Книга Когда проснётся прошлое - читать онлайн бесплатно, автор Дарья Сальникова. Cтраница 5
Когда проснётся прошлое
Когда проснётся прошлое
Оценить:

Рейтинг: 4

Когда проснётся прошлое

- О чём? - переспросила я.

- Ты вообще меня слушала? - Кэт вздохнула. - Майкл предлагает поехать в среду, а я говорю, что в пятницу удобнее. Ты за какой день?

- По-моему, кто-то сегодня совсем не выспался, - заметил парень напротив.

Майкл, русоволосый и кудрявый, развалился на стуле, откинувшись на спинку. Красный пиджак был расстёгнут, а рукава белой рубашки небрежно закатаны.

- Кэтрин, мне всё равно, - ответила я, положив голову на сложенные руки. - У меня завтра зачёт, и последнее, о чём я сейчас хочу думать, - это ваша поездка.

- Вот поэтому и надо ехать в пятницу, - тут же заявила подруга. - В среду она ещё будет отходить после экзамена.

- Ты говоришь так, будто мы собираемся в кругосветное путешествие, - усмехнулся Майкл.

- С тобой даже обычная поездка может превратиться в катастрофу.

- И всё равно ты каждый раз едешь. - Подмигнул Майкл.

Я улыбнулась, слушая их привычную перепалку, и подняла голову.

Мы сидели в просторной общей гостиной с высокими потолками и большими витражными окнами. Вдоль стен стояли диваны и книжные шкафы, за соседними столами студенты готовились к занятиям, разговаривали и смеялись. Кто-то устроился на подоконнике с учебником, несколько ребят спорили возле камина.

Пиджаки разных цветов мелькали повсюду: синие, красные, зелёные, жёлтые. На мне самой были белый пиджак и юбка в тон. Я поправила рукав и потянулась к лежавшему передо мной учебнику, пытаясь вспомнить, на какой странице остановилась.

- О, смотрите, кто идёт, - произнёс Майкл, кивнув в сторону входа.

Мы с Кэт одновременно обернулись.

Через гостиную к нашему столику направлялся Эйрон. Он был одет в белое, как и я, и шёл, засунув руки в карманы брюк.

Серебристые волосы были слегка растрёпаны, а на лице играла самодовольная улыбка, по которой я сразу поняла, что он опять что-то задумал.

- Только не говори, что ты снова нарушил правила, - сказала я, когда он подошёл.

- А ты уже собираешься читать мне лекцию?

- Смотря что ты натворил.

- Какая трогательная забота, Уильямс.

Он остановился возле моего стула и небрежно опёрся ладонью о спинку.

- Ну что? - нетерпеливо спросил Майкл.

- Получилось, - ответил Эйрон.

- А я говорил! - Майкл торжествующе хлопнул ладонью по столешнице. - Кэт, ты мне должна.

- Подожди радоваться. Я ещё хочу узнать, как именно у него получилось, — возразила она.

- Поверь, тебе лучше не знать, - усмехнулся Эйрон.

Я повернулась к нему.

- Эйрон, что ты сделал?

- Почему ты сразу решила, что я сделал что-то плохое?

- Потому что это ТЫ.

Он рассмеялся и слегка наклонился ко мне.

- Лучше займись своим зачётом, Уильямс. А то завтра опять будешь обвинять меня в том, что я мешаю тебе учиться.

- Ты действительно мешаешь.

- Видишь? Я даже ещё ничего не сделал, а уже виноват.

Я закатила глаза, но невольно улыбнулась.

Эйрон выпрямился, собираясь что-то добавить, и в этот момент солнечный свет из витражного окна упал ему на лицо. Я прищурилась, пытаясь разглядеть выражение его тёмно-синих глаз, но свет становился всё ярче, пока окончательно не ослепил меня.

Я резко открыла глаза.

Несколько секунд я неподвижно лежала в темноте, пытаясь понять, где нахожусь. Сердце колотилось так сильно, что я чувствовала каждый удар. Перед глазами всё ещё стояла гостиная, залитая солнечным светом, а в ушах звучали голоса людей, которых я никогда не встречала.

Я села на кровати, судорожно восстанавливая увиденное. По спине пробежал холодок, пальцами я сильно сжала одеяло, затем резко откинула его. Нужно было немедленно записать всё, пока подробности не начали стираться из памяти.

Я вскочила с кровати и поспешила к письменному столу. В темноте задела ногой стул, выругалась и торопливо включила лампу. Руки заметно дрожали, когда я открывала блокнот и искала ручку.

На чистой странице я написала:

Университет?

Студенты в разной форме.

Майкл — кудрявый. Красный.

Кэт — блондинка. Синий.

Эйрон — незнакомец с пляжа. Белый.

Я замерла, глядя на последнюю строчку.

Эйрон.

Значит, его звали именно так? Или моё сознание просто придумало имя человеку, которого я случайно встретила во время отпуска?

Я сидела перед раскрытым блокнотом и пыталась убедить себя, что это всего лишь сон. Обычный, пусть и чересчур реалистичный. В конце концов, я видела этого человека на пляже, а мозг вполне мог запомнить его лицо и придумать целую историю с его участием.

Только почему, чёрт возьми, я так хорошо его знала?

Я помнила, как Эйрон улыбался, как разговаривал со мной, даже то, насколько меня раздражала его самоуверенность. Во сне мне не требовалось знакомиться с Кэт или Майклом, я знала их имена, привычки, понимала шутки. Меня всерьёз волновал завтрашний зачёт, хотя я уже много лет как окончила университет. И ни на секунду мне не показалось странным, что вокруг ходят студенты в разноцветной форме.

А теперь я сидела посреди собственной спальни и понятия не имела, кто все эти люди.

Я снова посмотрела на блокнот. Три имени, несколько примет. И что мне с этим делать? Развесить фотографии по стенам и соединить красными ниточками? Только фотографий у меня не было, да и сами люди, вполне возможно, существовали исключительно в моей голове.

Меня начинало злить всё происходящее. Я привыкла работать с фактами. Даже когда расследование заходило в тупик, у меня оставались улики, показания, заключения экспертов. Можно было вернуться к началу, проверить детали, найти то, что упустила. А здесь что проверять? Собственные сны?

Я схватила ручку и попыталась записать хотя бы то, в чём была уверена.

На пляже я встретила мужчину, которого раньше видела в кошмаре. Мы разговаривали, но что произошло после моего вопроса «Мы знакомы?», я совершенно не помнила. На следующее утро у меня болела голова, а на руке обнаружился огромный синяк.

И всё.

Я с силой прижала ручку к бумаге, оставив на ней жирную точку.

Да что же произошло после этой грёбаной встречи?!

Я ведь даже не знала, сколько времени провела с ним. О чём мы говорили? Куда ходили? Почему я ничего не помню? И почему теперь мне снится, будто мы были знакомы? Больше всего хотелось снова оказаться на том пляже, схватить этого самодовольного блондина за воротник и вытрясти из него ответы. Потому что он, судя по всему, знал обо мне гораздо больше, чем я о нём.

Я провела ладонями по лицу и откинулась на спинку стула. Перед глазами тут же возник Эйрон, стоящий возле моего стула в той странной гостиной. Его довольная улыбка, насмешливый голос, совершенно привычное обращение ко мне. Во сне я даже не сомневалась, что знаю его. А проснувшись, не могла объяснить, откуда взялось это чувство.

Может, я действительно схожу с ума?

От этой мысли меня передёрнуло. Я раздражённо захлопнула блокнот и оттолкнула его от себя. Как же меня бесила эта беспомощность! Я могла сколько угодно строить предположения, но не имела ни малейшего представления, какое из них хотя бы близко к правде.

Несколько минут я просто сидела, глядя на закрытый блокнот, пока не заметила часы на столе.

4:30.

- Да вы издеваетесь, - пробормотала я.

Окончательно поняв, что уснуть уже не получится, я встала и отправилась на кухню. За окном всё ещё было темно, дом казался непривычно тихим, и только гудение кофемашины нарушало тишину.

Пока готовился кофе, я заметила на столе старую книгу, которую вчера дал мне Луис. Совсем забыла о ней. После странного сна и безуспешных попыток разобраться в себе меньше всего хотелось забивать голову очередными загадками. Но любопытство всё-таки взяло верх.

Я устроилась за столом, сделала глоток крепкого, терпкого кофе и открыла книгу.

Страницы пожелтели от времени, кое-где их края потрескались и загнулись. Мелкий, витиеватый почерк местами было почти невозможно разобрать из-за выцветших чернил. Я попыталась прочитать первый попавшийся абзац, но уже на третьей строчке поняла, что совершенно не улавливаю смысл. Некоторые слова выглядели настолько непривычно, что приходилось подолгу всматриваться в них, пытаясь угадать хотя бы отдельные буквы.

Я перевернула страницу, затем ещё одну. Встречались длинные тексты, непонятные схемы, изображения каких-то сооружений и людей в странных одеяниях. На одном из разворотов обнаружился рисунок, изображавший нескольких мужчин, стоящих вокруг огромного дерева. Подпись под ним была практически стёрта.

- Луис, ты серьёзно? - пробормотала я, перелистывая очередную страницу. - И что я должна здесь найти?

Я честно попыталась разобраться ещё в нескольких абзацах, но быстро потеряла терпение. Возможно, для человека, который всю жизнь изучал древние рукописи, книга представляла невероятную ценность. Для меня же она пока оставалась сборником непонятных легенд, написанных человеком, явно не рассчитывавшим на современных читателей.

Я уже собиралась закрыть её, когда взгляд случайно зацепился за рисунок в нижней части страницы.

Рука замерла.

Я придвинула книгу ближе и внимательно посмотрела на изображение. Круг, разделённый на четыре части, с необычными линиями внутри.

Этот символ я узнала сразу.

Я быстро достала из сумки фотографию погибшей женщины и положила рядом с раскрытой книгой. Несколько секунд переводила взгляд с одного изображения на другое, сравнивая изгибы линий и расположение деталей.

Совпадало всё.

- Да ладно… - тихо произнесла я.

Я снова посмотрела на страницу. Над рисунком располагался заголовок, написанный более крупными буквами.

Пришлось немного повозиться, прежде чем удалось разобрать слово.

«Руна».

Ниже шёл текст. К счастью, эта часть страницы сохранилась значительно лучше предыдущих, и после нескольких попыток я наконец смогла понять написанное.

«Существуют четыре первородные руны, каждая из которых наделяет своего носителя особым даром. Их происхождение связывают с древними богами, избравшими первых людей для сохранения равновесия в мире.

Первая руна — Сила.

Её носители обладают необычайной физической мощью и выносливостью, неразборчиво, непосильные обычному человеку, а также повелевать пламенем, вызывая и направляя его по собственной воле.

Вторая руна — Разум.

Носители этой руны способны проникать в сознание других людей, читать мысли и воздействовать на воспоминания. Их дар позволяет не только узнавать скрытые намерения, но и неразбочиво человека, стирая или подменяя отдельные события.

Третья руна — Материя.

Её носители обладают способностью создавать иллюзии, изменяя восприятие окружающего мира. Они могут заставлять людей видеть то, чего в действительности не существует, скрывать предметы от посторонних глаз и перемещать их силой мысли.

Четвёртая руна — Душа.

Её носители способны чувствовать эмоции других людей и воздействовать на них. Особенностью этого дара является возможность устанавливать связь с душами умерших и общаться с теми, кто покинул мир живых».

Я оторвалась от текста и несколько секунд смотрела на страницу.

Почему-то сразу вспомнился сон, в котором я видела Эйрона. Его руки и странное свечение, которое исходило от них. Тогда я не смогла толком разглядеть, что именно произошло, но теперь воспоминание всплыло с неожиданной отчётливостью.

Я нахмурилась и отогнала эту мысль. Мало ли что может присниться человеку. Особенно если в последнее время его голова занята сплошными загадками.

- Читать мысли, разговаривать с мёртвыми, - перечислила я вполголоса. - Неплохой набор способностей.

Я усмехнулась и снова посмотрела на фотографию.

Если бы не она, я давно закрыла бы книгу и отправилась заниматься чем-нибудь полезным. Истории о людях, обладающих сверхъестественными силами, были хороши для фантастических романов, но никак не для материалов уголовного дела.

И всё же символ на странице в точности повторял тот, который мы обнаружили на теле погибшей. Я ещё раз внимательно осмотрела рисунок, пытаясь найти хотя бы небольшое отличие, но безрезультатно.

Самым странным оставалось то, что, по словам родственников, женщина никогда не делала татуировок. А знак, который мы видели собственными глазами, впоследствии бесследно исчез.

Я перевернула страницу, надеясь найти объяснение, но дальше снова начинался почти неразборчивый текст. Несколько строк были стёрты, а часть листа оказалась повреждена. Пролистав ещё немного, я наткнулась на очередные рисунки и незнакомые обозначения, после чего окончательно сдалась.

Я закрыла книгу и обхватила ладонями чашку с остывшим кофе.

Луис тоже хорош. Увидел фотографию, перепугался, притащил древний учебник и отказался что-либо объяснять. Очень информативная встреча, ничего не скажешь. Особенно для детектива, который рассчитывал получить хотя бы один нормальный ответ. Хотя чего я вообще ожидала от человека, который перед разговором со мной несколько минут распевал что-то с закрытыми глазами?

Серьёзно, Мелисса, ты теперь собираешься строить расследование на показаниях шамана?

Я невольно усмехнулась.

Возможно, существовало какое-нибудь закрытое общество, использовавшее древние символы. Люди и не в такое верили. Вполне вероятно, что погибшая каким-то образом была с ним связана. Это хотя бы объясняло, почему знак оказался на её теле.

Но оставался вопрос, на который у меня по-прежнему не было ответа: каким образом он исчез?

Я раздражённо потёрла лоб.

Конечно, можно предположить, что где-то в Лондоне тайно живут люди со сверхспособностями, которые днём ходят за продуктами, а по вечерам спасают человечество от очередного конца света. Интересно, они хотя бы налоги платят? Или магические способности автоматически освобождают от подобных неприятностей?

Я тихо рассмеялась, представив себе эту картину, но довольно быстро замолчала.

Мне хотелось найти всему разумное объяснение. Такое, которое можно проверить, подтвердить и предъявить начальству, а не историю о божественных дарах из книги неизвестного автора.

- Великолепно, Уильямс, - пробормотала я, допивая кофе. - Ещё немного, и начнёшь спрашивать у покойников, кто их убил. Рик будет в восторге.

Я улыбнулась собственной глупости и поднялась из-за стола.

Всё это выглядело полнейшим бредом. Но фотография погибшей и рисунок в старой книге совпадали слишком точно, чтобы я могла просто выбросить их из головы.


Глава 5

До работы оставалось ещё немного времени, но сидеть на кухне и разглядывать эту проклятую книгу мне больше не хотелось. Я убрала чашку в раковину и направилась в ванную. Горячий душ, чистая одежда и привычные утренние хлопоты - возможно, хоть это поможет отвлечься от всего, что творилось в моей голове.

По дороге я почувствовала знакомое давление в висках. Головные боли в последнее время стали появляться всё чаще и сильнее, меня это уже начинало беспокоить. Я открыла шкафчик, достала лекарство, которое Шон купил мне во время отпуска, и приняла очередную дозу, поморщившись от неприятного привкуса.

Средство действительно помогало, но сама необходимость постоянно к нему возвращаться мне не нравилась. Пожалуй, Мэтью был прав: стоило всё-таки записаться к врачу и пройти обследование. Я уже несколько дней откладывала этот вопрос, убеждая себя, что всё дело в усталости и недосыпе. Однако отдых не решил проблему, а головные боли никуда не исчезли.

Я убрала упаковку обратно в шкафчик, решив заняться этим в ближайшее время.

Я стянула пижаму и встала под воду, позволив горячим струям согреть озябшее тело. После бессонной ночи мышцы неприятно ныли, а глаза казались тяжёлыми. Я долго стояла неподвижно, прислушиваясь к шуму воды, пока напряжение понемногу не начало отпускать.

Когда я наконец выключила душ, ванная успела наполниться паром. Я завернулась в полотенце, подошла к раковине и провела ладонью по запотевшему зеркалу.

Взглянув на своё отражение, я заметила что-то странное.

Чуть ниже ключицы, ближе к груди, сквозь влажную кожу проступали тонкие тёмные линии.

Я нахмурилась и наклонилась к зеркалу, пытаясь разглядеть их получше.

А потом узнала рисунок.

- Господи…

Меня словно окатило ледяной водой. Я резко отдёрнула руку от зеркала и несколько секунд смотрела на собственную грудь, не в силах пошевелиться.

Это была та самая метка.

Круг, разделённый на четыре части. Точно такой же, какой я видела на теле погибшей женщины и на страницах старого учебника. Только сейчас линии выглядели бледными, словно рисунок ещё не до конца проявился под кожей.

Я осторожно прикоснулась к нему кончиками пальцев. Кожа была гладкой, без малейшего рельефа. Ни боли, ни зуда, вообще никаких ощущений.

- Нет… Нет, этого не может быть.

Я схватила мочалку и принялась тереть грудь, сначала осторожно, затем всё сильнее. Кожа быстро покраснела, но тонкие линии оставались на месте. Я снова намочила мочалку, добавила мыла и повторила попытку, уже почти не обращая внимания на неприятное жжение.

Ничего.

Я бросила мочалку в раковину и вцепилась пальцами в её края.

Откуда она взялась? Ещё вчера ничего подобного не было. Я бы заметила! Не могла же я просто не увидеть огромный символ у себя на груди?

Я судорожно перебирала в памяти последние дни. Отпуск, незнакомец, провалы в памяти, сны, книга Луиса.

Я подняла глаза на зеркало и снова увидела метку. На этот раз меня охватил такой ужас, что я невольно отступила назад. Ноги вдруг сделались ватными, и я опустилась на холодный кафель, едва успев придержать полотенце.

Сердце бешено колотилось. Я пыталась вдохнуть поглубже, но воздух словно застревал где-то в груди. Перед глазами всё плыло, пальцы дрожали, а в голове билась одна мысль: что со мной происходит?

Я прижала ладонь ко рту, стараясь справиться с подступающими слезами. Но стоило снова посмотреть на грудь, как меня затрясло ещё сильнее.

У той женщины была такая же метка. И она умерла.

- Нет, нет, нет… - шептала я, чувствуя, как по щекам текут слёзы.

Значит метку убийца не наносит своими руками. Но как она появляется? Неужели реально что-то то сверхъестественное…

Успокойся, Мелисса. Пожалуйста, успокойся.

Я попыталась сосредоточиться на дыхании, как делала раньше в особенно напряжённые моменты. Медленный вдох, выдох. Ещё раз. Получалось плохо: стоило немного прийти в себя, как взгляд снова падал на метку и паника возвращалась.

Сколько я просидела на полу, не знаю. Постепенно дыхание стало ровнее, хотя руки всё ещё тряслись. Я осторожно поднялась, держась за раковину, и включила холодную воду. Несколько раз умыла лицо, затем промокнула его полотенцем.

В зеркале на меня смотрела испуганная женщина с покрасневшими глазами.

- Соберись, - тихо сказала я своему отражению. - Ну же.

Убедительности в моём голосе было немного.

Я вышла из ванной, накинула шёлковый халат и села на край кровати. Ткань приятно холодила разгорячённую кожу, но я всё равно то и дело оттягивала ворот, проверяя, не исчез ли рисунок.

Он оставался на месте.

Я попыталась вспомнить, когда в последний раз видела свою грудь без этой метки. Вчера вечером? Перед сном? Я совершенно точно принимала душ, но могла ли не обратить внимания?

Чёрт возьми, да откуда мне теперь знать!

Я закрыла лицо ладонями. Ещё несколько часов назад меня раздражало, что я не могу объяснить собственные сны. Сейчас я с удовольствием вернулась бы к той проблеме.

Если метка появилась после встречи с незнакомцем на пляже, значит, именно он мог знать, что со мной произошло. Во сне я называла его Эйроном. Возможно, это имя было выдумкой, но другого у меня не было.

Мне нужно было найти его.

От этой мысли стало ещё тревожнее. Я понятия не имела, кто он такой, где его искать и что случилось во время нашей последней встречи. Даже если мне удастся снова с ним столкнуться, идти одной после всего произошедшего было бы верхом глупости.

Может, рассказать Мэтью?

Я представила, как показываю ему метку. Он наверняка сначала решит, что я неудачно пошутила, потом потребует объяснений, которых у меня нет, и в конце концов потащит меня на обследование. А там придётся рассказывать о незнакомце, провале в памяти и странных снах.

И как я объясню, почему скрывала всё это с самого начала?

К тому же дело уже приказали закрыть. Если Мэтью узнает, что у меня появился точно такой же символ, он ни за что не оставит это без внимания. И я не могла его за это винить.

Я покачала головой.

- Нет.

Пока я сама не пойму хотя бы часть происходящего, никому ничего рассказывать не стану.

Правда, от этого решения мне почему-то не стало спокойнее.

Думай, Мелисса. Должен же быть какой-то выход.

Я сидела на кровати, перебирая в голове всё, что произошло за последние дни. Я уже столько раз возвращалась к одним и тем же событиям, что начинала злиться на саму себя.

И вдруг меня осенило.

Я выпрямилась, уставившись перед собой.

Ну конечно! Почему я раньше об этом не подумала?

Я ведь знала, где встретила его. Тот пляж, та самая набережная, где мы разговаривали. Если Эйрон действительно был там, оставался шанс, что я смогу найти его снова. Возможно, он жил поблизости или работал где-нибудь в городе. В конце концов, у меня было хотя бы его имя.

Правда, оставалась одна небольшая проблема: для этого придётся лететь через полмира, не имея ни малейшей гарантии, что он вообще там появится.

Отличный план, Уильямс. Особенно для человека, который ещё вчера считал себя здравомыслящим.

Схватившись за волосы, я слегка взлохматила кудри - это вышло почти бессознательно, как будто любое движение могло удержать меня от того, чтобы не сорваться на крик Со стороны, всё выглядело как начало истории человека из психдиспансера.

Но оставаться дома и ждать, пока на моём теле появится что-нибудь ещё, я тоже не собиралась.

Я поднялась и потянулась за телефоном. Несколько минут изучала рейсы до Рио-де-Жанейро, мысленно ругаясь на цены и расписание. Мне повезло: нашёлся прямой рейс, на который ещё можно было купить билет. В прошлый раз мы с Шоном летели с пересадкой, и повторять это путешествие мне совершенно не хотелось.

Я несколько раз перечитала условия бронирования, прежде чем нажать кнопку оплаты.

Вот и всё. Теперь ты официально сошла с ума.

Впрочем, билет уже был куплен, а значит, отступать становилось немного сложнее.

Я достала чемодан и принялась собирать вещи. На этот раз не пришлось долго выбирать наряды или думать, какие туфли лучше подойдут к вечернему платью. Несколько комплектов одежды, бельё, документы, зарядка и косметичка. Я собиралась найти человека, а не устраивать себе второй отпуск.

Когда чемодан был почти готов, я вспомнила о Шоне.

Чёрт. Шон.

Я опустилась на край кровати с телефоном в руках.

Что я ему скажу?

«Милый, помнишь наш романтический отпуск? Так вот, я решила вернуться туда одна, потому что мне приснился какой-то кошмар, а утром на груди появилась татуировка смерти».

Да уж. После такого разговора он наверняка первым делом поинтересуется, не ударилась ли я снова головой.

Можно было сказать, что меня срочно отправили по работе. Но Шон прекрасно знал, что я занимаюсь расследованиями в Лондоне, а не разъезжаю по Бразилии в поисках подозреваемых. К тому же стоило ему задать пару вопросов, и моя история развалилась бы.

Сослаться на семейные обстоятельства тоже не получится. У меня не было родственников, к которым я могла бы внезапно отправиться.

Я раздражённо вздохнула и бросила телефон на кровать.

Почему нельзя просто сказать правду? Хотя бы часть?

Потому что я сама понятия не имела, что происходит. И если бы Шон сейчас оказался рядом, я даже не знала бы, с чего начать этот разговор. Я посмотрела на чемодан, затем на телефон.

- Решу по дороге, - пробормотала я.

Понимала, что откладывать объяснение было не лучшей идеей, но сейчас мне хотелось поскорее добраться до Рио.

Я застегнула чемодан, проверила документы и убрала в сумку блокнот с записями. На мгновение задержалась возле зеркала, поправляя ворот рубашки. Под тканью скрывалась метка, о существовании которой ещё несколько часов назад я даже не подозревала. Я отвернулась, взяла ключи от машины и направилась к выходу.

Адреналин гнал меня вперёд, не оставляя времени на сомнения. Впервые, я не пыталась просчитать каждый шаг и взвесить все возможные последствия. Я просто действовала.

Перед вылетом я успела заехать в отдел и поговорить с начальником. Объяснила, что мне срочно нужно взять несколько дней отпуска по личным обстоятельствам. К моему удивлению, он даже не стал возражать. За три года я практически не отдыхала, поэтому, видимо, решила воспользоваться накопленным запасом его доброты. Хотя второй отпуск за столь короткое время наверняка вызвал у него вопросы, задавать их он не стал.