Океаны слёз и магии

Уткнувшись мокрым лицом в колени, я просто рыдала. Я оплакивала отца, две своих разрушенных жизни и жалела себя, маленькую обманутую, одинокую девушку.

------- Продолжение 15/9 --------

Остаток ночи я провела в беспокойном забытье. Когда утреннее солнце пробилось сквозь тяжелые шторы, я чувствовала себя совершенно разбитой. Физическое и моральное истощение навалилось неподъемным грузом, но это было мне даже на руку: ссылаясь на крайнюю слабость после вчерашнего приема, я могла вполне обоснованно не покидать свою спальню и не видеть лиц убийц моего отца.

Мама забегала ко мне несколько раз, окутывая меня запахом своих любимых духов. Она с тревогой касалась моего лба, поправляла одеяло и мягко сетовала на то, что столичные балы слишком утомительны для моего хрупкого здоровья.

— Рейнард и Бран просили передать тебе самые теплые пожелания скорейшего выздоровления, милая, — ласково произнесла она, погладив меня по руке. — У них с утра много дел с бумагами и ювелирными филиалами, но они велели тебе ни о чем не беспокоиться и просто набираться сил.

Я лишь слабо кивнула, прячая глаза. Идеально. Они занимаются своими делами, а я получаю законную передышку и могу не разыгрывать перед ними любящую, благодарную дочь.

Но моя хрупкая иллюзия безопасности рухнула уже через час.

В дверь тихо постучали, и в спальню вошла служанка. В её руках была пугающе огромная корзина нежных, белоснежных цветов, источающих тонкий, сладковатый аромат, и расписная коробка с дорогими конфетами.

— Это доставил посыльный, леди Анаис. От Его Светлости герцога де Вейла, — с благоговейным придыханием сообщила девушка, ставя подарки на столик у окна. — И здесь записка.

Как только служанка удалилась, я дрожащими пальцами развернула плотный пергамент с золотым тиснением. Знакомый, размашистый почерк резанул по глазам:

«Прекрасная леди Анаис. Надеюсь, эти скромные дары скрасят ваше утро после столь утомительного бала. Ваша хрупкость требует самой трепетной заботы, и я намерен её обеспечить. Люциан».

Дыхание перехватило. Сладкий цветочный запах внезапно показался приторным до тошноты. Я отшвырнула записку, словно она жгла пальцы, и сжалась в комок на кровати, уткнувшись лицом в подушку. Истерика, которую я так старательно давила в себе ночью, накрыла меня с головой. Он уже начал свою игру. Хищник ясно дал понять, что не выпустит свою добычу из виду, напоминая, что я от него никуда не денусь. Я рыдала, задыхаясь от паники и бессилия, понимая, что невидимая удавка на моей шее только начала натягиваться.

Мои слезы прервал тихий мелодичный звон. Прямо сквозь приоткрытое окно в комнату влетел магический вестник — полупрозрачная, светящаяся птичка, сложенная из бумаги. Сделав круг над кроватью, она опустилась на тумбочку. Стоило мне осторожно коснуться её бумажного крыла, как она тут же заговорила звонким, радостным голосом леди Элизы:

«Милая леди Анаис! Вчерашний бал был просто чудесным, я была бы безмерно рада продолжить наше знакомство! Как я и упоминала, через два дня мы устраиваем небольшой пикник. Очень надеюсь, что вы успеете отдохнуть и присоединитесь к нам! Обещаю, будет весело и совсем не утомительно!»

Вестник рассыпался золотистыми искрами, а я медленно вытерла мокрые щеки.

Пикник. Через два дня.

Это был мой шанс. Идеальный повод выбраться из этого дома, полного лжи, хотя бы на несколько часов и побыть обычной светской девушкой. А пока, чтобы ничем не выдать себя, я лучше проведу всё оставшееся до пикника время в своей комнате.