Академия реставраторов
Самбак удовлетворенно кивнул.
— Хотя бы детские сказки вы удосужились прочитать… или слышали, как их рассказывают мудрые люди. Фамильяр — по поверьям, дух, который служит не только ведьмам, но и колдунам, в общем, всем, кто практикует магию. На самом деле дух — частичка собственной сути мага. С помощью фамильяра маг способен делать то, что по какой-то причине не удается ему самому. Они помогают проводить определенные ритуалы, могут быть посланцами, и… Ладно, сейчас не время для лекции. Основное вы уловили.
Самбак медленно повернул голову в сторону стайки одинаковых целительниц и обратился к ним:
— Барышня сказала мне, что вы послали за магистром Джерардом. С какой стати? Если специалист по фамильярам в нашей Академии я и вам об этом прекрасно известно?
Одна из целительниц выступила вперед.
— Барышня заявила, что на ее приятеля напали, — доложила она.
— Сесилия, — с упреком сказал Самбак, и все три девицы потупились.
Он вернулся к Миранде:
— В Академии никто ни на кого не нападает. А если нападает, за этим следует немедленное отчисление. Сейчас, когда мы разобрались с этим недоразумением, я…
Тони встал и тут же схватился за голову: видно, она все еще болела, несмотря на его браваду. Элси… или Лэси тут же подскочила к нему и усадила его обратно на койку.
— Магистр, — сказал Тони, и в его голосе, как показалось Миранде, слышался тщательно скрываемый гнев. — Будьте добры пояснить новичкам. Фамильяр — частичка собственной сути мага. Я снимал с дерева частичку собственной сути, и она меня оцарапала? — Он ткнул пальцем в скулу, где еще был виден след от ссадины. — А потом она кинулась на меня и чуть дух вон не вышибла?
Самбак только кивнул.
— Поэтому я и задал вам вопрос: как вы могли так распуститься. Самоконтроль, самоконтроль — вот важнейшее свойство мага, молодой человек.
— Но что это значит? — пробормотала Миранда. — Как это может быть, что ему грозит опасность от самого себя?
Самбак поднял кверху указательный палец, как, вероятно, делал обычно на лекциях.
— Пожалуй, вы попали в точку, при всей вашей незамутненности. Не зная ничего о жизни этого молодого человека, можно смело сделать вывод, что ему не по душе собственная природа, он не в ладах с собственным магическим даром, ему не по нраву то, от чего нельзя избавиться. Да, вы пришли сюда учиться, Энтони, но первое, чему вам предстоит научиться, — это властвовать собой. Об иных науках и речи быть не может, пока вы не освоите эту.
Тони пожал плечами.
— Я ничего не сделал, — недоуменно произнес он и тут же поморщился. — Оправдываюсь, словно проштрафившийся юнга.
— Но вы не отрицаете того, что я вам сейчас сказал.
Тони кивнул.
— Я еще не привык к этой мысли, — признал он. — К мысли о даре.
— Привыкайте. У вас вся ночь впереди. Завтра с утра — на занятия. — Самбак хлопнул себя по коленям и встал.
— А… — пискнула Миранда. — Как ему себя вести, чтобы подобное не повторялось? И мне… У меня тоже появится свой фамильяр? И он может оказаться для меня опасным?
Магистр взглянул на нее прищурившись, словно стараясь влезть ей в голову, прямо в «девственные мозги». Она даже покачнулась. Затем холодно ответил:
— Ему, юная леди, стоит принять неизбежное, принять себя таким, какой он рожден. Раз уж он решился явиться сюда и претендовать на последнее место на курсе. А вам… Ваш фамильяр не будет представлять для вас угрозы, вы видите в своем даре повод объяснить всевозможные странности, которые происходят с вами и вокруг вас, и так оно и будет впредь. Только и вам, и вашему Энтони следует помнить, что человек должен властвовать собой. Своим даром — тоже. Не наоборот. Мы все работаем здесь, чтобы созидать. Разрушения — болезни, смерть, загрязнения, разлад, распад — происходят сами по себе. Без нашего участия. И без нашего вклада тоже вполне обойдутся. Человек, а тем более маг, обязан созидать.
Зависло молчание. Наконец Тони поднялся на ноги.
— Благодарю вас.
Магистр ответил кивком и прошествовал к выходу. Миранда несмело подошла к койке.
— Голова все еще болит? — сочувственно спросила она. — Я видела, как ты подносил руку ко лбу, как морщился.
— Нет. Спасибо светлым ангелам-целительницам, — он повернулся к ним и улыбнулся, — меня спасли и откачали.
Миранда судорожно перевела дыхание. За весь день, с самого утра, он ни разу не улыбался ей, она не удостоилась его улыбки. Не то чтобы она на что-то претендовала, ведь у него на руке неснимаемый брачный браслет, но такая малость, как улыбка! Белые зубы сверкнули в темной бороде, и это сработало как заклинание — одинаковые дамочки сразу растаяли и дружно залепетали что-то в ответ.
— Можешь не благодарить меня за то, что я сбегала за ними, — выдала Миранда, — ведь ты закрыл меня собой, так что мы квиты! Впрочем, как мы убедились, даже если бы ты меня не прикрыл, пантера угрожала только тебе, потому что она — и есть ты. Иди собирай книги, они напитались противной грязной жижей! Нам будет так приятно по ним учиться — по твоей милости!
Глава 10
Миранда подхватила ненавистные тюки, стараясь не задумываться о том, во что превратилось в луже постельное белье и форма. Из вредности она ничего не сказала Тони о том, что бечевки разорвались, и ему пришлось вначале искать их обрывки в темноте и в грязи, а потом, убедившись, что связать ими стопки книг уже не получается, возвращаться к целительницам за веревками или ненужными бинтами.
Тони ушел, а Миранда стояла на аллее рядом с учебниками, в нетерпении топала ногой и ругала себя: ведь он сейчас как пить дать любезничает со «светлыми ангелами», может, они уже тащат его пить чай, и он совсем забыл о том, что она торчит тут одна в темноте, руки оттягивают тюки. Больше всего на свете ей хотелось в тепло, хотя бы на какое-то время завалиться на кровать. Добраться бы хотя бы до общежития, если уж нельзя вернуться в покой и безмятежность родительского дома! Эх, подкинула подлянку сама себе.
Вот и Тони. Он двигался чуть вперевалочку, как заправский моряк, она уже научилась узнавать его по походке.
— Надо будет поучить библиотекарей вязать морские узлы, — сказал он, закончив со второй стопкой. — Такие, чтобы не развязывались, если стопка грохнется на пол! Ну, в общежитие?
Миранда кивнула. Они прошли несколько шагов в тишине.
— Тебе не страшно? — спросила она потом.
— Страшно? — Он переспросил это таким тоном, будто она его обидела, и она поспешила объяснить:
— Я имею в виду пантеру. Она кинулась из темноты, и прямо тебе в грудь. Ты пока не научился управляться с даром. И с фамильяром. Как можно гарантировать, что такое не повторится? Я и сама боюсь. Кем может оказаться мой фамильяр?
Тони усмехнулся.
— Я не боюсь никого, — сказал он, — было бы глупо бояться самого себя.
— Котенок тебя оцарапал… — напомнила Миранда.
— Я был неосторожен.
— Котенок был испуган. Ты сам так говорил. И это часть тебя.
На этот раз Тони ответил не сразу. Глупо выпячивать собственную храбрость, когда фамильяр тебя выдает.
— Не хочется в очередной раз обижать многоуважаемого фамильяра, — наконец произнес он. — Поэтому не буду отпираться. Часть меня, очевидно, была в ужасе. Правда, я себя с этой частью никак не связывал.
— Зато она быстро выросла и превратилась в мощного зверя, которым можно гордиться! — подбодрила его Миранда. — Пантера — это ого-го! Не какой-нибудь земляной червяк или крыса!
Тони кивнул.
— У тебя будет красивый фамильяр, не переживай, — сказал он. — Самый красивый и необычный.
И до самых дверей общежития Миранда думала, можно ли воспринимать это как комплимент или нет.
Комендант, пожилая, будто заспанная дама, похожая на кудрявую сову, сунула им в карманы по плоской карточке, объявив, что это и есть ключи от дверей их комнат. Предупредила, что в комнатах уже живут студенты, и велела сильно их не тревожить. Сунула им под нос правила: гостей не водить, по ночам не шляться, громко не орать и так далее. У Миранды все плыло перед глазами: день оказался очень долгим и непривычно сумбурным. Тони тоже кивал в ответ на все, будто не слышал, что ему говорят. Тогда комендант махнула рукой и велела им прийти и «расписаться за ознакомление с правилами» на следующий день.
— Девочки налево, мальчики направо! — наказала им она.
— А? — не поняла Миранда.
— Девушки живут в левом крыле, юноши — в правом. Когда подниметесь на второй этаж.
— Спасибо, — сказал вежливый Тони, и Миранда, спохватившись, повторила за ним.
Лестница казалась бесконечной. Еще один последний шажок — и она сможет наконец снять с себя вымокшую, грязную одежду… и надеть вымокшее, грязное белье из вымокшего, грязного тюка. У нее из груди вырвалось рычание.
Тони, покорявший ступени впереди, обернулся.
— Что, и у тебя пантера просыпается? — полушутливо поинтересовался он.
— Если бы! Я просто представила себе, что вся одежда и белье в этих узлах, — она с отвращением потрясла ими, — уже насквозь мокрое, да еще и грязное! После такого дня посвятить ночь стирке — это какой-то нескончаемый кошмар, Тони! Да и не высохнет же ничего!
— Одолжишь что-нибудь у соседки по комнате, — предложил он. — А я у соседа. Пока наши постирушки будут сохнуть.
— Ты умеешь стирать собственное белье?
— А кто, как ты думаешь, стирает нам все на флоте?
Миранда пожала плечами.
— Русалки.
Тони засмеялся, и она вместе с ним. Она знала, что от усталости говорит глупости, но все же в глубине души, в самом затаенном уголочке, порадовалась, что, хотя первая его улыбка за день досталась не ей, рассмешить его сумела именно она.
Они остановились в холле, отделявшем левое крыло от правого.
— Значит, мне налево, а тебе направо, — проговорила Миранда. — Погоди, вот тебе твой китель. Спасибо, что поделился своим теплом.
Ее щеки вдруг вспыхнули, когда она это произнесла, но она не стала забирать свои слова обратно. Именно так это и ощущалось, и ей сразу стало неуютно, когда приятную тяжесть пришлось стянуть с плеч и отдать китель его владельцу.
— Я мог бы подарить его тебе, если бы… часть меня… его не изорвала. Так-то он мне больше не пригодится. И мадам Нектарина посоветовала нам избавиться от наших прежних вещей, «чтобы не рисковать», — задумчиво отвечал Энтони.
— В чем заключается риск?
— Понятия не имею. Спокойной ночи!
Он набросил китель на плечи, не продевая рук в рукава, и подпихнул к ней одну из стопок книг. Она ногой пододвинула к нему один из тюков и тут же хихикнула.
— Учебники-то одинаковые, а вот с формой может выйти промашка, если тебе достанется юбка!
Тони утомленно вздохнул.
— Давай развяжем их уже в комнате и, если что, просто придем друг к другу и обменяемся. Тут недалеко. И, главное, сухо.
— Давай, — согласилась она.
Взяв один из узлов и подцепив стопку книг, которые стали еще тяжелее от влаги, она побрела в левое крыло, тогда как Тони решительным шагом бывалого моряка двинулся вправо. Бросил тюк на ковровую дорожку, расстеленную вдоль коридора. Сунул руку в карман кителя, приложил карточку к замку комнаты, номер которой был написан на карточке, толкнул дверь и…
Раздался визг, от которого Миранда выронила и книги, и белье.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Всего 10 форматов