Теперь, когда бо́льшая часть её жизни была от него скрыта, Кайе стало казаться, что им как будто вообще не о чем говорить, кроме того, как прошёл день. Или так было и раньше? Она не знала ответа.
Хорошо хоть, что Крейг, кажется, смирился с её утренними пробежками. Да и в целом задавал уже меньше вопросов. Может, привык к её новому состоянию. А может, она просто научилась хорошо притворяться, что ничего не происходит.
На следующее утро, возвратившись в Верхний замок, Кайя попыталась расспросить слуг о Дори. Но те лишь растерянно качали головами из стороны в сторону и не могли ей помочь. Эд на её вопрос просто развёл руками: это, видимо, не входило в сферу его интересов. И ей оставалось только попытать счастья у Альдарин.
Принцесса была, как показалось Кайе, в хорошем настроении. Сегодня она выбрала стянутое под грудью многослойное платье золотистого цвета с рукавами из воздушного плиссированного шифона. Края одежды были украшены растительной вышивкой в тон ткани. Пока Кайя колдовала над её волосами, девушки разговорились о вчерашнем утре. Альда немного больше рассказала о каждой из своих приятельниц, что, впрочем, плохо удержалось в голове у Кайи, занятой мыслями о Дори. А принцесса меж тем сказала, не скрывая удовольствия:
– Скоро они прибавят тебе работы. Все эти красотки любят повторять за мной. И не давай им заморочить тебе голову! Если слушать всё, что они говорят, можно разучиться отличать правду ото лжи. Они все ужасные сплетницы.
– И Самелла тоже? – неожиданно вырвалось у Кайи.
– Нет, Сэм не такая. Понравилась она тебе? – лукаво спросила Альда.
– Очень, – призналась она.
– И правильно, Сэм славная.
Принцесса, помолчав, продолжила:
– Не хочу на брата наговаривать, но он был весьма диким юношей. Потому его и женили так рано. Надеялись, что это его образумит.
– И что, это сработало? – принц показался девушке довольно ответственным парнем.
– Сработать-то сработало, – вздохнула Альдарин, – Да не совсем так, как задумано было.
Эта недоговорённость оставила у Кайи ощущение лёгкой тревоги. Но принцесса, очевидно, предпочла сменить тему, и она не настаивала на продолжении. Через несколько минут, когда всё было готово, Кайя решилась задать, наконец, волнующий её вопрос:
– Ты не знаешь, куда подевался Дори, тот парень, что ехал с нами вместе? Я не видела его с тех пор, как мы добрались сюда.
– Я помню, ты очень мило о нём заботилась, – улыбнулась Альда. – Ну, и если он не уехал вместе со своими, то его, скорее всего, поселили в Круглом замке. Потому ты его и не видишь.
У Кайи всё внутри похолодело:
– А что значит «уехал со своими»?
Альдарин вздохнула:
– На данный момент Эсторин разорвал с нами всякие отношения. Все миссии уехали из города ещё до нашего возвращения. Сейчас страну покидают последние купцы и даже те, кто прожил здесь много лет.
Кайя поняла, что коснулась болезненной темы. Она всё ещё не до конца осознавала масштабы случившегося со страной после трагедии под Локнагаром. Но принцесса, конечно, не могла не быть в курсе всего происходящего.
Вскоре, закончив свою работу, Кайя отправилась на поиски Дори. Она очень переживала, что и он мог уехать на родину до того, как у них появился шанс закончить лечение. Слуги показали ей дорогу до Круглого замка – переделанного в гостевой дом старого форта. Кайя вспомнила, что видела это здание из потемневшего от времени кирпича каждый раз по дороге в Верхний замок или из него.
У него были толстые, закруглённой формы стены с маленькими окнами. И выглядел он не очень приветливо. Пока Кайя шагала к нему, она решила, что сюда селят, должно быть, не слишком желанных гостей. Не сразу она смогла найти здесь хоть одну живую душу, и несколько минут просто бродила вокруг, не зная, с какой стороны войти.
В конце концов, ей удалось наткнуться на выходящего из одной из дверей слугу. Этот человек подтвердил, что Дори действительно находится здесь, к немалому облегчению Кайи. И, после нескольких минут блужданий по коридорам, она оказалась перед дверью в его комнату.
Войдя, она нашла его сидящим в кресле у окна. Комната была довольна тёмная, и в ней ощутимо пахло старыми вещами и пылью. Парень опять выглядел больным и осунувшимся.
Кайя бросилась к нему:
– Прости, я не знала, что ты тут совсем один! И я там тоже! Если бы знала, давно бы уже пришла к тебе!
– У меня таблетки закончились, – произнёс он в ответ.
– Почему ты меня не нашёл?
Дори опустил голову:
– Я просто хотел вернуться домой. Но у меня не получается.
Кайя немного рассердилась на него за такую безответственность. И всё же не стала его отчитывать. Вместо этого она рассказала ему о звонке доктора Уоллеса. Уговорить его на осмотр оказалось делом нелёгким: Дори сопротивлялся как мог. Грустно было видеть, что он, видимо, совсем потерял надежду.
В конце концов, Кайе удалось убедить его, что он ничего не потеряет, если сходит к доктору ещё раз.
В назначенный час она привела Дори в уже знакомый ей кабинет. Парень устал от дороги и выглядел не очень. А ей всё ещё было стыдно перед доктором за устроенную ею в прошлый раз демонстрацию чувств. Уоллес встретил их, сидя за своим столом, и когда они тоже уселись, снова пролистал папку с анализами.
После он осмотрел и самого Дори, задавая ему вопросы. Лицо его всё это время было серьёзным. В конце концов, он заговорил:
– Итак, давайте не будем отнимать друг у друга время. Я помню обо всех ваших странностях, и всё же готов взять на себя операцию.
– Почему? – Кайя не верила своим ушам. Дори же молчал, глядя в пол.
– Потому что у него осталось не так много времени. И, если ничего не сделать сейчас, последствия будут катастрофическими. В конце концов, потому, что я врач. И видел за свою практику достаточно случаев, когда промедление в таких делах стоило пациентам жизни или здоровья.
Доктор продолжал, а Кайя просто кивала, боясь спугнуть удачу.
– Я полагаю, что вы снова откажетесь от стационара. Обойтись без этого мы сможем лишь в том случае, если вы готовы будете обеспечить должный уровень ухода для мистера Доэрти. И будете строго следовать моим рекомендациям. Если справитесь, я могу поставить вас в график недели через четыре. Единственное, что я так и не знаю, как поступить с вашим тотальным отсутствием документов.
– Я… У него их нет, к сожалению… – Кайя опустила глаза, – но от не преступник, ничего такого. Ему просто не повезло.
– Нелегал? – спросил Уоллес нейтральным тоном.
Не зная, как повлияет её ответ на отношение доктора, Кайя только коротко кивнула.
– Ясно, – сказал врач спокойно, – То-то я смотрю, акцент странный…
Девушка внезапно встрепенулась:
– Мистер Уоллес, а можно его провести по моей страховке?
– Опять вы предлагаете мне весьма сомнительные схемы, мисс! И нет, ваша страховка этого не покроет. Можно попробовать зарегистрировать его по вашим документам, но это – максимум.
Кайя вздохнула с облегчением, но потом всё же озвучила своё сомнение:
– Но как же тогда быть с оплатой ваших услуг?
– Говорю вам, как есть, я беру на себя большие риски, принимая вас, – врач в упор посмотрел на неё из-под очков, – И это имеет свою цену. Я думаю, пятьдесят тысяч за всё будет вполне справедливо.
Через некоторое время Кайя покинула кабинет Уоллеса, ведя за собой уставшего от всех волнений Дори. В руках у неё была папка с рекомендациями по подготовке к операции.
Пятьдесят тысяч. Уоллес согласился на рассрочку, но всё равно за ближайших четыре недели ей предстояло где-то достать хотя бы половину этой суммы. И она пока совершенно не представляла где.
Потерянная в своих мыслях, Кайя почти не смотрела на дорогу. А потому не заметила, подходя к переходу через улицу, что навстречу им на приличной скорости подъезжает тёмный седан. Лишь в самый последний момент она услышала истошный гудок автомобиля и успела отдёрнуть с дороги уже ступившего на полотно Дори. Тот едва ли отражал происходящее, а она этого и не заметила.
– Как же я перепугалась, – облегчённо выдохнула она, пытаясь успокоить сердцебиение. И тут же побледнела. Много раз до этого она видела, как начинаются его приступы. И сейчас Кайя поняла, что ещё несколько секунд и парень отключится прямо здесь, посреди полного прохожих тротуара.
– Дори, миленький, держись, не надо! – прошептала она, но он уже опускался на землю, закатив глаза.
Кайя бросилась к нему, пытаясь удержать его от падения, как делала это уже много раз. Вспышкой прорвалась в голову мысль, что сейчас он исчезнет на глазах уже начинавших собираться вокруг них прохожих. Она съехала вниз вместе с ним, крепко обнимая Дори за плечи. А его тело уже сотрясали первые судороги.
Кто-то из толпы, видимо, успел позвать врачей из больницы. И когда приступ ослаб, санитары переложили Дори на каталку и отвезли в приёмный покой. Всё это время Кайя провела, инстинктивно вцепившись в его руку так, что у неё, в конце концов, свело пальцы. Кайя не до конца осознавала, зачем она это делает. И разжала хватку только после того, как Дори открыл глаза. И только тогда до неё дошло, что именно только что случилось. Он всё ещё был здесь!
Кайя уже успела объяснить врачам, что это не в первый раз, и они знают, что делать, а потому их не стали задерживать.
Уводя ещё плохо соображающего Дори из больницы, Кайя с улыбкой приговаривала: «Пойдём, найдём место, откуда ты сможешь спокойно отправиться домой. А потом нам с тобой надо начать готовиться к операции».
И до самого конца того дня она так и не смогла перестать улыбаться.и на каталку и отвезли в приёмный покой. Всё это время Кайя, инстинктивно вцепившись в его руку так, что у неё, в конце концов, свело пальцы. Девушка не до конца осознавала, зачем она это делает. И разжала хватку только после того, как парень открыл глаза. И только тогда до неё дошло, что именно только что случилось. Он всё ещё был здесь!
Кайя уже успела объяснить врачам, что это не в первый раз, и они знают, как с этим бороться, а потому их не стали задерживать.
Уводя ещё плохо соображающего Дори из больницы, девушка с улыбкой приговаривала: «Пойдём, найдём место, откуда ты сможешь спокойно отправиться домой. А потом нам с тобой надо начать готовиться к операции».
И до самого конца того дня она так и не смогла перестать улыбаться.
Глава 17
С самого утра в Верхнем Замке царило некоторое запустение. Все традиционные поминальные службы уже завершились, и двор замер, выдерживая приличествующую к случаю скорбную паузу. Конечно, и Кольтон Торнхельм отлично это знал, вскоре всё снова оживёт: жизнь в стране не кончалась даже с гибелью короля.
Но пока в коридорах замка было на удивление немноголюдно. Он видел это, поскольку успел какое-то побродить вокруг, не желая проводить утро в своих покоях, прежде чем не услышал звуки, доносящиеся из-за дверей музыкального салона.
Из любопытства и от нечего делать Кольто заглянул туда и к своей радости обнаружил, что там репетировал хорошо знакомый ему небольшой оркестр. Играли один из похоронных маршей, часто звучавших в последние дни. Видно, старина Фэтти остался недоволен качеством исполнения во время поминальных служб, и теперь гонял своих ребят, пока было время. Зал был большой и светлый, а вдоль дальней стены стояли составленные стопками изящные стулья для слушателей.
Кольто зашёл, сделал знак музыкантам, уже кивавшим в знак приветствия, чтобы не обращали на него внимание, взял себе один стул и устроился неподалёку от входа. Он уселся на сидение верхом как на лошадь и положил подбородок на сложенные на спинке руки.
«Интересно, – подумал он, закрывая глаза, чтобы ничто не отвлекало его от погружения в слух, – почему музыка всегда слышится иначе, когда они играют на публике?» Как будто в присутствии слушателя всё начинало звучать чётче, стройнее, правильней. И только сейчас, когда музыканты были одни, он мог различить очень личный, персональный голос каждого из них. Пусть вместе всё это звучало немного несовершенно, но всё же ему это нравилось.
Фэтти остановил музыку и принялся обсуждать с оркестрантами следующий кусок. Услышав, как скрипнула входная дверь, Кольто открыл глаза и обернулся. В дверном проёме нерешительно стояла Кайя.
– Тоже забрела послушать? Не стесняйся, садись, – сказал он, подзывая девушку к себе и пододвигая ей ещё один стул. Она поблагодарила и села. Они не виделись уже, наверное, несколько дней, а не разговаривали и того дольше.
Снова заиграл оркестр. Мелодия зазвучала: тихо, несмело, будто что-то нашёптывая. Это было печальное произведение, весьма сложное, несмотря на кажущуюся простоту звучания. Потому Кольто не удивился, когда дирижёр остановил музыку, и приказал начинать сначала.
– Что-то не так? Почему они замолчали? – спросила Кайя.
– Второй альт фальшивит, а вон тот парень с трубой самую чуточку спешит, – просто ответил он.
– А я ничего и не заметила. Хороший у тебя слух. Но Кольто, твои дела? Мы так давно не разговаривали. Не слишком тебе досталось после приезда? Я, честно говоря, переживала, чтобы тебя не сделали крайним во всей этой истории.
Принц улыбнулся:
– Да что нам говорить об этом! Лучше давай побеседуем о музыке! Видишь того пузатого парня, самого важного? Он тут нынче за всё в ответе. И, если не хочешь вылететь из оркестра, надо во всём его слушаться. Ансамбль – это место, где все должны играть что положено.
Кайя посмотрела на него внимательней. Он уже видел такой взгляд во время их первого разговора в пещере у реки. Принц даже поёжился, вспоминая ледяное прикосновение воды к ладоням.
– И кто же тогда в этом оркестре ты? – спросила его Кайя, прищурив глаза.
Музыканты начали мелодию заново. И альт сфальшивил на том же месте, вызвав уже очевидное раздражение дирижёра.
– Вон тот большой парень с тубой, – указал ей Кольто. – Он в детстве хотел играть на барабанах, а родители ему купили трубу. И поставили в пару со скрипкой, с которой он никак не может сонастроиться.
Кайя ненадолго задумалась. Улыбка пропала с её лица. В конце концов она заговорила:
– А почему он сам не купит себе барабан? Он ведь уже взрослый!
– И правда – почему? Глупо с его стороны…
Глупо. И смешно. И, увы, почти невозможно.
– Ну а ты, экзотический инструмент, – спросил он, чтобы отвлечься от мыслей, – как тебе удаётся вписаться в нашу мелодию?
Кайя снова улыбнулась, всё больше втягиваясь в игру. Она ответила не раздумывая:
– Пока я её старательно учу. Но не так-то просто разобраться в столь хитро устроенной музыке, когда привык играть лишь деревенские песенки. Не сфальшивить бы, как этот ваш альт!
– О, иногда несовершенство исполняемой мелодии лишь придаёт ей жизни! Главное – играть от сердца, – откликнулся Кольто под звуки вновь зазвучавшего оркестра.
Кайя наклонилась ближе, чтобы не перекрикивать заполнившие пространство звуки, и сказала почти ему в ухо:
– Жаль только, что, пытаясь играть в двух ансамблях, начинаешь сбиваться, исполняя свои, родные мелодии…
Кольто покачал головой в знак согласия. «И тебе тоже по-своему непросто…» Он невольно вспомнил Эдварда и его первые месяцы в этом мире. А девушка продолжила чуть бодрее:
– А вам, господин трубач, я скажу: иногда нужно играть то, что велит сердце, даже если оно звучит наперекор остальному ансамблю. Как знать, может, вскоре и другие это подхватят!
– Я это запомню, – улыбнулся Кольто, и оба они, не сговариваясь, вернулись к слушанию музыки.
Вскоре Кольто засобирался: ему пора было идти. Кайя, увидев, что он уходит, помахала ему рукой и улыбнулась, и принц лишь кивнул ей в ответ. Эта короткая встреча оставила у него на удивление тёплое впечатление. А впереди его ждала встреча с Мерритом Санлифом, и сейчас ему уже следовало поторопиться. Последние пару лет Мерри служил одним из секретарей Совета, а потому как никто сейчас был ему нужен.
Кольто вышел из музыкального салона, но долго ещё в его ушах звучали печальные переливы мелодии, оставленной позади.
Он встретился с приятелем на его рабочем месте в конторском крыле дворца. Мерри занимал небольшой, скорее похожий на отгороженный кусок коридора, кабинет неподалёку от нового Зала Собраний. Узкое помещение с единственным окном было до тесноты заполнено бумагами, папками, и валявшимися повсюду ручками от перьев.
Кольто уселся на единственный стул для посетителей, дожидаясь, пока Мерри закончит дописывать какой-то листок. Узкоплечий, с симпатичным, но бледным лицом, оттенённым тёмными волосами, его приятель совсем не изменился с момента их разлуки. Вскоре он закончил работу и, подняв глаза от стола, внимательно поглядел на принца:
– А ты стал другим, Кольто, – сказал он спустя пару мгновений, – будто десять лет тебя не видел.
– Да уж, война быстро старит, – ответил принц, откидываясь на спинку стула.
– Вот уж когда впору возблагодарить Создателя за то, что здоровье не позволило мне стать рыцарем. Теперь, когда… стольких не стало.
Они немного помолчали.
– Мерри, скажи, когда там планируется ближайшее заседание Совета? – Кольто сразу перешёл к делу.
– На послезавтра назначено. Откуда интерес? Ты никогда на них не бывал.
– Теперь буду. На этом, и всех следующих.
Меррит удивлённо приподнял брови. В кабинете у него, как всегда, было душно: он терпеть не мог сквозняков. Кольто, сдерживая желание пойти и открыть окно, лишь многозначительно улыбнулся в ответ.
– Кстати, твоя вчерашняя речь – это было просто что-то, – внезапно оживился Мерри.
– Значит, ты слышал?
– Сам нет, но мне пересказывали. Слухи здесь разносятся быстрее ветра, – и добавил уже чуть тише. – Слушай… то, что ты сказал, это правда?
Кольто кивнул, глядя ему прямо в глаза. Они молча смотрели друг на друга с полминуты, пока Меррит не наклонил голову в ответ.
– Скажи, Кольто, ты ведь что-то задумал? Иначе зачем всё это: вчера, и Совет?
– Вчера… не знаю, это было вдохновение. А вообще, есть кое-какие мысли. Но для этого мне сначала надо понять, что здесь происходило в моё отсутствие.
– Но ты же не собираешься… – лицо приятеля выглядело встревоженным.
– Нет, что ты. Я не конкурент дяде Вильстану. Сам знаешь, какие у меня права.
– Ну, хорошо. Что тебя интересует? – спросил Мерри, постукивая пальцами по столу.
– Как вышло, что здесь все уже знали о том, что произошло, ещё до того, как мы приехали?
– Да никто ничего толком, на самом деле, не знал. Те единицы, что смогли избежать смерти в сражении, ничего внятного сказать не могли, поскольку не видели смерти короля и остальных. Но даже из их рассказов здесь успели сделать определённые выводы.
«Вот откуда этот холодный приём. И как это я вбил себе в голову, что мы были единственными выжившими? – подумал принц. – И всё равно я оставался тем, кто первым принёс точные сведения».
– И что же, этих догадок хватило, чтобы союзники начали ссориться между собой? – спросил он.
– Увы, к нашему стыду, даже слухов о случившемся оказалось достаточно. Эсторин так вообще как будто ждал чего-то подобного. Они сразу разорвали с нами все отношения. И сейчас даже если оттуда и поступают какие-то сведения, то мне об этом ничего не известно. Но их, в отличие от остальных, хотя бы не трясёт от потери главы.
– Не пойму, неужто они так сильно обиделись из-за поражения? Как-то это на них не похоже.
– Да, не слишком. Слухи у нас ходят, конечно, разные, но я лично думаю, что они что-то задумали. И, возможно, даже раньше.
– Ладно, оставим их пока. Что с остальными?
– Альверис пока держит свои соглашения, хоть тут всё предсказуемо.
Принц молча порадовался этому факту.
– Иствайрские послы ещё здесь, но всё очень напряжённо. Любая искра сейчас может вызвать пожар. Все только и молятся, лишь бы они не вспомнили свои старые завороты о «ереси» и не сдали назад, порушив весь последний прогресс в отношениях. И, я слышал, внутри у них большой кавардак: порядок наследования не определён. Как и у нас, честно говоря.
Кольто нахмурил брови при этих словах. У Данваллена был наследник.
– Ты… правда веришь в то, что говорил вчера? – вторя его мыслям, спросил Мерри.
– Мне не нужно верить в то, что я видел собственными глазами, – Кольто постарался, чтобы его голос звучал как можно уверенней; нужно было рассеять все сомнения приятеля, – Знаю, это трудно принять, но…
– Так вот, для чего ты собрался в Совет! – повысил голос Мерри, привставая со своего места, – Если я прав, то ты безумец!
– Тише ты, я ничего ещё не решил. Хочу узнать сперва, что об этом скажут дядя Вильстан и кузен Эгдон.
Меррит опустился обратно в кресло, прикрыв лицо ладонью:
– Ты ведь уже говорил с ними, не так ли? – произнёс он, глядя из-под пальцев.
– Конечно. Пока они постарались не слушать меня любыми способами. Но хочется верить, что люди могут, поразмыслив, прийти к верным решениям.
– Кольто, не ввязывайся в эту игру! Разве у тебя есть люди, которым ты можешь доверять? Или какое-то влияние? Ты сам знаешь, что ты – никто по мнению Совета, как бы жестоко это ни звучало.
Принц сложил руки на груди.
– Мерри, ты просишь меня не прыгать в озеро до того, как я вообще вышел из дома. Лучше скажи мне прямо: ты со мной?
Он чувствовал, что сильно рискует, задавая этот вопрос прямо в лоб. Но… они дружили с самого детства. Смогут ли их отношения пройти эту проверку? Пока Кольто только начинал сомневаться, Меррит уже ответил, глядя прямо ему в глаза:
– Ты помнишь, как по моей просьбе полез со мной на дерево? Надо мной тогда все смеялись, что я один этого не умею…
– Помню, конечно. Ты в итоге как мешок оттуда и свалился, – Кольто рассмеялся воспоминанию.
– Да, а тебе потом влетело, потомучто ты так и не сознался, что это я тебя подговорил… – Мерри на мгновение замолчал. Когда он продолжил, в голосе его звучала новая решимость, – Даже если ты и правда спятил, я с тобой. Как и всегда. Только прошу тебя, будь очень осторожен!
Через день, после заседания Королевского Совета в малом составе, они встретились снова. И оба молодых человека были крайне раздражены.
– Подумать только, этот прощелыга Эгдон назвал тебя Найвеллом на глазах у всех! – начал Меррит, плюхаясь в своё кресло.
Кольто присоединился к нему, жалея, что не успел сам занять это место: доставшийся ему стул был ужасно неудобен. Невзирая на это, он ответил с лёгкой улыбкой:
– Если он хотел меня задеть, ему это не удалось. Для меня честь слышать фамилию моего достойного отца, знаешь ли. Это даже хорошо, что он так себя повёл: остальные были свидетелями его неуравновешенности.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Всего 10 форматов