Матабар IX

Так что Арди, подперев скулу кулаком, просто наслаждался видом постепенно просыпающегося леса. Солнечные лучики уже путались среди пока еще молодой, но уже настырной зеленой поросли встрепенувшихся от зимнего сна крон. Лесной пол покрывался не только мхом, но и грибами, вспученными кореньями, жадными до росы, высокой травой и первыми цветами.

И там, если присмотреться, чуть впереди, можно было разглядеть берег Крылатого Озера, мимо которого мчался их поезд. Арди, собственно, уже видел это озеро. Немногим больше чем полгода назад, когда они с Тесс ехали в Шамтур к ее родным. Только тогда, пыхтя белесыми клубами пара, их состав огибал озеро с востока, открывая вид на строящиеся укрепления и почти уже открытую военную верфь.

Пользуясь тем, что из Крылатого Озера в северную часть Ласточкиного залива впадала весьма широкая река, Генеральный Штаб решил построить верфь не на побережье, а в углублении страны. А на самой реке насыпали искусственный остров и поставили форт. И стоит уточнить, что форт ставила Империя, а вот верфь строили, по договору, инженеры из Островного союза. Империя никогда особо не славилась своим флотом. Ни торговым, ни военным.

Торговые суда Корона предпочитала закупать у островитян, а военные… строила в тесном сотрудничестве с теми же островитянами. Морские сражения почти не затрагивали историю крупнейшей страны на планете. Да и в целом, побоища на воде оставались прерогативой исключительно четырех стран – Фории, Оликзасии, Линтелара и находящейся к ним в оппозиции Грайнии.

Именно эти четыре страны, пока все остальные решали проблемы на своих континентах, умудрились захватить все многочисленные острова Мелкоморья и Ласточкиного океана, а теперь грызли друг другу глотки за торговые пути, рыболовные участки и, собственно, сами острова.

В последние годы данная тенденция, конечно, надломилась. С развитием темпов индустриализации и появлением первых стальных кораблей остальные страны, с куда большим военным и человеческим потенциалом, задумались о том, что неплохо бы добиться для себя любимых свободной торговли в Мелкоморье. Так что все постепенно начали развивать флот – как военный, так и торговый, тратя на это просто безумные средства.

А где находились самые «безумные средства» в мире? Правильно – в банках Конфедерации Свободных Городов, которая щедро раздавала ссуды в казны стран, под весьма своеобразный процент. Конфедераты не просили себе денег. Они… требовали вернуть процент кораблями. Так что не прошло и двадцати лет, как у Конфедерации появилась одна из самых современных и многочисленных торговых флотилий среди всех континентальных стран. Спорить с ней могли лишь, как и всегда, Оликзасия и Островной союз.

Причем, как утверждал лектор в Большом, сам факт того, что Оликзасия умудрялась спорить за превосходство с военно-торговым союзом сразу трех стран, был обеспечен… деньгами Конфедератов. Тем было выгодно сохранять свою континентальную монополию на допуск к Мелкоморью со стороны Восточного континента, но в то же время они не хотели допускать к себе островитян, которые, в силу своего географического положения и исторического процесса, обладали тесными связями с Империей. Так что по чуть-чуть, как-то очень незаметно – и вот раз! И уже все острова и воды западнее берега Конфедератов стали принадлежать Оликзасии.

Линтелар попытался подступить с юга, что привело к войне Алых Волн (весьма поэтичное название, связанное с главным морским побоищем в истории, когда в битве сошлись десятки кораблей островитян и Оликзасии), результатом которой стало то, что Линтелар захватил часть территории острова Макинджии – закрытого, таинственного государства. Правда, не прошло и тридцати лет, как линтеларцы сбежали из джунглей Макинджии, оставив свои базы бесхозными.

Ну как сбежали.

Когда к острову пристала очередная делегация, то обнаружила лишь разбитые остовы и заброшенные, пустые базы, словно одним чудовищным утром народ попросту исчез оттуда, как если бы никогда и не был. На картах остров все еще частично обозначался с Линтеларом… просто потому, что никто не рисковал туда прибывать и оспаривать право.

Да и зачем.

Возвращаясь к теме Империи, то Корона решала свои вопросы, связанные с экспортом в торговле, за счет островитян. Затем эта тенденция переломилась… примерно в момент, как предыдущий Император захворал. Тогда еще великий князь Павел, насколько мог, при помощи верной коалиции в Парламенте сумел продвинуть несколько инициатив. Сквозь, разумеется, сопротивление некоторой части законотворцев, чьи интересы спонсировались Островным союзом.

Какие бы союзнические отношения ни связывали две страны, но островитянам было невыгодно, чтобы Империя получила мощный и независимый флот. Хотя бы даже и торговый. Все это привело к «Неделе Виселиц». Эпизоду в истории Метрополии, случившемуся еще до рождения Арда. Тогда Черный Дом выявил и повесил двадцать семь членов Парламента среди Нижней и Центральной палат, уличенных в коррупции и лоббировании интересов чужого государства.

Намек поняли все. И в Парламенте. И на Островах.

Да, может быть, Фория, Линтелар и Оликзасия и обладали могущественным военным флотом, но Империя по-прежнему являлась крупнейшей сухопутной силой в мире. И да, может, не настолько современной и оснащенной, как сейчас, но все еще достаточной, чтобы доставить островитянам проблемы. Так что к моменту рождения Арда в Империи строилось за деньги Короны, руками Короны, а мозгами и знаниями островитян несколько новых верфей и модернизировались старые.

Ардан вздохнул.

О чем только не задумаешься, чтобы скоротать время в пути.

Он смотрел на Крылатое Озеро. И сквозь облепивший берег туман ему показалось, что он видит остров. Далекий, крошечный остров, которого не было на картах. Но, наверное, ему лишь померещилось. Не от усталости, а от скуки. И совсем не физической, а умственной.

Он взял с собой в дорогу несколько недорогих трудов (потому как мало ли что могло произойти во время почти трехмесячного путешествия), но они не сильно продвигали его в собственных исследованиях Звездной магии, потому как… касались вопросов химеризации в частности и алхимии в целом. Раз уж он остается на службе в Черном Доме, то, по приказу Полковника, должен разобраться в исследованиях Дрибы и перехваченных документах Тазидахиана. И откладывать данный вопрос в долгий ящик больше нельзя.

Что до собственных исследований, то Ард ими, разумеется, тоже занимался. Но за минувшие шесть дней (половину пути до Северного Парка), без новых знаний, без своих прочих записей, с одним только карандашом, далеко он не продвинулся. Вернее – вообще никак не продвинулся.

А компания, которая ему досталась…

Арди еще сильнее приоткрыл окно, впуская в купе свежий воздух. Впрочем, назвать словом «купе» данное пространство, занимавшее треть от вагона (всего купе первого класса в вагоне имелось ровно три штуки), располагавшее двумя кроватями, двумя шкафами, креслами, большим столом и несколькими столиками, а еще укрытое на полу ковром, с самой настоящей люстрой и обоями на стенах, – язык не поворачивался. Арди будто находился в передвижном гостиничном номере. Где кормили, к слову, соответствующим образом.

Так вот о компании.

За шесть дней они с Таисией Шприц, каждый день менявшей свои наряды и регулярно на весь вечер удалявшейся в вагон-ресторан, обменялись вряд ли больше чем десятком слов. Большую часть которых составляли язвительные комментарии журналистки по поводу внешности Арда. Все остальное время их разделяла раскладная ширма, и ни у одного не возникало желания как-то пересечь данную границу. Ни словесно, ни тем более физически.

Ардан снова тяжело вздохнул. Они двигались на северо-восток. С одной стороны их прижимала граница Империи с Фатией. Порой, в хорошую, солнечную погоду, можно было увидеть, как дальше, на севере, поднимаются черные клубы дыма. Инженерные войска занимались строительством новых и продолжением старых укреплений. В несколько смен, вооруженные не только лопатами и кирками, но и тяжелой техникой, они рыли лабиринты изломанных окопов, валили лес и воздвигали форты, блиндажи и все то, о чем Ардан не хотел думать.

А с другой стороны, если выйти из купе в коридор (что Ардан делал только по крайней необходимости, и на то имелась своя причина), то можно было насладиться видом уползающих на запад, поднимающихся к небу скалистых холмов. Алькадские предгорья. Отчасти – родной дом Арда. Отчасти потому, что он здесь никогда не был.

Алькада тянулась почти из одного конца Империи в другой и никогда не принадлежала целиком одному племени матабар. Так что место, где жил Ардан, находилось далеко на западе.

Арди вздо…

– Ох, клянусь Вечными Ангелами, Ард! – С резким скрипом ширма сложилась гармошкой, стукнув деревянными рамами со вставленной внутрь плотной тканью. – Если вы еще раз вздохнете с такой интонацией, то я в вас выстрелю!

Ардан повернулся на звук и так же резко отвернулся в сторону. Госпожа Шприц решила не озаботиться тем, в каком виде она высказала свое недовольство. Одетая лишь в нижнее белье и чулки на подвязках, она в левой руке держала книгу уже знакомого Арду писателя, а в правой – взведенный револьвер.

– Спящие Духи, Таисия, вы можете что-нибудь надеть?

Как и всегда, ну или – последние несколько лет, Ардан не испытывал ни малейшего пиетета перед видом взведенного курка железа.

– Я как раз собиралась, господин ковбой, пока вы не утомили меня своими упадническими вздохами! – рявкнула Таисия и, задвинув ширму, судя по звукам шагов, направилась к шкафу. – Я уже начинаю думать, что риск собственной жизнью, но весьма комфортное уединение, могли обойтись для моего душевного спокойствия меньшей ценой, чем ваше общество!

– Возможно, если бы вы меньше курили и меньше пытались привести в купе каждого встречного из экспедиции, то мы бы с вами не заметили, как уже прибыли бы на стоянку! – не остался в долгу Ардан. – Восприятие времени весьма субъективно.

– А вы бы могли, Ард, создать себе менее отвратную маску, чтобы не портить аппетит каждому встречному! И не умничать, полагая, что все вокруг менее образованы, чем вы!

Маска… причина, по которой Ардан старался как можно реже выходить из купе. Да, Черный Дом в лице Дагдага передал ему ларчик с шестнадцатью накопителями… на каждую Звезду. Целое состояние в пересчете на эксы. Но его «Водная маска», которой он прикрывал лицо на людях, требовала для поддержания пусть и немного лучей, но потребляла их на постоянной основе.

Так никаких накопителей не хватит. А появляться без маски в закрытом обществе, которое целых три месяца проведет в собственном «котле», – идея так себе. Рано или поздно кто-то опознает в нем Арда Эгобара, и появятся совсем ненужные и неуместные вопросы.

Так что у Арда имелся целый арсенал предосторожностей. А именно – поддельные документы на имя «Дар Скофский», Имперский маг двадцати пяти лет родом из Дельпаса. Прошел обучение в одном из Метропольских университетов на факультете Звездной магии, а затем прослужил три года в корпусе маршалов в степях.

Уволен в звании капитана, с одной медалью за ранение. Именно данное ранение и деформировало «лицо» Дара Скофского, но зато позволило ему заняться частной практикой. Он работал в компании «Тутский и партнеры», которые занимались частной охраной. На деле – контора принадлежала Черному Дому и использовалась именно для таких целей.

Помимо документов в сумке Арда лежал еще целый ряд поддельных удостоверений, включая липовый билет Рынка Заклинаний и точно такое же липовое заключение из Госпиталя Героев, где были подтверждены три Звезды «Дара Скофского». Пять лучей в Красной, четыре в Зеленой и три в Синей. Все еще весьма недурное количество, но не настолько запредельное, чтобы начать сомневаться в логичности пребывания Синего мага на работе в частном охранном бюро.

Ардан чуть поежился, вспоминая свой настоящий визит в Госпиталь Героев, где проверяли его Синюю Звезду, но об этом позже…

– Я предпочту уединение вашей нездоровой тяге к беседам в горизонтальной плоскости, Таисия.

– Клыкастый хам!

– А вам, в таком случае, стоит познакомиться с моим другом – Баженом Иорским, – не остался в долгу Ардан.

Не то чтобы Таисия его раздражала, просто… Ардан долгое время привыкал к совместной жизни с Тесс, которую любил! Так что шесть дней в компании малознакомой и столь же малоприятной женщины буквально выворачивали наизнанку все его, привитые Эргаром и лесными друзьями, жизненные устои.

Арду не хватало собственной территории. А еще что-то ему подсказывало, что Таисия приводила своих гостей, с которыми просто мило пила чай за столиком, исключительно чтобы подействовать на нервы Арду. А еще, возможно, чтобы заставить ревновать старшего магистра Чаза Наленского, которого Ард видел всего дважды.

И, признаться, Таисия успешно справлялась с обеими задачами.

Ширма снова скрипнула, и Таисия, в простом, но добротном платье и коротком пиджаке поверх тугого корсета, опустилась за их общий столик. Она элегантным жестом налила себе чай и взяла газету.

Состав, целиком и полностью принадлежавший Гильдии Охотников и битком забитый участниками экспедиции, делал несколько остановок в день. И каждый раз на стоянках Таисия покупала газеты. Как местные, так и новые выпуски «Имперского Вестника».

– Смотрю, на первые страницы снова вернулась ваша красавица жена, – отставив в сторону мизинчик (так же, как это делали Полина, Борис и Тесс), Таисия отпила янтарного напитка. – Удивительно, как вы не сгораете здесь от ревности, Ард.

– Меня, Таисия, спасают расчеты о том, что я могу перенести свою маску на вас, – Ардан приподнял блокнот с исписанными карандашом листами.

И он даже не лукавил. В какой-то момент внутреннее негодование перешло на тот уровень, что Ард действительно поймал себя на том, как из заклинания маскировки выделял совсем иную модификацию.

– Это будет считаться малефикацией, Ард, – с каменным выражением лица, не сводя взгляда с газетных листов, напомнила Таисия. – Вас посадят в тюрьму для магов, но не переживайте, я буду приносить вам передачи. Мучное. Говядину. Домашние соленья. Все, что вы так любите. Ой, простите, вы же едите то, чего даже свиньям постесняются дать.

– Для начала – я Плащ. А вы журналист с сомнительной репутацией. Так что, возможно, меня даже наградят. И я предлагал вам обедать в разное время, – дернул плечами Ард. – Тогда вам бы не пришлось, как вы выражаетесь, «нюхать помои вместо еды».

– У меня безупречная репутация, – резко возразила Таисия. – А я, в свою очередь, предлагала вам, Ард, составить мне компанию в вагоне-ресторане, где подают то, что вы можете есть, и оно не пахнет так, что у меня рвотные позывы бегут из вагона впереди меня же самой.

– Возможно, именно поэтому, Таисия, я и отказываюсь от вашего предложения, – прищурился Ардан. – Несколько минут спокойствия каждый день. Да я буквально живу мечтами о том, когда разверну свой обед и вы сбежите.

Таисия резко свернула газетный разворот, обнажая свое лицо. Она сверкнула недобрым взглядом и тихонько прошипела:

– Я удивлена, как вы умудрились жениться, Ард.

– А я совсем не удивлен, что вы не замуж…

Ардан поймал себя за язык, но было уже слишком поздно. Он успел заметить уголек боли, обжегший взгляд умных, пронзительных голубых глаз.

– Простите, Таисия, – искренне извинился Ардан.

Он не знал, что именно произошло в жизни госпожи Шприц, что к тридцати лет, будучи недурна собой, неглупа и весьма целеустремленна, она не носила кольца на пальце, но подозревал, что… Подозревал, что Таисия пережила не одну только трагедию, связанную с отцом. Госпожа Шприц несла на своих плечах еще более тяжелый и темный груз.

– Дознаватель, – не без боли и с толикой искреннего презрения процедила Таисия и вернулась к чтению газеты.

Ардан едва было снова не вздохнул. Нет, он понимал, что Таисия демонстрировала по отношению к нему достаточно открытую неприязнь, но он все-таки поступил не уважающим себя же самого образом. Бить другого человека и тем более женщину по больному месту, которое обнаружил за чужой броней отстраненности, – недостойное поведение.

Арди себя не оправдывал, но делал легкую скидку на шесть весьма неспокойных дней. Можно сколько угодно рассуждать о том, что в поезде Таисии ничего не угрожало и Ардан мог бы провести это время в сидячем вагоне в числе работников экспедиции, но… он видел, кто именно оплачивал билеты. И что бы ни говорила госпожа Шприц, но авторами этой идеи о совместном путешествии выступали умники Черного Дома. Так что – такая вот работа.

От неловкой паузы его спас тяжелый стук широких мужских каблуков и немного спертый запах сигары. Поезд уже несколько минут как замер. Так что прежде, чем в дверь постучали, Ардан дотронулся пальцами до посоха. Под его ногами сверкнула Звездная печать, и лицо, на мгновение утонув в эфемерной водной вуали, преобразилось.

Янтарные глаза уступили место карим, лоб стал ниже, скулы у́же и асимметричней, нос выпятился гармошкой, появились язвочки и шрамы, а еще жидкая поросль и деформация кости с правой стороны – впадина от виска до щеки. Прошлый вариант «Маски» пришлось изменить, чтобы снизить потребление, но даже так – Арду придется тратить луч Красной Звезды каждые три часа на поддержание данной обманки.

– Входите! – выкрикнула Таисия и, бросив на Арда быстрый взгляд, закатила глаза.

Дверь купе открылась, и на пороге, спиной к окнам, показался не кто иной, как Старший Магистр Чаз Наленский. В Желтом плаще и с весьма своеобразными погонами. Шесть лучей в Красной, затем семь в Зеленой, два в Синей и, внезапно, четыре в Желтой. Такое впечатление, что после окончания Большого господин Наленский, которому в этом году исполнится полвека, потерял всякий интерес к объему Лей в своих Звездах. Что, в целом, наверное, подтверждало теорию некоторых студентов о том, что маги, становящиеся чиновниками, перестают быть магами.

– Таисия, вы уже одеты! – Господин первый помощник главного исследователя Аномалий в центральном отделении Гильдии Охотников произнес это таким тоном, будто жалел о прыти Таисии и предпочел бы застать ту в исподнем. Хотя… почему «будто». – И капитан Скофский.

Старший Магистр (получивший свое звание за исследования в области биологических механизмов аномалий) лишь мазнул взглядом по Арду, но стоило ему зацепиться глазами за «лицо» юноши, как он вздрогнул и отвел взгляд в сторону. «Маска» не столько обманывала органы чувств, сколько вызывала дискомфорт у зрителя. Принцип, которому Арди научился у Шали, – порой перед добычей не надо скрываться, достаточно направить ее взгляд в другую сторону.

– О, милый Чаз, – Таисия будто невзначай заправила выбившуюся прядку (которую сама же, после стука в дверь, вытащила из прически) и, поднявшись на ноги, протянула руку. – Благодарю за вчерашнюю беседу. Мне было так интересно узнать принцип размножения крылатых кошек. Это так захватывающе.

Таисия врала так искусно, что если бы Ардан не слышал ритма ее сердца, то и сам бы обманулся открытым, честным взглядом и светлой, беззаботной улыбкой. Куда-то исчезла холодная, стальная женщина, напоминающая лису, вцепившуюся в добычу. Ей на смену пришла модная, стильная девушка с обворожительным лицом и намеком на обещание более… тесной беседы.

– Наш с вами уговор в силе? – целуя тыльную сторону ладони, спросил Старший Магистр Наленский.

Ардан едва не закашлялся. От чиновника так сильно пахло плотским желанием, что Арду захотелось высунуть лицо в окно. Хорошо, наверное, жить с людским носом и не чувствовать всего этого.

Сам же Наленский, ростом выше Милара, а комплекцией немного напоминая Эрнсона, прятал под свободным жилетом наметившийся живот. Не то чтобы Старший Магистр следил за своим обликом. Скорее напротив – он не знал меры ни в пище, ни в пагубных привычках, включая алкоголь и сигары. Просто разъездной характер работы, а также необходимость быть постоянно на ногах, спасали его от лишнего жира и заскорузлости кожи. Так что выглядел он вполне сносно и даже моложаво.

Один только нюанс.

Кольцо на безымянном пальце.

Которое его нисколько не смущало, и данное отсутствие смущения буквально сквозило в замасленных, жирных глазах, без устали скользящих по всем изгибам Таисии. Ардан никогда не понимал таких людей, как и, собственно, Иорского тоже. Да и, наверное, уже не поймет.

– Разумеется, – кивнула «растаявшая» Таисия, по внешнему виду и поведению которой можно было сделать ошибочный вывод, что та буквально мечтает об обществе Старшего Магистра.

Только вот… примерно так же, как лиса мечтает об обществе наивной курицы.

– Дорогой капитан? – Она повернулась к Арду и, пока Старший Магистр не видел ее лица, скорчила такую мину, что Арди стало не по себе. – Не забудьте ваш посох.

Ардан встрепенулся.

– Что? – произнес он оторопело.

Таисия повернулась обратно к Старшему Магистру.

– Ох, простите, Чаз, – взмахнула она свободной рукой. – Вы же знаете историю капитана. Тяжелое ранение. Контузия. Дорогой Скофский немного ослаб умом и памятью. Совсем забыл, что мы договаривались во время длительной остановки посетить салун и немного развеяться.

Ардан мысленно досчитал до десяти. Нынешняя остановка действительно обещала растянуться на несколько часов. Пока загрузят новый уголь, пока дозаправят бойлер и проведут диагностику… им придется провести на станции весь день и часть вечера. И все это время Арди собирался… спать. Сладко, мирно и, что самое важное, в полном одиночестве, единолично владея купе.

– Д-да, разумеется, – Ардан чуть заикнулся от сдерживаемого порыва превратить все вокруг себя в одну большую ледышку. – Одну минутку, Таисия.

– Ох, капитан, не помню, чтобы мы переходили с вами на имена, – журналистка повернулась к Старшему Магистру, все еще сжимавшему ее ладонь. – Говорю же, дорогой Чаз, контузия. Ослабел умом наш бравый капитан.

– Вижу, – кивнул Старший Магистр. – Все еще по-доброму сержусь, милая Таисия, что вы отказались от моего спонсорства. Будьте уверены, что «Тутский и партнеры» вас обманули. Достаточно взглянуть на самодельную палку капитана… боюсь представить, из-за чего ему пришлось продать свой военный посох.

Дагдаг предлагал Арду на время поездки взять со склада посох из сплава Эрталайн с нанесенными печатями, но Арди отказался. Во-первых, весь свой арсенал, кроме все еще не до конца отработанного «Ледяного Хвоста», он помнил и применял наизусть, а во-вторых… родной посох он как-то… роднее.

– Я потратил деньги на лечение, господин Старш…

– Не то чтобы мне было интересно, капитан, – с неприкрытым высокомерием в голосе перебил его господин Наленский. – Поторопитесь. Вас ведь ждут.

Ардан мысленно досчитал до… одиннадцати. Видимо, Спящие Духи в своем сне решили проверить хладнокровие и выдержку Арда, потому как иначе с какой еще стати им видеть для него подобное испытание нервной системы.

Арди накинул походную кожаную куртку поверх тканевой жилетки (все же на улице еще только самое начало весны, так что ночью бывали и заморозки), а сверху прикрепил погоны и Синий плащ.

Таисия уже, «нежась» в лучах внимания Старшего Магистра, с благодарностью приняла пальто, которое Наленский весьма умело помог ей надеть. Все втроем они вышли из купе, обменялись ничего не значащими фразами с проводником, открывшим для них дверь тамбура и спустившим лестницу к перрону.

Старший Магистр помог спуститься все еще «таявшей» Таисии, а Ардан спрыгнул самостоятельно – просто чтобы размять затекшие ноги.

– Ох, капитан, с кем же согрешила ваша матушка? – хохотнул Старший Магистр, который уже далеко не в первый раз отпускал весьма своеобразный, замаскированный под безобидный, «комплимент».

Единственное, что не мог замаскировать Ардан, – свой рост, который всегда выделял его на фоне других людей, включая и жителей Северного материка.

– Но нам с Таисией опять же нисколько не интересно, – тут же вновь попытался уколоть Старший Магистр. – Это был риторический вопрос. Знаете, капитан, что такое «риторический»? Могу подсказать книгу, где описывается данная терминология.

И нет, господин Наленский не пах ревностью. Просто… он был таким вот своеобразным господином, уверенным в том, что мир если и не был создан исключительно ради его удовольствия, то уж точно должен был отвечать всем его запросам. И один из запросов – восхищение его необычайно искрометным юмором.

Да, господин Наленский считал себя непревзойденным юмористом. И Таисия, настолько натурально подделывая смех, что даже Ард поверил, не собиралась расстраивать свою «добычу».

Так что вдвоем, смеясь, они застучали каблуками по деревянному настилу перрона, а Ардан поплелся позади. Вокруг раскинулась железнодорожная станция, разраставшаяся до небольшого городка с названием, восходящим к истории Атруа, – Рейнар. И он был далек от столицы не столько расстоянием, сколько самим своим духом.