Вообще, если уж говорить начистоту, то еда в моём мире сильно проигрывала грязному средневековью. Заменители, стимуляторы и усилители вкуса делали своё дело, но после того, как я впервые попробовал настоящее мясо, да ещё и зажаренное на костре моими собственными руками… Приёмы пищи здесь и вправду стали лишь «приёмами пищи», ничего большего за ним не стояло. Забросил углеводы, белки и жиры в топку и погнал дальше. Вот и вся магия.
Закончив с пастой, я направился в спортзал. Следующей остановкой в моём расписании часов была силовая тренировка, но говорить о железках и потных ликвидаторах не особо хочется. А вот обязательный после тренировки спарринг в виртуале заслуживает подробного рассказа.
Подключаясь к серверу жилого блока – месту, где мог сразиться с равными противниками без хитрого снаряжения и уловок, ощутил знакомую волну возбуждения. Пульс подскочил к сотке, а губы сами собой растянулись в хищную улыбку. Старый добрый мордобой мне нравился куда больше, чем навороченный спецэффектами, магией и огнестрелом турнир «Подошвы».
Как только соединение было установлено, я возник посреди пустого ринга. Не успел и шагу сделать, как весь обзор утонул в вызовах на поединок. Десятки ников, аватаров, угроз и ругательств мельтешили передо мной, создавая электронный шум.
– Сколько же крови ты попил у народа, Макс? – схватился за голову ЭГО, появившийся рядом из коротких помех, и начал летать вокруг меня и облака сообщений, причитая, как старая бабка. – Столько людей хотят пересчитать тебе кости. Это ***! Ты только посмотри!
Он заключил висящие в воздухе надписи в рамки списка и жёстко отфильтровал по рейтингу, убрав угрозы и оскорбления. Мало того, в новом аккуратном списке, кроме места в лиге, было видно и номер в турнире «Подошвы».
– Стрекоза, Громовой кулак, Баки, Пудель, Аскеза! Святая система защити, да тебя хотят все топы Луксура! Просто песня.
Под издевательский смех ЭГО я тоже просмотрел созданный им список. Моя улыбка стала ещё шире, и я отметил три имени, что были онлайн. Система обработала информацию и на коленке склепала турнирную сетку.
– Готовься, Макс, эти точно тебя раскатают. – ЭГО печально покачал головой, явно копируя меня, и отлетел за ограждение.
Не прошло и трёх секунд, как в противоположном углу ринга материализовался Пудель. Высокий, жилистый афро с огромной копной дредов на голове. Увидев меня, он белозубо оскалился и встал в основную стойку кикбоксинга.
– Вы посмотрите, кто пожаловал на ринг. Сам Строгий! – Он сделал два шага, сокращая дистанцию между нами. Я ответил левосторонней боксёрской стойкой и тоже шагнул вперёд. Нарастающее последние минуты волнение как рукой сняло. Передо мной был противник, вокруг – только ринг, и ничего кроме. Все проблемы, дела и мысли отсекло канатами. Осталось только здесь и сейчас.
– Всегда хотел спросить, ты сам ник придумал, или это школьное погоняло? – бросил я Пуделю в лицо, рассчитывая вывести его из себя.
Тот принял оскорбление молча – и глазом не повёл, но уже в следующий миг резко сместился вправо и выдал два лоу-кика с левой ноги, целя мне в бедро. Я ускользнул от них одним длинным шагом назад, затем пружинисто вернулся к противнику с левым кроссом. Мужик не сплоховал – выставил чёткий блок и контратаковал мне в корпус.
Спарринг с Пуделем пошёл в обычном русле. Афро старался достать меня локтями или отсушить ногу хлёсткими лоу-киками. Я по возможности избегал его ударов, бегая по рингу, как сумасшедший, и отвечал неожиданными контратаками. К сожалению, наученный опытом противник не торопился на них попадаться, но всему приходит конец.
– Слышал, ты закрыл десятый контракт!
Пудель наседал на меня резкими выпадами локтей и ударами коленей в корпус. Я держался, частью уклоняясь от них, частью блокируя, но долго в таком темпе мне было не вывезти. Руки уже начало ломить, да и дыхалка подводила. Спокойствие сменилось горячкой схватки. Пора было что-то решать, и я шагнул к канатам, сделав вид, что отступаю под тяжёлым прессингом. На самом же деле я заманивал его в ловушку, и Пудель купился. Поверив в себя, он двинулся следом за мной, решив дожать. Локоть понёсся справа, а левая нога Пуделя ждала своей очереди, чтобы неожиданно подсечь меня после. Но вместо того чтобы уворачиваться, я выбросил прямой встречный оверхенд точно ему в челюсть. Голова Пуделя вздрогнула, его повело и, промахнувшись локтем, он начал заваливаться на меня всей своей высокой тушей.
Ещё один шаг, и я с выдохом оттолкнулся от настила. Резкий взмах ногой, и моё колено вонзилось ему в лицо. Раздался громкий противный хруст. Пуделя отбросило назад, а я приземлился почти на то же место, откуда подпрыгивал. Тело афро рухнуло на мягкий настил ринга и слегка подлетело. Я тут же метнулся вперёд и навис над ним, готовый добить, если дёрнется. Пудель дёргаться не стал, лишь приподнял заросшую дредами голову и уставился на мой кулак, зависший в паре сантиметров от его расквашенного носа.
– Урод, – буркнул Пудель. – Так и знал, что это подстава.
– Поверил в себя, – насмешливо ответил я и разжал кулак в протянутую ладонь.
Пудель нахмурился, но помощь принял. Схватился за мою руку и поднялся в полный рост. Смерив меня неприязненным, но спокойным взглядом, он зажал левую ноздрю и высморкал кровь.
– Строгий, почему ты всегда болтаешься в середине рейтинга? С твоей реакцией давно бы мог перейти в Гул.
– Скажи это цепным псам Ксавьера и их стволам, – отмахнулся я от предложения.
Посвящать левых ликвидаторов в свои проблемы я не собирался. Да и что за вопрос такой? Как будто махать кулаками на ринге – то же, что и играть в смертельную битву на карте «Подошвы». Здесь всё зависело от меня: от рефлексов, скорости, силы и сноровки, а там… А там роляла только экипировка. Какая разница, как быстро я двигаюсь, если мои стандартные пистолеты новичка не могут пробить магнитный бронежилет бомжей из лиги Гул. Классовое неравенство во всей красе. Может, плюнуть на всё да и закупиться по полной? Потрачу восемьдесят штук и до следующего контракта от системы ворвусь в шестую лигу. А там и на верхние этажи перееду. Встречусь с Ниной…
– Ну да, Ксавьер… – протянул Пудель, скривив толстые губы так, словно только что вспомнил о нём. – Погоди, так ты же реально закрыл десятый контракт, чо ты мне паришь? – Он вдруг повеселел. – Возьми нормальный ствол и прикончи их. Или слабо?
– Ты что, карму решил на меня поставить? – Я смерил Пуделя внимательным взглядом и, к своему удивлению, заметил, как тот испуганно дёрнулся. – Я что, угадал? Слышь, Пудель. – Я шагнул к афро, переходя на рык. – Только попробуй сделать на мне бабки, я тебя найду и отстригу все твои…
Договорить я не успел. Обнаглевший пёс взмахнул рукой и распался электронными помехами. Пока я негодующе взирал на пустое место перед собой, в противоположном углу ринга заклубились новые помехи, из которых сложился образ низенькой девчонки. На вид ей было лет шестнадцать. Подтянутая, худая, жилистая, с двумя косами, заплетёнными вокруг головы и длинными крепкими ногами, способными выбить дух из кого угодно. По факту ей было девятнадцать, но это так, между нами. Серёга, подбивающий к ней клинья последние полгода, как-то обмолвился об этом. Кажется, я тогда обозвал его педофилом, и он начал защищаться, или было по-другому… да пофиг.

– Стрекоза-а… – радостно улыбнулся я, широко раскинув руки. – Рад тебя видеть. Как там сын Великана (это я не о Серёге, если что)? В сознании?
– Баки визжал, как сучка. – Стрекоза плотоядно оскалилась и начала разминать кисти. – Что с Пуделем? Открутил ему хвост?
– Не-е, – протянул я в ответ, качнув головой. – Сломал нос, и он сдался.
Девчонка тут же разразилась весёлым смехом, не забывая при этом разминать ноги и торс. Глядя на её серьёзный подход, я тоже сделал пару упражнений на растяжку. Мы хоть и были в виртуале, но система качественно моделирует окружение. Если выкрутить настройки, можно даже ощутить боль, что уж говорить о тонусе мышц. Не зря же тренинг всегда ставится после спортзала. Тело должно быть подготовлено и хорошо размято перед мордобоем.
– Слышала, ты закрыл последний контракт.
– И ты туда же? – удивлённо воскликнул я, прерывая упражнение. Глядя на её весёлую улыбку, добавил с лёгким раздражением в голосе: – Вы что, все сговорились? Может, я не знаю о клубе сталкеров в мою честь? Колись!
– Больно надо, – зло пискнула Стрекоза, стрельнув в меня взглядом. – Просто в сети только и разговоров, что о следующей рейтинговой битве. Многие ставят на тебя, Строгий. Думают, что весь прошлый сезон ты специально не показывал скилл. Ждал снятия статуса новичка и всё такое.
– И кто это говорит? – Я поднялся, окончательно бросив разминку. Стрекоза тоже закончила и медленно шла к центру ринга.
– Все, кто следил за новичками, – неопределённо пожала плечами девчонка и встала в боксёрскую стойку.
Я замер на полушаге, удивляясь переменам. С каких пор она дерётся в стойке? Приглядевшись к противнице внимательней, я усмехнулся про себя и с облегчением выдохнул. Ничего не поменялось, просто Стрекоза решила меня обмануть. Стоит мне начать, как она перейдёт в борцовскую стойку и попытается перевести в партер. Её выдали широко расставленные ноги и напряжённая, готовая в любой момент согнуться, спина.
– Ты это чего? – Я с сомнением задал вопрос, на ходу переключаясь на роль удивлённого Макса, что ничего не понимает. – Решила в стойке смахнуться?
Для большей убедительности я даже бровь вскинул, и Стрекоза поверила. На её губах мелькнула тонкая улыбка, и она горделиво ответила:
– Тренирую новые методы, – и тут же подобралась. – Нападай!
– Я? Разрешаешь? Что же… – Я сделал паузу, прикидывая варианты. В итоге не придумал ничего умней, как выбить её из колеи.
– Скину запись Серёге! – выкрикнул я и шагнул к девчонке, с ходу выкинув вперёд левую ногу.
Глаза Стрекозы удивлённо округлились. На этом я выиграл полсекунды, сократив дистанцию. Опомнившись, девчонка зарычала, словно дикая волчица, и пригнулась в попытке уклониться от удара. Предугадав её переход в бросок, я довернул опорную ногу. Прямой удар сменился крюком сверху-вниз. Полностью погасить инерцию движения у меня не вышло, и удар смазался, но даже так моя стопа жёстко впечаталась в плечо девчонки, отчего она кубарем покатилась по настилу ринга.
Я времени не терял. Два шага и ещё один пинок, в этот раз пяткой прямо в лоб. Стрекоза вскинула руки и заблокировала атаку, но разница в весе сыграла с ней злую шутку. Согнутое в дугу тело девчонки подбросило вверх, и она неожиданно для себя оказалась на ногах в полный рост. Стремительный полушаг и короткий прямой в солнышко. Девушку тряхнуло и бросило на канаты. Добивать я не стал. Она и так безвольной куклой рухнула на колени, хватая ртом воздух, как выброшенная на берег рыба. Да, детка, чёткий джолт в солнышко не прощает ошибок. Особенно с такой разницей в весе.
Пока Стрекоза приходила в себя, в воздух выстрелила пара хлопушек и над рингом засияла огромная надпись: «Congratulations!». Кроме бессмысленных поздравлений мне зачислили триста очков кармы. Немного, но всё равно приятно. К сожалению, система не учитывала, победил ты или проиграл. Спарринги рассматривались ею строго с позиции тренировки, и никак иначе. В спортзал сходил? Два спарринг провёл? Молодец, держи карму. Если соблюдать расписание и тренироваться не реже двенадцати раз от контракта до контракта, то за семьсот часов, ну или за месяц, накапает около четырёх тысяч кармы. Для обычных граждан – квартальная зарплата без вычета налога, для ликвидатора – треть от гонорара за одну дезинфекцию. Я же говорил, что система – злобная стерва? Если не держать себя в форме, то можно распрощаться с приличным куском месячного довольства. А если ещё и в медийке не участвовать, то вообще кранты. Считай, рискуешь жизнью за зарплату офисного планктона. Полный треш, но ведь всегда можно соблюдать неписанные правила и быть верным псом системы.
– Ты совсем обнаглел, Строгий!
Сипящий хрип снизу вырвал меня из раздумий. Опустив взгляд на проигравшую девчонку, я заметил, как она тайком трёт под рёбрами. В этот момент у меня даже возникло к ней лёгкое уважение. Она не выкрутила ползунок боли в ноль – предпочла прочувствовать свои ошибки по-настоящему.
– Почему это я обнаглел, малявка?
– Чего?! – Стрекоза мигом взвилась с настила. Её карие глаза вспыхнули недобрым огнём, а сама девчонка стала похожа на дикого шарпея. – Какая я тебе малявка?! Отрастил грабли до пола и думаешь всё можно? Тупой мужлан! Урод! Только попадись мне в «Подошве». Урою на хр*н…
– Воу-воу, – поднял я руки, отступая от разъярённой Серёгиной подружки.
Кажется, я немного переборщил и случайно задел её за комплекс. Или не случайно? Прав был ЭГО – характер у меня ещё тот. Не придумав ничего лучше, чем перебить одну эмоцию другой, более яркой, я как бы невзначай произнёс:
– Запись ещё идёт.
– Чего?
Стрекоза остановилась в полушаге от меня с уже поднятой для удара рукой и нахмурилась.
– Какая ещё запись?..
Замешательство ярко проступило на её раскрасневшихся щеках и сморщенном лбу, а я ткнул в сторону ЭГО пальцем. Стандартный аватар нейросетевого помощника помахал повернувшейся к нему девчонке рукой и продемонстрировал маленькую олдскульную камеру. Всего лишь образ, но он сказал ей гораздо больше тысячи слов. Секунда раздумий, и глаза Стрекозы налились кровью.
– АХ ТЫ ТВА…
Я отключился от сервера.
Завывания Стрекозы сменились шумом русской зоны отдыха, а в глаза ударила пёстрая зелень и стволы берёз. Глубоко вздохнув, я потянулся на скамейке и встал. Мордобой – это, конечно, хорошо, но во всём надо знать меру, особенно в крикливых лоляхах, на которых положил глаз твой товарищ с бицепсом больше твоей головы.
– Что там дальше?
Я с улыбкой произнёс это вслух и открыл планировщик задач. Три следующих квадратика были помечены одним словом: «Шопинг». Ближайший из них прямо на глазах становился оранжевым. Улыбка медленно сползла с моего лица.
– Твою-то мать…
Глава 5 – Оружейный базар
Спустившись из зоны отдыха на центральном лифте, я оказался посреди иллюзорного леса вращающихся жёлтых, синих и голубых шаров. Нет, я не ударился головой, пока ехал. Просторный холл второго этажа действительно напоминал лес из-за голографических инфопомощников, натыканных по его периметру. Они представляли собой торчащие из пола столбики около метра высотой, на верхнем конце которых был смонтирован голопроектор, транслирующий объёмный шар, призывно светящийся картами и брошюрами с полезной информацией.
В былые времена любой желающий мог подойти к такому шару, покрутить его и получить необходимые сведения. Кто-то спрашивал дорогу, кто-то узнавал последние новости из-за периметра. Территорию Управления отделили от города с полвека назад, так что инфопомощники были популярны в то время, но быстро стали не нужны. Работники Управления и ликвидаторы вроде меня уже лет сорок как пользовались личными приводами и допреалом, а потому проходили мимо декоративного леса, даже не задумываясь, зачем здесь эти странные цветные шары.
Люди спешили по своим делам и не обращали внимания на памятники ушедшей голографической эпохи. Сейчас к ним подходили разве что редкие экскурсии школьников да голубые береты. Первым нужно было увидеть своими глазами старую голографическую технологию и написать об этом эссе или типа того, вторым – починить то и дело ломающихся динозавров. Скорее всего только для того, чтобы школьникам было о чём писать. Другого смысла в их работе я не видел. Впрочем, я не техник и не секу во всём этом.
Пройдя через мигающий лес и огромные гермоворота, я покинул холл и двинул по коридору в северное крыло. Не прошло и пяти минут, как он разделился надвое, а передо мной возникла широкая, кричащая неоном вывеска, занимающая всю стену.
«Стрельбище лиги Луксура», – было написано огромными, стилизованными под граффити буквами, а ниже, уже мелким канцелярским шрифтом: «Вход для работников по предварительной записи. Для ликвидаторов – свободный».
Вывеска пару раз вспыхнула ярко-фиолетовым неоном. Мне вдруг показалось, что я не в огромном офисном комплексе, а на улицах Центории. Гуляю под луной и выбираю, где бы просрать карму весело и по возможности не быстро.
Кто-то может заметить, что такая яркая неоновая вывеска совсем не вписывается в атмосферу серых стен и угловой подсветки, заливающей коридоры Управления ровным холодным светом. Другие вспомнят о вездесущей системе, всеобщей геймофикации жизни и личном приводе маны, надетом на мою руку, и будут правы.
Да-да, вывеска существовала лишь в допреале. Но на то он и допреал, чтобы дополнять эту серую, скучную жизнь!
Я шагнул ближе, и вырвиглазная надпись на стене эффектно взорвалась, явив мне приветливо раскрывающуюся автодверь. До ушей тут же донёсся грохот выстрелов и звон падающих на стальные полы гильз. Ещё не такой громкий и вязкий, но уже будоражащий кровь. Едва переступив порог, я ощутил приятный аромат жжёного пороха и оружейной смазки. Справа раздался знакомый голос:
– О, Макс!
Справа от входа стена переходила в высокое бронированное стекло с железной рамой. Оно отделяло вестибюль стрельбища от кабинета заведующего. За стеклом виднелась лысая голова моего знакомого оружейного маньяка.
– Никак надумал опробовать новые образцы? – подался тот вперёд, не вставая с кресла. – Только поступили! Отличные машинки! Экспансивы и кумулятивы в комплекте.
– Здорово, Джеймс.
Я поднял руку, отвечая на его радостный крик, и подошёл к бронированному стеклу. В вестибюле, кроме меня, никого не было. Мы могли говорить свободно.
– Как оно? Есть подвижки в таблице?
Я опёрся на узкую раму окна и заглянул в кабинет управляющего. Или, лучше сказать, оружейное царство? Ведь там царил вечный бардак: все горизонтальные поверхности были завалены оружием, запчастями к нему и россыпями патронов. Более или менее чистой оставалась стойка прямо перед защитным стеклом и маленький стол, за которым управляющий сидел. На столе стоял бокал, исходящий паром, и тарелка с пирожными.
– Ты вылетел из пятёрки, – усмехнулся Джеймс, отчего складки на его подбородке слегка затряслись. – Один из операторов выбился в топы. Сразу на третье место, представляешь? Запись уже облетела половину блока. Стреляет так, словно ему в башку залез один из ваших… – Он откусил щедрый кусок от пирожного и запил чем-то горячим из бокала. Помедлил секунду, смакуя угощение, и закончил шутку: – Ты б его проверил, Макс, а то вдруг это таракан?
Посмеялись. Ну а что? Весело же.
– Джеймс, ты же знаешь: здесь столько сканеров, что ни один таракан и на милю не подойдёт.
Я скептически глянул на знакомого сквозь стекло. Тот как ни в чём не бывало сделал ещё один глоток и отставил бокал.
– Ты чего такой серьёзный, а? – удивлённо пожал плечами на мой спич толстяк. – Это же шутка.
– Ясное дело, шутка, но запись скинь.
Я ткнул в стекло пальцем и посмотрел на знакомого исподлобья, парадируя древний, как говно мамонта, мем. Тот прикол оценил и, на миг уйдя в допреал, перебросил мне ссылку на ролик.
Краем глаза пробежавшись по всплывшему окошку, я отметил про себя, что выложен ролик на личном канале Джеймса, а не на общем для блока.
– А я смотрю, ты времени зря не теряешь, – протянул я с уважением и покачал головой. – Решил за чужой счёт подписчиков срубить?
– Да ладно тебе, – всплеснул руками Джеймс, откидываясь на спинку кресла. – Какие там подписчики? Так… мелочь одна.
Он скривил лицо, словно откусил жопку лимона, но я был уверен, что на самом деле он рад и просто придуривается. Потому продолжил давить на него мемным взглядом актёра-качка:
– И сколько?
– Ну-у… тысяч де-е-есять, пятна-а-адцать, – протянул в ответ Джеймс, и его глаза предательски заблестели. Радуется, деляга. – Я же не для себя, Макс! – вдруг начал оправдываться он, словно услышал мои мысли, чем нехило сбил меня с толку и заставил убрать мем с лица.
– Как видос выложил, количество клиентов на пятнадцать процентов скакнуло, прикинь! А в первые десять часов так вообще: под тридцать! Такое последний раз после финала турнира было. А тут, считай, на ровном месте, Макс!
Блеск его глаз переродился праведным огнём оружейного фанатика. В считаные секунды Джеймс из заплывшего жиром и складками толстяка с лысиной и одышкой превратился в пышущего азартом юнца, каким был, наверно, лет двадцать назад.
– Четверть месячного боеприпаса за сорок восемь часов! Раз и нет! – грохнул он кулаком по столу, отчего тарелка с остатками пирожного подпрыгнула, громко звякнув, а бокал чуть не опрокинулся. Спохватившись, Джеймс поправил стол и от греха подальше отодвинул приборы в угол.
– Дела-а… – поразился я масштабам случившегося. – Ну ты и жук.
– В смысле?! – подскочил на кресле Джеймс, дико уставившись на меня. Его брови медленно сошлись в хмуром выражении лица.
– Ну, в смысле, ловко ты всё это придумал. Ничего такого, – поспешил я успокоить знакомого, вскинувшегося после случайного упоминания насекомых.
Местный сленг и тараканы немного изменили отношение людей к таким словам. Так что его реакция была понятна, а вот я – дурак. Додумался про жуков вспомнить. И откуда только взялось?
– Ага, – как-то не слишком уверенно кивнул Джеймс и поудобнее уселся на кресле, после чего бросил короткий взгляд на недоеденное пирожное и совсем другим тоном добавил: – Проехали! Ты же не просто так ко мне зашёл, Макс? Давай, из чего сегодня стрелять будешь?
Он взмахнул рукой, отправляя запрос на частичную синхронизацию допреала. Я на автомате принял его и тут же увидел широкий ассортимент огнестрельного оружия. Пистолеты, винтовки, дробовики, пистолеты-пулемёты и даже несколько автоматов. Названия, марки и страны-производители смешались в фоновый шум, пока на передний план выходили злобные изгибы и углы монстров из металла и пластика.
– Слушай, – перевёл я взгляд с оружия на лысую голову за стеклом. – А про что ты там в самом начале говорил? Новенькое что-то привезли?
На это Джеймс сверкнул зубами и вторым движением руки вывел новое окно. На меня посмотрели парные пистолет-пулемёты оригинальной конструкции. Их ствольные коробки были соединены с низом рукояток угловатой рамой, напоминающей самый обычный кастет. При этом боепитание осуществлялось от магазинов ёмкостью двадцать пять – тридцать патронов, полностью скрывающихся внутри той самой рамы-кастета. В итоге оружие выглядело немного грузно, но на самом деле было вполне компактным. Складывающийся приклад в собранном состоянии позволял вести огонь от бедра, а в разложенном – с упора. В общем, машинка мне понравилась, но первое впечатление бывает обманчиво, к тому же кастеты немного напрягали.
– Свободные есть? – поинтересовался я у внимательно наблюдающего за моей реакцией управляющего стрельбищем.
– Проходи во вторую секцию – там посвободней – и жди меня.
– Будешь лично презентовать? – Теперь уже я внимательно изучал знакомого.
– А то! Давно такой хорошей машинки не поступало. Жди!
С этими словами он довольно быстро для своей комплекции поднялся с кресла, не забыв схватить и отправить в рот остатки пирожного, и скрылся за мутной частью бронированного стекла, гремя какими-то железяками. Ну а я направился в указанную секцию. По пути встретил ещё пару знакомых ликвидаторов, коротко перебросился с ними ничего не значащими фразами и был таков.
Когда я вошёл во вторую секцию, там обнаружилось всего двое стрелков. Один их них – высокий и худой ликвидатор с тёмным ёжиком волос на голове. Кажется, Марк или Морк, – точно не помню. Он был ниже середины лиги, к тому же всё ещё новичок, так что пофиг на него. Второй оказалась…
– Стрекоза-а-а… – через силу улыбнулся я, делая первый шаг назад.
Глаза выглянувшей из-за перегородки девчонки мгновенно вспыхнули адским пламенем.
– Строгий!
Умудрившись прошипеть мой ник, несмотря на отсутствие в нём нужных букв, она выскочила в проход. Уже знакомый мне пистолет-пулемёт угрожающе блеснул в её руках, но тут стрельбище накрыл резкий вой тревоги, от которого мы оба, да и высокий новичок, присели.