Книга Нашествие Плоти - читать онлайн бесплатно, автор Blutige Faust519. Cтраница 6
Нашествие Плоти
Нашествие Плоти
Оценить:

Рейтинг: 5

Нашествие Плоти

— У меня есть план... — послышались заветные слова. Это говорил Вальтер, который сидел прямо посреди комнаты и зачем-то изучал дощатый пол. — Смотрите. — Он подозвал всех военных к себе, и они немедленно подбежали к нему, цепляясь за любую надежду на выживание. — Черти снизу знают, что мы здесь, и пойти на штурм первого этажа будет глупо, поэтому я предлагаю так. Мы вскроем несколько досок пола и подзовём монстров сюда, а потом откроем по ним огонь из оставшихся патронов. Это вряд ли их убьет, но замедлит или ослепит. Затем несколько человек сбросят этот сервант вниз по лестнице, который собьёт и раздавит всех, кто стоит на ней, и не даст взобраться по ней тем, кто на первом этаже. Несколько человек, а может, один, останется здесь и будет стрелять отсюда по ним, пока остальные, прячась за сброшенным сервантом, будут отстреливать оставшихся.

— Надёжный как французские часы, — с иронией сказал Ян.

— Ян, а у тебя есть другой план? Помощи уже точно не дождаться, — в ответ на иронию Яна спросил Кольт, который уже не мог находиться в этом помещении. Ему план показался хорошим. Во всяком случае, лучшим, чем пытаться бежать со стариками по крыше.

— Откуда он у меня может быть, если этих существ пули не берут? Вальтер, на что ты надеешься?

— У нас нет других вариантов... Да и как вы говорили раньше, они передвигались только по земле, покрытой плотью, а сейчас они свободно перемещаются по всем поверхностям. Возможно, в этом случае их регенеративные способности меньше.

— К тому же мы стреляли по той огромной херне, и от неё кусками отваливалась плоть, причём такими здоровыми, с кулак минимум. — Зигфрид вспомнил момент атаки огромного монстра и в конце выдвинул свой кулак вверх для сравнения. — А ещё Вальтеру удалось раздавить этих упырей. Мы когда шли к вам, встретили двоих, и он голыми руками разорвал двоих.

Знания Яна о плоти были большими, но не настолько, чтобы знать про них всё, поэтому он перестал перечить плану Вальтера. Вальтер хотел добавить, что тогда плоть прилипла к нему и не нанесла урона, а будто бы, наоборот, помогла разнести того монстра, но промолчал.

Кольт выслушал Вальтера и начал раздумывать о его успешности. Убедившись, что пол здесь - просто доски и сервант можно будет скатить вниз благодаря ножкам, он отдал приказ о начале выполнения плана и скомандовал Вальтеру, чтобы во второй части плана он сидел на втором этаже и отстреливал монстров здесь. Шесть военных (Рудольф, Вальтер, Кольт, Ян, Зигфрид и ещё один полицейский из отряда Кольта) начали сбивать гвозди с досок, а затем, используя винтовки как рычаг, демонтировали две доски. Свет в комнату ниже полностью не поступал, но запах крови ощущался после срыва доски прекрасно, а также были слышны шаги тех, кто скрывался на этаже ниже. Полицейские высунули в дыру свои винтовки, встав кругом, и ждали приказа Вальтера. С каждой секундой шаги было слышно всё лучше и лучше, и даже было видно их. "Ещё немного..." — приговаривал Вальтер и ждал, когда они подойдут ближе. "Огонь!" — прокричал парень, когда глаза существ уткнулись в стволы винтовок. Пламя от вспышек освещало помещение внизу, и было видно, что там монстров семь. После первого выстрела раненые монстры издали страшнейшие визги, и кто упал, кто начал метаться по комнате. Стрельба велась ещё двадцать секунд и прекратилась тогда, когда попадать в упырей стало невозможно.

"Сбросить сервант!" — скомандовал Вальтер, и все, кроме него, бросились к нему. Зигфрид навалился первый, и от его удара дверь, которая была заблокирована, прогнулась, а после того, как в сервант влетел Ян, он выбил дверь, и мебель полетела вниз, сбив нескольких монстров и придавив собой. Они побежали вниз, и Рудольф, который был последним, глянул на Вальтера, бросил ему один магазин и сказал: "Удачи", бросившись следом за остальными. От появившейся дыры сверху и выбитой двери свет в комнату ниже начал поступать, и от этого огонь стал более прицельным. Существа, которые были там, были ростом с человека и меньше. Попаданий из винтовки хватало, чтобы повредить их, а при попадании в глаза - ослепить их. Нечеловеческие вопли издавались из этого здания, и, возможно, сюда уже бежит толпа этих чудовищ, но огонь шёл. Вальтеру пришлось заглянуть в эту дыру, дабы можно было вести огонь. Выглянул - существо с очень длинными конечностями схватило его за волосы, которые торчали из шлема, одной рукой, а второй - за винтовку и потащило вниз. Он упал лицом на пол, сильно повредив голову. Монстр, сбросив его, хотел откусить ему голову, но огонь из пяти винтовок сзади повалил его прямо на Вальтера, а едкая чёрная плоть попала ему на лицо. В том, что на него упала туша биомассы, не было ничего приятного, но она же и спасла его от атаки другого монстра, который вместо того, чтобы вспороть живот Вальтера, рубил своими когтями обессиленное существо. Держа винтовку, Вальтер отползал назад под крики своих напарников, которые очень хотели ему помочь, но не могли, так как было живо ещё несколько монстров. Когти упыря разорвали на части упавшего на него монстра и полоснули несколько раз его самого от шеи до самого конца живота, оставив неглубокие раны. Давление на Вальтера оказалось меньше, и он смог двигать руками и, схватив винтовку покрепче, ударил ею монстра, а после его успели застрелить, и выстрел Зигфрида ранил Вальтера в руку. Истекая кровью и с нарастающими ожогами по лицу от плоти, которая ещё была на его лице, он отполз к стене, и сознание начало стремительно покидать его. Он бы продержался ещё дольше, но после очередного выстрела по монстру его раздуло как воздушный шарик, и его взрыв полностью лишил Вальтера сознания.

Глава 4. На утёсе

Острая боль в области левого глаза пронзила Вальтера, и он очнулся на том же месте, где потерял сознание несколько минут назад... Или часов? До потери сознания помещение освещалось едва, а сейчас оно было хорошо освещено из-за пробитой в стене дыры — по всей видимости, от мощного удара или взрыва. Всё тело болело, а руки были бледными. Как оказалось потом, он весь побледнел от потери большого количества крови и в сочетании со своими белыми волосами выглядел как отшельник из Скандинавии. Найдя в себе силы, Вальтер смог подняться, шатаясь так, будто он не потерял несколько литров крови, а ограбил бар. Осмотреть помещение удалось парню не сразу: ещё несколько минут он боролся с размытой картиной в глазах. Один глаз был повреждён настолько, что перестал полностью видеть, а из раны на животе, которую оставил ранее монстр, торчали куски плоти, кишки чуть ли не вываливались. "Недолго мне осталось", - подумал он и прошёл в сторону лестницы, на которой лежали обломки серванта.

По комнате будто бы прошёлся ураган: трупы монстров, чёрная плоть, которая по неизвестным Вальтеру причинам не разрасталась, а находилась на одном месте и бурлила так, как кипит чайник. Присмотревшись, он ужаснулся: плоть порождала на себе новые зубы и глаза, которые смотрели прямо на него. Картина была просто ужасной, но не опасной... Пока.

Даже не это пугало его больше всего. Причиной потери сознания Вальтера стал взрыв монстра, который добил других чудовищ, и самое странное — не было ни останков, ни следов его напарников, хотя от такого взрыва должно было остаться хотя бы пару капель крови. С его ранами он не смог бы пройти даже несколько метров, но здесь он преодолел это расстояние и переступил через обломки серванта, начав подъём по лестнице. Даже здесь странности не заканчивались. На ступеньках были разбросаны книги, которых ранее тут не было, и каждое их название было так или иначе связано с миром во времена первого, второго удара и Гиммлера. Но самая "необычная" книга называлась так: "От церковного пса с Килена до бога". Каждая из них, вероятно, содержала в себе секретные и мрачные тайны, но их содержание Вальтера сейчас не интересовало — он хотел добраться до второго этажа. Ему казалось, что там сидят раненые приятели или хотя бы гражданские, но правда оказалась настолько ужасной, что многие бы застрелились, желая забыть эту картину. В другом конце помещения, у которого была сорвана крыша, вместо сидевших там гражданских было кровавое месиво. Не было ни одного человеческого образа — только плоть, куски жира и разорванные органы, плавающие в крови и муке от раздробленных костей. Перед ними, ближе к самому Вальтеру, лежали останки его напарников. Яну полностью снесло челюсть и сняло скальп, а всё тело было усеяно отверстиями от пулевых ранений. От Зигфрида, Софии и Рудольфа остались только обугленные скелеты, а понял, кто из них есть кто, он по не сожжённым полностью волосам. Ещё страшнее было от осознания того, что София очнулась и сгорела заживо, испытав жуткую боль. Лучше всех выглядел Кольт. Вместо жутких травм у него были только спалены волосы, брови и ресницы, а также виднелось несколько ожогов. Такие раны просто несовместимы с жизнью, но, когда Вальтер набрал воздух, чтобы закричать, Кольт посмотрел на него взглядом, наполненным отчаянием.

Вальтер открыл глаза. Его голова лежала на чём-то твёрдом, а взор был направлен в потолок из покрытого мхом и плесенью камня. Где-то в комнате раздавался едва различимый звук капающей из трубы воды, а в нос ударил запах сырости. Пол-лица

будто бы онемело, и ощущалась странная слабость, но в остальном его состояние было нормальным. Он мог бы встать на ноги, но сильная усталость не дала этого сделать. Вальтер осмотрел помещение, в котором находился, — это был штрафной изолятор или СИЗО, так как помещение для тюремной камеры было слишком маленьким, и вместо привычных для вегиммских тюрем огромных стальных дверей здесь были решётки. Ему удалось осмотреть только то, что находилось в поле зрения правого глаза: левый глаз ничего не видел, да и был ли он вообще? Пролежав ещё несколько минут и бегая правым глазом по комнате, он приподнялся. Не успел он ничего осмотреть, как знакомый женский голос, раздавшийся с левой части помещения, спросил его: "Ты в порядке?". Не поворачивая головы в сторону звука и даже не спросив, кто это, он ответил: "Не очень", поправляя по привычке постоянно съезжающий на лицо шлем, которого на самом деле не было.

Кто задал ему этот вопрос, его пока не волновало — его взгляд привлекло собственное тело и место, на котором он всё это время лежал. Его торс был без одежды, весь перебинтованный жёлтыми бинтами с редкими, едва заметными красными пятнами, а на левую руку был наложен гипс. Его спальным местом служила большая, приколоченная к стене доска с наброшенной простынёй и небольшой подушкой, которую достали, по всей видимости, из забытого всеми подвального склада. Простыня была также местами пропитана кровью и потом, а возле спального места лежали использованные бинты, вата и ведро с остатками засохшего гипса на дне. "Я здесь как минимум два часа", — сделал он вывод, глядя на полностью высохший гипс. "Ты здесь почти сутки", — вновь раздался тот самый голос. Вальтер только сейчас понял, что он здесь не один. Первый вопрос про его состояние он не принял во внимание, будто разговаривал сам с собой, но сейчас он точно осознал, что здесь не один.

Всё это время с ним разговаривала София. Живая. Это был точно не сон. Вместо обугленного трупа здесь была действительно живая София — всё та же девушка с белыми волосами, ярко выраженной венгерской (а венгры, в свою очередь, являются полуславянским народом из-за переселения славян во времена эпохи варлордов и после первой Европейской войны) внешностью и "лисьим" взглядом. Он бы поверил больше в то, что выжила Рим, но не она. Её жизни прямо сейчас ничего не угрожало, но по её внешнему виду было видно, насколько тяжело ей далось это испытание на выживание. Ноги были полностью перебинтованы, а сквозь тонкую ткань на теле виднелся перебинтованный торс. Они обучались в одном отряде с самого начала, но он никогда не всматривался в неё, и только сейчас смог впервые разглядеть. Внешне она даже напоминала призрака. На её спальном месте не было использованных бинтов — только одиночные капли крови и четыре, а то и больше, пустые тарелки из-под еды. Их, может, было и больше, но его сил не хватало, чтобы сфокусироваться на них.

- Как ты вообще выжила?

- Я без понятия. Наверное, я потеряла мало крови.

- Даже если ты потеряла мало крови, от полученных ран ты должна была умереть, тебе же раздавило органы.

- Возможно, я бы умерла ещё тогда, но мне вовремя оказали помощь.

София отвечала холодно, без эмоций — впрочем, как и всегда. Но она знала, что именно Вальтер не дал ей умереть, и хотела как-то отблагодарить его и остальных, но не могла заставить себя сказать эти самые слова поддержки.

- Спасибо, — сказала София вместо большой и эмоциональной речи, и было это произнесено так, будто она выдавила из себя слова через силу. Вальтер не сразу понял, о чём она, но потом догадался.

- Это наш долг. Не было бы меня там, тебе помогли бы другие.

- Да не прибедняйся ты, скорлупец! — послышался мужской голос за соседней стенкой.

Вальтер ещё не полностью пробудился, и ему сначала показалось, что это сказала София, а потом — что это тот неизвестный ему полицейский из отряда Кольта и Яна, лежавший в этой же камере. Но на самом деле звук издал кто-то за стеной, в соседней камере. Голос был очень знакомым, и, немного подумав, Вальтер понял, что это был Рудольф, потому что говоривший назвал его "скорлупком". Его в шутку так называли только он и Дайон, но Дайон был мёртв, а значит, это был Рудольф. Вальтер обрадовался осознанию того, что хотя бы некоторые, а главное — его лучший друг, выжили. Они начали перекидываться шутками, которые понимали только они, а потом Вальтер обратил внимание на Софию, на лице которой явно читалась обида из-за того, что он так просто ушёл от диалога с ней, хотя ей очень хотелось поговорить. Быстро прекратив обмениваться шутками, он вернулся к разговору с Софией, который ощущался как удары ножа в грудь при воспоминании обо всех тех, кто погиб тогда.

- Ну, может, и не потому, что это наш долг, я так поступил. Если бы я бросил тебя тогда, то, возможно, не был бы сейчас как мумия, и мы спасли бы больше жизней.

- Почему же тогда не бросил меня, Вальтер?

- Я... я не знаю.

Ответ лежал на поверхности — милосердие Вальтера. Он боялся говорить об этом, считая, что навешивать на себя такие громкие слова неправильно.

- Понятно.

София, которая смотрела в сторону Вальтера, отвернулась и задела ногой пустую миску. Сделав такое выражение лица, будто её всё это уже достало, она положила посуду под кровать, и за всем этим процессом наблюдал Вальтер.

- Ты даже в этой яме нашла добавку?

София, нервно усмехнувшись, ответила:

- А? Ага, ха. С концлагеря привычка — брать больше, если есть возможность.

Вальтер ожидал, что она сейчас начнёт оправдываться, почему ест больше положенного. Но её нельзя было назвать девушкой даже крупного телосложения — она, скорее, среднего. В училище София ни с кем не общалась, но, когда наступало время трапезы, она не знала меры и ела как в последний раз. Кто-то считал её просто обжорой, а кто-то думал, что, судя по её отличным физическим показателям, она потребляла много еды, чтобы всегда была энергия. Но правда оказалась другой.

- В концлагере? Ты сейчас серьёзно?

- Ага.

Во времена крюгеровских восстаний восставшие часто использовали тактику концентрационных лагерей для всех "иных", и этой "иной" как раз была София и её семья, отец которой служил в вегиммском войске.

- Тогда, ещё при Крюгере, восставшие строили концлагеря, в которых содержались военнопленные, вот моя семья там и оказалась. Голодом морили нас очень часто. Скорее всего, от него бы и погибли, если бы лагерь не разгромила армия Крюгера.

Это была лишь верхушка айсберга, которую рассказала София. На самом деле там было ещё куда страшнее, и "на своей шкуре" она лично пережила пытки.

- И почему ты об этом никому не рассказывала? Если бы мы знали, то помогли бы тебе как-то... Герда уж точно.

От переизбытка эмоций Вальтер встал с кровати, оперевшись при этом на руку с гипсом.

- Так меня никто не спрашивал, да и со мной просто никто не общался.

- ...Прости.

Вальтер почувствовал себя виноватым, ему даже стало стыдно за себя и своих напарников. Они проучились несколько лет, а нормальный диалог вместо обычных вопросов по типу, в каком кабинете пара и надо ли переодеваться на физкультуру, получился только сейчас. Человек страдал, пока остальные занимались своими делами.

- Да ладно тебе, главное, что хотя бы сейчас спросил.

После недолгого молчания Вальтер задал ещё один очень неудобный вопрос:

- Почему ты пошла в военную полицию? Тем более нам ещё в первые дни после начала обучения сказали, что мы зачислены в группы карателей.

- Конечно, жалела об этом, была на грани желания покинуть военную полицию и ещё много чего планировала сделать, но отсидела от звонка до звонка. А пошла я сюда... — София посмотрела на Вальтера ещё более пустым взглядом. — Меня никто не спрашивал. Просто родители заплатили кучу денег и закинули сюда, сказав, что я должна отомстить всем тем, кто унижал нас в концлагере.

На фоне достаточно личной и спокойной беседы эти слова прозвучали очень резко и громко, хотя она произнесла это даже тише обычного. Следом за этим она задала вопрос ему, не дожидаясь реакции и чувствуя, что наговорила лишнего:

- А ты почему пошёл сюда? Всё ещё желаешь остаться тут, а?

- Я... Мы с Рудольфом пошли сюда, желая вершить правосудие и помогать обычному населению. Но он здесь чисто из-за безопасности, которая действительно была ранее, а я просто хочу помогать людям. — Помолчав и обдумывая, он ответил на второй вопрос: — Если нас зачислили в Шертхальм и мы выбрались оттуда живыми, то это уже просто призвание. Мы... уничтожим врагов Вегиммии.

- Эй, я всё слышу! И что значит "мы"? Я свалю отсюда сразу же, как только мы выберемся, — послышался голос Рудольфа, который слышал весь их диалог и не смог совладать со своим желанием прояснить текущую позицию.

- Ой, ты вообще молчи! — ударив по стенке незагипсованной рукой, сказал Вальтер, и молчание вновь повисло в воздухе, а София смотрела на него, не понимая, как реагировать.

- Хах, какая-то детская мечта, не в обиду... И последнее прозвучало как-то слишком пафосно.

- Я понимаю, но врать не собираюсь.

София моментально изменилась в лице. Хоть его цели и были детскими, но стоило отдать должное — он не поменял мнения за несколько лет и, даже едва выбравшись из ада, не потерял надежду и хотел продолжать сражаться.

Со стороны коридора, вдоль которого по одной стене располагались камеры, послышался стук сапог и отчётливый звук чего-то железного по камню.

- Так, сопляки, свои очень милые детские разговоры оставите на потом, а сейчас ждите, когда за вами придут. А ты, Вальтер...

Это был Ян. Он стоял по ту сторону решётки с очередной миской каши на воде и какими-то подозрительными крупами.

- О, уже ходить можешь. Я думал, ты ещё несколько часов будешь лежать и срать под себя, — удивился Ян, глядя на уверенную стойку Вальтера.

- Офицер Ян, вы живы!

- Ну а как же...

Ожидания Вальтера оказались намного лучше того, к чему он готовился. Неожиданно его заинтересовала камера, в которой он находился, и парень принялся её осматривать, подходя к решётке и ловя на себе взгляд Яна.

- А где мы вообще находимся и что произошло?

- А тебе это расскажут потом другие.

- Почему вы не можете рассказать сейчас, офицер Ян?

- А потому что не хочу.

Ян засмеялся и протянул ему сквозь решётку миску с подозрительной кашей, в которую была воткнута ложка. Она стояла полностью горизонтально, даже не думая нагнуться ни на градус. Дождавшись, когда Вальтер возьмёт этот "шедевр" кулинарии, он пошёл от их клетки в сторону. Вальтер был бессилен в этой ситуации и просто смотрел ему вслед, а потом на кашу и на Софию.

Направив руку с миской в сторону девушки, он спросил:

- Будешь?

Она сначала, будто чего-то стесняясь, отрицательно покачала головой, но, подумав, всё же взяла еду.

Возвращаясь на своё спальное место, он услышал ещё несколько шагов со стороны коридора, а затем женский голос:

- Ну почему не можем рассказать? Он же, считай, спас вас.

Две женские фигуры подошли к решётке, и одна из них схватила Яна за шиворот и потянула обратно к камере. Свет от тусклой лампы, в которой использовались свечи, только мешал рассмотреть пришедших. Но стоило им подойти ближе, как Вальтер тут же понял: это были Рим и Чарли! Однако руки Рим были усеяны шрамами, а на одном глазу была чёрная повязка с жёлтой немецкой звездой.

- Ну здравствуй, Вальтер. Думаю, у тебя есть много вопросов, о которых София не успела тебе рассказать... — прильнув к решётке, сказала Рим, а Чарли, стоявшая сзади, молча улыбнулась и помахала ему рукой.

- Рим? Но как ты выжила?

- Очень хороший вопрос, на который я с радостью отвечу, не то что некоторые, — с явным намёком на Яна говорила Рим. — Когда произошёл тот взрыв, мне не повезло попасть под обвал здания, но на меня упали нетяжёлые обломки и накрыло сверху крышей. Ну и по мелочи — осколки полетели в глаз, так что я могу теперь с уверенностью отвечать, что выбрала вилку.

Перед Вальтером стояла Рим, но он чувствовал, что с ней что-то не так. Будто события в Данциге повлияли на неё настолько сильно, что в её голове что-то щёлкнуло.

- Не хочу тебя перебивать, но, думаю, дальше будет легче рассказать всё по порядку и ответить на все интересующие вопросы, чем говорить всё то же самое в качестве ответов на твои реплики. Договорились?

- Договорились...

промямлил Вальтер, переваривая всё только что сказанное. "А может, Герда и Дайон живы?.."

- Ну, значит, слушай. Помощь в итоге пришла, но только спустя четыре часа от начала операции. Она задержалась, так как на дорогах были очень большие заторы, и пришлось скакать по бездорожью. Прибыв, они хотели свернуть операцию и уйти, увидев, что их никто не встречает и город очень сильно разрушен, но Чарли пережила взрыв и встретила их, уговорив пробежаться по улицам. К этому времени я уже успела очнуться и выбраться из-под завала, и так повезло, что им удалось встретить меня.

- Лучше бы не встретили, — тихо сказал Ян, надеясь, что это никто не услышит, но от потери глаза у Рим будто бы усилился слух, и она треснула его по затылку. Сама же моментально получила ногой по ноге, но отвечать на это не стала, лишь фыркнув на него. — Ну и в общем, побежали мы дальше. Бежим, а кругом лишь одни развалины и трупы лошадей. Мы хотели уже было уходить, но увидели сигнальную ракетницу — это стреляла София.

- София?

- Ага, успела проснуться. Если бы не проснулась, то мы бы ушли из города.

Вальтер повернулся к Софии, а та даже не слушала Рим и не смотрела на него — она была занята поглощением каши. Поняв, что никакой реакции от неё не будет, он вновь перевёл взгляд на Рим.

- Мы тогда смогли привести в чувство Яна и Зигфрида, они нам всё, что с вами произошло, и объяснили. Мы погрузили гражданских сразу же, и они успешно эвакуировались, а потом... — вместо энтузиазма Рим испытала страх, вспоминая события, которые произошли потом. За неё продолжила Шарлотта: — А потом такое началось. Мы уходили из города, как эти монстры повылазили изо всех щелей. Пехота пыталась давить их, но даже огнемёты не особо помогали, мы едва вырвались оттуда, потеряв половину от всей подмоги... Но ты, Вальтер, не грусти из-за этого, хорошо? Ты правильно поступил, выручив Софию, и, придумав план по зачистке этажа, ты молодец... Да. Твои знания ещё Рим понадобятся.

- Да, понадобятся... — сказала Рим. — После суда, если нас не казнят, твои знания очень помогут нам.

- В смысле после суда? — удивился и даже испугался Вальтер.

- Ах, забыла рассказать... Мы здесь, в СИЗО, сидим, потому что над нами суд будет. Общее военное руководство и правительство считают, что тот взрыв и смерть солдат — полностью наша вина. Вон там и будет решаться наша судьба, Вальтер...