Дедуктивный метод Ирен Эверсид

Глава 18

— Ирен, дорогая, надеюсь, я не позволил себе лишнего? — на пороге стоял Герод Вильмар и мило улыбался, — понимаю, что время позднее, но я не увидел для себя иной возможности. Мне крайне важно обратиться к вам с деликатной просьбой, мисс Эверсид.

— Что вы, милорд, мы всегда рады друзьям отца, — постаралась выделить голосом последние слова, чтобы подчеркнуть их особую значимость, — проходите. Может быть чаю?

— Благодарю, не стоит. — Вильмар чинно прошествовал к стойке и положил на нее снятую шляпу. Удивленно оглянулся и глянул вопросительно. — Как же, младшая мисс Эверсид, видно, уже отдыхает? Правильно, негоже юной девушке отсутствовать в столь поздний час.

Я лишь усмехнулась и покачала головой.

— Если бы, — вздохнула, — послушалась бы вас сестра, перестала бы искать приключения на свою бедовую голову. Никак не могу с ней сладить! После смерти родителей было тяжело вернуть ее на правильный путь, понимаете?

— Как же, как же, — покивал лорд, — прекрасно понимаю вас, Ирен. Как много вам пришлось взять на себя, моя дорогая. Искренне восхищаюсь вашей выдержкой: стать опорой для обеих сестер в горе и радости, взять на себя обязательства по наследству отца и владению семейным кафе. А вы ведь еще совсем молодая женщина. Вам бы танцевать на балах, радоваться жизни, вертеть кавалерами, да вести достойный вашего положения образ жизни.

Мы расположились за столиком у окна. Я машинально поправила кружевную салфетку под вазочкой с сухоцветами и отодвинула в сторону книгу, которую кто-то из посетителей оставил раскрытой и лежащей страницами вниз.

За стеклом город понемногу готовился ко сну. В окнах дома напротив гасли огни. Зато у булочной через дорогу еще горела вывеска: подмастерье, стоя на табурете, лениво протирал позолоченный крендель, насвистывая веселый мотивчик. Видимо, ярмарка была удачной и для них, хорошо заработали.

По мостовой прокатился экипаж. Лошадь недовольно мотнула головой, кучер что-то пробормотал ей в ответ, и вскоре цокот копыт затих за поворотом.

В свете уличного фонаря задержалась пожилая пара. Мужчина долго поправлял на спутнице шаль, пока те не перехватила его руки и, кажется, не напомнила, что дома этим заниматься гораздо удобнее. Они ушли неспешно, плечом к плечу.

Сердце полоснуло тоской: ведь точно так же однажды могли идти родители, бережно заботясь друг о друге. Но им не дали этого шанса. Его жестоко и цинично отобрали, решив за них их судьбу.

Я проводила парочку взглядом и невольно поджала губы. Нужно успокоиться. Я должна держать ситуацию под контролем и унять собственные эмоции. Использовать, как советовал отец, силу своего дара сказителя себе во благо, а не дать чувствам захлестнуть меня с головой.

Сжала кулаки под столиком, сильно, до боли, острыми ногтями впившись в нежную кожу. Полегчало, напряжение отпустило. Вернулись решимость и спокойствие.

В кафе было тепло. От стойки тянуло корицей и печеным яблоком: под стеклянным колпаком оставалось несколько кусочков вечернего пирога. Помнится, Иония предусмотрительно убрала их подальше от края — преимущественно спасая от загребущих рук Ириды, которая считала, что семейные узы дают ей неограниченное право на выпечку моих помощниц.

Под потолком светились маленькие янтарные шары, оплетенные тонкими медными веточками. Девочки с Мавериком зачем-то украсили ими зал, уверив меня, что прежние светильники начали придавать посетителям вид подозреваемых на допросе. Теперь мягкий свет ложился на корешки книг, поблескивал в чашках и собирался золотыми пятнами на темных столешницах.

Между полками висели гирлянды из бумажных листьев, вырезанные руками сестер еще в прошлом году. Один листочек отклеился и сиротливо лежал на спинке кресла у камина. Там же остался клетчатый плед, аккуратно сложенный пополам, и чашка с недопитым чаем. Уходя, наши постоянные посетители порой забывали, чтобы находятся не в собственной гостиной.

И мне это нравилось. Этот порядок завели еще родители и так я иногда чувствовала их присутствие: время от времени слышала отголоски их смеха и разговоров. Словно они продолжали присматривать за своими любимыми девочками и делом своей жизни.

И только один элемент этим поздним вечером выбивался из привычной идиллической картины. И это был лорд Герод Вильмар.

— И все же здесь удивительно уютно, — заметил гость, оглядывая зал.

— Это заслуга родителей. Они оба умели сделать так, чтобы любому посетителю захотелось остаться в нашем кафе.

Лорд пожевал губами, но натянул вежливую улыбку. Выпрямился и сложил руки на столе.

— Пожалуй, от чая я все-таки не откажусь, — напросился на гостеприимство.

Я поднялась. Пока закипал чайник, можно было еще несколько минут слушать потрескивание дров и звон посуды за стойкой, не спрашивая, какая деликатная просьба привела друга отца к нам в столь поздний час.

— Помню, когда Бильд только открывал ваше кафе, столько в нем было энтузиазма… — поделился Вильмар. — Казалось, весь мир должен узнать, что в Ирнистаде появилось такое дивное место для желающих разделить книжные интересы и жизненную философию…

— А вы хорошо знали отца, лорд Вильмар? — посмотрела на него поверх дымящейся чашки. — Признаюсь честно, плохо помню… Вы разве часто бывали у нас? А возможно, виделись с отцом за пределами кафе? Потому что, по вашим словам, вы с отцом были хорошими знакомыми, даже друзьями, но вот незадача: родители редко упоминали ваше имя в разговорах. Ни я, ни сестры не смогли припомнить ни одного случая… Конечно, мы знакомы, как можно не знать такого видного представителя высшего света Ирнистада. Тем не менее, не объясните, как такое возможно? Отец говорил одно, вы — утверждаете другое?

Вильмар принужденно рассмеялся, но взгляд сделался настороженным и цепким. Постепенно гость осознавал, что запудрить мозги глупой девчонке не удастся. Как я это узнала? Просто доверилась наконец своему дару и открыла для себя уйму интересного: в лорде так и бурлили яркие эмоции — злость и ненависть, обида и презрение, зависть и мстительность. И весь этот эмоциональный коктейль чуть не выбил из меня дух.

Почему я не различала этого раньше? Возможно, дар был нестабилен. Возможно, Вильмар применял какой-то сильный защитный артефакт. А возможно, я просто не прислушивалась, полагалась на внешние сигналы и не хотела видеть или «чувствовать» очевидное — лорд Герод терпеть не мог моего отца!

— Дорогая Ирен, — он покровительственно похлопал меня по руке и пожурил: — Вы были ребенком, что здесь скажешь. Но разве я не помогал вам по мере своих скромных сил после смерти ваших достопочтенных родителей? Неужели вы можете меня и здесь упрекнуть в чем-то?

Но сбить с толку меня не удалось. Я лишь скупо улыбнулась и отставила чашку.

Боковым зрением заметила движение на соседнем с нами стеллаже. Тот стоял за спиной Вильмара и потому он не обратил на маленького теневого искателя никакого внимания. Малыш блеснул багровым светом, тихо перебирая тонкими лапками расположился в просвете между книгами и затих. Но прежде чем слиться с интерьером кафе, искатель просигнализировал мне два раза — система установлена и подключена. Можно действовать.

Я окончательно расслабилась и в то же время — собралась с силами, как морально, так и энергетически. Что ж, лорд Вильмар, наша со Стоггардом игра в «Ловлю на живца», видимо, только теперь переходит к последнему, завершающему акту. Богам известно, как сильно я удивилась, поняв, что вопрос с кражами не закрыт. Но увидев именно вас в ловушке, хитро расставленной нами для преступников, в моей голове все встало на свои места. Клянусь, теперь вы отсюда не выберетесь. Я вам это обещаю! Только в наручниках и под конвоем.

Бытует мнение, что только менталисты способны воздействовать на сознание человека или нелюдя. Так вот, оно ошибочно. Сказители тоже могут вмешиваться в ход мыслей и в поток эмоций. Не напрямую, разумеется, но опосредованно. У меня есть один лишь шанс вывести Вильмара на чистую воду. Он сделал все, чтобы отвести от себя подозрение. Ни один суд не свяжет высокородного лорда с кражей банка и тем более с несчастным случаем пятилетней давности без доказательств, которых у нас нет. Значит, нужно признание.

Вильмар должен заплатить за жизни моих родителей!

Дорогие читатели, шестидневная рабочая неделя немного выбила меня из колеи, потому сегодня глава будет неполной. В пятницу выйдет продолжение и детективную линию истории мы благополучно завершим! Спасибо за понимание, ваш автор.

Глава 19

- Кажется, вы хотели о чем-то меня попросить, милорд? - дружелюбно поинтересовалась. - Признаться, я не знаю, чем могу помочь такому сиятельному лорду.

Вильмар несколько расслабился, возникшая было настороженность вновь сменилась вежливой улыбкой. Но вся его поза говорила о крайней степени напряжения. Я считывала эти сигналы и мысленно прощупывала энергетические каналы — вдруг удастся найти «точку входа» как называл это отец.

В первый момент при разговоре с посетителями он всегда внимательно слушал, участливо поддакивал, не перебивал, но какое-то время оставался безмолвным собеседником. Это раскрепощало говорившего и дарило ему желанное ощущение собственной значимости и важности. Приятно оказаться в центре чье-то внимания, увидеть, что твои слова имеют для кого-то значение, что ты сам как личность привлекаешь и заинтересовываешь.

Нельзя сказать, что сказители намеренно создавали такие условия. Наоборот, это происходило настолько интуитивно, что мы даже не замечали произведенного эффекта. Фели, к примеру, как-то поделилась, что говорить с отцом, а теперь со мной — для нее огромное облегчение, словно разделяешь свои чувства с кем-то терпеливым, доброжелательным и чутким. При этом негативные эмоции сменяются позитивными, а хорошее настроение становится еще лучше.

Сказители — самые лучшие собеседники, если правильно применяют свой дар. Им поверяют сокровенные, а то и несколько постыдные тайны, с ними делятся семейными секретами, грустными и радостными моментами из жизни. Это как если бы вы разговаривали с лучшим другом. Так вот, если его у вас нет — можно найти сказителя и вы ощутите дружеское плечо.

Проблема возникала разве что у самого сказителя. Что если, как в моем случае, придется открыться ненавистному собеседнику? Дар может отказать, просто не подчиниться. И тогда весь четкий план может просто напросто рухнуть.

Чтобы этого не случилось, я постаралась успокоиться и сосредоточиться на словах Вильмара. Благо он стал говорить вполне ожидаемые вещи.

- Дорогая моя мисс Эверсид, - меня покоробило это обращение, но пришлось сдержаться. - Прежде чем озвучить свою просьбу, которую, я надеюсь, для вас не составит труда исполнить, позвольте начать несколько издалека.

Начинай, Вильмар, начинай. Хоть с первого пришествия великих драконов в земные чертоги. Главное, не обращай внимание на попытки одного неуклюжего сказителя пробраться к тебе в душу!

- Любому исследователю не единожды приходится столкнуться с непониманием в лице широкой общественности. - Лорд вздохнул. - К сожалению, я не стал исключением из правил. Мои исследования в области передачи данных, предметов и живых объектов по магическим каналам с использованием энергоструктур вызвали некий резонанс…

Твои, значит, исследования! Украл у другого ученого его идею и способ реализации и благополучно выдает теперь их за собственные достижения. Мерзавец! Спокойно, Ирен, соберись. Ты сможешь!

- Но я уверен, что совсем скоро, мне удастся предъявить научному сообществу обновленную модель полностью автономного энергопередатчика, способного переносить впечатляющие объемы материалов на ближние и дальние расстояния. - Лорд довольно цокнул языком. - Отладки требует буквально одна незначительная деталь. И я точно помню, как давал вашему покойному отцу и моему другу подробные разъяснения по данному вопросу.

Боги, как не сорваться?! Он давал подробные разъяснения! И ведь совесть Вильмара не мучает, такие люди всегда хорошо спят и во сне вершат великие дела. А как он гордится собой, это надо чувствовать… Постойте-ка, а ведь я чувствую, потому у меня все получается!.. Я пробралась внутрь к этому отпетому негодяю и именно поэтому он стал вещать та открыто и радостно! Теперь выдохнуть и начать аккуратно и незаметно искать энергетические узлы.

Я не менталист, прямого воздействия не получится, а жаль. Как бы мне хотелось сейчас мысленно приказать Вильмару пойти в отделение магполиции и подписать чистосердечное признание, но ничего не выйдет. Поэтому приходится действовать тоньше.

Багровый отсвет на стеллаже привел меня в чувство. Что-то я отвлеклась. Спасибо теневик, не даешь мне самой поддаться ненужным эмоциям.

- Безусловно, все детали сохранились вот здесь, - лорд постучал указательным пальцем по виску, - но хотелось бы получить письменные выкладки, так как, помнится, именно в разговоре с дорогим Бильдом мы пришли к интересным заключениям. Он помог мне нащупать путь и начать рассуждать в правильном направлении…

Не слушать, что он говорит… Хотя видеть его наглую физиономию становится практически невозможно. Неужели он думает, что я настолько бестолковая особа женского пола, что не понимаю элементарных вещей? Впрочем, что он явно принимает меня за какую-то дурочку мне на данный момент выгодно.

Энергия волновыми потоками хлынула на мой неокрепший разум и пришлось схватиться за столешницу, чтобы не упасть, так сильно меня поразил «грязный» внутренний мир Герода Вильмара.

Вот оно! Средоточие его жизненной силы. Отец называл его «энергетическим сердцем» человека или нелюдя. И это конкретное «сердце» было наполнено чернотой, злобой, завистью, тщеславием и, как ни странно, ревностью. Это тщедушный человечишка почему-то до сих пор завидует моему отцу, тогда как его уже давно нет в живых. Он просто трясется от злости от того, что именно Бильд Ормонд стал первооткрывателем теории энергетических автоматонов!

Просто не верится, что все это ради каких-то энергетических машин?!

- Вероятно, отец так же работал над подобными установками, - постаралась прощупать почву и вывести Вильмара на разговор в нужном ключе, - я тоже помню, как он делился с нами своими выводами и даже показывал какие-то модели… Думаю, если покопаться, то найду парочку таких установок на чердаке.

Раздражение Вильмара резко усилилось. За окном проехал крытый экипаж, где-то в отдалении пролаяла собака и снова все затихло.

- Вы правы, моя дорогая, - процедил Вильмар, - Бильд часто игрался в разного рода игрушки, на потеху его невзыскательной публики…

Я вопросительно приподняла бровь, намекая на обиду за отца. И одновременно послала сигнал в сторону лорда, усиливая его эмоции до предела.

- Вы хотели сказать, что отец любил своих посетителей и старался быть с ними максимально приветливым и радовать забавными приборами, верно? - сделали вид, что не поняла едкого язвительного комментария. - Это верно. Родители вообще были непритязательными людьми.

- Ваша правда. - Сухо проговорил Вильмар. - Бильд даже умудрился отказаться от огромного наследства в пользу своего несовершеннолетнего сына и уйти в закат со своей возлюбленной.

Последняя фраза прозвучала так презрительно, что я поняла: вот он, мой шанс «подцепить» Вильмара на крючок. Мои ощущения подсказали, что причиной ненависти выступает мама, вернее, ее низкий статус. И, конечно же, тот факт, что отец оставил свою прежнюю жизнь ради настоящей любви, не стал мучиться и дальше в договорном браке, вопреки настоянию матери, моей бабушки.

- Да, отец поступил как настоящий мужчина, - четко обозначила свою позицию, - не стал подчиняться великосветским правилам, последовал зову сердца и был счастлив.

Меня окатило презрение с головы до ног. Значит, я попала в точку. Продолжаем в том же духе, активно действуем на нервы Вильмара.

Я позволила себе на долю секунды вынырнуть из чужих эмоций, чтобы прийти в себя. Этого делать не стоило. Лорд тут же оглянулся по сторонам и насторожился. Тьма тебя подери! Теперь придется начинать все сначала.

- Но мы отвлеклись, Ирен. - Прокашлялся Вильмар и зябко потер ладони. - Разумеется, я считаю, что ваш отец поступил достойно джентльмена и мужчины. Но мы отвлеклись. Надеюсь, моя просьба передать мне некие дневниковые записи Бильда будет вами поняла абсолютно правильно. Я ни в коем случае не претендую на выкладки вашего отца, но хочу лишь получить возможность вернуть принадлежащее мне по праву.

В эту минуту ярость горячей волной ударила в грудь. И я уже не могла понять: была это ярость Вильмара или моя. Мне стало все равно. Этот мерзавец желал получить то, что принадлежит ему по праву. Тогда держись Вильмар!

- Вы безусловно заслуживаете все, что получите, лорд Вильмар. - Тихо проговорила я. - Хотя я не уверена, что мы найдем дневник отца, ведь когда пять лет назад родители попали в эту чудовищную ловушку по дороге в столицу, в саквояже отца как раз и лежали все его записи. И каким-то непонятным образом они куда-то пропали… Полиция ничего так и не нашла. Вы случайно не знаете, где они могут быть?

Я со всей силы воздействовала на энергетический центр Вильмара, так что сиятельному лорду стало душновато. Рваным движением он схватился за край ворота и попытался оттянуть ткань, так чтобы вдохнуть глубже. Глупый, глупый лорд, даже если ты полностью разденешься, это тебе не поможет.

- Кажется, что-то припоминаю… - просипел Вильмар, - это был его любимый чемоданчик с золотистыми пряжками по бокам… - сказал и резко втянул в себя воздух, а потом подскочил с места и злобно уставился на меня.

Я усмехнулась. Попался! О том, как выглядел саквояж отца знали только стражи полиции и члены его семьи. Причем стражи знали лишь по описанию, так как в перевернутом экипаже его не обнаружили. Свой исследовательский чемодан отец никому не показывал. Это был его маленький секрет.

Несколько минут мы с Вильмаром молча изучали друг друга, словно знакомились заново.

Я временно прекратила воздействие на эмоции собеседника и старалась перевести дух перед следующим раундом, который неминуемо наступит. И интуиция подсказывала мне, что он будет в разы сложнее предыдущего.

Лорд удивил меня: он прошел к входной двери и одним четким движением защелкнул замок, как если делал это каждый день, а ключ положил себе в карман. Не поворачиваясь, Вильмар что-то достал из внутреннего кармана пальто. Со своего места мне было плохо видно что именно. Но лучше бы мне не знать совсем.

Потому что когда Вилмар развернулся, на указательном пальце его правой руки я увидела странный перстень с крупным конусообразным камнем в серебряном обрамлении. Магический луч из камня указывал точно мне в грудь.

- Что ж, дорогая мисс Эверсид. - На лице лорда расцвета угрожающая ухмылка. - Раз вы применили ко мне свою поганую родовую силу, то сами приблизили закономерный исход нашей встречи. Никто никогда не догадается, что с вами случилось.

Следующий раунд наступил молниеносно, ничего не скажешь!

- Благодаря этому артефакту, - кстати, автоматону! - Вильмар кивнул на перстень и любовно провел по нему пальцем, - можно забирать жизненные силы человека. Спасибо Ормонду, что надоумил меня развивать это прибыльное направление. Жаль только, он сам категорически отказался сотрудничать, чем и подписал себе смертный приговор. Вот и вы решились пойти по стопам отца и сунули свой очаровательный носик куда не следует.

Я тихо выдохнула. Нельзя даже взглядом указывать Вильмару местонахождение теневика, но так хочется проверить, что артефакт на месте и записывает все, что происходит в кафе.

Лорд наконец разговорился, нужно усилить результат и заставить выложить его всю правду. Хватит ли у меня на это духу?!

- А теперь немедленно принесите мне дневниковые записи. - Прошипел между тем Вильмар. - И не надо меня уверять, что не знаете, где они лежат! Поганец Бильд, видимо, зачаровал их, и увидеть их может только такой же пришибленный на всю голову сказитель как он… Другого такого найти не удалось, но дочурка, думаю, сойдет. Передадите их мне и обещаю, больно не будет...

Глава 20

В кабинет отца мы поднимались друг за другом. Вильмар шел следом, не отставая ни на шаг. Я же старалась унять сердцебиение, заставляя себя мысленно перечислять факты произошедших краж, выстраивая четкую линию случившегося ограбления банка и стараясь не думать с каким хладнокровием идущий за мной высокородный преступник разглагольствует о своих великих делах — совершенных и еще предстоящих.

Вернее, пытаясь уговорить себя, что все под контролем и лорд рассказывает это исключительно из желания порисоваться, а не потому, что знает: его вынужденная собеседница уже никому и ничего не скажет, так как станет следующей жертвой его преступной деятельности.

- Моя дорогая, вы даже не представляете как я устал от всеобщей глупости! - распалялся несчастный преступник. - Все приходится делать самому! Приказал помощнице установить в кафе портативный передатчик, который самолично настроил и смоделировал по форме одного из ваших кулинарных фолиантов — умудрилась поставить не на то место, идиотка! Хорошо хоть ключ мальчишка принес и даже потерял там, где нужно… По чистой случайности, представляете?! И все равно схема сработала плохо: поганый страж связал гувернантку и мальчишку, рассудив верно… Тьфу, ты. Вот пройдоха! Везде сунул свой любопытный нос, не только вы этим грешите, дорогуша.

Я сглотнула и постаралась еще замедлиться, развернулась и вежливо поинтересовалась:

- Вы настроили артефакт на дневник отца? Именно его вы планировали «украсть» в моем кафе? Но все пошло не по плану...

Вильмар зыркнул недобро, фыркнул и жестом указал на виднеющуюся дверь отцовского кабинета. Пришлось вынужденно двинуться дальше.

- Не стоит испытывать мое терпение, дорогая! - Буркнул недовольно лорд и продолжил собственное разоблачение. - Артефакт был настроен на ключ и дневник, не более. Как так получилось, что прибор захватил еще и чьи-то часы, не понимаю…

- Вероятно, вы ошиблись, милорд, - попыталась снова вызвать нужные мне эмоции, - вот и не сработало.

Более чем явно намекнула на непрофессионализм собеседника. Хочет он того или нет, но Вильмар проигрывает моему отцу в знаниях и опыте. И определенно в мастерстве.

Вновь ощутила скрытую ярость, клокотавшую в душе Герода. Как бы он ни пытался сдерживаться или угрожать мне, не поддаваться воздействию дара сказителя у него не получалось. Это оставалось моим преимуществом. Нужно продолжать игру, как бы тревожно мне ни было.

- Зачем вообще организовывать такую замысловатую схему? - сделала вид, что не понимаю. - Вводить в дом Сеториусов своего человека в качестве гувернантки? Подговаривать и угрозами заставлять Дерека Сеториуса вынести ключ из кабинета брата, а потом делать дубликат и через сына переправлять его на воровской склад?

- А вы действительно о многом догадались? - недовольно проговорил мне в спину Вильмар. - Или это потому, что завели шашни со стражем Стоггардом? Впрочем, неважно. В ваших словах есть доля правды. Схема была сложной намеренно: мне нужно было, чтобы именно репутация кафе Эверсидов пострадала. Тогда никто бы не посмел вспоминать, что когда-то Бильд Эверсид предложил научному сообществу прогрессивное решение энергопередачи. Никто бы не стал марать науку такой неблагонадежной личностью… Слухи порой могут сослужить верную службу. Вы себе не представляете, сколько семей было разрушено из-за каких-то наведенных слухов.