Академия реставраторов
— Статуя подтаяла? — переспросил он. — Бронзовая?!
Миранда качнула головой.
— Конечно, нет. Снежная.
— Снежная статуя мага Крамера?!
«Герцогиня» медленно прикрыла створку окна.
— Вам явилась снежная статуя мага Крамера, — недоверчиво повторила она. — И она подтаяла?
— Для снега еще рано, — оправдывалась Миранда. — Солнце сегодня довольно жаркое. Рука лежала вдоль спинки скамейки, снега в ней было немного, по сравнению с основной массой, он, естественно, оплыл…
— И? Что вы сделали?
— Я собрала этот снег и попробовала вылепить руку заново. Конечно, у меня ничего не получилось, но…
Миранда прикусила язык. До нее вдруг дошло то, что ей сказали: «Вам явилась снежная статуя». В магической академии. Так, значит, это была не шутка развеселившихся студентов?
— Это что, было магическое испытание? — пролепетала она.
Магистр Самбак оперся о дверной косяк. Дама дернула углом рта.
— Испытание, о котором мы давно ничего не слышали. Не так ли? — провозгласил Самбак, и его тон показался Миранде зловещим.
— Но Вероника, — ответила ему «герцогиня»: она словно давала ему понять, что Миранда не лжет.
Как будто Миранда могла выдумать что-то подобное! И ей никак не удавалось взять в толк, как ее смехотворные попытки заново вылепить снежную фигуру могли расположить к ней «талисман» Академии.
Старик-магистр, остававшийся для претендентов безымянным, довольно потер ладони.
— Итак, барышня, у вас два очка, а у молодого человека, насколько я могу судить, ни одного, — заявил он. — Конкурс на единственное вакантное место выигрываете вы.
— Так нечестно! — быстро сказал моряк. — Я бы тоже проводил нуждающегося в этом человека к целителям, вот только я никого не встретил на пути сюда.
«Герцогиня» повернулась к нему и неожиданно улыбнулась.
— Ой ли, — возразила она, подняв тонкую бровь. — Почему у вас кровь на лице?
Моряк отвел глаза.
— И вы пришли сюда в порванном мундире.
— Говорите, — распорядился оживившийся Самбак.
— Прошу прощения, что явился в таком виде…
— Вы с кем-то подрались? — злорадно наставил на него длинный палец старик с бровями. — Но так торопились, что не удосужились переодеться и умыться. Вы задира, и вам прямая дорога не к нам, а к боевым магам!
Моряк покачал головой.
— С вашего позволения, — сказал он твердо, — боевая магия — это не мое. И нет, я ни с кем не дрался. Инцидент… хм… случился неподалеку от входа в башню, уже в парке Академии.
«Герцогиня» улыбнулась ему, будто знала, что он скажет, и подбодрила:
— Поведайте же нам, что случилось.
— Да ничего особенного. Глупости.
— Если вам нечего стыдиться, молодой человек, говорите, — посоветовал Самбак, явно забавляясь. — У вас есть возможность качнуть чашу весов в вашу сторону.
Темно-серые глаза моряка блеснули, и Миранда вдруг подумала, что у него красиво очерченные губы. Она поспешно отвела взгляд, пока никто не понял, что у нее на уме. Только «умом» это не назовешь. Ей никогда не приходили в голову такие мысли о мужчинах!
— Вряд ли, — сказал он спокойно. — Но хорошо. Я снимал с дерева котенка. Он перепугался и меня оцарапал.
«Герцогиня» засмеялась. Он пожал плечами.
— Я говорил, что это очень глупо.
Магистры переглянулись.
— Мы устраиваем абитуриентам вступительные испытания, — медленно проговорила дама. — Созываем приемную комиссию. Задаем им каверзные вопросы. Этот молодой человек и эта девушка с вызывающим цветом волос явились не вовремя. Однако магическая арка их пропустила, а испытания им предложила сама Академия.
Миранда вздрогнула и схватилась за свои непослушные волосы. Действительно — они расплелись и являли достопочтенным преподавателям полное непотребство, переливаясь всеми цветами радуги.
— Не девушка, а попугай, — фыркнул старик.
— Джерард, — с шутливым упреком сказал Самбак.
— Простите, — буркнула она, стараясь вновь заплести косу. — Они сами.
— Вашей вины в этом нет, — загадочно улыбнулась дама. — Академия не позволит тем, кто сюда вошел, что-то скрыть от нас. Ваш секрет невинный. Вернемся к нашему вопросу, коллеги.
Моряк одарил Миранду долгим непонятным взглядом. Она совсем засмущалась.
— Академия сочла нужным сама предъявить этим абитуриентам свои испытания. Которые они, судя по всему, прошли. Несмотря на то, что, по их собственным словам, дар подталкивает их к разрушениям…
Миранда опешила: она-то уж точно не признавалась тут ни в чем подобном, хотя и кивала словам своего соперника!
— …они все же сумели проявить те качества, которые показывают, что они вполне могут стать созидателями. При должной огранке их талантов, — заключила дама.
Сердце Миранды подскочило к потолку и совершило ликующий кульбит. Неужели она поступит? Неужели их примут — обоих?
— Но каверзные вопросы, Нектарина… — мурлыкнул Самбак.
— Ну задай.
Самбак дернул плечом. Старик Джерард оперся ладонями на стол и склонился к ним, оскалив зубы.
— Самое примитивное. Девушка, какие травы нужны, чтобы исцелить человека от мигрени?
Миранда растерянно взглянула на «герцогиню» и уронила руки. Она понятия не имела.
— Мята… — предположила она. — Лаванда… Я не знаю.
— Молодой человек, какие инструменты понадобятся, чтобы починить часы?
Моряк помолчал.
— Мне никогда не доводилось чинить часы. Я полагаю… отвертка, пинцет для мелких деталей.
— Кисточка, — подсказала Миранда. — Сметать пыль, если… — Взгляды магистров скрестились на ней, и она испуганно прикрыла рот рукой. — Простите, пожалуйста.
Самбак рассмеялся. «Герцогиня» кивнула, будто невнятные ответы ее полностью удовлетворили. Старик откинулся назад и с размаху сел в свое кресло.
— Академия реставраторов готова вас принять, — заявила Нектарина. Ох, нельзя называть магистров по имени, но ее должности и фамилии Миранда пока не знала. — На испытательный срок. Место на курсе одно. Первый год вы будете учиться оба…
— Первый семестр, — вмешался Самбак. — Нет никаких оснований давать им целый год! У нас есть штатное расписание, согласно которому каждый преподаватель получает плату за свой труд.
— За один семестр, который уже начался, вряд ли можно что понять.
— Поймем, — отрезал он.
Миранда внимала им и сама себе дивилась: она не хотела учиться в этой Академии, а сейчас затаив дыхание ждет, как решится ее судьба — и судьба ее невольного соперника тоже! Если бы ее зачислили, а его отправили прочь, она бы расстроилась, переживала из-за несправедливости. Если бы он остался, а она была вынуждена уйти, она бы тоже приуныла.
Что греха таить, он ей понравился, вот что. Они стояли рядом, и она то и дело норовила заглянуть ему в лицо, а от его взгляда в душе поднималось что-то новое и ужасно щекочущее.
— Пусть учатся оба, — выдавил старик Джерард. — Поживем-увидим. Пока пропишем так: один семестр, с возможностью продлить испытательный срок.
Глава 6
Миранда и ее товарищ принялись было бормотать слова благодарности, но Нектарина прервала их резким жестом.
— Бороду сбрить, — велела она. — Вещи… — Она бросила быстрый взгляд на потрепанную котомку Миранды и потертый вещмешок моряка. — Что у вас там? Впрочем, не говорите. От лишних вещей лучше будет избавиться, вам выдадут и письменные принадлежности, и учебники, и форму, включая нательное белье и обувь. У нас с формой строго: это магическое учебное заведение, мы не можем рисковать.
Миранда не поняла, в чем может заключаться опасность и о каком риске идет речь, только послушно кивала, боясь спугнуть удачу.
— А на какой факультет нас определяют? На какую специальность? — поинтересовался моряк.
Самбак покачал головой.
— И этого не знаете. Все студенты на первом курсе учатся вместе. Конфигурация дара становится понятнее к концу первого года, специализация происходит позже. Девушки чаще становятся целительницами, также реставрируют книги, помогая вернуть утраченные знания. Это не правило и не закономерность, просто… наблюдения.
— А юноши? — не отступал новоиспеченный первокурсник.
— Юношам, соответственно, чаще удается достичь совершенства в починке артефактов, они их чинят, перезаряжают или вытягивают из них потаенные силы. Работают также с картинами, портретами, фресками, скульптурами…
— Благодарю вас.
Моряк кивнул. Миранде показалось, что на его лице отразилась тень разочарования. А он что думал, чего ожидал?
А что думала она сама, направляясь сюда? Академия реставраторов — само название говорит о том, что в основном здесь учатся на магов-ремесленников. Скукота. Вот целительница — очень даже неплохая специальность: владеющий магией лекарь даст сто очков вперед обычному доктору. Правда, и учиться наверняка придется за двоих: и медицину знать назубок, и с даром натренироваться обращаться. И не напортачить, не напортачить, не напортачить…
Не случайно ей задали вопрос о том, как лечить от мигрени, а моряку — как чинить часы. Он будет возиться с замшелыми артефактами, вставив в глаз монокуляр, и наверняка быстро взвоет, снова запросится на свежий воздух, на волю волн!
Задумавшись, Миранда не заметила, что их отпустили, и вздрогнула, когда герой ее смутных фантазий ухватил ее за локоть.
— Пойдем, — шепнул он.
Стоило им перешагнуть порог, как он без лишних слов стянул с ее плеча котомку и закинул себе за спину.
— Библиотека, — сказал он. — Кастелянша. Комендант общежития. Куратор первого курса. Не обязательно в таком порядке.
— Голова кругом! И почему мы не приехали со всеми остальными! — вздохнула она.
— Меня зовут Энтони. Тони, — представился он, решительно двинувшись вниз по винтовой лестнице.
— Миранда, — отозвалась она, еле поспевая за ним. — Спасибо… я сама могу нести свои вещи!
Он замер на пару ступенек ниже нее и обернулся.
— Мы же все равно идем вместе? — произнес он полувопросительно, заглядывая ей в лицо.
Миранда зарделась.
— Не представляю, куда мы идем.
Глаза у Тони снова блеснули. Он поднял руку и прикоснулся к пряди ее радужных волос, вновь выбравшихся из косы.
— И ты их не красила.
— Нет, но…
— Значит, так у тебя проявился дар?
— Я не знаю, — призналась Миранда. — В жизни такого ни у кого не видела.
— Райская птица, — проговорил он задумчиво.
— Попугай, ага, — хмыкнула она, вспомнив слова магистра. — Попугаиха. А у тебя как проявился дар?
Тони резко развернулся и снова пошел вниз.
— Это долгая история.
Миранда прикусила губу, стараясь совладать со вспыхнувшей вдруг обидой. Она, разумеется, не считала, что они теперь должны стать закадычными друзьями, но ее на миг обманул его теплый взгляд и ободряющие слова. Впрочем, они ведь конкуренты? Ей нужно учиться как можно прилежнее, чтобы обойти этого серьезного мужчину. И она его обойдет!
— Ты всю жизнь мечтал ремонтировать волшебные часы, — ехидно предположила она, перескакивая через ступеньку, чтобы его нагнать. — Шестеренки и винтики — это же так интересно, не то что всякие там брамсели и… оверштаги.
Он не обернулся.
— Я взрывоопасен.
— Я тоже! — с вызовом заявила Миранда.
Тони остановился, мрачно глядя прямо перед собой.
— Я буду сутками протирать штаны и чинить чертовы волшебные часы, если это необходимо, — отчеканил он. — Это не то, о чем я мечтал. Но мы не выбираем. Это нас выбрал дар, Миранда. К добру или к худу. И я не вылечу из Академии, зубами буду цепляться. Остерегись.
Лестница вывела их на улицу — погода здесь успела испортиться. Полил холодный дождь, и Миранда подумала, что теперь-то от снежной статуи не останется ничего, кроме грязной лужи. А была ли статуя — или она сразу исчезла, когда выполнила свою задачу?
— Ты веришь, что нас испытывала сама Академия? — спросила она, поеживаясь, перед тем как решиться нырнуть под ледяные струи.
Тони покачал головой.
— В моем случае — нет. Просто безмозглый котенок орал и не мог спуститься с дерева. Мне повезло, что магистры склонны всему придавать особое значение!
Он спустил с плеча котомку и вещмешок, снял плотный синий китель и, снова ни о чем не спрашивая, накинул на Миранду. Она дернулась.
— У меня и без того есть накидка! А у тебя… одна рубашка.
— И что же?
— Ты промокнешь!
Он криво усмехнулся.
— В море я привык к соленым брызгам и даже к потокам воды. Не переживай. Мне так даже легче.
Тони первым шагнул под дождь. Миранда засеменила за ним. Тонкий батист его белой рубашки мгновенно намок и облепил мощные мускулы. «Покрасоваться ты хотел, вот что», — фыркнула она про себя, но вынуждена была признать, что его план, если он и правда планировал что-то подобное, вполне удался.
— Берегись, — сказала она ему в спину. — И ты берегись. Я не намерена сдаваться!
Глава 7
Миранда не уставала радоваться, что прилепилась к Тони: он без труда договорился об обеде в студенческой столовой, когда они еще не закончили процесс оформления в Академии; явись она туда одна, не сумела бы уломать повариху. Следовать за ним, как сказали бы моряки, в его фарватере, было легко, тем более что Миранда все время боялась сделать что-нибудь не так и опозориться.
В столовой им разрешили пристроиться в углу за шатким столиком на двоих, тогда как студенты Академии, успевшие уже не только перезнакомиться, но и передружиться, сидели за столами, рассчитанными на шесть человек, порой ввосьмером или даже вдесятером, толкаясь локтями и смеясь. Все они выглядели прекрасно: в красивой форме сине-стального цвета, в стильных пиджачках и жилетах, у некоторых на плечи были накинуты темно-бордовые мантии, а на шее были повязаны галстуки им в тон. Для девушек форма включала юбку до середины колена, для юношей брюки со стрелками.
— Такое впечатление, что они пол-утра все это утюжили, — шутливо предположила Миранда.
— Надеюсь, форма не мнется сама по себе, — хмыкнул Тони. — Ведь должна же на что-то пригодиться магия.
— Не знаю. Я дома намучилась с утюгом, он отказывается меня слушаться! То подпалю одежду, то дырку прожгу… И на ногу его роняла, и пожар едва не устроила…
— Жалуешься или хвастаешься?
Миранда уставилась в тарелку. Копченые колбаски поначалу показались ей вкусными, но теперь отчего-то стали кислить. Она вяло ковырнула вилкой гарнир — разваренную серую кашу непонятно из чего.
— Ты пытаешься сказать, что я хочу показаться особенной, когда я просто подсмеиваюсь над собой? — выдавила она. — Или что ты подразумеваешь под «хвастаешься»? Я думала, ты-то меня поймешь, ты же сам заявил магистрам, что вокруг тебя все ломается и рушится.
Тони внимательно посмотрел ей в глаза, а потом пожал плечами и промолчал. Миранда тоже склонила голову — и тут заметила вокруг его кисти татуировку в виде браслета. В татуировках на коже моряка нет ничего необычного, но таких ей видеть не доводилось. Она внимательно изучала плетение узора, пока не разглядела в ней характерные колечки, и ахнула про себя. Брачный браслет! Так он женат или по меньшей мере помолвлен!
Еда окончательно потеряла вкус, и Миранда отодвинула тарелку, не доев обед.
…Миранда и Тони вынырнули из очередного корпуса и шумно выдохнули, дружно отдуваясь. В руках у Миранды было два круглых объемных тюка: она тащила постельное белье и форму для себя и для Тони, тогда как он волок за обоих две связки тяжелых учебников и в придачу к ним — аккуратные тетрадки в плотных обложках и волшебные перья, чернила в которых не кончались. Теперь оставалось лишь добраться до общежития и разместиться.
Получая инструкции от куратора, примеряя форму и выслушивая добродушное ворчание кастелянши, они потратили кучу времени, и на улице уже сгущались сумерки.
— Расписание! — вспомнила Миранда.
— Я вложил в верхний учебник. Прямо под обложкой.
— Спасибо.
После разговора в столовой между ними чувствовалась какая-то напряженность, недосказанность. Миранде хотелось разрядить обстановку, но она уже заметила, что отвечать на вопросы о себе Тони не торопится, а снова выставлять себя дурочкой ей не улыбалось. Впереди показалось общежитие, трехэтажный дом с такой же черепичной крышей, как и служебные корпуса.
— Теперь только обустроиться в комнате — и можно будет отдохнуть, — сказала небрежно Миранда. На ее плечах снова красовался моряцкий китель, потому что небеса не уставали проливаться дождем. — Кстати, я смотрю, у твоей куртки плотная ткань, так и должно быть на флоте, но какой котенок мог бы такую порвать?
— Он испугался, — коротко отозвался Тони.
— Это понятно, но тут нужны не котеночьи коготки, чтобы… О боже!
Из синеватых сумерек к ним огромными прыжками приближалась пантера. Миранда взвизгнула и заслонилась тюками. Тони мгновенно оказался перед ней, закрывая ее собой. Пантера, черная, блестящая от черноты, рванулась вперед, сбила его с ног и… исчезла.
Миранда тоже упала и уронила в лужу узлы с бельем и формой. Тут же забыв о них, боязливо подползла к Тони. Он потерял сознание, ударившись затылком. Дышит ли? Она склонилась к его губам и вроде бы уловила слабое дыхание. Покрутила головой, высматривая опасную зверюгу, но пантеры нигде не было видно.
— Да что это такое! — крикнула она в бессильной злости. — Что это за Академия такая проклятая! Звери шастают как у себя дома!
К счастью, Миранда уже знала, где здесь обретаются целители. Оставив книги и тюки валяться в грязи, она решительно кинулась туда, где побывала утром. В приемном покое никого не было, а три одинаковые медработницы вновь гоняли чаи.
— Там человек без сознания! — запыхавшись, выдавила Миранда. — На улице лежит! Головой ударился! Срочно нужна помощь! На него напал дикий зверь! Сообщите, в Академии опасно!
Целительницы переглянулись.
— Элси, принеси его сюда, — скомандовала одна из них.
Миранда захлопала ресницами.
— Он… довольно крупный, это мужчина, нужно двух санитаров… или студентов…
От нее отмахнулись.
— Лэси, позови магистра Джерарда, — продолжала распоряжаться старшая. — Я подготовлю зелья.
Миранда вновь открыла рот, чтобы объяснить, что вдвоем они Энтони не поднимут и не унесут, но та, кого назвали Элси, уже увлекла ее за собой:
— Показывайте, милочка.
Глава 8
Миранда бегом вернулась к тому месту, где оставила беднягу Тони. Он так и лежал в луже, в окружении белеющих в сумерках тюков и рассыпавшихся учебников.
— Видите, — сказала она Элси. — Мы не сможем доставить его к вам в приемный покой! Он большой и тя…
Элси вытянула перед собой руку ладонью кверху и медленно повела ею снизу вверх. Тело Тони поднялось в воздухе и зависло над землей, как если бы он лежал на невидимой койке. У Миранды челюсть отвисла.
— Собирай учебники и приходи, — велела ей Элси и двинулась восвояси, поводя рукой в воздухе, словно толкала перед собой каталку с пациентом.
— Да, но я…
Миранда кашлянула, потому что ее уже никто не слушал, и принялась побыстрее складывать мокрые книжки. Их было много, слишком много, чтобы унести их в охапке, а веревочки, связывавшие их в стопки, порвались, когда Тони упал. Да еще эти объемные узлы! Жаль, что у нее не четыре руки.
Ой. Она на территории волшебной Академии, и таких желаний лучше не загадывать, а то утром она рискует проснуться с шестью конечностями.
Книги все время рассыпались. Тюки набрали грязной воды и казались неподъемными. Миранда чувствовала, что в горле набухает ком, и кусала губы, чтобы не расплакаться. Вдруг пантера вернется, подкрадется в темноте и нападет на этот раз на нее, и некому будет позвать целителя?
В очередной раз уронив все, что успела собрать, Миранда чертыхнулась.
— В стенах Академии выражаться запрещено, — донеслось из темноты.
Она подскочила на месте. Из сумрака показался магистр Самбак, на этот раз в бордовой мантии. На его блестящих туфлях не было ни пятнышка грязи.
— Что заставило вас употреблять такие слова, барышня?
— Мы несли это вдвоем… На Тони напала пантера!
— Пантера, м-м. И где она?
— Я не знаю! — в отчаянии выкрикнула Миранда. — Она бросилась на него и пропала, будто призрак! Только она не была призраком, она сшибла его с ног, он упал без чувств, треснувшись головой!
Самбак обернулся, как ей показалось, демонстративно оглядываясь.
— И где же ваш Энтони? Тоже пропал, будто призрак?
Миранда взяла себя в руки. Даже если магистр издевается над ней, она должна держать себя тише воды ниже травы, иначе ее погонят сразу же, не дожидаясь, пока она что-нибудь сломает.
— Я обратилась к целителям, — кротко объяснила она. — Привела сюда Элси. Или Лэси, кажется, Лэси. Она подняла Энтони и перенесла его в приемный покой. Я осталась собирать все, что выпало у нас из рук. Только, видите ли, магистр, я несла два тюка, а Тони нес все учебники, бечевка порвалась, и у меня никак не получается все собрать, а тут еще эта опасность.
— Опасность? Какая опасность?
Миранда скрипнула зубами.
— Пантера. Атаковавшая Энтони. Еще неизвестно, выживет ли он. Вы не предупреждали нас, что по парку бродят дикие звери!
Самбак сделал неопределенный жест: будто пожал плечами, будто переплел пальцы. Книги сами собой составились в две аккуратные стопки, правда, остались стоять в луже. Тюки он чуть приподнял над землей, точно как целительница поднимала тело Тони, и с них полилась вода.
— Возьмите свою поклажу, — велел он, — и пойдемте к вашему пострадавшему. За учебниками вернетесь позже.
Миранда повиновалась. Узлы показались ей пудовыми, но выбора не было, как не было никакой надежды на то, что этот высокомерный мужчина поможет ей тащить испачкавшуюся тяжесть, — настолько идеальным был его наряд.
— Одна из целительниц поручила другой позвать магистра Джерарда, — пыхтя, сообщила она, торопливо шагая вслед за Самбаком.
— Вот как? Очень странно, — впервые признал тот.
Ну конечно, в том, что на студентов охотятся экзотические животные, ничего странного нет, надо же зверюшкам питаться, съязвила Миранда — разумеется, про себя.
Самбак ворвался в крыло целителей, не оборачиваясь на нее. Она бросила тюки прямо при входе, чтобы не тащить грязь туда, где помогают страждущим и болящим, но ничего не могла поделать со своей мокрой и испачкавшейся одеждой. Медлить у порога она тоже не собиралась: ей не терпелось узнать, что с Тони все в порядке.
Целительницы оказались на высоте: Тони уже пришел в себя и теперь сидел на койке, сурово сдвинув брови, и пытался донести до хлопочущих рядом девиц, что его уже можно отпустить. Они, в свою очередь, щебетали и вились вокруг него, как бабочки вокруг яркого цветка.
— Пантера, — сказал Самбак вместо приветствия, и все разом умолкли.
Лэси, Элси и кто там еще — попятились. Тони вздернул подбородок.
— Да, магистр.
— Не тот ли котеночек, которого вы утром умудрились снять себе на голову с дерева? — уточнил Самбак.
— Я… — начал было Тони, но почему-то осекся.
Миранда незаметно вылезла вперед. Увидев ее, он вроде бы кивнул с облегчением и задумчиво ответил:
— Котенок был тоже черный, но маленький.
— Как котенок. А позже на вас бросилась пантера.
— Да, магистр.
— И?
— Что «и»?
— И где она теперь?
Тони развел руками.
— Я упал и вырубился.
— Она исчезла, — подала голос Миранда.
— Она прыгнула на вашего Энтони, — повернулся к ней Самбак, — толкнула и исчезла.
— Верно.
— Толкнула в грудь.
— Д-да, кажется. Мы оба упали. Ну и было темно, так что я…
Самбак со значением кивнул и оправил край безупречной мантии.
— Значит, пантера. Прекрасно. Остается только один вопрос. Как можно позволять себе так распускаться, молодой человек?
Глава 9
Тони дернулся. Целительницы зашелестели и тут же утихли.
— В каком смысле?
Самбак прошелся по палате. Сел напротив пациента и, словно старый доктор, сложил вместе кончики пальцев.
— Вы первый день в Академии. Вы сообщали, что не в силах совладать с собственным даром. Вы знали, что не хотите становиться разрушителем, и правильно решили, что вам в Академию реставраторов. Не могли еще немного потерпеть?
— Простите, но я вас не понимаю, магистр, — твердо ответствовал Тони.
Миранда не удержалась.
— Извините, у вас тут опасно, а вы нас даже не предупредили, — влезла она, — а теперь еще и Энтони в чем-то вините. Он ни в чем не виноват! Он закрыл меня собой!
Самбак усмехнулся.
— Молодые люди, — сказал он. — Слышали ли вы когда-нибудь о фамильярах? Или пришли к нам в Академию с исключительно девственными мозгами?
Миранда быстро спрятала глаза, так ее поразила эта неприличная формулировка. Тони, напротив, подался вперед.
— Фамильяры? — повторил он. — Те существа из детских сказок, которые помогают ведьмам? Черные коты и летучие мыши?