Грузчики против Системы. Накладная номер 32
— Приехали, — выдохнул он, доставая из кармана блокнот и огрызок карандаша. — Запишем для истории. Суббота, утро. Подопытный объект «Стас» в количестве одной единицы употребил внутрь концентрированный системный медикамент неизвестного происхождения. Результат: моментальное купирование симптомов гастрита, побочные эффекты в виде черничного перегара. Вывод: системная медицина основана на экспресс-нейтрализации кислотной среды. Анатомия неписей совместима с игровым лутом, несмотря на запреты в описании. Стас, если у тебя к вечеру хвост вырастет или уши станут как у эльфа, я лично тебя сдам на кафедру биологии, понял?
— Не вырастет, — уверенно басил Стас, подбирая с пола рожковый ключ и протягивая его Валере. — Я здоровый, у меня дедушка в деревне подковы гнул. Мне эта черника — как слону дробина.
Договорить они не успели. Из глубины территории, со стороны склада 1, где хранились метизы, гвозди и упаковочная лента, раздался истошный крик. Звук был такой, словно кого-то очень старого и заслуженного пытались насильно заставить пройти курсы повышения квалификации.
Через секунду из дверей первого склада выскочил Андреич. Пожилому кладовщику было далеко за шестьдесят, он носил бессменный синий халат, помнивший еще съезды КПСС, и отличался феноменальной способностью материться на трех языках одновременно, включая старославянский. Сейчас Андреич несся по пандусу со скоростью молодого спринтера, сжимая в руках на манер кавалерийской пики деревянную швабру с обломанным концом. Его лысая голова яростно блестела на солнце от пота и праведного гнева.
— Валера! Стас! Мать вашу за ногу! Мужики, полундра! — задыхаясь и кашляя, проорал Андреич, тормозя около погрузчика и опираясь на швабру как на костыль. — Там… там у меня на первой секции… грызуны! Но они, сука, неправильные! Не наши это крысы! Наши серые, тихие, сало жрут и под порогом дохнут. А эти… эти, твари, током бьются! Я пошел кабель силовой проверять — фаза-то горит, а тока нет. Гляжу в угол — а там сидит эта волосатая падла, кабель КГ четыре на шестнадцать в пасть зажевала и искрит! Я её шваброй ткнул, а меня как шарахнет! Аж зубы зачесались!
Валера медленно отложил ключ. Научный азарт, дремавший в нем со времен вчерашнего эксперимента с летающим «Ротбандом», проснулся и затребовал активных действий.
— Так, — Валера задвинул кепку обратно на лоб. — Током бьются, говоришь? Интересно. Система, значит, фауну нам подвезла. Стандартный стартовый набор для начинающих придурков. Пошли, посмотрим на биологические образцы. Стас, вставай, выдвигаемся.
Они втроем быстрым шагом направились к складу 1. Внутри помещения, как обычно, пахло сухим картоном и машинным маслом. Но сейчас, едва переступив порог, Валера уловил отчетливый, едкий аромат паленой шерсти, озона и почему-то дешевой китайской пластмассы, которую слишком долго держали рядом с плитой.
В самом конце первого пролета, прямо на куче разорванных коробок с оцинкованными гвоздями, сидело существо. Сказать, что это была крыса, мог только очень нетрезвый человек с буйной фантазией. Размерами тварь не уступала упитанному английскому бульдогу. Её спина была покрыта не обычной шерстью, а жесткой, напоминающей металлическую проволоку щетиной. Между короткими толстыми ушами существа периодически с сухим треском проскакивали мелкие синие молнии, а длинный голый хвост ритмично постукивал по бетону, высекая крошечные искры.
Как вишенка на этом торте, прямо над головой грызуна в воздухе ярко горела неоновая вывеска Системы:
[ Электрическая крыса-мутант. Животное. Уровень 1 ]
[ Очки Здоровья: 30/30 ]
[ Мана: 15/15 ]
[ Статус: Агрессивность, Острая нехватка меди в организме ]
— Матерь божья… — прошептал Андреич, крестясь шваброй. — Глянь, Валер, у неё над башкой бегущая строка, как в обменнике на вокзале. Класс животное… Уровень один… Она чё, блин, дрессированная?
— Она системная, Андреич, — меланхолично ответил Валера, доставая блокнот. — Продукт цифровой эволюции. Обрати внимание на статус: «нехватка меди». Она наш кабель не из вредности сожрала, она им питается. Ей для поддержания внутреннего электролитического баланса нужны тяжелые металлы. Стас, видишь цель?
— Ага, — Стас сделал шаг вперед, и его кулаки размером с качан капусты сжались. — Жирная какая. Валер, давай я её поймаю? Я Сане в автосервис отнесу, он у нас крыс любит, у него такса дома живет, они с ней на охоту ходят. Эта таксу, правда, сама сожрать может, но Саня парень крепкий, разберется.
Крыса замешкалась, услышав человеческие голоса. Она медленно повернула к грузчикам свою морду с длинными желтыми резцами. Искры между её ушей стали ярче, треск громче, а полоска маны над головой угрожающе дернулась.
— Стоять, шкаф! — Валера резко выставил руку, останавливая Стаса. — Не ломай объект без предварительного научного анализа. Нам нужно проверить законы проводимости и сохранения энергии в условиях аномальной биологии. Если эта тварь генерирует электричество биологическим путем, значит, у неё есть предел емкости. Андреич говорит, шваброй её ткнул — швабра деревянная, дерево ток не проводит, если сухое. Андреич, ты швабру где брал?
— Так это… в туалете за баком стояла, — замялся кладовщик. — Там капало немного… Она сыроватая была, наверное.
— Вот тебе и первый закон физики, — удовлетворенно кивнул Валера. — Влажная древесина как проводник второго рода. Системе зачет, Андреичу — двойка по технике безопасности. Теперь исследуем объект на предмет полной изоляции. Стас, бегом в щитовую! Тащи оттуда резиновые сапоги сорок шестого размера и диэлектрические перчатки. Которые толстые, бесшовные, до тысячи вольт, в которых электрики на подстанции рубильники дергают. Понял?
— Понял, — пробасил Стас и растворился в полумраке склада.
Пока Стас бегал, крыса-мутант решила перейти в наступление. Она издала противный писк, напоминающий скрежет напильника по стеклу, и медленно переставляя толстые лапы, начала спускаться с кучи коробок. Над её головой статус сменился на [ Статус: Атака, Генерация заряда ].
— Валер, может, это… бахнем её ломом? — нервно предложил Андреич, пятясь к выходу. — У тебя же лом вчера знатно поработал.
— Лом железный, Андреич. Железо — идеальный проводник, — наставительно произнес Валера, даже не шелохнувшись. — Если я её сейчас ломом ткну, мы с тобой тут вдвоем чечетку станцуем на бетоне, а Система нам над головами напишет «Трупы обыкновенные, уровень ноль». Ждем Стаса. В науке главное — правильная подготовка подопытного инвентаря.
Стас появился вовремя. Он на ходу натягивал огромные серые перчатки из толстой технической резины, которые делали его руки похожими на водолазные. На ногах красовались такие же монументальные диэлектрические сапоги.
— Готово, Валер, — доложил подросток, растопырив резиновые пальцы. — Как в космос лететь. Чё делать?
— Инструкция по препарированию системной фауны, — Валера выпрямился и указал карандашом на крысу. — Объект проявляет агрессию. Скорее всего, попытается совершить прыжок с последующим выбросом электрического потенциала. Стас, твоя задача — сработать как заземление. Ловишь её прямо в воздухе. Руками. Резина ток не проводит, заряду деваться будет некуда, и по закону короткого замыкания вся энергия уйдет обратно в её же биологический аккумулятор. Понял алгоритм?
— Понял, — кивнул Стас. — Поймать и держать.
Крыса, не выдержав такой затянувшейся научной дискуссии, прыгнула. Она сорвалась с места с неожиданной для её жирного тела скоростью, превратившись в серый летящий комок, окруженный яростным коконом синих электрических разрядов. Воздух в складе громко хлопнул, запахло чистым озоном. Целилась крыса прямо в незащищенное горло Стаса.
Андреич зажмурился и тихо заскулил. Валера замер с блокнотом, внимательно фиксируя траекторию.
Стас даже не шелохнулся. В его голове, свободной от страха, паники и лишних мыслей, сработал простой рефлекс грузчика — если что-то летит, надо поймать, пока не разбилось. Огромная рука в толстой перчатке быстро выбросилась вперед.
Трах!
Звук был такой, словно в складее взорвался мощный автомобильный аккумулятор. От крысы во все стороны брызнули веером ветвистые молнии. Они ударяли в бетонный пол, рикошетили от железных стеллажей, заставляя гвозди в коробках мелко и мелодично звенеть. Стаса буквально окутало сияющим синим облаком. Короткие светлые волосы на секунду встали дыбом, превратив голову в подобие испуганного ежа, но сам он даже не поморщился.
Стас стоял монументально, как памятник самому себе, намертво сжав кулак вокруг толстой шеи грызуна. Крыса судорожно извивалась, её лапы молотили по воздуху, а искры между ушами начали бледнеть и гаснуть.
— Валер, — глухо пробасил Стас сквозь электрический треск. — Она это… щекочется. Будто батарейку «Крону» на язык прислонил, только в ладошке. И буквы у неё над башкой моргают, как бешеные. Было тридцать ХП, уже пятнадцать осталось. Она чё, сама себя током бьет?
— Что и требовалось доказать! — Валера кивнул, лихорадочно делая записи в блокноте. — Заряд встретил диэлектрический барьер перчатки, отразился от резины и ушел обратно по замкнутому контуру в нервную систему самого источника! Записываю: «Эффект отраженного импульса мутантов». Полная аннигиляция внутреннего потенциала за счет собственной дурости объекта. Стас, держи крепче! Дожимай до полного обнуления системной шкалы! Посмотрим, как тут у них работает этот хваленый круговорот веществ в природе.
Стас послушно сжал резиновый кулак чуть сильнее. Крыса издала последний, жалобный писк, полоска ОЗ над её головой мгновенно упала до нуля, и… произошло то, что окончательно похоронило остатки классического здравого смысла в голове Валеры.
Существо не умерло в обычном биологическом понимании. Оно не превратилось в труп. Раздался отчетливый звук «Плик!», напоминающий уведомление о пришедшей СМС-ке, и тело огромной крысы растворилось в воздухе. Оно буквально растаяло, оставив после себя лишь быстро исчезающее облачко серого дыма.
А на грязный бетонный пол склада с характерным металлическим звоном упали несколько предметов.
Валера медленно подошел, опустился на одно колено и аккуратно, кончиком карандаша, пошевелил упавшие трофеи. Андреич осторожно открыл один глаз, высунулся из-за спины Валеры и вылупился на пол так, словно там лежал клад Степана Разина.
На бетоне лежали три блестящие желтые монеты с непонятным чеканным профилем какого-то бородатого мужика в короне и новый, пахнущий заводской смазкой рожковый гаечный ключ из хромованадиевой стали. На боку ключа отчетливо читалось клеймо: «14х17. Сделано в России».
— Так… — Валера поднял ключ, повертел его перед глазами, попробовал на вес. Ключ был настоящим. Тяжелым, холодным и металлическим. — Это уже не просто сбой физики. Это полный крах материализма. Стас, Андреич, смотрите сюда. Живая органика крысы весом примерно в двенадцать килограммов аннигилировала без выделения тепловой энергии, превратившись в кусок высокоуглеродистой стали весом в сто пятьдесят граммов и три куска цветного металла неизвестной пробы. Закон сохранения массы официально вышел из чата и закрыл за собой дверь.
— Валер… — Стас присел рядом, разглядывая инструмент. — Ключ-то на четырнадцать. Хороший. Нам как раз в тринадцатый набор нужен был взамен того, который Костик в смотровую яму уронил три недели назад. Слышь, а там за стеллажом с гвоздями… там еще шуршит. И искры светятся. Там их целое гнездо, походу.
Валера медленно поднялся с корточек. В его глазах, обычно циничных и усталых, зажегся нехороший огонек. Он перевел взгляд на синий строительный мешок для мусора, валявшийся у стены, потом на гнездо за стеллажами, откуда доносился отчетливый металлический шорох.
— Так, мужики, — Валера поправил кепку и засунул блокнот в карман робы. — Эксперимент окончен, начинается промышленный шпионаж и импортозамещение. Если из этих системных тварей выпадает дефицитный слесарный инструмент первого класса, то мы тут на базе филиал «Леруа Мерлен» откроем без всяких закупок и логистики. Андреич! Монеты собирай в карман, потом бабе Гале занесем, проверим плотность металла на её весах. Стас, бери синий мешок для мусора. Будем складывать туда готовую продукцию. И тащи кувалду. Ту, которая восьмикилограммовая, на длинной ручке. Будем исследовать плотность гнезда методом направленного механического давления. Раз у нас тут Игра, значит, пора фармить!
Глава 3. Бесконечный четвертый ряд
Воздух внутри склада 2 пах сыростью и пластиком дешевых китайских сифонов. Запах лаванды из неисправного погрузчика сюда еще не добрался, но утреннее солнце уже выхватывало из полумрака странное зрелище.
Обычный проход между рядами стеллажей, где испокон веков хранились смесители, гофры и белые фаянсовые унитазы, изменился до неузнаваемости. Четвертый ряд, имевший в длину от силы метров пятнадцать, теперь уходил вдаль, напоминая бесконечную взлетную полосу аэропорта. Конца этой бетонной дорожки видно не было. Серая перспектива растворялась в фиолетовом неоновом мареве, дрожащем прямо над гладким полом. Коробки на верхних полках казались крошечными точками, улетающими в космическую пустоту.
Любитель научпопа сидел на корточках перед самым началом аномальной зоны, нервно крутил в пальцах незажженную сигарету и хмурился. Рядом стоял Стас. Юный великан меланхолично дожевывал остатки утреннего пирожка, посыпая бетон крошками.
– Ну что там, Валер? – поинтересовался Стас, сдувая крошку с широкой нижней губы. – Разгружать-то куда будем? Машина через сорок минут припрется. Водила ждать не любит, опять орать начнет про неустойку.
– Заткнись, Стас, – негромко, но веско попросил Валера, не отрывая взгляда от бесконечной перспективы труб. – Не мешай думать. Здесь классическая механика Ньютона только что подала заявление на увольнение по собственному желанию. Надо проверить массу и метрику.
Огрызок красного строительного карандаша привычно перекочевал за ухо бригадира. В руках появилась видавшая виды лазерная рулетка Bosch в потертом синем корпусе. Прорезиненные кнопки устройства были густо заляпаны старым силиконом.
Палец нажал на кнопку пуска. Яркая красная точка послушно вырвалась из излучателя, устремилась внутрь прохода, но вместо того, чтобы отпечататься на дальней стене а, повела себя совершенно непотребно. Луч пролетел около десяти метров, внезапно вильнул в сторону, заложил крутую дугу под самым потолком и бесследно растворился в неоновом тумане.
Экран рулетки мигнул три раза, издал жалобный писк и выдал порцию системного бреда.
[ Ошибка 404: Конечная координата оси X не найдена в текущей топологии пространства. Проверьте целостность мировых текстур или обратитесь к Системному Архитектору. ]
– Криворукие программисты, – процедил сквозь зубы Валера, зло сплевывая на пол. – Набрали по объявлению индусов, а те даже геометрию Евклида в код ровно зашить не смогли. Координаты осей у них коротит. Стас, доедай. Работа появилась.
Остатки выпечки мгновенно исчезли во рту подростка. Тяжелые шаги великана отозвались гулким эхом под высокими складскими сводами.
– Чего делать-то? – Стас вытер пальцы о рабочие штаны, оставив на брезенте широкие темные полосы. – Опять крыс ловить?
– Хуже. Будешь работать живым геодезическим маяком, – Валера поднялся, хрустнув коленями и подошел к куче складского хлама. – Нам нужно вычислить скорость расширения этой мини-вселенной. Магия магией, а законы сохранения импульса и фазовые переходы никто не отменял. Если есть пространство, значит, его можно измерить.
Из кучи металлолома на свет божий извлеклась тяжелая связка чугунных фланцев, стянутых ржавой проволокой. Весила эта конструкция добрых килограммов двадцать. Валера безжалостно водрузил железо на широкое плечо парня.
– Это зачем еще? – удивленно моргнул Стас, даже не поморщившись от веса.
– Для массы, – наставительно пояснил бригадир, разматывая моток толстого капронового каната. – Чтобы тебя системным ветром не унесло, если у них там еще и гравитация сломается. Конец веревки вяжи к поясу. Будешь идти вперед ровным шагом. Ровно один метр в секунду. Шаг – секунда. Понял?
– Понял, чего не понять, – Стас послушно завязал канат вокруг талии тугим узлом. – Как в армии, только без автомата и со штуковинами для труб.
– Иди, – Валера щелкнул кнопкой секундомера на старых электронных часах Casio. – Каждые десять метров дергай за канат. Будем фиксировать погрешность.
Тяжелые ботинки Стаса глухо застучали по бетону. Великан шагнул через невидимую границу аномалии. Фиолетовый свет тут же лег на его широкую спину странными бликами. Внутреннее пространство четвертого ряда встретило парня звенящей тишиной. Звуки работающей вентиляции и далекий шум промзоны отрезало моментально, словно захлопнулась дверь тяжелого сейфа.
По бокам потянулись бесконечно уходящие в заоблачную высь стеллажи. На полках аккуратными рядами лежали коробки со смесителями, блестели хромированные гайки, тускло отливали серым боком пластиковые трубы. Все это выглядело бы совершенно обычным, если бы не масштаб. Проход между полками, казавшийся снаружи шириной в два метра, внутри раздвинулся до размеров хорошего городского проспекта.
Валера остался стоять на границе, внимательно следя за разматывающимся канатом. Белая веревка, натянутая, как струна, уходила вглубь ряда. Старшой достал огрызок карандаша и принялся чертить расчетную таблицу прямо на пыльном боку картонной коробки из-под чешских унитазов Jika.
– Десять метров, – негромко зафиксировал Валера, когда веревка резко дернулась в его руке.
Секундомер показывал ровно десять секунд. Скорость движения Стаса оставалась стабильной. Однако лазерный луч, направленный вслед парню, теперь упирался прямо в его широкую спину и выдавал совершенно сумасшедшие данные. На одиннадцать метров каната рулетка показывала всего семь метров физического расстояния.
– Эффект складского наблюдателя, – пробормотал Валера, записывая цифры на картоне. – Пространство расширяется именно тогда, когда на него никто не смотрит, или когда внутри происходит движение массы. Скорость расширения – примерно тридцать метров в минуту. Закон относительности Эйнштейна, переписанный пьяными геймдизайнерами.
– Валера! – донесся из глубины прохода искаженный эхом голос Стаса. – Тут это... коробки как-то странно лежат. Словно на волнах качаются. И пахнет морской свежестью. Ну, как в туалете после уборки.
– Иди вперед, маяк, не отвлекайся! – крикнул Валера, прикладывая ладони рупором к губам. – Заначку твою с пирожками в каптерке пока не задело, так что шагай!
Канат продолжал разматываться, уходя в фиолетовую мглу. Тридцать метров, сорок, пятьдесят. Белая линия веревки казалась бесконечной. Валера едва успевал делать отметки карандашом на коробке, как вдруг капрон в его пальцах резко ослаб, а затем снова натянулся.
В глубине аномального ряда раздался странный, ни на что не похожий звук. Это было мерзкое влажное хлюпанье с отчетливым бурлением неисправной канализации.
Стас остановился на отметке в шестьдесят метров. Фиолетовое сияние вокруг сгустилось, превращаясь в плотный, почти осязаемый туман. Прямо перед парнем с верхней полки стеллажа, где хранились гибкие подводки, медленно сползло нечто огромное.
Живая масса состояла из текучего синего геля. Существо напоминало гигантскую каплю воды размером с хорошую бочку для дождевой воды, внутри которой лениво перекатывались пузырьки воздуха и плавало несколько гаек. От твари разило ядреным запахом освежителя воздуха «Океанский бриз». Прямо над верхней частью этого студенистого тела пылала неоновая надпись.
[ Агрессивный сантехнический слайм 2-го уровня. Статус: Голод ]
– Оп-па, – удивленно произнес Стас, разглядывая плавающие внутри монстра гайки. – А ты еще кто такой? На кисель похож. Только синий.
Слайм ответил громким яростным бульканьем. Синее желеобразное тело внезапно сжалось, аккумулируя кинетическую энергию, а затем резко распрямилось, прыгая вперед и растопырив в прыжке склизкие ложноножки. Тварь целилась прямо в лицо.
– Стас! Назад! – долетел из далекого начала прохода далекий крик Валеры.
Юный грузчик предупреждение услышал, но отступать не подумал. В голове парня, свободной от лишних мыслей и знаний о компьютерных играх, отсутствовало понимание того, что слаймы обладают стопроцентным иммунитетом к физическому урону. Поэтому Стас действовал на чистых складских рефлексах. Если что-то летит в лицо, это надо встретить тяжелым предметом.
Широкое плечо резко дернулось. Связка чугунных фланцев, до этого мирно покоившаяся на стыке шеи и плеча, оказалась в мозолистых ладонях. Стас не стал размахивать железом, а просто со всей дури, используя массу собственного тела, швырнул двадцатикилограммовую металлическую конструкцию прямо в центр летящего синего студня.
Законы классической механики, в которые так свято верил Валера, сработали безупречно. Огромная кинетическая энергия тяжелого куска чугуна встретилась с мягкой, податливой плотью системного монстра. Фланцы с мокрым, чавкающим звуком вошли внутрь синего геля, пробили его насквозь и ударили точно в небольшое, светящееся зеленым светом ядро, прятавшееся в самой глубине слайма.
Раздался отчетливый хруст, словно разбилась стеклянная бутылка. Синее желеобразное тело прямо в воздухе потеряло форму, брызнув во все стороны каплями освежителя «Океанский бриз».
Туша слайма с уже знакомым звуком «Плик!» растворилась в фиолетовом тумане. Тяжелая связка фланцев с грохотом рухнула на бетонный пол, выбив сноп искр. На месте исчезнувшей твари на полу остался лежать небольшой пластиковый тубус, окруженный легким золотистым свечением.
Тяжело дыша Стас подошел ближе и поднял предмет. Над пластиковым цилиндром тут же зажглась жирная информационная плашка.
[ Силиконовый герметик высшего порядка. Качество: Редкий. ]
[ Описание: Обладает бесконечным объемом. Намертво склеивает любые физические плоскости, включая дефекты текстур и базовые законы термодинамики. Внимание! Использование не по назначению может привести к локальному коллапсу пространства. ]
– Валер! – зычно проорал Стас, бережно пряча редкий трофей под мышку. – Я тут кисель синий сломал! Из него клей выпал! Бесконечный!
Валера на входе в проход облегченно выдохнул. Палец нажал кнопку остановки секундомера.
– Молодчик, Стас! Сматывай удочки, вали обратно! – скомандовал бригадир, начиная быстро выбирать веревку на себя. – Пространство стабилизировалось, скорость расширения упала до нуля. Живее давай, у нас фура у ворот!
Стас развернулся и побежал назад, тяжело топая по бетону. Канат послушно ложился кольцами у ног Валеры. Однако аномалия не собиралась отпускать героев так просто. Как только великан пересек невидимую отметку, стены склада 2 глухо задрожали. Звук был такой, словно где-то под землей тронулся тяжелый товарный состав. Бетонный пол под ногами пошел мелкой, неприятной дрожью.
Стеллажи по обе стороны прохода, только что стоявшие неподвижно, внезапно начали медленно сдвигаться обратно. Пространство, расширившееся до размеров проспекта, схлопывалось, возвращаясь к своим законным пятнадцати метрам длины. Коробки на верхних полках начали сыпаться вниз, разбиваясь о пол и засыпая проход осколками пластиковых гофр и латунными смесителями.
Стас прибавил ходу, работая локтями и прижимая к груди редкий герметик. Канат, привязанный к его поясу, внезапно натянулся в сторону. Конец веревки, оставшийся далеко позади в глубине ряда, оказался зажат между стремительно сдвигающимися текстурами бетонной стены и тяжелой металлической стойки стеллажа. Капрон натянулся, затрещал и с резким хлопком лопнул, укоротившись ровно на три метра. Текстура склада намертво вплавила в себя кусок строительного инвентаря.
Последний прыжок вынес Стаса из фиолетового марева прямо на руки к Валере. Сзади с металлическим грохотом сомкнулись последние ряды полок. Четвертый ряд снова стал обычным, забитым коробками складским проходом. Фиолетовый неон погас, оставив после себя лишь удушливый запах освежителя воздуха.
– Успел, – выдохнул Стас, усаживаясь прямо на бетон и бережно протягивая бригадиру светящийся тубус. – Вот. Клей. Редкий.
Валера взял трофей в руки, внимательно изучил плашку и удовлетворенно хмыкнул, пряча герметик в синий строительный мешок, где уже лежали три желтые монеты и рожковый ключ.
– В хозяйстве все сгодится, – буркнул Валера, пряча карандаш за ухо. – Силикон на базе всегда дефицит. Тем более высшего порядка. Будет чем дыры в каптерке замазать, а то оттуда сквозит постоянно.
В этот момент со стороны входа в склад раздался полный драматизма крик.
– Я чувствую это! – в проходе появился Костик.
Тридцатилетний менеджер по продажам крепежа выглядел живописно. На плечах у него была криво повязана тяжелая штора песочного цвета, сорванная из кабинета директора. Лицо Костика было густо, в несколько слоев обклеено зелеными листьями подорожника, из-под которых виднелись страшные серые пятна засохшей строительной штукатурки – последствия вчерашних магических экспериментов. Над головой парня по-прежнему уныло горели системные маркеры, показывающие первый уровень и полную ману.