Причудливый узор нити жизни
– Утро доброе, – приветствовал их Ладимир. – Мы решили, что быстрее будет забрать Злату сразу отсюда, чем ждать на дворе у старосты. А то как-то морошно сегодня, как бы дождь не пошел.
– Доброе, – кивнул отец Златы. – Мудрое решение.
Злата аккуратно положила котомку на край телеги и кинулась обнимать родителей на прощанье.
– Ну, будет, – притворно ворчал отец, обнимая дочь. – Смотри, слезы не лей просто так.
– Скоро свидимся, – прошептала мать, прижимая Злату к себе. – Помни, что мы с отцом тебя очень любим.
Злата лишь молча кивала, глотая непрошенные слёзы. Закаркал ворон. Ладимир, не выдержав второго слёзного прощания, соскочил с облучка, чтоб помочь девушке забраться в телегу. Ещё раз крепко обняв родителей на прощанье, Злата было развернулась, но тут отец ухватил её за запястье.
– Чуть не забыл! Держи, – и протянул тугой мешочек. – На какое-то время хватит. Всё, вперёд.
Он сам подсадил дочь, помогая ей забраться в телегу. Злата растерянно держала в руках калиту и смотрела на родителей. Ладимир вскочил обратно на облучок и сразу пустил коней в шаг. Злата понимала, что стоит убрать кошель в котомку, но не могла себя заставить ничего сделать, лишь смотрела, как родители машут ей на прощанье, и мать утирает слезы платком. Дорога вильнула, и родители Златы пропали из виду. Ладимир пустил коней рысью. Дети дремали, прижавшись к Глаше, а та была как-то необычно тиха и смотрела куда-то вдаль.
Ехать вместе им предстояло недолго, уже в полдень их пути разойдутся.
– Вот и всё, – грустно сказала Глаша, как только они выехали из деревни.
– Не нагнетай, невестушка, – бодро сказал Ладимир, не оборачиваясь. – Посидишь немного в городе, всё веселее, чем тут быть.
– А ты лучше б молчал! – недовольно отвечала девушка. – Почему я всё ещё «невестушка», а? Окаянный! Почему не жена, я тебя спрашиваю?
– Не начинай, прошу, – скривился Ладимир. – Сказано ж отцом твоим, что по осени свадьбу сыграем, не время сейчас.
– Так он до этого говорил, что по весне будет. Так и останусь старой девой! Именно этого он и хочет! – Глаша недовольно поджала губы.
Злата молча наблюдала за их перепалкой. Выехав из деревни, они словно ожили. Она и сама чувствовала, что с души словно камень сняли. Вокруг была весна, щебетали птицы, свежий ветерок гулял по просторам. Кони незаметно вновь перешли на шаг и двигались аккуратно, дорога была вязкой после вчерашнего дождя.
Под шуточные переругивания влюбленных и мерное качание телеги Злата задремала.
Мир словно погас. Она стояла на небольшой полянке, а впереди бушевало пламя.
– Злата… – раздался тихий зов. Девушка обернулась и увидела величественное древо, раскинувшее свою крону, кажется, до самых небес.
– Злата, – вновь зашелестело оно листвой, словно ветер играл в кроне. – Ты должна быть здесь. Иди сюда, Злата…
Листья осыпались с дерева с каждым новым словом. Рёв пламени становился всё сильнее и жёг девушке спину, ветер ударил в лицо упавшей листвой…
– Брр! Стой! – раздался громкий крик Ладимира. – Ай! Чтоб тебя, – и телегу накренило. – Приехали, – недовольно сказал парень, спрыгивая вниз.
Злата открыла глаза. Выглянувшее солнце пригревало спину. Глаша и Ладимир помогали спуститься детям на землю. Выдохнув и утерев пот со лба, девушка поспешила последовать их примеру.
– И как его теперь доставать? – почесал затылок Ладимир оглядывая застрявшее в грязи колесо.
– Ты пока думаешь, – проговорила Глаша, стаскивая одну из сумок. – Мы привал сделаем, а то обедать пора.
Девушка, не дожидаясь ответа, начала хлопотать доставая из сумки съестное. Злата посмотрела на небо, солнце стояло высоко.
– Кажись, за полдень уже, – проговорила она. – А, вроде, недолго спала…
– Ох ты ж! – воскликнул Ладимир, хлопая себя по лбу. – Я ж поворот проехал, на котором тебя должен был высадить! А всё ты! Тараторка!
Он укоризненно махнул рукой в сторону Глаши.
– Вот те на! – подбоченилась Глаша, сурово глядя на жениха. – Сам виноват, а на меня спихнуть решил. Нет уж, дорогой, не выйдет.
– Тихо вам, – примирительно сказала Злата. – Не думаю, что мы далеко уехали. Ты скажи, куда – я сама дойду, а там уже дорогу знаю.
Ладимир шуточно погрозил кулаком невесте, но та лишь хмыкнула.
– Да прямо иди в обратную сторону, там единственный поворот будет. Тут правда пару вёрст теперь идти, – смущённо добавил он.
– Не беда. Помоги лучше вещи мои достать, а то телегу накренило, сама не дотянусь, – Злата ободряюще улыбнулась парню.
– Ты поешь вначале, а потом шагай, – сурово сказала Глаша, уже успевшая всё подготовить к обеду.
Злата отрицательно помотала головой.
– Не хочется пока. Да и маменька пирогов напекла, на ходу перехвачу. Всё же теперь дорога увеличилась. Отец говорил, что если с вами на телеге часть пути проеду, то к вечеру должна добраться до тётки. Так что главное теперь до темноты успеть, – и, подхватив свою котомку из рук Ладимира, Злата собралась в путь.
– Ничего не забыла? – насмешливо уточнила Глаша.
Злата чуть сбилась с шага, а потом, развернувшись поглядела на ребят. Дети выспавшиеся в пути, вовсю уплетали выданные им пироги, а Ладимир и Глаша стояли рядом глядя на Злату.
– Забыла, – подтвердила девушка и, вернувшись, крепко обняла дочь старосты. – Надеюсь, скоро свидимся.
– Ты всё ещё приглашена на свадьбу, – шутливо ответила Глаша. – Хорошей дороги.
– И вам, – эхом отозвалась девушка и, больше не оборачиваясь, пошла в обратную сторону.
«Заблудилась! – в отчаянии думала Злата, блуждая между деревьев. – И дёрнул же нечистый с дороги в лес свернуть».
Неумолимо смеркалось. Давно стало ясно, что к вечеру до тётки ей не добраться.
Попрощавшись с ребятами, она дошла до нужного поворота без приключений. Торопливо, но без лишней тревожности преодолела несколько верст. Шла, как рассказывал отец, пока не случилась развилка. Одна дорога уходила прямо в лес, вторая же заворачивала куда-то за него, и словно уходила в совершенно другую сторону. Сейчас, стоя посреди леса, Злата понимала, что верно было бы пойти именно той дорогой, что огибала деревья. Ведь и версты не прошла прямо, как широкая дорога начала сужаться, и длилось это до тех пор, пока она не превратилась в узкую тропинку. Теперь же и от тропинки не осталось следа. Кругом возвышались ели, под ногами были рыхлая влажная земля, упавшие деревья, сломанные ветки и прошлогодняя листва.
«Точно Леший водит. Я же была тут уже, – девушка начинала паниковать. – Что же делать?». Немного поразмыслив, Злата сняла обутки, поменяв левую и правую местами, направилась вперёд. Ритуал, о котором ей твердили в детстве, не сработал. Девушка вернулась на ту же опушку среди елей, где-то позади раздалось громкое «ку-ку».
– Всегда знала, что бабки брешут, – бурчала Злата, стаскивая сарафан и надевая его задом наперёд. – Ну, уж если и это не поможет, то точно никакой веры старикам больше!
Ещё круг – Злата давно запомнила эту гроздь шишек, свисающих с ветки. Да, она снова вернулась туда, откуда начала свой путь.
– И ведь ни одной осинки или рябинки не растёт рядом… Хотя, ежели переодевания не помогли, то с чего осине помочь? – продолжала ворчать Злата.
– Ау! – не ожидая ответа крикнула девушка в сгущавшуюся темноту, и эхо подхватило её зов.
– Ау! – послышался далёкий ответ. Злата замерла. Вот уже несколько часов она блуждала и окрикивала людей, но ответа не было. В сердце затеплился огонёчек надежды.
«А вдруг разбойники?» – мелькнула испуганная мысль.
– Ау! Ау! – раздалось снова, уже четче.
– Ау! – робко ответила девушка. А потом вполголоса робко добавила: – Молю, пусть это будет добрый человек.
– Где ты? Ау! – прокричал всё тот же мужской голос уже совсем рядом. И Злата заметила средь стволов приближающийся силуэт. Он шёл, оглядываясь по сторонам, и периодически замирал, прислушиваясь. Злата попятилась, так и не определившись, рада она встречному или нет. Ветка под её ногой громко хрустнула, и человек обернулся на звук.
– Вот ты где! – радостно воскликнул он, подходя ближе. – Я уж не чаял никого встретить здесь, весь день блуждаю. Хорошо, что ты попалась.
Мужчина снял котомку с плеч. Злата молча наблюдала за ним. Встречный оказался совсем молодым, чуть старше её самой.
– Меня Иван зовут, а тебя как звать?
– Злата, – робко сказала девушка.
– А ты чего так поздно в лесу гуляешь? Ведунья что ль? – спросил парень, переминаясь с ноги на ногу.
Злата вздохнула в ответ:
– Заблудилась.
– А-а, не местная значит, – протянул парень. – Жаль. Я-то думал, дорогу укажешь.
– А сам-то ты куда путь держишь? – Злата тоже сняла свою котомку.
– В город, – кратко ответил Иван, оглядываясь вокруг. – Так, Злата, давай костёр разведем, а то есть охота. Да и холодает уже. Всё равно по такой темноте никуда не уйдем, разве что в болото какое.
Девушка растерянно кивнула.
– Ты сядь пока, – и он махнул на лежащее рядом бревно. – Я с костром один быстрей управлюсь.
И парень ловко засновал меж деревьев, выискивая среди веток те, что посуше. Часа не прошло, как костёр весело разгорелся.
Сноски:
Морошно - пасмурно.
Облучка - толстая деревянная скрепка, идущая по краям телеги на которой сидит возница.
Калита - кошелёк.
Обутки - обувь из кожи.
Брехать – говорить неправду, распространять выдумки или хвастаться.
Глава 3
Окончив ужин, ребята смотрели на костёр. Запах дыма причудливо сплетался с ароматами леса. Иван подкинул несколько веток, и огонь, лизнув их, выстрелил снопом искр, заставив Злату отодвинуться от костра.
– Как же так вышло, что ты одна-одинёшенька в лесу оказалась? – спросил Иван, глядя на девушку сквозь пламя.
– Сказала же, к тётке в Весёлки иду. Родители отослали.
– Почему с тобой не пошли? – продолжал он спрашивать, недоверчиво глядя на девушку.
– Мор в деревне. Отец недавно хворал, но пошёл на поправку. Сказали, следом пойдут, как он полностью оправится.
– Мор? – переспросил парень. – Давно?
– С прошлого жнивеня. Поначалу младшие хворать начали, а там и остальные…
– А скот? – Иван словно напрягся.
– Нет, скот не хворал так, как люди, но много его в жертву богам принесли, – девушка поёжилась и с грустью продолжила: – В деревне осталось не больше десятка жителей.
Иван о чём-то думал, глядя в огонь, и какое-то время ребята молчали, слушая треск поленьев. Поворошив костёр, парень начал свой рассказ.
– У нас подобное случилось, но началось с прошлой весны, – он немного помолчал, словно обдумывал каждое слово. – Вначале скотина дохнуть начала от непонятной заразы, а потом и народ. В деревне несколько колодцев, и везде воду как отправили. Где красная, где рыжая… Долго думали, что да как. Волхв наш утверждал, что порчу наслали.
Иван снова замолчал, подкидывая хворост в огонь.
– В соседнем селе, из которого невеста моя, дела ещё хуже были. Хворь выкосила почти всю деревню за зиму. Как только всё началось, родители её тревогу забили и в город собираться начали, да мы о свадьбе по весне договорились, это их сдерживало, – Иван снова замолчал. А потом с какой-то грустью добавил: – Я думал, это сдерживало.
– С ними что-то случилось? – взволнованно спросила Злата.
– Нет. Уехали они. Я о сватах договариваться пришёл, а в селе пусто. Нашёл деда одного, он и рассказал, что ещё до Масленицы семья Марьи вещи собрала и покинула село. Видимо, сразу после моего ухода, – с горечью произнёс Иван. – Потому я и решил в город отправиться. Не мил мне свет без Марьи.
– Как печально, – вздохнула Злата. – А в каком селе Марья жила?
– Да тут недалеко, в Весёлках как раз, – махнул парень куда-то в темноту леса. Злата ахнула.
– А сам я из села Ай буду.
– Вот как… А ты в Весёлках дом с красной крышей не видал? Большой такой, с белыми резными окнами и ветровой стрелкой-петушком?
– Видал, – зевнул парень. – Соседский с Марьей дом. Там баба жила одна, муж у неё прошлым летом помер, а саму её мор скосил по осени, я тогда свататься первый раз приходил. Так и стоит с тех пор дом пустым.
Злата схватила лицо руками:
– Как же так? Мы не знали!
– О чём? – удивился Иван.
– О смерти дядьки с тёткой.
– Так это что, родственники, к которым ты идёшь? – догадался Иван.
– Ох, теперь, видно, уже не иду, – Злата схватилась за голову руками, – Что же делать? – жалобно спросила она.
Ответом ей была тишина.
– Знаю. Нужно идти обратно к дому, – нерешительно сказала девушка. – Заберу родителей, и отправимся вместе в город.
– Не стоит так делать, – не согласился с ней Иван. – Если отец твой только от хвори отошёл, до города может и не дойти. Путь-то неблизкий. Пусть оклемается.
Явно не согласная с ним Злата хотела что-то сказать, но он не дал, продолжив:
– Лучше сделать так: пойдёшь со мной до города, найдёшь там дом какой, а потом за родителями вернёшься.
Злата задумалась, ей показалось, что слова Ивана вполне здравы, подвергать родителей опасности не хотелось.
– А за луну успеем туда и обратно? – всё ещё нерешительно спросила она, глядя на Ивана.
– Успеем конечно, – уверенно ответил парень. – Завтра с утра на дорогу выйдем, а там до города дня три ходу, а то и меньше.
– А где ж я в городе дом найду? – девушку терзали сомнения. Она не могла представить, как в незнакомом месте можно найти где жить.
– Да их там полно, – успокоил её Иван. – Я с Марьей встречусь, у неё узнаю всё, глядишь, у кого не дом – так угол будет свободный.
– А если Марья не захочет помогать? – Злата всё ещё сомневалась. Она не знала Марью, да и с Иваном только свела знакомство.
– Как это? – удивился парень и гордо продолжил. – Она у меня знаешь какая? Самая добрая и красивая!
– Я подумаю, – нерешительно ответила Злата. Ей было страшно идти в неизвестность, но ещё страшнее было за родителей, которые остались в деревне.
– Да что тут думать? – настаивал Иван. – Не тащить же стариков. Я так же сделал. С Марьей встречусь, а там и родителей перевезу.
Злата задумчиво смотрела на парня. Он казался добродушным, не злым, и, видно, очень любил свою Марью, раз был готов оставить всё и всех ради невесты.
– Давай-ка спать, – предложила девушка. – Мы оба устали, а утро вечера мудренее.
Иван согласно кивнул, и ребята принялись готовится ко сну. Лес спал, где-то ухал филин. Иван натаскал еловых веток, чтобы не спать на голой земле. Соорудив две лежанки, ребята легли спать. Злате не спалось, она слышала, как Иван возится, устраиваясь поудобнее. Небо темнело далеко вверху, неожиданно что-то замерцало.
– Ваня, смотри!
– Чего? – услышала она сонный голос парня.
– Посмотри на небо. Оно горит разноцветными огнями! – восторженно произнесла девушка.
– И правда… – услышала она бормотание Ивана. – Не к добру эту, горе будет.
– Это ведь так красиво! – Злата завороженно смотрела на цветные всполохи, то появляющиеся, то исчезающие в небе. – Может, к счастью?
– К горю, беде. Точно тебе говорю, – серьезно ответил Иван, и ребята замолчали.
Ночью Злата проснулась в холодном поту. Ей снова снился тот сон: лес, пожираемый огнём, и Древо, которое призывало её, называя по имени.
– Злата, – шуршало оно опадающей листвой. – Иди на восток, ты нужна здесь.
– Я не хочу, не хочу, – шептала она, пытаясь заснуть. – Не надо, не снись больше, – но стоило прикрыть глаза, как вновь замелькали падающие деревья, замерцало зарево пожара и заревели спасающиеся звери.
Заснуть снова не удалось. Злата ворочалась на еловых лапах, а небо серело, предвещая скорый рассвет. Смирившись с тем, что сон ушёл, она лежала, глядя на светлеющее небо, размышляя о том, как быть дальше. Пахло елью и влажной землёй. Птицы несмело начинали петь свои песни, и ветер разносил их трели по округе. Приняв решение, девушка встала и, умывшись холодной водой, занялась костром.
Иван проснулся, когда огонь уже вовсю трещал, отгоняя прохладу утра.
– Я решила идти с тобой, – сказала Злата вместо утреннего приветствия.
– Это хорошо, – радостно ответил парень, потягиваясь. – Вдвоём путь быстрее да веселее будет.
И, зевнув, добавил:
– Да и негоже девице одной по лесам ходить.
Злата лишь хмыкнула в ответ.
Позавтракав, ребята отправились в путь. Дорога им предстояла неблизкая. Иван рассказывал о своём: о Марье, о планах на жизнь в городе. Злата его почти не слушала, часто кивала невпопад и порой отставала. Она начала сомневаться в принятом решении и уже была готова отказаться от похода в город, как только они выйдут на дорогу. Только вот дороги всё не было. Они блуждали уже пару часов, а кругом был лишь весенний лес и ни намёка на тропинку.
– Вань, а мы точно туда идём? – жалобно спросила Злата, когда они в очередной раз вышли к поляне, где ночевали.
– Я думал, ты дорогу знаешь, – ответил парень с досадой. – Ты же с нужной нам дороги вышла.
– Но я же сказала, что не помню пути! – возмутилась девушка. – Если бы я знала, как идти, ещё бы вчера на дорогу вернулась.
– Да-а-а, – протянул Иван задумчиво и присел на ствол упавшего дерева. – Этак мы неделями тут бродить можем.
– А как ты собрался в город идти, если из леса не знаешь как выйти? – с подозрением спросила его девушка. – Ты же сказал, что знаешь дорогу.
– Знаю, но то по дороге. В лес заходить я не планировал, – с досадой ответил он. – Дождь пошёл, вот я и решил, что под деревьями суше будет. Кто ж знал, что лес тут дремучий такой…
И он пнул шишку, лежавшую на земле. Словно в отместку, новая шишка упала ему прямо на макушку.
– О, а может, нас Леший не выпускает? – спросил он, потирая ушибленное место. И оглядывась по сторонам шёпотом добавил: – Или хуже того, Ворса!
– Тогда надо одежду наизнанку надеть, – ответила девушка. – Родители говорили, что тогда Леший отпустит. Правда, я уже пробовала, и мне не помогло.
– И мне не помогло, потому и встретились мы, – ответил Иван, вставая. – Давай лучше подумай ещё раз, как ты сюда с дороги вышла. Как-то ведь ты сюда попала.
– Ваня, тропинка исчезла среди кустов, мы уже обошли всё вокруг, а её так и не нашли, – раздражённо ответила Злата. – Может, стоит просто пойти прямо? Куда-то да выйдем.
– Но как-то же ты сюда пришла, – не сдавался Иван.
Злата тяжело вздохнула.
– Ты упёртый как баран!
– Сама такая! – недовольно воскликнул он.
Перепалку ребят нарушил звук сломанной ветки где-то совсем рядом. Они замерли, прислушиваясь. Кто-то большой шёл, ломая кусты. Было слышно шуршание и тяжёлое дыхание. Напряжённое ожидание разрушило карканье ворона, и из кустов показалась морда медведя. Он медленно продвигался вперед, обнюхивая воздух.
– Ваня, что нам делать? – прошептала Злата, не отрывая взгляд от животного.
– Сейчас медленно отходим назад, – тихо ответил Иван, стараясь не показывать страха. – А потом бежим как можно скорее.
Ребята попятились, не спуская глаз с медведя, но не успели сделать и пары шагов, как тот их заметил и издал громкий рык. Забыв про осторожность, ребята бросились бежать, не оглядываясь. Ветки хлестали по лицам, ноги путались в корнях, а зверь уже нагонял.
В очередной раз петляя меж деревьев, девушка не заметила толстый корень, торчащий из земли, и, споткнувшись, распласталась на земле. Иван, бежавший чуть поодаль, даже не обернулся на вскрик. Злата увидела лишь его удаляющуюся спину. Медведь снова зарычал. Злата вся сжалась и закрыла глаза. Ей казалось, что вот сейчас он кинется и растерзает её, но ничего не происходило. Медведь продолжал рычать. Приоткрыв глаза, Злата увидела, что на поляну вышел волк. Он был крупный и скалил пасть, глядя на медведя. Девушка боялась шелохнуться и даже дышать старалась через раз. «Ну всё, теперь точно не доживу до завтра», – мелькнула мысль в её голове.
Волк, учуяв добычу, по-видимому, решил забрать её себе, потому начал ходить вокруг медведя. Тот прижался спиной к ближайшему дереву и глухо рычал. Быстрый прыжок волка, резкий удар медвежьей лапой, и схватка окончена. Волк, скуля, отлетел. Злата испуганно зажмурилась. Раздался крик ворона, а затем странный звук оборвавшейся тетивы, и наступила тишина. Время ощущалось вязким, как мёд. Осторожно приоткрыв один глаз, девушка увидела, как над поверженным волком склонилась тёмная фигура. Но стоило ей полностью раскрыть глаза, как фигура исчезла. Поляна была пуста, даже медведь куда-то подевался.
Злата перевела дух и, поднявшись, ещё раз осмотрела место сражения.
«Надо бы найти Ивана, – подумала девушка. – Интересно, куда он мог убежать? А вдруг дорогу нашёл?».
– Ау! – неуверенно выкрикнула Злата и прислушалась.
Вдруг на тушу волка запрыгнула рысь, обнюхав его, она фыркнула, после чего подняла морду и уставилась на Злату круглыми глазами. Девушка замерла, ожидая дальнейших действий рыси, но та не двигалась. Не отрывая взгляда от большой кошки, Злата вспоминала, как однажды в детстве ей рассказывали о том, что рысь отпугивает от человека беду. Тогда же и говорили, дабы этой самой беды избежать, нужно следовать за рысью. Злату терзали сомнения, она боялась пошевелится, ведь несмотря на легенды, рысь оставалась опасным хищником. Так они смотрели друг на друга, пока кошка не мотнула головой, словно стряхивая паутину.
Издав звук, похожий на мяуканье, рысь не спеша направилась в сторону зарослей малинника. Ловко проскочив колючие ветки, она скрылась за ними. Раздался хруст. Злата аккуратно попятилась назад, стремясь покинуть страшную поляну. Хруст повторился, и рысь выглянула из кустов, недовольно уставившись на Злату. Снова как-то странно мяукнув, большая кошка махнула головой и скрылась в кустах. Злате казалось, что она зовёт её за собой. Глубоко вздохнув, девушка решилась и двинулась за рысью. Малинник оказался густой и довольно растянутый. Наконец продравшись сквозь кусты, она увидела ожидающую рысь. Та стояла чуть впереди у огромных елей. Заметив Злату, она удовлетворённо кивнула и скрылась среди веток. Девушка послушно шла следом. Рысь двигалась быстро и уверенно, огибая деревья. Злата старалась не отставать, хотя сердце бешено колотилось от страха и усталости. Примерно через четверть часа показался просвет, и впереди замелькали берёзы. Выбравшись из елей, девушка оказалась на широкой тропинке. Рысь же пропала из виду.
Она присела на траву, пытаясь отдышаться и собраться с мыслями. «Теперь мне точно не найти Ивана, – с какой-то грустью подумала девушка. – Зато нашлась какая-то тропинка. Всё же люди были правы – рысь и правда отводит беду».
– Ау! – крикнула она, надеясь, что парень услышит. – Иван, ты где?
Ответа не было, и Злата почувствовала, как страх снова начинает охватывать её. Она оглядывалась по сторонам в надежде увидеть парня. Вдруг впереди мелькнула человеческая фигура. Злата радостно вскочила и бросилась за ней.
– Ваня! – радостно закричала она, но, приблизившись, увидела идущую по тропинке девушку. У незнакомки были две рыжих, даже каких-то пятнистых, косы, а зелёный сарафан сливался с молодой листвой леса. Подол сарафана был влажным и местами испачкан землёй. При каждом шаге из-под подола мелькали босые грязные пятки. Злата пригляделась к отделяющейся девице: «Если б не косы, решила бы что русалка, а полыни-то у меня с собой и нет», – подумала девушка. Испугавшись, что вот-вот вновь окажется одна, Злата решила окликнуть незнакомку.
– Постой! Куда ведёт эта тропинка?
Девушка обернулась и, дружелюбно улыбнувшись, ответила:
– Знамо дело, в деревню.
– В деревню? А в какую?
– Так ли оно важно? – отвечала девушка. – Главное ж оно из лесу к людям выйти, а там уж недолго разобраться, – и, отвернувшись от Златы, она пошла дальше.
– Разве ты не из этой деревни? – удивилась Злата.
– Из неё, – ответила девушка, продолжая свой путь и не глядя на Злату.
– Тогда почему не скажешь, что за деревня?
Рыжая молча остановилась.
– А ты сама откуда будешь здесь, в лесу? – ответила она вопросом на вопрос.
– Мы с другом идём в город, потому что в наших деревнях начался мор. Может, ты его видела?
– Друга? – рыжая снова обернулась, и Злата увидела, как та усмехается. – Это ты про того парня, который бросил тебя на растерзание медведю?
– Он меня не бросил, – возмутилась Злата. – Просто не увидел, как я упала.
– Да-да… – кивнула рыжая. – Только вот всё он видел, да помочь не захотел, чтоб свою шкуру спасти.
– Ты лжёшь.
– Уверена? Давно с ним дружбу водите?
Злата опустила голову. Рыжая девица была права. Откуда ей знать, какой Иван друг, возможно, он и правда увидел её падение и просто не захотел помочь.
– А тебе-то откуда знать? – возмутилась Злата – Ты с ним и не знакома даже. Да и не было тебя на поляне.