Как я стал управляющим системного отеля в мире вечного хаоса

Глава 15

Девчонки синхронно вздрогнули и бросили быстрый взгляд наверх, будто прямо через потолок номера надеялись рассмотреть, кто же там так визжит.

Они, конечно, ничего не увидели, а когда визг раздался снова — торжествующий, кровожадный, явно непохожий на вопли боли или страха, — лишь снова вздрогнули и перевели взгляды на меня.

— Так. — я быстро сориентировался, бросив взгляд туда-сюда по коридору. — План слегка меняется. А ну, подвиньтесь!

Я ввалился в номер, потеснив девчонок, и закрыл за собой дверь. Девушки ошалело глядели на меня, как будто ожидали, что я прямо сейчас кинусь к источникам визгов и выясню их причину.

А я, конечно, кинусь — оставаться в одном помещении с неизвестной угрозой у меня нет никакого желания.

Но не прямо сейчас.

— Сорока! — рявкнул я, отчего обе девчонки снова вздрогнули. — Я что сказал?! А ну, за дело!

Повышенный тон заставил наконец их выйти из ступора. Сорока засуетилась, схватила Чачу за руку и потащила её в ванную, а я, проводив их взглядом и убедившись, что они не подглядывают, заглянул в инвентарь и высыпал из него на пол все коробки, которые успел подобрать. Немного, конечно, но среди них есть зелёная с клиса, а значит, есть шанс получить из неё оружие. Ещё одно системное оружие, которое, если я всё правильно понимаю, поможет мне управляться с тварями быстрее.

Пока за дверью ванной журчала вода, я быстро открыл все коробки, но, увы, удача мне не улыбнулась. Простые серые коробки принесли уже знакомые вещи — покровную ткань в количестве семи штук и ихор, пять штук. Кроме них ещё выпал непонятный пучок белых плотных волокон, похожий на сухожилия, который система определила как «синдекс», и небольшой, с палец, мешочек с зелёной жидкостью — «гланда». Само собой, система, как и всегда, не спешила рассказать мне, что это такое и для чего нужна, и оставила всё под грифом «совершенно секретно».

Зелёная коробка, выпавшая с клиса, одарила меня другими вещами, хотя и явно тоже имеющими отношение к биологии. Первой был овальный пузырь размером с кулак, называемый «гемулой», о котором, конечно же, ничего не было известно, кроме того, что он оказался необычного качества.

Вторым был «хаддис» — круглая пластинка, на вид и на ощупь из кости, диаметром в десяток сантиметров. Как будто кто-то взял огромный позвонок мамонта, нарезал его на тонкие пластинки, и одна из них попала мне в руки. Тоже необычная, кстати. Видимо, потому коробка и была зелёная, что всё, что в ней лежало, тоже «зелёное».

Третьи предметом из коробки оказалась уже знакомая мне капсула регенерации — точь в точь как та, что я потратил после битвы с полиморфом. Она без проблем соединилась в инвентаре с другими четырьмя, и у меня их снова стало пять. Плюс пятьдесят единиц энергета. Хоть я и до сих пор не понял, что он такое, всё равно — хорошие новости.

Плохие новости — то, что никакого оружия я так и не нашёл. Остаётся только надеяться, что твари в отеле кончатся раньше, чем у меня — патроны.

Закинув в инвентарь всё, что получил, и с неудовольствием заметив, как цифра, показывающая ёмкость, увеличилась аж до пяти, я подошёл к двери ванной и постучал костяшками пальцев:

— Вы скоро?

— Сейчас!.. Ой… — раздалось оттуда голосом Сороки. — Сейчас!

Через мгновение шум льющейся воды стих, и дверь открылась, явив мне обеих девчонок — Софа явно выглядела получше, даже взгляд стал менее затравленным.

— Я пошёл, а вы закрывайтесь. — велел я, развернулся и прошёл к двери номера. — Когда вернусь, надо будет серьёзно поговорить.

— Я… Ой… Ладно. — храбро кивнула Сорока. — Поговорим!

Дверь щёлкнула за моей спиной, и я лёгкой трусцой направился к лестнице.

На третьем этаже было всё то же самое, что на втором. Распахнутые двери номеров, перевёрнутые тележки рум-сервиса… И кровь.

Она красным блестящим озерцом вытекала из ближайшей же двери, и, коснувшись аляпистого, будто дальтоник пытался не столько придумать, сколько угадать, новый камуфляжный паттерн, коридорного ковра, впитывалась в него. Эти ковры специально делают такими страшными, чтобы на них как можно меньше были заметны загрязнения любой природы… Но на такое крови его создатели явно не рассчитывали — ткань просто чернела, напитываясь будто не кровью, а мазутом, и весь сумасшедший рисунок на ней просто растворялся в этой черноте.

Я заглянул в номер, ожидая увидеть там ещё один труп, и не ошибся. Прямо возле двери, цепляясь за порог скрюченными пальцами, лицом вниз лежал ещё один парень — возраста Сороки и Чачи на вид. Шея его была перекушена, причем явно сзади, если судить по окровавленным следам от когтей на голой спине.

Почему-то сразу же вспомнился клис и его манера передвижения.

С винтовкой-копьём досматривать номер было крайне неудобно, но я всё равно это сделал, чтобы не оставлять за спиной вероятную угрозу. Никого не найдя, я прошёл к следующему номеру, и досмотрел его тоже. Пусто. На кровати скомканное бельё не первой свежести, один из стульев сломан и лежит на полу грудой дерева, а дверь в ванную висит на одной петле.

Один за другим я принялся быстро осматривать номера на этаже, находя везде примерно одно и то же — разрушения разной степени тяжести, и иногда — трупы. Ещё двоих я нашёл на этом этаже — одну девушку и одного парня. Во втором случае, в номере обнаружилась ещё и непонятная тварь, скребущаяся в закрытую дверь ванной — огромный, в целую руку длиной, клюв с загнутым кончиком, стоящий на двух тонких, но мускулистых ногах. Вот и вся тварь, которая, как только я открыл дверь, кинулась на меня, раскрыв пасть.

В неё-то я и вонзил Проходчик, порадовавшись тому, что у меня на «копье» есть импровизированная крестовина. Иначе клинок, пробивший тварь насквозь, не остановил её движение, и она просто насадилась бы на него ещё глубже, и добралась до меня.

Впрочем, даже на крестовину твари было плевать. Ноги её оказались неожиданно сильными, и она пёрла на них вперёд, как бульдозер, наседая на меня и припирая к стене! Я даже спустил курок винтовки, мысленно пожалев патрона, но и это ни к чему не привело — в твари просто появилась ещё одна дырка, и ничего важного я так и не задел!

Да что там — я даже и не знаю, где там у неё может быть что-то важное! Это же буквально клюв на ножках, где у него мозг, и есть ли он вообще?!

В спину упёрлась стена, а следом — приклад винтовки, который я специально опустил пониже. Теперь оружие расклинило между стеной и тварью, и дальше двигаться уже просто некуда. Огромный распахнутый клюв остановился в нескольких сантиметрах от моего лица и несколько раз угрожающе закрылся, чуть не попав по руке, которой я продолжал удерживать винтовку.

А потом тварь на мгновение замерла и издала тот самый визг, который я слышал внизу. У меня даже в ушах зазвенело от такой мощной акустической атаки, но от задуманного меня это не отвлекло. Вторая моя рука уже сняла с пояса одну из гранат — старую-добрую РГД-5, у которой я заранее разогнул один из усиков. Продолжая удерживать винтовку, одной рукой накинул кольцо гранаты на рычаг затвора, и потянул на себя, заставляя чеку вылезти со своего места.

Тварь наконец заткнулась, и снова принялась лезть вперёд, будто надеялась, что рано или поздно крестовина моего импровизированного копья сломается, и она до меня доберётся.

И что самое плохое — шансы на это у неё действительно были.

Бы.

— По-моему, у тебя сегодня с голосом проблемы. — посетовал я, отпуская рычаг гранаты. — На вот, прогрей голосовые связки!

И я коротким движением, практически одними лишь пальцами, кинул гранату вперёд — точно в распахнутый зёв огромного клюва, в тёмной глубине которого едва просматривалось какое-то шевеление.

А потом подпрыгнул, и обеими ногами ударил тварь чуть пониже клюва — в то место, где он соединялся с ногами!

Я всё просчитал. Тварь тяжёлая, — иначе она не смогла бы меня так легко задавить, — но центр тяжести из-за клюва у неё высокий. Поэтому мой удар буквально сбросил её с винтовки и заставил сделать несколько шагов назад — точно в ту самую ванную, в которой она была заперта!

Когда раздался взрыв, я уже был за стеной — за стеной номера, чтобы наверняка. Потому что не было у меня уверенности, что внутренние стенки не из гипсокартона какого-нибудь накручены, который кулаком пробить можно, не то что осколками гранаты!

Уничтожен противник: зерган.

Получено 20 очков опыта.

На повышение идём, однако. Каждая следующая тварь приносит больше очков опыта, чем предыдущая. Но, говоря откровенно, каждую из них и убить тоже сложнее, чем предыдущую…

Нет, не так. Каждая следующая тварь отличается от предыдущей не по степени опасности, а по… типу? Тот же клис в этом небольшом номере был бы далеко не так опасен, как в просторном лобби — он быстрый и ловкий, ему нужно пространство, чтобы атаковать с разных направлений.

А вот клюв на ножках, медленный, но упорный, как асфальтовый каток, наоборот опасен как раз в небольших закрытых объёмах, и в том же фойе я бы спокойно его расстрелял даже раньше, чем он успел приблизиться.

По всему получалось, что системные твари это не просто какие-то придуманные противники, которые отличаются только формой, и количеством очков здоровья, это прямо… настоящие животные! Разные по повадкам, по ареалам обитания, и, чем чёрт не шутит — по способам питания? А то и размножения?

Как это можно использовать, пока что не особенно понятно, поэтому я быстро заглянул обратно в ванную, не без труда разыскал под обломками раковины коробку, — серая, падла, — закинул её в инвентарь и продолжил двигаться по этажу.

В одном из следующих номеров я встретил скрайта, который стоял на подоконнике, и пырился в открытое окно, радостно виляя чешуйчатым хвостом, как будто там его хозяин стоит. Псина настолько была увлечена этим, что даже не заметила, как я подкрался со спины, и проткнул башку Проходчиком.

Пока тварь разлагалась, я тоже мельком выглянул в окно — узнать, на что она там так радостно пырилась…

И чуть не выпал наружу.

В отличие от предыдущего окна, что вело во внутренний двор отеля, это выходило на фронтон — на улицу, по которой я сюда пришёл.

И хорошо, что я пришёл именно тогда, четыре-пять часов тому назад, а не прямо сейчас. Потому что сейчас я бы никуда и ни за что не дошёл.

Улицу заполонили твари. Десятки тварей, как тех, что я уже видел, так и совершенно новых. В свете уличных фонарей было хорошо видно, как они скалятся друг на друга, делают агрессивные выпады, размахивая конечностями и хвостами, и кое-где это даже переросло в настоящие потасовки, и не из двух тварей, а из трёх-четырёх сразу. Всё это выглядело так, словно где-то неподалеку располагался инопланетный зоопарк, собравший в себе тварей из разных миров и с разных планет, и из-за какого-то сбоя все его двери одновременно открылись, и твари одновременно хлынули на улицы.

Не понимая, где они вообще оказались, что их окружает, и кто все эти организмы вокруг.

Монстры вели себя… Обеспокоенно, вот! Как будто их нынешнее положение сбивает их с толку, как будто они не могут понять, где, почему и как оказались, и поэтому они проявляют агрессию друг к другу! Проявляют — но отнюдь не стремятся атаковать, потому что не знают, чем это может закончиться. И только в исключительных случаях, когда что-то пошло не так, всё это перерастало в натуральную драку.

Я несколько секунд понаблюдал за этим животным хаосом, и пришёл к выводу, что это всё действительно напоминает нашу родную земную биосферу — когда множество животных вынуждено из-за какого-то катаклизма покинуть свои привычные ареалы обитания и двигаться в одном и том же направлении. Когда угроза минует, и все звери оказываются сосредоточены в одной точке, очень быстро выясняется, что многие из них с другими видами не контактировали в естественной среде обитания, и просто не знают, как себя вести. Вот и начинают пыжиться и показывать себя максимально страшными и опасными.

Прямо как-то, что я видел сейчас. Вот два скрайта вцепились в ноги зергана — а зачем? Чтобы что? У них больше добычи нет, более доступной? Ещё как есть — вон например бредут со стороны две человеческих фигуры.

Так, стоп…

Я присмотрелся к фигурам повнимательнее, на мгновение пожалев, что оптический прицел пал жертвой сражения с крабом-мимиком. Никакого другого способа приблизить изображение у меня не было, но и без этого в свете фонарей я смог разглядеть человеческие фигуры.

Фигуры — и только.

Потому что людьми назвать их не поворачивался язык. По повадкам это были самые натуральные зомби — медленные, едва волочащие ноги, и качающиеся так, будто в каждом плескалось по бутылке водки, не меньше. Одежда их, грязная и рваная, тоже навевала мысли про зомби, а самое главное, самое интересное…

Твари не обращали на них внимания! Парочка человекообразных силуэтов шла через агрессивную толпу так спокойно, словно её не существовало вовсе… А толпа будто бы приняла правила этой игры и даже не пыталась напасть на зомбированных, занимаясь только друг другом!

Один из зомби внезапно споткнулся о вывороченный бордюрный камень, взмахнул руками, чтобы удержать равновесие, и на мгновение поднял взгляд. Его белые, будто варёные, глаза уставились на меня, и он тут же поднял руки и вытянул их в мою сторону, словно предлагал спрыгнуть прямо в его объятия и обещал, что обязательно поймает. Рот его открылся, и, наверное, он захрипел, но за воплями и визгами тварей я этого не расслышал.

Одно было точно ясно — это уже не люди. Не знаю, как и откуда они взялись, не знаю, куда и зачем они направляются, но мне с ними точно не по пути. Поэтому я закрыл окно, развернулся и вышел из номера, чтобы закончить с зачисткой третьего этажа.

В следующих номерах я не встретил никого — ни людей, ни тварей. В них, похоже, вообще никто не жил уже давно, да оно и понятно — не располагали они к этому. Где матрас на кровати вспорот крест-накрест, как будто в нём искали заначку, где наоборот — кровать осталась единственным уцелевшим предметом мебели, и даже стеклянная стенка душевой рассыпалась на мелкое крошево… А в одном номере, целом на вид, почему-то висело такое густое амбре гнили, что я даже исследовать его не стал — у меня просто не хватило бы воздуха в лёгких, даже если бы я задержал дыхание.

Единственное, что я обязательно делал в любом номере — проверял окна, закрыты ли они. Творящийся на улице цирк уродов и так не особенно радовал, а если вспомнить, что под куполом водятся и летающие твари тоже, которые вполне могут попытаться залететь в отель — и вовсе становится не смешно. К счастью, везде окна были закрыты, а для того, чтобы пробить стеклопакет, надо обладать, прямо скажем, недюжинной силой.

Что-то интересное нашлось только в последнем на этом этаже номере. Ещё только подходя к нему, я уже взял винтовку наизготовку, заприметив, что из-за распахнутой двери что-то торчит.

А когда рассмотрел, что это такое — быстро поменял в винтовке магазин на свежий, нетронутый.

Из-за двери торчал хвост клиса. Мёртвого, судя по всему. По крайней мере, когда я подошёл, и тронул его ногой, а потом и вовсе наступил изо всех сил, я ожидал, что сейчас тварь взвизгнет и выскочит из-за двери.

Но этого не произошло. Хвост остался безучастным к моим издевательствам, как будто и не хвост вовсе, а какой-то диковинный биологический кабель, которому всё равно, что его топчут.

Тогда я обошёл дверь по широкой дуге, держа винтовку у глаз…

И опустил её. Потому что клис хоть и не был пока что мёртв, находился близко к смерти настолько, настолько это вообще возможно. Длинная палка с маленькой лампочкой на конце, непонятно как уцелевшей после такого, пробила насквозь его через раскрытую пасть, и вышла там, где у земных пантер сходились бы лопатки. Анатомия клиса, судя по всему, не особенно отличалась от кошачьих, потому что всё, что он мог — это едва подёргивать висящими в воздухе конечностями, и вращать глазами. Необратимое повреждение позвоночника налицо.

А прямо перед тварью полужелал-полусидел тот, кто его убил. Молодой крепкий парень с короткими светлыми волосами сидел, привалившись спиной к стене. Глаза его были закрыты, а обе руки прижаты к правому боку, и из-под пальцев уже даже не сочится кровь — она уже и так вся вытекла и растеклась лужей под ним.

Клис, завидев меня, резко дёрнулся ещё несколько раз, и это стало последней каплей для него. Он что-то необратимо себе повредил, потому что глаза его моментально закатились, и через несколько секунд он начал распадаться. Эх, жаль не успел воспользоваться сиутацией и добить его, чтобы забрать опыт — мертвецу-то он всё равно уже ни к чему.

Но, когда я присел возле парня, и прижал два пальца к его сонной артерии, проверяя пульс, оказалось, что мертвецом я его назвал слишком рано. Глаза молодого человека раскрылись, словно его током ударили, он кое-как сфокусировался на мне, глубоко вдохнул, и прохрипел:

— Помо… гите…

Глава 16

Ещё один выживший, значит…

Впрочем, он очень быстро лишится этого статуса, если я ему прямо сейчас не помогу. Судя по количеству крови под пареньком, и по тому, что он даже успел потерять сознание, и вернулся в него только от моего прикосновения — сидит тут он уже давно. Даже встать не сможет без помощи, не говоря уже о том, чтобы попытаться напасть на меня.

Поэтому я без опаски повернулся к нему спиной, прошёл до двери номера, и закрыл её на замок, чтобы никто не помешал, а потом вернулся к парню. Он следил за мной одними глазами, на лбу его каплями выступила испарина, а дыхание то и дело прерывалось, как будто он периодически забывал, как дышать.

— Слушай сюда. — внимательно начал я. — Я тебе помогу. Но не просто так. Будешь делать, что я скажу, и останешься жив. Всё понял?

Парень тяжело сглотнул, закрыл глава и кивнул:

— Да.

На то, чтобы выдохнуть это короткое слово у него будто бы все оставшиеся силы ушли, и он обессиленно привалился затылком к стене.

Я же залез в инвентарь, выбрал капсулы регенерации, и достал одну:

— Держи. Сломай её, и станет легче.

То ли мозги парня уже не работали от недостатка крови, то ли ему было всё равно подсуну я ему яд, или настоящее лекарство, но он взял капсулу, и даже нашёл в себе силы оторвать руку от раненого бока, чтобы переломить её. Молодец паренёк, силу воли имеет. Впрочем, если вспомнить, что он убил клиса, причем с помощью всего-лишь какой-то палки с лампочкой — торшер, что ли, разбил? — это уже не кажется удивительным.

Регенерация подействовала моментально — бледный как смерть парень слегка порозовел, и даже отпустил раненый бок, хотя в дыре его майки было хорошо видно, что до конца рана не затянулась. Уменьшилась, подёрнулась по краям полосой розовой свежей кожи, став похожей не на свежую дыру в организме, а, как минимум, двухнедельной давности, но полностью не исчезла. Такая рана явно не попадает в разряд «лёгких» и одной капсулы регенерации для того, чтобы её вылечить, явно не хватает.

Но больше одной я ему и не дам. Он просил помочь — я помог. Прямо сейчас он точно не умрёт, а если я помогу ему добраться до безопасного номера, то вообще окажется вне опасности.

— Спасибо… — уже не прерываясь на вдохи, произнёс парень, которому явно стало лучше — судя по всему, регенерация не просто с раной помогла, но ещё и частично восстановила запас крови в организме… Понятия не имею, как.

— Рано радуешься. — я покачал головой. — Мы до сих пор в заднице, и из неё ещё предстоит выбраться.

— Ага… — парень впервые осмысленно посмотрел на меня. — А ты… Вы кто?

— Я тот, кто спас твою задницу. Так что по правилам вежливости ты должен представиться первым.

— Я Коля… Скажите, а вы не встречала тут девушку, такую… невысокую, с короткими тёмными волосами?

— Софу, что ли?

— Она жива?! — Коля аж дёрнулся, да так резко, что охнул и снова схватил за бок.

— Жива и даже здорова. — усмехнулся я. — Тише, Ромео, а то опять поплохеет.

— Я… Да. — Коля снова закрыл глаза и несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул. — Я просто рад, что она жива.

— Не просто жива, а ещё и в безопасности. — подбодрил его я. — Так что давай, поднимайся, и я тебя к неё отведу.

— Это очень… круто. — поморщившись, Коля начал подниматься, снова прижав руку к боку. — Сейчас, только… Коробку возьму.

Коробку?

Ну да, от растаяшего клиса должна была остаться коробка.

Вот только там не было никакой коробки. Даже палка с лампочкой на конце упала на пол, когда исчезла туша, которая удерживала её на месте… А коробки не было.

— Коробку. — я снова посмотрел на Колю. — Ладно, бери.

Парень, морщась и прижимая руку к боку, на четвереньках прополз мимо меня, протянул руку, и сделал движение, как будто что-то берёт прямо из воздуха. И выглядело это так естественно, словно он действительно держал в руках коробку, которую я просто не видел.

— Стоять. — моментально велел я, и Коля зыркнул на меня, но послушно замер.

А я протянул руку и провёл ею над его пальцами, ожидая, чем чёрт не шутит, встретить сопротивление невидимой коробки.

Не встретил. В руке парня ничего не было.

— Коробка? — снова уточнил я, глядя в его глаза, и он кивнул. — Ладно, открывай.

Коля ещё раз посмотрел на меня с удивлением, а потом замер на секунду, сфокусировавшись перед собой, и тут же обрадовался:

— О, круто! Ещё одна хилка!

Он протянул руку, и вытащил из пустоты капсулу регенерации — точно такую же, как та, что я только что отдал ему.

Я даже слова не успел сказать, как Коля разломил её пополам — намного более уверенным движением, чем первую, и его рана прямо на глазах затянулась ещё сильнее, превратившись в небольшой и неглубокий разрез — достаточно его зашить, и дело с концом. Да и крови в парне явно прибавилось после второй капсулы — он даже стал выглядеть почти нормально.

Ладно. В конце концов, теперь его хотя бы не придётся тащить на себе до номера — на своих двоих дойдёт. А то и вовсе сопровождение ему не понадобится, что было бы идеально.

— А ещё что есть? — спросил я, когда Коле явно полегчало.

— Себрон, две штуки. И один рамус.

— И никакого оружия?

— Нет оружия. — Коля покачал головой. — Но оно у меня и так есть.

И он поднял с пола ту самую палку с лампочкой, которую я принял за обломок диковинного торшера.

Я снова внимательно посмотрел на Колю и он, правильно истолковав мой взгляд, пожал плечами.

И тогда лампочка на конце загорелась и из неё вперёд вырвался короткий луч голубого света, превращая метровую палку в самое настоящее копьё с каким-то энергетическим клинком!

Теперь понятно, как именно Коля умудрился убить клиса. Не знаю, что это за штука, но даже этот призрачный клинок способен убить тварь, если упереть древко в пол и позволить ксенокошке самостоятельно на него надеться.

— Дай посмотреть. — я протянул руку, и Коля без единого вопроса вложил оружие мне в руку.

Причина такой реакции оказалась очень проста — как только оружие оказалось у меня в руках, клинок тут же исчез, и лампочка на конце древка погасла.

— Ага. — я покрутил его в руках, но не нашёл никакой кнопки. — Как включить?

— Так навыком же. — Коля пожал плечами. — Но в чужих руках оружие не работает. Никакое.

— В чужих руках? — переспросил я, припоминая, что в описании Проходчика было что-то сказано про владельца. — А ну, возьми.

Я протянул ему Проходчик, тем самым поменявшись с ним оружием, и Коля без особого интереса взял нож в руки.

— Прикольный. — произнёс он явно лишь для того, чтобы не расстроить меня. — Но навыком воспользоваться я не могу, если вы об этом.

Понятно. В его руках Проходчик становится просто ножом, без возможности телепортации. Его… хреновина… в моих руках становится просто средней длины палкой, без возможности включить энергетический клинок.

— А сменить владельца оружия как-то можно? — спросил я, меняясь оружием обратно.

— Не знаю. — Коля пожал плечами. — Я не пробовал.

— Так, ладно. — я быстро прикинул хер к носу и получил очевидный результат — прямо сейчас мне его копьё всё равно не нужно. Винтовка с примотанным Проходчиком уже неплохо себя показала, да к тому же умение от ножа никуда не делось, и оставалось со мной. Да, копьё Коли с энергетическим клинком вкупе получалось чуть длиннее, но у него не было никаких упоров, как на моём импровизированном тыкале. Возможно, именно это и сыграло с парнем злую шутку, когда клис наделся на копьё дальше, чем хотелось бы, и умудрился пропороть ему бок когтями.

— Вы так и не сказали, кто вы. — в голосе Коли снова послышалось лёгкое недоверие. -Вы вместе с Монархом?