала. Шарресса чуть сжала пальцы на камне. Браслеты тихо звякнули, и этот негромкий звук почему-то привлёк моё внимание сильнее, чем всё её прежнее великолепие.

— У меня были основания думать, что моё будущее определено, — сказала она наконец.

Слова вышли резче, чем прежде. Я отвела взгляд от её руки. Теперь она говорила без прежней улыбки. Мне стало немного жаль её. Я не знала, что Полоз ей обещал, но три года — не три дня. Самой оказаться на её месте мне бы не хотелось.

— И вот появиласссь ты, — произнесла Шарресса, растянув последнее слово так, что оно прозвучало обвинением.

Жалость как-то сразу прошла и я заставила себя посмотреть ей прямо в глаза.

— Меня привели против воли. Мне не нужен этот брак. Я хочу домой.

Из-за поворота снова донёсся шелест бумаг. Наг осторожно высунулся из-за арки.

— Госпожа…

Шарресса резко повернула к нему голову.

— Я сказала: позже, — отчеканила она, уже не пытаясь казаться любезной.

Наг прижал свёртки к груди и склонив голову ещё ниже, исчез за аркой. Только после этого она вновь посмотрела на меня:

— И всё же на Совете обсуждали твою свадьбу. Не мою.

Я открыла рот и закрыла его. О том, что меня не спросили, я уже сказала.

— Тебя одели, поселили в хороших покоях, представили Совету, — продолжила Шарресса. — Вокруг тебя хлопочут, потому что так велено. Не обольщайся: все эти хлопоты ещё не означают, что ты ему дорога.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.