Развод в 45 Хозяйка заброшенного имения
Я уже представляла себе тёплый очаг, добрые лица, горячую еду…
О Боги! Да кого я обманываю? Мне бы просто увидеть людей! Живых... Тогда, возможно, страх отступит и я смогу вернуться домой.
Наконец, впереди, я увидела очертания изб.
Деревня!
Я ускорила шаг. Но желание, как можно скорее оказаться в безопасности, заставило меня подхватить полы платья и практически побежать.
Добежав до первой избы, я замерла, пытаясь отдышаться и понять откуда же шёл тот дым.
Но... деревня словно бы вымерла.
Ни людей, ни животных, ни единого намёка на то, что в этом богом забытом месте, есть кто-то живой.
Неужели мне показалось? Но нет. Я точно видела дым.
Медленно идя вдоль старых, покосившихся от времени изб, я искала глазами хоть какие-то признаки жизни. Но, судя по тому, что я видела, слухи, которые я слышала ранее, оказались правдивы — здесь давно уже никто не живёт. Но тогда, что я видела? Откуда шёл дым? Возможно, усталый путник разжёг неподалёку огонь? Сомнительно. Если только он не слышал тех устрашающих баек про эти места, что слышала я.
Вдруг, взгляд мой наткнулся на едва заметную тропку, ведущую к одному из домов. Значит, мне не привиделось и здесь действительно кто-то был?
Свернув с дороги, я осторожно подошла к провисшей калитке и толкнула её от себя. Она со скрипом отворилась, открывая вид на небольшой дворик и покосившуюся избу с забранными досками окнами. На дверях дома висел большой чугунный замок. Взойдя на крыльцо, я словно не веря глазам, провела по нему пальцами, а затем потянула его на себя и, неожиданно, замок поддался. Дверь открылась легко, словно бы кто-то продолжал исправно смазывать петли.
Переступив порог, я вошла внутрь и в нерешительности замерла.
Из-за досок на окнах внутри помещения стоял полумрак. Мне потребовалось какое-то время, чтобы дать глазам привыкнуть к неяркому свету, а уж после, когда зрение адаптировалось, я закрутила головой по сторонам, осматривая внутреннее убранство дома.
Обстановка была более чем скромной: старый стол, пара стульев, большая печь в углу и кровать, застеленная выцветшим одеялом. Пыль толстым слоем покрывала не только все поверхности, но даже гроздьями свисала с потолка, облепив паутину. На первый взгляд можно было решить, что в доме давно никто не бывал, но, присмотревшись, можно было увидеть неприглядный след на столе. Словно бы кто-то недавно был здесь. Тогда я решила осмотреть печь. Подойдя, я коснулась рукой её шершавой поверхности. Печь была тёплой. Открыв дверцу, я увидела, что в глубине темного зева ещё тлеют угли.
Выходит, я не ошиблась? Печь топлена, а значит, кто-то здесь был. Но кто? И где он сам?
— Эй? — дрожащим голосом прокричала я. — Здесь есть кто-нибудь?
В ответ тишина.
Разочарованно вздохнув, я повернулась, чтобы выйти на улицу, но, вдруг, в самом тёмном углу дома послышался шорох. Я испуганно замерла, вглядываясь во тьму.
Но... ничего разглядеть не смогла.
Собравшись с духом, я произнесла:
— Прошу простить, что вторглась в ваш дом, но мне нужна помощь, — я старалась не показывать страх, что душил меня изнутри, но голос мой дрогнул, а рука невольно, потянулась к кинжалу.
За эту ночь, утро, я настолько накрутила себя, что мысли о перевёртышах стали казаться вполне реальными. Вот и сейчас, стоя в полумраке заброшенной избушки, я готова была поверить во что угодно...
Вдруг, шорох повторился, но теперь он доносился откуда-то сверху. Медленно подняв голову, я увидела, как с потолка свисает тень. Сердце бешено заколотилось в груди, дыхание перехватило и кровь отлила от лица.
— Кто там? — пискнула я.
И снова, в ответ — тишина. Тень не двигалась. Не выдержав напряжения, я резко взмахнула кинжалом, целясь в темное пятно. Лезвие просвистело в воздухе, и с потолка посыпалась труха. А вместе с ней… на стол рухнула обычная кошка. Она жалобно мяукнула и, спрыгнув на пол, бросилась ко мне, ласково мурлыча и обвивая ноги.
Я облегченно выдохнула. Всего лишь кошка. Но откуда она здесь взялась?
— Ты как здесь, киса? Где твой хозяин? — вернув кинжал на место, я наклонилась и подхватила животное на руки. Затем вышла из дома и стала взглядом искать владельца животного. Но либо здесь не было никого, либо тот, кто всё это время заботился о своём питомце, умело скрывался от моих глаз.
Недоуменно пожав плечами, я спустилась с крыльца, прошлась по двору, заглянула за угол дома и даже осмотрела сарай, что стоял в дальнем конце участка. Нигде ни души.
Решив, что поиски бесполезны, я опустила кошку на землю и, покинув двор, двинулась дальше по улице. Последующие дома ничем не отличались от предыдущих. Одинаковые, серые, истрёпанные временем, с покосившимися заборами и заросшими травою участками.
— Кажется, я просто теряю время. Да, киса? — я присела возле кошки, которая всё это время следовала за мной по пятам, и, погладив её, бросила тревожный взгляд на солнце.
Перспектива провести ещё одну ночь в особняке совсем не прельщала меня. Но отправляться в дорогу сейчас, когда совсем скоро стемнеет, было бы чистым безумием. Я понятия не имела, как далеко нахожусь от ближайшего населенного пункта, и перспектива заплутать в ночном лесу, а ещё хуже встретиться там с перевёртышами, казалась мне куда более ужасной, чем переночевать в особняке. Там, по крайней мере, хоть есть где спрятаться от этих чудовищ.
— Ты со мной, киса? — я бросила взгляд на животинку. Кошка довольно заурчала, уткнувшись мордочкой в мою ладонь. — Тогда, идём!
Встав, я пошла прочь из деревни. Но, ещё одно неожиданное открытие ждало меня, прямо посреди улицы. Курица! Обычная деревенская курица вольготно расхаживала от дома к дому, что показалось мне не менее странным. Насколько я знала, что кошка, что курица — это одомашненные животные.
Но где тогда люди?
Вопросы роились в голове, не давая покоя. Инстинкт самосохранения настойчиво твердил, что нужно убираться отсюда как можно скорее, но любопытство, вечный спутник всех авантюристов, твердило, что нужно ещё раз осмотреть все дома.
И всё же, разум взял верх над любопытством.
Решено, я переночую в особняке, а с первыми лучами солнца покину это жуткое место.
Обратная дорога до особняка показалась мне вдвое длиннее.
Каждый шорох, каждая тень заставляли меня вздрагивать и озираться.
И когда, наконец, впереди показался знакомый фасад двухэтажного дома, меня уже изрядно трясло от страха. Схватив кошку на руки, я пулей влетела в дом и захлопнула дверь за собой. Опустив кошку на пол, я повернулась, чтобы закрыть дверь на задвижку и, в этот самый момент, за спиной раздался разъяренный рык бывшего мужа:
— Где тебя черти носят, Валерия?
21
Его голос раздался так неожиданно, что я едва не завизжала от ужаса. В тот момент я буквально прочувствовала, что это значит, едва не умереть от страха. Резко обернувшись, я впилась изумленным взглядом в лицо Шейна и... обомлела. Мой пока ещё муж выглядел, мягко сказать, неважно: осунувшееся лицо, тёмные круги под глазами, щетина, покрывающая обычно гладко выбритое лицо... Но больше всего меня поразил его взгляд — мутный, горящий каким-то безумным огнём. Обычно сдержанный и респектабельный Шейн сейчас напоминал дикого зверя.
"Что это с ним? — пронеслось у меня в голове. — Неужели встреча с истинной парой так на него повлияла? Или... разлука со мной?"
Я уже было открыла рот, чтобы спросить у Шейна о его самочувствии, но в ту же секунду упрямо сомкнула губы обратно.
"Его здоровье отныне не волнует меня., — напомнила я себе. — Пусть Мелисса теперь проявляет заботу к нему. А я ... я больше не его жена, не его поддержка и не его утешение.Так пусть же этот предатель пожинает плоды своего выбора!"
Однако, несмотря на все мои рациональные доводы, сердце предательски сжалось от жалости. Этот человек, стоящий передо мной, когда-то был для меня опорой, моей любовью, моей вселенной.
Мы делили с ним радости, горести, мечты и надежды...
Так... Стоп! А что он вообще здесь забыл?
— Зачем ты здесь? — пытаясь подавить в себе остатки былых чувств, холодно спросила его.
Шейн сделал неуверенный шаг в мою сторону, и я невольно отступила назад. Прижавшись спиной к холодной двери, я смерила его взглядом, полным презрения.
— Не подходи ко мне, — прошептала одними губами.
В глазах мужа мелькнуло что-то похожее на боль, но он умело взял себя в руки.
— Ты боишься меня? — усмехнулся мужчина, и эта ухмылка обожгла сильнее всяких слов. В ней было столько самодовольства, столько уверенности в своей неотразимости, что меня передёрнуло от омерзения.
— Боюсь? Тебя? — я презрительно фыркнула. — Скорее, ты мне противен...
Глаза Шейна опасно блеснули, зрачок хищно вытянулся, и он в два шага сократил расстояние между нами. Уперевшись ладонями в дверь, он приблизил своё лицо к моему и прошипел:
— Противен? Вот, значит, как ты заговорила? А если так? — он больно схватил меня за подбородок и, наклонившись, стал целовать.
Его поцелуи были грубыми, требовательными, лишенными всякой нежности. Он не спрашивал, не просил, а брал, словно у меня не было права на собственные чувства и желания. Я пыталась отвернуться, пыталась вырваться из его хватки, но Шейн держал крепко, не давая мне ни единого шанса. В его поцелуях чувствовалась злость, обида и какое-то отчаянное желание доказать свою власть. В какой-то момент он уже не целовал, а просто кусал. Он словно бы намеренно причинял мне боль, тем самым уничтожая остатки меня самой.
Слёзы бессилия обожгли мне глаза. Я ощущала вкус собственной крови во рту, и чувствовала как в груди разрастается огромный ком ненависти. Я ненавидела Шейна за то, что он позволяет себе так поступать со мной. Ненавидела себя, за то, что когда-то я всем сердцем любила этого человека. И даже ненавидела Мелиссу, за то, что рядом с ней мой муж превратился в чудовище.
Закрыв глаза, я попыталась абстрагироваться от происходящего, но это не помогало. Боль пульсировала в губах, напоминая мне о реальности. Слезы обиды и унижения потекли по щекам.
Внезапно, словно опомнившись, Шейн отстранился.
Пару секунд он смотрел на меня затуманенным взглядом, затем выругался и стремительно отошёл в глубь холла.
— Прости, — глухо бросил мужчина, обернувшись ко мне. — Я сам не понимаю того, что творю.
Вытерев слёзы тыльной стороной ладони, я заставила себя посмотреть на него.
Мужчина казался потерянным и даже растерянным.
— Зачем? — мой голос дрожал от обиды. — Зачем ты продолжаешь мучить меня? Разве тебе мало того, что ты сотворил со мной? Зачем ты вообще явился сюда?
Но вместо того, чтобы ответить, Шейн вдруг изменился в лице и зло произнёс:
— Я прождал тебя несколько часов, Валерия, — моё имя он практически выплюнул. — Где ты была всё это время?
На мгновенье я опешила от такой резкой смены его настроения. Ещё минуту назад он просил у меня прощения, а сейчас, казалось, был готов придушить меня. Если бы я не знала своего мужа, то могла решить, что он страдает от раздвоения личности... Но, нет. Шейн никогда не страдал этим.
Тогда что происходит? Возможно, встреча с истинной так влияет на него? Неужели дракон берёт верх над человечностью?
Впрочем, не важно.
Главное, чтобы он как можно быстрее покинул сей дом.
Отстранившись от двери, я направилась в сторону кухни.
— Я не обязана перед тобою отчитываться, — бросила себе за плечо. — Хотя... Если тебя это так волнует, то я... гуляла. Просто гуляла. Осматривала свои новые владения. И знаешь, — я обернулась и заставила себя улыбнуться. — Мне здесь нравится! Очень. И если ты думаешь, что я вернусь с тобою обратно в наш дом, то ты глубоко заблуждаешься. Тебе не удалось сломать меня этой ссылкой. Здесь... вполне себе мило. Роскошный дом, огромный сад... Есть где разгуляться моему дару...
Я говорила, и сама офигевала от своих слов. Что я несу? Мне здесь нравится? Да ещё час назад я собиралась сбежать отсюда. Но я не хотела показать Шейну, как это место пугает меня. Не могла позволить, чтобы он наслаждался моим поражением.
— ...Так что можешь даже не уговаривать, я не вернусь к тебе, Шейн! — довольная собой, я развернулась и продолжила путь, но, неожиданно, за спиной раздалось:
— Забудь о том, что я тебе предлагал. Ты больше не нужна мне, Валерия...
От неожиданности я сбилась с шага и едва не врезалась в косяк. Остановившись, я обернулась и переспросила:
— Что ты сейчас сказал?
— Только рядом с Мелиссой я познал настоящее счастье, — с каким-то благоговейным восторгом произнёс Шейн. — Она истинная, высокородная драконица, которая показала мне, что такое любовь. А ты... ты ничто. Обычная, стареющая человечка, к которой я больше не испытываю ничего, кроме человеческой похоти...
— Замолчи, Шейн! — не выдержала я и перебила его. — Ты ведёшь себя низко! Смею напомнить тебе, что эта стареющая человечка, которую ты сейчас унижаешь, родила тебе сына! Дарок... Он...
— Не смей даже произносить его имя! — зарычал мужчина. Глаза его потемнели от гнева, на скулах заиграли желваки. — После развода ты больше никогда не увидишь сына!
— После развода?
— Да, Валерия, — Шейн выставил руку и, словно бы из ниоткуда, ему на ладонь упал свёрнутый в трубочку пергаментный лист. — Я хочу развода. И именно за этим я здесь. Прямо сейчас ты подпишешь эти документы, и мы навсегда исчезнем из твоей жизни.
Внутри меня словно что-то оборвалось.
Я была не против развода, но Дарок... Шейн прямо сказал, что не позволит мне видеться с сыном. От одной только мысли, что он заберёт его у меня, глазах потемнело, и стены вдруг покачнулись. Мне пришлось ухватиться за косяк двери, чтобы не упасть.
Со стороны, где стоял Шейн, раздался раздраженный вздох.
— Не устраивай сцен, Валерия, — лениво протянул муж. — Ты же сама хотела развода.
Мне потребовалось приложить неимоверное усилие, чтобы взять себя в руки. Подняв голову, я посмотрела на пергамент в его руке. От вида, казалось бы, обычной бумаги, внутри меня закружил ураган эмоций: гнев, обида, отчаяние.
Но сильнее всего — страх. Страх потерять Дарока. Этого я не переживу.
Выпрямившись, я окинула Шейна ледяным взглядом. В глазах больше не было ни мольбы, ни надежды. Осталась только решимость.
"Не дождешься, — пронеслось в голове. — Ты ещё пожалеешь, что сразу на дал мне развода! Теперь же посмотрим, на что ты готов пойти ради своей истинной пары."
— Будь по-твоему, Шейн. Я подпишу эти бумаги... Но только после того, как ты впишешь в этот документ несколько важных поправок. У меня есть условия, Шейн. И либо ты выполнишь их, либо развода тебе не видать...
22
— Будь по-твоему, Шейн. Я подпишу эти бумаги... Но только после того, как ты впишешь в этот документ несколько важных поправок. У меня есть условия, Шейн. И либо ты выполнишь их, либо развода тебе не видать...
От моих слов Шейн скривился, словно от зубной боли.
— Ты смеешь ставить мне условия? — процедил он сквозь зубы и сжал кулаки. — Ты? Та, которая и мизинца моего не стоит? Та, которая и жива-то только благодаря мне?
— Именно так, Шейн, — не обращая внимания на колкости с его стороны, кивнула я. — Ты не оставляешь мне выбора. Хочешь развода? Ты его получишь. Но я не буду больше играть по твоим правилам. Хочешь моей подписи? Ты и её получишь, но только после того, как я буду уверена, что ты выполнишь мои требования.
Супруг прожёг меня яростным взглядом. Казалось, что Шейн вот-вот взорвется от злости. Вены на его шее вздулись, лицо покраснело, а на щеке даже показалис
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Всего 10 форматов