Ненужная жена. Хозяйка лавки сладостей

Глава 22

Совру, если скажу, что не боюсь, но мёрзнуть ночью в пустом холодном доме совсем не хочется, поэтому я «молодым кабанчиком» бегу к самой кромке леса, где принимаюсь собирать веточки и сухую кору для розжига. Радуюсь, что прихватила с собой длинную верёвку, которой можно всё это перевязать.

Я далеко не дурочка и прекрасно понимаю, что дрова в том виде, в котором они мне нужны, в лесу сами не родятся, и никто мне их там из брёвен не наколет. Поэтому ищу хворост потолще и посуше и, когда его набирается приличная вязанка, взваливаю её на спину.

Осматриваюсь и понимаю, что всё-таки ушла довольно далеко от края и надо бы пошевеливаться, если хочу вернуться домой до того, как на лес опустится тьма-тьмущая. Осветительных фонарей тут не предусмотрено, земля, устланная перегнившей прошлогодней листвой, тёмная. Не разобрать куда можно безопасно ступить, а куда нет.

Только заношу ногу чтобы, наконец, зашагать по направлению к лавке, как моя ноша перевешивает и начинает тянуть меня назад.

Кажется, вопль, слышно на весь лес. Не знаю, чудо это или нет, но заваливаюсь я аккурат на вязанку и лежу теперь будто черепаха, которую перевернуло на спину, размахивая руками и ногами, ведь встать, будучи привязанной к целой куче хвороста мне не удаётся.

― Вот же идиотка, ― шлёпаю себя ладонью по лбу. ― Надо же просто ослабить верёвку и…

И тут прямо возле моего уха слышится утробное рычание, а щёку обдаёт горячим влажным дыханием.

Что я там говорила о том, что не могла подняться? Забудьте!

Руки сами выскакивают из удерживающей меня верёвки, подпрыгиваю и что есть духу бросаюсь бежать прочь. Куда? Неважно. Лишь бы подальше от чудища, которое пришло меня сожрать.

― Ма-а-а-а-ма! ― воплю во всё горло, несясь по кочкам и лихо перепрыгивая через бурелом.

И создаётся ощущение, что за мной никто не бежит, потому что, если бы чудовище таких размеров увязалось следом, я бы это точно слышала. Но кроме эха моих воплей не слышно ничего. Даже пения птиц. Да, ветки трещат, но и те только под моими ногами.

Запыхавшись, наконец останавливаюсь, оперевшись рукой на крепкий ствол дерева. Дышу так, будто лёгкие того и гляди разорвёт. Кислорода не хватает. Паника затуманила мозг.

― Набегалась? ― слышу очень знакомый голос совсем рядом, перестаю оглядываться и смотрю прямо перед собой. ― Надо же, как разгорячилась. Зарумянилась вся. Даже в темноте видно, как щёки алеют. Что-то в постели ты до такой степени не старалась, жёнушка.

― Ардэн? ― понимаю, что всё это время опиралась не на ствол дерева, а на крепкую грудь супруга Айрис.

Откуда он тут взялся?

― Т-т-там чудище! Огромное! Чуть меня не сожрало! ― в запале начинаю объяснять я. ― Я от него… убегала, а тут ты… и вот…

Только теперь замечаю, что глаза у мужа какие-то необычные, и охаю, понимая, что зрачки у него не круглые как у нормального человека, продольные вертикальные, как у…

― Ящер, ― шепчу еле слышно на выдохе.

— Верно. Чудище. Огромное и очень голодное, — Ардэн усмехается, облизывая губы. Его голос стал глубже, грубее, в нём появились рычащие нотки. — Идём к лавке. Иначе сожрал бы тебя прямо здесь, но я же не зверь. По крайней мере, наполовину.

Он склоняется ко мне, шумно втягивая воздух носом. Так это был он? Становится страшно. Каждый раз, когда этот мужчина — или то, что скрывается под его обликом — так близко, меня бросает в дрожь.

— Не стой столбом, — его голос звучит как приказ, властно и твёрдо. — Наказать бы тебя за то, что потащилась ночью в лес одна, но сейчас есть дело поважнее.

Тон, которым он это говорит, не оставляет сомнений: у нас действительно срочная задача. Общая. И мне лучше подчиниться, иначе быть беде.

Злюсь на себя за пугливость, за то, что оставила собранный хворост где-то там, позади, сжимаю кулаки, но всё же иду вслед за Ардэном, который… как-то странно шагает. Будто прихрамывает.

― С тобой всё в порядке? ― решаюсь, наконец, спросить, когда мы выходим из леса и на горизонте уже видна «Лакомка».

— Нет! — его рык заставляет меня вздрогнуть. Он пошатывается, и я бросаюсь к нему, подставляя плечо для опоры. Но он настолько тяжёл, что мне едва удаётся удержать его.

— Ох! — вырывается у меня, когда его вес всей тяжестью обрушивается на меня.

Это, кажется, приводит его в чувство. Он делает несколько глубоких вдохов, трясёт головой, прогоняя морок.

— Чем тебе помочь? — спрашиваю я, замечая, как он выглядит: будто его пыльным мешком ударили по голове.

— Я голоден, Айрис, — его голос звучит тихо, но в нём слышится что-то пугающее. — Идём.

Он сам на себя не похож. В его речи появились рычащие нотки, словно со мной говорит не он, а что-то тёмное, что скрывается внутри.

— Да на тебе лица нет, а ты всё о еде, — бормочу я, стараясь скрыть дрожь в голосе. — Идём в лавку, я блинчиков напекла. Осталось немного.

Ардэн кивает, но его шаги по-прежнему неуверены. Я иду рядом, чувствуя, как его рука сжимает моё плечо — нежно, но с такой силой, что становится ясно, если он захочет, то сожмёт кулак и, скорее всего, раскрошит мои кости.

Мы добираемся до лавки. Ардэн, однако, выглядит всё хуже. Его шаги становятся тяжелее, дыхание — прерывистым. Он едва держится на ногах, и я чувствую, как его вес всё больше давит на моё плечо.

— Держись, — шепчу я, пытаясь поддержать его. — Мы почти на месте.

Он не отвечает, только глухо рычит, будто каждое движение даётся ему с трудом. Его кожа кажется горячей и слегка влажной. Я чувствую, как его тело напрягается, будто он борется с чем-то. Это же не та тьма, о которой мне рассказывал Якуб?

— Ардэн, что с тобой? — спрашиваю я, когда мы, наконец, переступаем порог лавки.

Сгружаю супруга с себя на кресло, стоящее рядом со входом. Он не отвечает, глаза так и горят странным светом, а зрачки сужены в тонкие вертикальные щели. Он смотрит на меня так, будто я его добыча, а не жена.

— Айрис, — его голос звучит хрипло, почти зверино.

— Чем тебе помочь? — подхожу к нему, стараясь не показывать, насколько меня пугает его состояние.

Он резко встаёт, и я отшатываюсь, но Ардэн хватает меня за руку. Его пальцы обжигают, а взгляд становится всё более диким.

— Уже помогаешь, — он тянет меня к себе, и я чувствую, как его дыхание становится горячее. — Ты здесь.

— Ардэн, ты не в себе, — пытаюсь вырваться, но его хватка железная. — Давай я принесу тебе еды, воды…

— Еда? — усмехается. — Я и правда голоден… зверски.

Он наклоняется ко мне, и я чувствую, как его губы касаются моей шеи. Дыхание обжигает кожу, а сердце начинает биться так сильно, что, кажется, вот-вот выпрыгнет из груди.

— Ардэн, остановись, — шепчу я, но в моём голосе нет уверенности.

— Не могу, — он прижимает меня к себе, и я чувствую, как его тело дрожит от напряжения. — Ты не представляешь, как долго я сдерживался.

Его руки скользят по моей спине, и я понимаю, что сопротивляться бесполезно. Но это не страх — это что-то другое, от чего кровь приливает к щекам, а дыхание сбивается.

— Ты же не зверь, — напоминаю я, стараясь звучать твёрдо, но голос предательски дрожит.

— Ещё нет, — заявляет он с усмешкой. ― Но если не поспешить, будет поздно.

Движения у него рваные, нетерпеливые. Ардэн будто шарнирная кукла, пытается быть нежным, но прикосновения выходят механическими.

Его губы касаются моих, и я чувствую, как что-то внутри меня откликается. Голод, о котором он говорит, просыпается и во мне, а кожа на спине снова начинает чесаться. Стоит Ардэну задеть пальцами ту самую область, по телу пробегает дрожь желания. Дракон лишь слегка надавливает, зуд исчезает и мне становится просто необходимо ответить на его действия.

Набравшись смелости, приоткрываю рот, позволяя его языку скользнуть внутрь и найти мой. Слышу собственный стон и не верю в то, что творю. Это не поцелуй — это что-то большее, что-то, что заставляет мир вокруг нас исчезнуть.

— Айрис, — он шепчет моё имя, и в его голосе слышится мольба. — Не бойся меня.

— Я не… — бормочу я, толком не понимая, что хочу сказать.

Страх смешивается с чем-то другим — с желанием, с любопытством, не пойми откуда взявшейся убеждённостью в том, что я могу ему доверять. Он не сделает мне больно. Не Айрис, а именно мне, самозванке, занявшей её место.

Ардэн снова прижимает меня к себе, настойчивее, и я чувствую, насколько сильно «голоден» мужчина. Ни один из моих бывших никогда так меня не хотел, как хочет сейчас этот заносчивый, невероятно привлекательный грубиян. Так сильно любит свою жену?

Почему-то возникает ощущение, что я мотылёк, угодивший в паутину и чем дольше я бездействую, тем ничтожнее мои шансы на спасение.

В себя приводит резкий холод от соприкосновения спины с каменной стеной, к которой меня прижимает супруг. Понимаю, что верх подаренного платья уже болтается где-то на поясе, а сама я бесстыдно льну к Ардэну, обвивая его руками за плечи.

Дёргаюсь, чтобы вырваться из его крепких объятий, но ничего не выходит, потому что во взгляде мужа не осталось ничего человеческого.

Так нельзя. Это неправильно!

— Ардэн, — мой голос сейчас больше напоминает скулёж. — Хватит. Ты не в себе! Отпусти!

Кто бы меня послушал, ага. Муж сосредоточился на том, чтобы не оставить ни одного сантиметра моей шеи без отпечатка поцелуя и, пока это не скинуло меня в пропасть безумия, я умудряюсь сползти вниз. Подныриваю под его руку, зашипев, когда спина больно царапается о стену, и, прижав к груди болтающийся верх платья, бегу в сторону кухни.

В этот миг я не догадываюсь, насколько опасно было поворачиваться к Ардэну спиной.

Глава 23. Ардэн Хангер

Как же она пахнет! Сожрал бы целиком, если бы мог.

Её истошные вопли при виде моей второй ипостаси вернули мне ясность ума. Ненадолго, но всё же. Испугалась дракона? Она же видела меня и не раз. Что происходит? Почему такая реакция?

С трудом добираюсь до треклятой лавки, удерживая тьму, которая так и рвётся к самому сердцу, чтобы поглотить мою душу и сделать из меня очередную подвластную одной только ей куклу. Большую, опасную и очень разрушительную.

И лишь присутствие рядом Айрис придёт сил.

Супруга снова лепечет что-то о том, чтобы мне помочь, прекрасно зная, что именно мне от неё нужно. Смотрит испуганно, будто не понимает, что со мной. Всё она прекрасно знает! Мы не первый месяц в браке. Я сразу рассказал ей, для чего именно мне нужна жена, и как важно каждый месяц прибегать к её услугам для избавления от тьмы. Всего раз! Но и этого не дождался, и вот к чему привело.

«Идиот! С чего я решил, что брак — препятствие к посещению домов терпимости? До этого месяца мне это не мешало. Что же изменилось после той ночи? Почему решил, что либо она, либо никто? Рехнулся? Я же был в шаге от знакомого мне заведения. Почему не вошёл в его двери?»

Когда Айрис вырывается и бежит прочь, я замираю на мгновение. На её спине, где платье сползло вниз, отчётливо виднеется метка.

Я впервые вижу этот рисунок ― алую спираль с языками пламени по краям, но убеждён так же, как убеждён в собственном имени. Это метка истинной пары. Моя метка.

Кровь в жилах закипает. Дыхание становится тяжёлым, а в груди разливается жар, такой сильный, что, кажется, вот-вот прожжёт кожу. Драконья половина души рычит, требуя действий.

Моя. Она моя. Догнать. Схватить. Присвоить!

Срываюсь с места, не в силах сопротивляться этому зову. Сейчас я больше дракон, чем человек – инстинкты затмевают разум.

Айрис – моя истинная пара, та, кого я искал всю жизнь.

Та, кого судьба предназначила мне, и никто не смеет перечить. Даже она сама.

― Айрис! ― рычу я, влетая на кухню. Она подпрыгивает от неожиданности, едва не роняя кувшин с водой, что стоял на столе.

В её глазах плещется страх, и на мгновение это отрезвляет меня... но лишь на мгновение.

― Покажи спину, ― требую я, надвигаясь на неё. ― Немедленно.

― Что? Нет! ― она отступает к стене и прижимая к груди платье. ― Что с тобой? Ты... пугаешь меня.

Пытаюсь сделать глубокий вдох, чтобы успокоиться, но запах Айрис с нотами мёда и той травы, что смешалась с доставшейся мне сладостью, только усиливает безумие.

― У тебя метка, ― произношу я, хватая её за плечи. ― Которая доказывает, что ты – моя!

― Какая ещё метка? Ты чокнулся?! Отпусти меня! ― она отбивается, и это только разжигает пыл.

Ловлю её запястья одной рукой, другой пытаюсь повернуть спиной к себе, но Айрис уворачивается и, схватив со стола деревянную ложку, угрожающе выставляет её перед собой.

― Ещё один шаг ― и ты пожалеешь, ― заявляет она с таким серьёзным видом, что я на секунду теряюсь. Моя истинная пара угрожает мне... ложкой?

Не могу сдержать смешка, который, впрочем, быстро перерастает в рычание.

― Думаешь, это остановит дракона?

― Ты... ― она ищет подходящее слово, ― невыносимый наглый тип! Что за дикость – врываться так и хватать меня?

Это даже смешно. Её претензии. Будто мы с ней не знакомы. Не думал, что она настолько хорошая актриса.

Делаю шаг вперёд, она отступает. Ещё шаг – и Айрис упирается спиной в стену. Улыбаюсь, чувствуя себя охотником, загнавшим добычу. Только моя «добыча» вдруг резко взмахивает ложкой и... пытается стукнуть меня по лбу.

Руку её я, разумеется, остановил, но сам факт.

И ведь не в первый раз уже пытается.

Застываю в изумлении. Никто, НИКТО не смел поднять на меня руку с тех пор, как проявилась моя драконья сущность. А эта маленькая дерзкая женщина только что попыталась ударить меня... ложкой. По лбу.

Секунду смотрим друг на друга. Она в ужасе от собственной смелости, я ― в полном недоумении. А потом неожиданно для самого себя начинаю смеяться.

― Боги, женщина! Ты невозможна, ― произношу я, вытирая выступившие от смеха слёзы. ― Знаешь, обычно моя добыча визжит и умоляют о пощаде, а не бьют меня кухонной утварью.

― Добыча? ― Айрис смотрит на меня с подозрением, но я вижу, как напряжение постепенно уходит из её плеч. ― Я не твоя добыча, ― говорит твёрдо. Ещё бы ножкой топнула. ― И вообще! Ты ненормальный!

Глубоко вздыхаю, пытаясь обуздать бушующего внутри дракона. Сейчас не время для охоты. Если она действительно моя пара, то у нас впереди вечность. Можно позволить себе немного терпения.

Если она истинная ― это меняет абсолютно всё. Одно её присутствие рядом сможет утолить голод по светлой энергии.

― Значит, ― говорю я, осторожно забирая из её рук ложку, ― нам предстоит провести вместе очень много времени.

― Чего?! Нет!

Я усмехаюсь, поймав её подбородок и вынуждая смотреть на себя.

― Ты же этого хотела, Айрис? Чтобы я всегда был рядом? Чтобы находил тебя везде, где бы ты ни пряталась? ― делаю паузу, наслаждаясь тревогой в её глазах. ― Я найду тебя. Всегда буду находить. Потому что так устроен мир, моя маленькая непокорная пара.

Айрис хмурится, но в глубине её глаз мелькает что-то новое – любопытство, смешанное с вызовом. Дракон внутри меня довольно урчит. Возможно, охота будет сложнее, чем я думал, но от этого только интереснее. Теперь, когда я знаю, что она моя, всё остальное – лишь вопрос времени.

— У меня нет никакой метки! — огрызается она. — Не подходи ко мне!

Я усмехаюсь сперва, но потом в мысли врывается осознание.

Я бы с Айрис не один раз. Вертел её со всех сторон, я знаю её тело — и никаких меток на нём не было.

Мысли проворачиваются с металлическим скрежетом.

Если бы Айрис была моей истинной, она бы точно получила метку до или в первое время нашей супружеской жизни.

Но метки нет, а это значит…

— Ты моя истинная пара, — медленно произношу я. — На твоей спине определённо моя метка. Но я уверен, что ты не Айрис, потому что у неё ничего подобного не было. Тогда кто ты такая?

Глава 24

Сердце колотится так сильно, что, кажется, вот-вот выскочит из груди. Взгляд Ардэна прожигает меня насквозь — тяжёлый, изучающий, неумолимый. В комнате вдруг становится невыносимо душно, хотя печь уже остыла.

― Кто ты такая? — его голос звучит обманчиво мягко, но я чувствую скрытую под ней сталь.

Во рту пересыхает.

Что сказать? Правду? Солгать?

Меня бросает в жар, а потом в холод. Кончики пальцев немеют от волнения. Машинально поправляю складки платья, избегая его взгляда. Мне просто нужно немного времени, чтобы собраться с мыслями.

― Я... — начинаю и осекаюсь.

Слова застревают в горле. Облизываю пересохшие губы и неожиданно для себя выпаливаю:

― Я обещала покормить тебя, помнишь? Но сначала нужно растопить печь. Ты не мог бы... не мог бы принести что-нибудь для огня?

Выходит неуклюже, и я почти уверена, что он откажет. Но вместо этого уголок его рта слегка приподнимается.

― А потом всё расскажешь? — уточняет он, скрестив руки на груди. В его позе читается что-то хищное, настороженное.

Киваю, пытаясь улыбнуться. Я понятия не имею, что он выкинет, так что от правильности слов сейчас может зависеть моя жизнь. В буквальном смысле!

Боже. Когда всё успело стать настолько сложным?!

― Обещаю. Да и неправильно это, общаться на голодный желудок. И... и в холоде.

Мне просто нужно выиграть время, чтобы подобрать слова. Кто этого монстра знает, может он послушает, да откусит от меня кусочек. Вон глаза какие. Сам говорил, что голодный, попробую воспринимать его буквально, может и обойдётся?

К моему удивлению, Ардэн кивает и выходит из кухни. Как только его спина пропадает из виду, я судорожно выдыхаю, только сейчас понимая, что не дышала всё это время.

Господи, что я делаю? Что я вообще могу ему рассказать?!

Правду? «Привет, я Ира из мира, где магии нет, и я понятия не имею, как здесь оказалась?» Звучит как начало истории для психиатрической больницы.

Ложь? Но какую? Я даже не знаю, кто такая настоящая Айрис и почему он решил на ней жениться. И какие отношения у них были до подмены мной.

Из прихожей доносится грохот, затем треск. Вздрагиваю и прижимаю руку к груди. Что он там делает?

Через пару минут Ардэн возвращается с... кусками разломанного стула? Или это был стол? Трудно сказать, но мебель определённо пала жертвой его силы.

― Вот, — бросает он, складывая деревянные обломки перед печью. ― Этого хватит.

― Ты сломал... мебель? — выдавливаю я, не зная, смеяться мне или плакать.

Он пожимает плечами с таким видом, будто это самая обычная вещь в мире.

― Слишком старая. И теперь есть чем растопить.

Киваю, чувствуя, как губы непроизвольно растягиваются в улыбке. Есть что-то почти мальчишеское в этой прямолинейной логике.

Пока Ардэн разжигает огонь, я достаю необходимые ингредиенты и принимаюсь замешивать тесто. Движения помогают успокоиться, сосредоточиться. К магии я даже не пытаюсь обратиться, пусть лучше в и без того непростом разговоре будет меньше переменных.

Молоко, яйца, мука... Знакомая последовательность действий дарит иллюзию контроля над ситуацией. Когда первый блин шипит на сковороде, наполняя кухню ароматом выпечки, я, наконец, решаюсь.

― Я действительно не та, за кого ты меня принимаешь, — говорю тихо, не оборачиваясь. Почему-то так легче. ― Я не знаю, кто такая Айрис. И я не знаю, как оказалась в её теле.

Ардэн молчит, и эта тишина давит тяжелее любых слов. Переворачиваю блин, наблюдая, как румянится его поверхность.

― В моём мире нет магии, — продолжаю я, слова теперь льются потоком. ― Нет драконов. Нет... всего этого. Я шла домой через переулок, поскользнулась, ударилась головой, а когда очнулась — была уже здесь. В этом теле. А потом ты пришёл. Для…

Делаю глубокий вдох и, наконец, оборачиваюсь. Лицо Ардэна непроницаемо, но в глазах пляшут опасные огоньки. Гнев? Недоверие? Не могу разобрать. Желудок скручивает от страха.

― Я не хотела никого обманывать, — добавляю поспешно. ― И если есть способ вернуться домой, я бы с радостью им воспользовалась. Я никому не желаю зла, клянусь.

Он молчит так долго, что я начинаю дрожать. Откладываю лопатку и снимаю готовый блин со сковороды, стараясь занять руки, чтобы скрыть нервную дрожь.

Может, если задобрить его едой? Это глупо, конечно, но... Что мне терять?

Сворачиваю блин трубочкой, посыпаю сахаром и, собрав всю свою смелость. Ардэн сидит за столом, сложив руки на груди. Наклоняюсь к нему, почти усаживаясь на колени, и поднимаю блин к его губам.

― Попробуй. Не пересолила?

Наши взгляды встречаются, и я вдруг понимаю, насколько близко мы находимся друг к другу. Его глаза, тёмные и глубокие, мерцают золотыми искрами. От него исходит жар, не имеющий ничего общего с теплом печи.

Он медленно, не отрывая взгляда от моего лица, приоткрывает рот и забирает блин. Его губы на мгновение касаются моих пальцев, и меня будто прошивает электрическим разрядом.

Жуёт, проглатывает... и вдруг его лицо озаряется хищной улыбкой, от которой у меня мурашки бегут по спине.

― Вот как, — произносит он низким голосом, от которого всё внутри сжимается. ― Значит ты из другого мира и хочешь вернуться домой.

Киваю, внезапно потеряв способность говорить.

Его рука неожиданно обхватывает моё запястье — не больно, но достаточно крепко, чтобы я не могла вырваться. ― Значит я увезу тебя в своё поместье и запру там.

― Ч-что? Зачем?

Улыбка Ардэна становится шире, обнажая зубы, которые кажутся острее, чем должны быть.

― Потому что я так хочу? ― то ли спрашивает, то ли заявляет он.

Сердце пропускает удар. В его словах звучит угроза, но есть в них и что-то ещё. Он вряд ли мне верит, но и убивать вроде не собирается. По крайней мере, пока.

― А если я откажусь?

Ардэн наклоняется ближе, так что я чувствую его дыхание на своих губах.

― А у тебя есть выбор, маленькая самозванка?

Г

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.