Книга Нашествие Плоти - читать онлайн бесплатно, автор Blutige Faust519. Cтраница 96
Нашествие Плоти
Нашествие Плоти
Оценить:

Рейтинг: 5

Нашествие Плоти

София хотела возразить Вальтеру, но она резко поняла, что на самом деле ничего не понимает. Слова Вальтера звучали достаточно обидно и оскорбительно, но в то же время звучали реалистично. Но София, как она думает, действительно не надевает на себя маску другого человека в некоторых случаях, из-за чего его слова всё равно лежат под большим сомнительным знаком. Может, когда-то это реально так было и она делала это осознанно, а сейчас — на автомате.

- Честно, Вальтер, я просто не знаю, как на многое мне реагировать. Вообще, я сама заметила за собой такую резкую смену характера, и ты и я прекрасно понимаем, с чем это связано, но я ещё кое-что заметила. До этого мою, что ли, покорность часто использовали, тот же Зигфрид, я не могла ему ничем ответить, и этот сучий потрох пользовался этим, а потом уже после событий Данцига меня постоянно, если помнишь, куда-то запрягали. Но потом... потом, когда уже стала смелее, от меня чудесным образом все начали отваливать. Я тогда реально просто делала вид, причём это получалось через силу, но сейчас это получается как-то автоматически. Наверное, это просто реально стало чертой моего характера. В любом случае, дружеское напоминание, Вальтер: ни на что не надейся. Пока мы не выберемся отсюда живыми и нас наконец спустя шесть лет войны не демобилизуют, можешь не рассчитывать, что я буду к тебе нормально относиться. Сейчас просто ситуация такая, да и знала бы я, что к этому придёт наш разговор, я не начинала бы его.

Вальтер тяжело вздохнул, охнул и закатил оба глаза — второй глаз уже успел восстановиться, и Вальтер начал видеть им. Другие раны тоже были почти излечены. Кожа на голове снова появилась, волосы росли буквально на глазах, а изуродованная кожа на местах ожогов приобретала всё более человеческий вид.

- Хорошо, София, допустим, что это так, но...

Вальтер не успел договорить, как где-то со стороны, откуда пришла сюда София, раздалось несколько звуков, будто кто-то упал из-за очень трудной дороги и железная вещь упавшего выпала из его рук и прокатилась по земле. Имея большую и лучшую реакцию, чем Вальтер, девушка среагировала первой и, быстро перебежав в другую зону, где её не было видно, начала осматривать, что же там происходит. И, к сожалению, их нашли, но не свои, а французы. Там было три французских солдата в своих известных на всю Европу красных панталонах, которые в ночной темноте отлично выдавали их и превращали в мишень, пока форма немецких солдат отлично годилась под войну в тёмных условиях. Эти солдаты пришли явно за тем, чтобы найти Вальтера, но не ожидали того, что их обогнала София. Один из французов, пробираясь сквозь груду обломков и мусора, споткнулся обо что-то и, потеряв равновесие, грохнулся на землю, а из его рук выпала винтовка и покатилась вниз, оказавшись рядом с Софией. Они начали ругаться на французском, не понимая, что за ними наблюдают. София чего-то ждала и не атаковала, хотя это был идеальный момент для нападения. В этот же момент тот солдат, что упал на землю, начал осматривать территорию и пытаться понять, куда укатилась винтовка, и его взор упал сначала на неё, а потом пополз вверх. Таким образом он заметил чьи-то сапоги и, посмотрев ещё выше, понял, что это был немецкий солдат — София.

"Les Allemands! Ils sont là!" — закричал солдат, и ему хватило бы времени, чтобы выстрелить, будь у него винтовка, но этого не произошло, а его напарники не успели вовремя среагировать. За то время, пока они пытались разглядеть, каких это немцев (хотя София — венгерка) заметил их напарник, София успела за несколько шагов быстро сократить расстояние для более точной и разрушительной стрельбы, выставить пистолет-пулемёт вперёд и открыть по ним огонь. Она не жалела патронов и выпустила в них целую обойму, и когда она закончилась, солдаты уже давно лежали на земле с пулевыми ранениями, а кто-то вообще получил слишком серьёзные раны, местами прямо в голову, и умер на месте. Но почему-то это её не остановило, и, потратив одну обойму, она вышвырнула её в сторону, быстро зарядила ещё одну и выпустила половину в уже лежавших солдат. Лучше потратить лишнюю обойму и быть уверенным в том, что враги точно мертвы и обезврежены, чем просто ранить его и продолжать заниматься своими делами, пока этот едва живой говнюк на последнем дыхании успеет сам высадить тебе всю обойму в спину либо подорвать это место связкой гранат. На половине второй обоймы она поняла, что французы уже мертвы и тратить патроны на трупы не очень-то рационально, и, прекратив стрельбу, так же быстро вернулась к Вальтеру, который понял её и тоже перебежал в более безопасное место тогда, когда это сделала она.

"- Дерьмо, французы уже идут сюда", — сказала София.

- Плохо дело, плохо, — поддержал Вальтер Софию, не очень стараясь говорить о повторной метаморфозе, но София оказалась куда более продуктивной и быстрой на принятие решений.

- Ладно, раз уж нас спалили ещё давно, то терять нечего. Нам сейчас надо выбраться каким-то образом отсюда, когда нас окружают целые колонны танков, кавалерия, линия артиллерии, и ещё, скорее всего, в засаде между зданиями сидят солдаты с бронебойными пушками, я по пути одну такую разворотила с её персоналом. Вальтер, понимаешь, тебе снова надо превращаться, иначе нас тут всех зажмут. Если не убьют, то просто окружат и будут ждать, когда мы сдохнем в осаде. Выберемся, а там уже легче будет, давай, Вальтер, не придумывай себе каких-то ужасов.

Вальтер посмотрел на свою руку, у которой отсутствовал палец, но прямо на глазах там сформировалась кость и постепенно она начала обволакиваться нервами, сухожилиями, кровеносными сосудами и кожей, превращаясь в самый обычный палец. Он полностью повторил форму пальца до потери. До этого Вальтер отлично помнил, что ноготь на нём был отгрызен и он не регенерировал. Сейчас, после регенерации пальца с нуля, ноготь на нём был точно такого же размера, как и до этого, с таким же следом. Никогда до этого настолько быстрой регенерации у него не было. Помимо пальца и ногтя, его тело тоже стало выглядеть куда менее истощённым. Он не видел этого, но чувствовал, как одежда стала висеть на нём получше из-за появившихся слоёв жировой ткани. Это была разовая акция от его организма на восстановление даже того, что должно тратиться в первую очередь, либо это уже станет постоянной частью его симбиоза?

- А ты что будешь делать, Соф?

- Я буду сопровождать тебя и расчищать тебе дорогу от возможных засад с бронебойными пушками. Тебе на высоте десятка метров не будет видно, что там творится на земле, и эта хрень будет способна тебе незаметно отстрелить ноги. Тебя уже однажды оставили без ног, причём дважды, явно не хочешь третьего раза. Поэтому бери во внимание, что рядом буду ходить я, а ещё, возможно, другие, я тебя уведомлю, если будет такая возможность!

София просто поставила Вальтера перед фактом, что проводить метаморфозу ему необходимо, и не стала его слушать. Она была права — превращаться и кромсать всех в кровавый фарш было лучшим решением. Сказав свои последние слова, она развернулась и побежала к выходу отсюда, минуя лежащие трупы французов, тела которых были полностью превращены в решето, да так, что вся кровь вытекла из них ещё несколько минут назад, и руины окрасились в яркий алый цвет. Вальтер смотрел ей вслед, двигая только что восстановленным пальцем, и, сжав зубы от обиды, провожал её взглядом ещё некоторое время. Убедившись, что своей метаморфозой он точно не заденет её, он начал процесс повторной метаморфозы.

В небо на высоту его роста в форме Зубастого снова ударил столп из мясного газа, и в сочетании с не полностью исчезнувшим столпом от разложения первого тела это облако было просто колоссальным, но французы, сидящие на линии артиллерии, не заметили разницы и не стали открывать огонь по нему — критическая ошибка. Он, будто высшее, идеальное существо, формировал кости всего за несколько секунд, следом за ними поверх них создавалась мышечная структура, органы, кожа и только после — крепкая, монолитная броня. В отличие от появившихся способностей Зубастого из-за прогрессии, его внешний вид не сильно поменялся. Создавалось чувство, что его организм сам не знает, какую форму ему нужно создавать. Сначала со спины торчали длинные костные позвонки с очень посредственной прочностью. Затем они начали исчезать, и броня переместилась со спины по остальному телу, и это выглядело куда более лаконично и адекватно. Умеренное количество брони по всему телу, в отличие от того же рыцаря, у которого она была абсолютно везде и расположена таким образом, будто её размещал ребёнок. Сейчас с ней происходило тоже что-то странное. Вместо эстетичной и грамотно установленной брони по всему телу местами её количество заметно преобладало там, где она вообще не нужна, а в наиболее нужных местах её не было. К примеру, кисти были значительно усилены, пока ступни и икры обошлись лишь небольшим покрытием в передней части. Скорее всего, это связано как-то со второй метаморфозой подряд, но в любом случае главное — она просто была, и он мог стоять на ногах и двигаться, а не появился в форме нежизнеспособного обрубка, как уже когда-то было.

Кости быстро обросли мышцами и кожей, а после — бронёй, и последним штрихом завершения метаморфозы стало формирование волосяной структуры и глаз. Зубастый полностью закончил своё формирование в полном своём обличии и, совершенно не учась на своих ошибках, распахнул свою огромную пасть чуть ли не на все 90 градусов и зарычал очень громко — настолько, что София, успевшая отбежать на несколько сотен метров, не смогла выдержать такого шума и закрыла уши руками, но даже это не помогало, и чтобы не оглохнуть, она открыла рот. Зубастый рычал до того момента, пока вокруг него не исчезнет облако мясного газа полностью и все, кто смотрел на него сквозь это же облако, не увидят его во всей красе. Появление Зубастого вновь заставило французов впасть в очередную растерянность и панику. Они думали, что им удалось убить его либо просто парализовать и не дать возможности сделать что-то ещё. Отправленный туда отряд был успешно уничтожен Софией, и они не получили от них никакого сообщения, поэтому думали, что раз уж ничего нет, то они ещё в пути либо разбираются с появившимися там проблемами. Действительно, отправить всего три самых обычных солдата на поимку Вальтера — это будет лучшим решением, когда на операцию в Париже немцы выделили почти все свои элитные силы и обычных, регулярных солдат здесь нет, только опытные, умно придумано.

"- Зубастый жив!" — разнеслось хором на позициях французов. Никто не ожидал, что Зубастый окажется живым, этого не должно было случиться! Но терять голову и впадать в панику ещё слишком рано. Зубастый только-только появился и пока совершает лишь обычные шаги в их сторону, а находятся они на расстоянии нескольких километров, так что у них есть ещё очень много времени, чтобы попытаться подбить его ещё раз. Почему Вальтер просто не возьмёт и не ускорится? Сейчас он совершил вторую метаморфозу подряд, а обычно в таких случаях организм сильно истощается и итоговая форма заражённого будет крайне ограничена в способностях, если она вообще сможет стоять на ногах из-за слабо развитых костей опорно-двигательного аппарата. Вальтер просто пытается понять, может ли он передвигаться, и если поймёт, что он на что-то не способен, то будет куда лучше снова выбраться из тела Зубастого, чем быть лёгкой мишенью и ловить лицом все артиллерийские снаряды. У него были очень большие сомнения по поводу того, что он сможет создать огромный штырь, чтобы защитить себя от снарядов, как тогда.

Как много у французов было времени, они не знали, но терять каждую секунду означало терять одну жизнь. Нет, не мирного населения, что живёт в этих трущобах и беспощадно давится под ногами Зубастого, гусеницами танков и артиллерийским огнём, а личного состава французской армии. Приказ был прост и понятен — начать перезарядку орудий, и как же было глупо не сделать этого ещё тогда, когда Вальтер был обезврежен в течение нескольких минут. Под ногами Зубастого деревянные дома ломались как карточные, и из-за шума обваливающихся зданий он вовсе не слышал, что под ним, может быть, находятся танки и бронебойные пушки, готовые отстрелить ему ноги. Этот факт вылетел у него из головы в процессе метаморфозы, но он резко вспомнил о нём тогда, когда увидел, как на земле что-то взрывается в абсолютно разных точках на некотором расстоянии друг от друга с различным интервалом. Взрывы были тоже разными. Где-то он был немного мощнее гранаты, а где-то был настолько большим, что огненное облако становилось выше крыш и гриб дыма поднимался ещё выше. Уже совсем скоро Вальтеру вернулась память, и он понял, что это было. Пройдя ещё 100 метров, в нескольких метрах от него раздались французские крики. Не успев среагировать, следом за криками французов раздался мощный выстрел, а нога Зубастого после этого подкосилась, и он упал на одно колено, не в силах стоять. Зубастый упал на колено с таким воем, будто подбили кита, и это звучало по-настоящему жутко и некомфортно. Посмотрев на свою ногу, он увидел большую травму в области колена. Снаряд бронебойной пушки попал ему прямо в колено и за счёт особенности снаряда разорвался внутри, нанеся ещё больший урон. Броня на колене была полностью уничтожена, а урон прошёлся не только по ней, но и по внутренней стороне, из-за этого он потерял возможность стоять на ногах и рухнул на землю. Повернув голову вправо, Вальтер увидел виновников этого торжества и быстро понял, что это были за взрывы в разных точках по его пути. Там стояло две бронебойные пушки и персонал в виде 20 человек. Они точно не ожидали, что такая громадина посмотрит на них, и, скорее всего, думали, что этот выстрел заставит его вообще упасть, а не встать на одно колено. Они играли друг с другом в гляделки ещё пять секунд, прежде чем экипаж понял, что сейчас им точно не поздоровится. Лучшим решением было бежать, но несколько солдат, пока Вальтер никак не реагировал, быстро заняли второе орудие и, не прицеливаясь, выстрелили по нему. Ожидаемо, большого результата они могли не ждать. Снаряд попал в кисть, которая почему-то была очень сильно укреплена бронёй. Такого слоя брони было достаточно, чтобы снаряд буквально отлетел от неё и упал в нескольких метрах. Глаза Зубастого посмотрели на свою кисть, потом на снаряд и после — на этих же солдат снова. Неловкое молчание и незнание того, что делать, повисло среди солдат, но эту тишину Зубастый нарушил очень быстро. Распахнув свою огромную челюсть и показав такие же огромные зубы, Вальтер издал короткий, но очень быстрый рык. Из-за него у солдат полопались барабанные перепонки, и они упали на землю от сильной боли в ушах, а Зубастый, сделав своё дело, схватил той же кистью за дуло одну бронебойную пушку и ей же начал бить по солдатам и второй пушке, превращая их в блины из человеческого мяса и обломков стали. Сделав несколько ударов, пушка, которую он держал в руках, уже сломалась на две части, и её наиболее тяжёлая часть упала прямо на ящики с боеприпасами. От такого давления снаряды не выдержали и разорвались один за другим. Это, конечно, и близко не сравнится даже с одним артиллерийским снарядом, но взрыв есть взрыв. В этот момент он понял, что все те взрывы вдали были результатом работы Софии, которая помогает ему расчистить путь. Всего таких взрывов было четыре, и прямо сейчас в 200-250 метрах от него произошёл пятый. Конечно, Вальтер был доволен Софией и тем, что она его прикрывает, и у него не было сомнений, что она справится, но быстро пришло страшное осознание — вся территория усеяна этими засадами. Он только что проверил на своём опыте, что София может что-то упустить, и кто знает, скольких она упустила и сколько ещё таких засад организовано? Но делать что-то было просто необходимо. Если стоять на месте, опасаясь, что его расстреляют бронебойными пушками, это означает его расстрел уже линией артиллерии, до которой до сих пор остаётся несколько километров и до неё нужно добраться. Колено Зубастого всё так же было сильно повреждено, и он не мог встать, не упав. Если такая огромная туша упадёт вообще, то он не сможет подняться. "Хоть раз у нас может идти всё по плану?" — спросил Вальтер сам себя, находясь в состоянии жидкого сознания и управляя этой огромной массой костей и мяса из чёрной плоти. Прогрессия смогла развить его до такой степени, чтобы он мог извлекать энергию и массу из самого себя, по сути превратив своё тело в живой, ходячий вечный двигатель. Но из-за слишком частых превращений и восстановления тела этот реактор начал давать сбой. Вальтер заметил, что колено восстанавливается не так быстро, как тот же палец несколько минут назад и тем более не так быстро, как был сформирован тот штырь, что спас его от обстрела. Всё, что ему оставалось — ждать, когда рана заживёт, чтобы продолжить путь. Он хотел подозвать Софию к себе, но, понятное дело, в отличие от Рыцаря Алексея, он не способен говорить и начал издавать поочерёдные звуки, похожие на вой собаки или китовый вой, надеясь, что на них придёт София. Но этого вовсе не нужно было делать, и София, будто прочитав его мысли, сама пришла сюда ещё до того, как Зубастый начал издавать эти звуки.

"- Ты чо завыл? Что случилось? У нас тут времени не так много, чтобы выть!"

Вальтер посмотрел прямо на Софию. Любой человек, наверное, даже тот, кто постоянно видел Зубастого, испугался бы такого прямого контакта. Его глаза, огромная челюсть, лицо, просто абсолютно чёрное тело, висящие волосы, как у призрака из сказок — всё это выглядело очень жутко и неестественно, и испуг при виде такого — адекватная и даже нормальная реакция человека. Но София не боялась его. Она стояла на земле и смотрела на него снизу вверх, будто происходит такое каждый день. Приоткрыв немного рот и издав лёгкий, едва различимый кликающий звук, Вальтер указал когтистым пальцем на рану на ноге, а после — на уничтоженные им же бронебойные пушки.

"- Ну и чё такое?" — спросила София, не понимая, о чём Вальтер. Но выражать эмоции он мог даже в форме Зубастого, и, услышав этот ответ, закатил глаза, и это заметила София. В этот момент она поняла, что не понимает, о чём Вальтер, и попросила его подробнее объяснить. Он сделал всё то же самое: указал пальцем на разорванное в клочья колено и обломки бронебойной пушки.

"- Тебе что, колени прострелили?" — Зубастый закивал головой как ненормальный, показывая своё согласие с вопросом Софии.

После этого девушка быстро поняла, что именно хочет от неё Вальтер прямо сейчас: он желает, чтобы она прикрыла его именно в момент регенерации, а не продолжала зачищать путь дальше. Она уже хотела сказать, что сейчас всё сделает, и пожелать ему поскорее восстановиться, но произнесла другое. Вернее, она даже закричала:

"- Вальтер, слева!".

Указав пальцем налево, София быстро бросилась бежать за здание, сделав при этом залп из ручной артиллерии по тому, что находилось там. Вальтер повернул голову туда, куда указывала девушка, и ему тут же в нос прилетел снаряд, разорвавший его на куски мощным взрывом. В острых ушах, чем-то напоминающих уши летучих мышей, зазвенело. Он схватился за рану на лице, не в силах открыть глаза из-за сильной боли, даже с учётом того, что в форме заражённого она сильно заглушается и почти не чувствуется. "Проклятые танки, да сколько вас тут!" - подумал он про себя, заведомо зная, что на подобное способна только бронетехника. Убрав руку с лица, он увидел на ней сгустки чёрной плоти и осколки того, что когда-то было хрящами и кожей носа, а в тридцати пяти метрах от него стоял танк, готовый выстрелить ещё раз. София сделала по нему залп, но целилась прямо в лоб. Ожидаемо, это не принесло результатов: на броне просто появился чёрный след от взрыва. Не теряя времени, орудие машины сделало ещё один залп. На этот раз противник целился прямо в шею, надеясь отделить голову от туловища либо нанести травмы, несовместимые с жизнью. Но к этому моменту Зубастый оказался куда более подготовлен: выставив кисть перед собой, он смог защитить себя от попадания. Снаряд угодил в бронированную ладонь и предплечье, лишь немного потрескав наросты. Поняв, что настал ход Зубастого, экипаж танка попытался сдать назад и отступить с поля боя, но Вальтер резким движением закинул ногу поближе к машине и, протянув руку, схватил её. К этому моменту его колено успело частично восстановиться, благодаря чему он мог стоять на ногах. Схватив технику, Зубастый поднялся во весь рост и, сделав очень быстрыми шагами разгон на несколько десятков метров, забросил танк в сторону линии артиллерии. Бросок вышел очень сильным, но огромная масса и то, что Зубастый выполнял это не налегке, заставив себя приложить колоссальные силы, не позволили объекту долететь до своей цели. Танк летел как огромный, тяжёлый снаряд с очень громким звуком разрывающегося воздуха. Он быстро начал падать и рухнул на расстоянии почти двух километров от места броска, то есть до позиций артиллерии оставалось ещё примерно столько же... Многовато. Но машина не остановилась при приземлении. Она покатилась по земле ещё несколько десятков метров с такой скоростью и мощью, что пробивала насквозь дома, и если бы кто-то встал на её пути в этот момент, его бы раскатало как глину скалкой. Это почти и произошло. Недалеко от места падения проходила на лошадях группа Яна. Всадники не видели, что делает Вальтер, поскольку передвигались у стен зданий и физически не могли рассмотреть происходящее выше. Они поняли, что случилось что-то неладное, когда к ним начали приближаться странные, громкие звуки, а щепки от деревянных домов полетели во все стороны и посыпались прямо под копыта коней. Если бы не животные, людей бы действительно раздавило, но этот грохот сильно напугал лошадей. Не реагируя на команды, они начали разбегаться в разные стороны, и через три секунды дом, за которым стоял отряд, оказался пробит насквозь. Танк разрушил сверху ещё два здания, прежде чем полностью остановиться. О том, что произошло с экипажем внутри, и говорить нечего, раз уж сама машина превратилась просто в груду металла, а попытка извлечь из неё всё самое ценное не дала бы никаких результатов - настолько огромными были повреждения техники. Лошадей всё-таки удалось успокоить, и группа Яна вернулась на прежнюю позицию. Только тогда бойцы посмотрели вверх, желая увидеть, что происходит дальше.

Больше угроз для Зубастого не оказалось, как минимум пока. Он стоял всё на том же месте, откуда и совершил бросок на несколько километров, и тяжело дышал, раскрывая пасть, из которой выходило облако тёплого воздуха - представьте, каких оно было размеров в рамках десятиметрового чудища. Подняв предплечье, Вальтер осмотрел его: в этот же момент несколько осколков брони осыпалось на землю и смешалось с чёрной кровью, капающей из раны на месте носа. Проследив за осколком, он перевёл взгляд куда-то вбок, а после полностью повернул голову и посмотрел на Софию. Девушка глядела на него так, будто перед ней стоял не огромный десятиметровый монстр, а человек в обычной человеческой форме. Почувствовав на себе взор Вальтера, София быстро изменилась в лице, явно не желая, чтобы тот видел её в столь растерянном состоянии. Они смотрели друг на друга ещё несколько секунд, прежде чем София опустила глаза и на паровом ускорении направилась в его сторону - не для того, чтобы что-то сказать, а чтобы дальше помогать расчищать путь. Сам же Зубастый позалипал на эту точку ещё несколько мгновений, развернулся и тут же хотел снова повернуться обратно и нагнуться, но не успел. Пока они смотрели друг на друга, французы на линии артиллерии успели перезарядить свои орудия и выстрелить. Это произошло почему-то очень тихо: герои не услышали громкого раската батарей, возможно, из-за того, что были слишком потрясены всем случившимся за последние несколько минут. Огненные точки быстро сокращали расстояние, и у Зубастого оставалось не так много времени на перегруппировку. Он успел выставить бронированные предплечья перед собой, создав блок, но большая часть тела всё равно оставалась открытой и являлась легчайшей мишенью. "Вальтер!" - послышалось где-то с земли, но он никак не отреагировал и про себя молился, чтобы София не натворила глупостей и спряталась куда-нибудь, ведь она находилась прямо в зоне обстрела, и велика была вероятность того, что её заденет взрывом, если вообще под ноги не упадёт снаряд. Огненные шары быстро достигли цели, и почти все попали точно в Зубастого. От первых попаданий по предплечьям Вальтеру удалось устоять на ногах и сохранить равновесие. Броня на руках успешно справлялась с задачей, но трескалась и ломалась от каждого удара. Не все снаряды угодили в блок. Часть из них прилетела в нижнюю часть тела, разорвав на части живот, а другая вообще в голову, и после прямого попадания Зубастый не устоял. Его руки моментально расслабились и повисли, ноги подкосились, и он начал медленно падать назад с воем умирающего кита. Но перед падением он успел выставить ладони назад и приземлился на них, подняв в воздух огромное количество пыли и породив от удара небольшую взрывную волну. Вальтер был жив, это точно. Он даже находился в сознании, но его раны оказались слишком тяжёлыми. Когда дым рассеялся, София, уцелевшая после взрыва как раз благодаря Вальтеру, который своим телом принял на себя весь удар, смогла рассмотреть его повреждения. Лицо было полностью разворочено прямым попаданием. Кожа и мышцы возле носа и на лбу оказались уничтожены, обнажая потрескавшийся череп, но глаза уцелели и метались из стороны в сторону, как у безумца. Зато челюсть как была нетронутой, так ей и осталась. Броня на кистях помогла спасти их от превращения в кровавые обрубки, но они тоже сильно пострадали. Костные наросты полностью растрескались и осыпались, оголяя подброневой слой - в анатомии заражённых это зона между костной бронёй и мышцами, именно здесь происходит плавный переход тканей, а нервная система уже отсутствует. Раны дошли и до самих кистей и предплечий, оставляя рваные отметины, но по сравнению с головой и животом это были ещё цветочки. Ситуация с брюшной полостью, как можно догадаться, оставляла желать лучшего. В неё попало несколько снарядов, и, несмотря на защиту, голая кожа на незащищённых местах оказалась полностью разорвана, создавая ранения, похожие на шахматную доску. Эти повреждения были относительно небольшими, но сквозь них виднелись внутренние органы, а чёрная, горячая кровь выливалась оттуда литрами и моментально остывала на холодном воздухе. Такие раны могли стать отличным плацдармом для любого противника, который захотел бы раскрыть их ещё сильнее. София смотрела на раненого Зубастого и не могла понять: радоваться ей или плакать? Она смогла преодолеть желание подойти к нему и сделать всё, что в её силах, потому что знала о высоком риске повторного, финального удара, который легко заденет и её. Мысли Вальтера перемешались в одну большую кучу и превратились в белый шум, разобрать который не представлялось возможным. Но некоторые фрагменты он всё же мог уловить. Местами он видел времена ещё до начала службы в кадетском училище, операцию в Данциге, а также события, в которых он как бы участвует, но смотрит на них не от своего лица, а со стороны, будто сторонний наблюдатель. Сквозь всю эту кашу ему удалось рассмотреть и те воспоминания, которые вовсе не происходили в его жизни либо случались очень давно, и никто о них не помнит. В голове предстал облик странного, огромного существа под водой, у которого из спины торчат очень длинные шипы - пики чёрного, прямо как и оно само, цвета, при этом вокруг существа создавалась целая буря такого же чёрного... Мясного газа? Вдали виднелся Париж, хотя это странно, ведь Париж совсем не прибрежный город, а чудовище плыло именно по нему. Когда образ должен был вот-вот появиться в своём полном обличии, в реальности, сквозь весь этот бред, Зубастый увидел краем глаза, что на него снова целятся. На этот раз это была не одна машина, а целая колонна из четырёх танков, да ещё рядом с ними грузовики катили тяжёлые бронебойные пушки. В этот момент в голове что-то щёлкнуло, будто кто-то приказал "Беги", и он вернулся в сознание. Французы этого не ожидали и не успели среагировать, как Вальтер, сжав кулак, размахнулся и ударил по самому ближнему танку. От удара кулака Зубастого башня машины прогнулась и вдавилась внутрь, а следом оказалась разрушена и сама броня со всем экипажем. Какое-то время Вальтер уже после событий пятьсот девятнадцатого года пытался изучать французский язык, зная, что это рано или поздно пригодится в не самом лучшем случае. Он пытался подняться, но медленно, опасаясь, что если резко встанет, то упадёт и больше не поднимется. Однако, услышав слова "Amenez le canon de 120 mm ici, on va lui arracher le cœur jusqu'à ce que ce salaud sorte ou meure !", он резко подорвался с места, оставляя за собой тяжёлые и острые осколки брони, а также капающую чёрную кровь и ошмётки плоти. Французы хотели притащить сюда сто двадцатимиллиметровую пушку и попытаться достать Вальтера прямо из сердца. Ему уже однажды разнесли голову из бронебойной винтовки, но что-то подсказывало: если его тело разнесёт снарядом не ручного оружия, а, мать его, сто двадцатимиллиметрового орудия, то восстанавливаться будет просто нечему. Найдя в себе силы и перестав бояться, Зубастый подорвался с места и рванул вперёд. Солдаты, не ожидая подобного, целились в него и хотели выстрелить прямой наводкой по руке, чтобы не дать ему защищаться, но Вальтер побежал раньше. От испуга французы выстрелили в воздух из оставшихся танков и пушек. Снаряды полетели мимо и, пролетев ещё несколько десятков метров, попали в жилой дом, вызвав там сильный пожар. Мнение, что французы нанесли больше урона своему же городу в этой операции, было быстро развеяно после резкого рывка Вальтера. Он бежал просто прямо и полностью игнорировал происходящее под ногами, превратившись в настоящую, живую мясорубку. Дома под ним складывались один за другим, хороня людей заживо, и сам счётчик погибших в этом событии с каждым шагом Вальтера возрастал на очень большие показатели, тем самым догнав французов по количеству жертв и даже перегнав. От его шагов содрогалась земля, и этот звук был слышен, наверное, со всех точек Парижа. За ним не успевала София, но она пыталась догнать его, игнорируя засады, которые он успешно пробегал. Да, французы, ожидавшие его, сами не думали, что произойдёт такое, и когда он проходил совсем рядом, не успевали выстрелить. Некоторым не повезло от слова совсем. Они оказались прямо на пути Зубастого, а перетащить тяжёлую пушку с одного места на другое без техники и лошадей было очень сложной задачей. Орудие превращалось в груду металла, а людей ждала участь прилипнуть к ногам Зубастого, где позже их тела усвоит чёрная плоть. Можно ли это будет назвать каннибализмом?