Третья линия

— Откуда вы знаете это имя?

Цицеро не ответил сразу. Пауза была короткой, но после их сегодняшнего разговора Мирина уже понимала, что у него почти всегда имеется причина, когда ответ задерживается.

Максен это тоже заметил.

— Кажется, наш месяц становится интереснее быстрее, чем я рассчитывала, — произнесла Мирина. — С вашим расследованием моего имени мы уже разобрались. Про Инри я тоже получила хотя бы правдоподобную версию. Теперь хотелось бы понять, почему человек из Вендела узнает личный знак первого советника арденского короля раньше, чем я успеваю назвать его имя.

Цицеро чуть склонил голову.

— Каллин не настолько неизвестен за пределами Ардена, как вам, вероятно, хотелось бы.

— Я не спрашивала, слышали ли вы о нем. Я спросила, почему узнали его знак.

— Это уже несколько другой вопрос.

— И, разумеется, на него вы тоже собираетесь ответить частично.

— Зависит от вопроса.

Мирина усмехнулась.

— Вот именно поэтому я сегодня и пришла к вашему столу.

Максен наконец посмотрел на письмо в своей руке.

— Может быть, сначала выясним, чего Каллин хочет?

— Можно. Но после этого вопросы задаю я.

— Я начинаю подозревать, что разрешение вам не особенно требуется.

— Наконец-то мы действительно узнаем друг друга.

Цицеро переводил взгляд с нее на серебряную застежку вестника уже без прежней иронии.

— Каллин редко отправляет личных людей через границу ради вежливости.

— Он вообще редко делает что-нибудь ради вежливости, — ответила Мирина.

Максен сломал печать. Она смотрела не на письмо, на Цицеро.

— Когда закончите, я хочу знать, что именно вам известно о Каллине. И на этот раз без красивых формулировок про источники, которые вы пока не можете назвать.

— Не можете или не хотите? — напомнил он ее утренний вопрос.

— Видите, какой полезной оказалась беседа.

На губах Максена появилось движение, которое он тут же спрятал, опустив глаза к письму.

Мирина заметила.

— Не радуйтесь. Ваша очередь тоже придет.

— У меня были сомнения?

— Надежда, возможно.

— Она быстро проходит рядом с вами.

— Зато скучать не успеваете.

Вокруг продолжал жить лагерь. За спиной спорили конюхи, где-то звенело железо, ветер бил полотнищем одного из шатров о растяжку. Еще час назад Мирина считала главной проблемой месяца невозможность распоряжаться собственной жизнью.

Теперь в лагерь приехал человек Каллина. Это совершенно не улучшало настроение, зато многое делало понятнее. Она больше не собиралась позволять кому-либо по очереди доставать из ее прошлого отдельные имена, события и обрывки донесений, а потом наблюдать за реакцией.

— Хорошо, — сказал Цицеро, словно догадавшись, к чему она пришла. — Спрашивайте.

Мирина чуть склонила голову.

— Тогда начнем с простого. Расскажите все, что уже успели обо мне узнать и почему человек Каллина приехал к Максену именно сейчас.

Раньше подобный разговор заставил бы ее прежде всего думать, какую часть прошлого еще можно успеть спрятать.

Сегодня хотелось другого. Понять, кто уже успел туда войти без ее разрешения.