Дочери Лилит

— Ты хочешь сделать их монстрами, как ты сама, — хрипло бросил он.

— Я хочу, чтобы они выжили, — парировала она. — Я предлагаю сделку. Ты бережешь их человеческую сторону, ты учишь их доброте, состраданию и всему, что несет твой мир. Но раз в год, в ночь Белтейна, когда границы истончаются, я буду приходить. Я буду учить их контролировать то, что дала им я. Это не для того, чтобы забрать их у тебя. Это для того, чтобы, когда придет война, они не стали жертвами.

Лилит поднялась, её фигура на фоне ночного неба казалась пугающе величественной. Она протянула ему руку — не для того, чтобы коснуться, а для того, чтобы скрепить договор.

— Одна ночь в году. Я не приближусь к ним в остальное время. Я не буду искушать их без твоего ведома. Но в Белтейн я приду, чтобы укрепить их разум. Согласен ли ты, Колин? Или ты предпочтешь, чтобы в один день они просто сгорели от собственной силы, которую не смогли укротить?

Колин долго молчал. Он смотрел на её тонкие, бледные пальцы, помня, что за ними скрывается власть, способная обратить мир в пепел. Наконец, он тяжело вздохнул, и это был звук человека, сдающегося перед лицом судьбы, которую он больше не мог контролировать.

— Одна ночь, — глухо сказал он, не касаясь её руки, но принимая её слова как клятву. — Только одна ночь в году.

Лилит едва заметно кивнула. Это было всё, что ей требовалось.

— Они будут сильными, Колин. И если мы будем мудры, они станут той силой, которая переживет эту войну.

Она развернулась и, не оглядываясь, шагнула в сторону портала, растворяясь в ночи, оставляя Колина одного — охранять сон детей, которые уже не принадлежали ни только ему, ни только ей.

…

Так, год за годом, на великом стыке времен в священную ночь Белтейна, тень Лили безмолвно ложилась на порог этого дома, принося с собой новые, страшные уроки для её дочерей.