Эстал: Война Двух Огней. Часть 2

Акт I. Закалка

Рамиль, Араксис и Аня, лежа на деревянном полу столовой, куда их перенесли товарищи, слегка постанывали в бессознательном состоянии. Крис, ворвавшись в здание, стояла над ними. Ее глаза светились красным огнем, показывая ей линии жизни и потоки энергии. Она много раз уже видела, как протекают болезни и прочие недуги, но ребята были полностью здоровы, что сильно озадачивало защитницу.

– Что с ними такое? Что нам делать? – сыпались вопросы со всех сторон.

– Им тесно внутри, – прорычал дракон.

– Кому им? – нетерпеливо спросила Крис, чуть не произнеся это вслух.

– Душам. Ты нанесла отметки, чтобы они могли войти в эти тела, но теперь этого недостаточно.

– И что теперь делать? – не унималась защитница, присев рядом и вытирая холодный пот со лба Ани.

– Дай им еще крови. Остальное зависит от них…

На мгновение Крис заколебалась, поддавшись панике, но взяла себя в руки и расстегнула верхние пуговицы на рубашке Ане, обнажив отметку в виде трех точек. Пальцы на левой руке защитницы превратились в длинные острые когти, одним из которых она проткнула палец на правой руке. Проступившей кровью она нарисовала почти идеально ровный круг вокруг трех точек. Кровавый след зашипел и стал частью рисунка. Спустя пару мгновений отметка засветилась ярко-красным светом, ослепляя присутствующих. Мгновение спустя все озадаченно смотрели на небольшое существо, свернувшееся на груди Ани. Его гладкая бордовая чешуя блестела в тусклом свете, наполнявшем столовую. Темно-красная шерсть на маленьких лапках и голове беспорядочно торчала. Длинные уши стояли торчком. Существо обернуло вокруг себя длинный гладкий хвост. Аня перестала стонать и елозить, теперь казалось, что она просто спит.

– Невероятно! – прохрипел дракон. – Это Хлоке!

– Хлоке? Что это такое? – непонимающе спросила Крис, слегка подуспокоившись, поняв, что может помочь ребятам.

– Самое близкое значение на вашем языке – это дитя души. Это часть души, которая может приобретать физическую форму. В ней заключена сила, что ты даровала им.

Не теряя время на расспросы, Крис нарисовала круги на груди и Рамиля и Араксиса. Во вспышках черного и желтого света появились еще два Хлоке, отличающиеся лишь цветами. Виви, которая только что пришла вместе с Астором, села рядом с Араксисом и робко прикоснулась к желтому Хлоке, осторожно проводя рукой по пушистой голове и гладкой спине. Существо было очень теплое. Поглаживая его, девушка почувствовала себя очень спокойной и даже немного счастливой. Повторяя за ней, Лума попыталась прикоснуться к Хлоке на груди Рамиля. Но маленькое черное существо вспыхнуло ярким светом и исчезло. Светящийся рисунок на груди Рамиля медленно погас, и юноша открыл глаза.

– Что случилось? – неуверенно заговорил он. – Где я?

– Я нашла тебя в кузнице на полу и принесла сюда, – тихо ответила Лума.

– Как ты себя чувствуешь? Где-то болит? – спросила Крис.

– Голова немного кружится, – ответил Рамиль, медленно поднимаясь. – Но тело такое легкое.

– Что это такое? – очнувшись и увидев Хлоке, завопила Аня. Маленький красный зверек вспыхнул ярким светом и исчез в груди девушки. – Оно внутри меня! Вытащите это! – продолжала вопить Аня.

– Тише-тише, – нежно обняв, успокаивала девушку Крис. – Все в порядке. Это часть тебя. Воплощение твоей силы…

Напуганная Аня, крепко схватившись за мать, громко плакала. Виви, забрав желтого Хлоке на руки, продолжала его гладить. Другие собравшиеся тоже хотели его потрогать, но зверек ловко избегал чужих прикосновений, запрыгав по рукам и плечам Виви. Очнувшийся Араксис приходил в себя, пытаясь вспомнить, что произошло. Увидев странное существо на руках своей возлюбленной, он тоже его погладил. Едва прикоснувшись к голове Хлоке, Араксис почувствовал, как кто-то трогает его голову. Но рядом никого не было. Тогда он слегка сжал лапу Хлоке и сразу же почувствовал давление в левой руке.

– Забавно, – произнес юноша и мысленно позвал Хлоке назад, словно делал это тысячи раз. Маленький зверек желтого цвета вспыхнул ярким светом и исчез в груди юноши.

Почувствовав прилив сил, он напряг правую руку, которая слегка вытянулась, покрылась густой бежевой шерстью, а на концах пальцев выросли длинные черные когти. Под восторг окружающих рука снова стала обычной, едва он ее расслабил.

Рамиль, глядя на это, прикоснулся к своей груди, слегка потирая отметку. Он тоже чувствовал прилив сил, но так как был сильнее любого из присутствующих, побоялся ее проверить.

– Теперь ты не просто Клинок, ты закаленный Клинок! – усмехнулась Лума.

– Похоже на то, – гордо ответил Араксис.

– Рамиль, – вмешалась в веселье Крис, – приведи сюда всех, кто видел тот сон.

– Виви и Лума видели, – ответил он. – Я пока за остальными.

Юноша вышел из столовой, а защитница попросила девушек показать свои метки. Первой стала Виви. Когда Крис нарисовала круг, девушка сообщила, что ощущает тепло в груди, и через мгновение на ее плече уже сидел желтый Хлоке. Когда Рамиль вернулся, Лума гордо показала ему черного Хлоке.

Всего с Рамилем пришло четырнадцать человек, каждому из которых Крис дорисовывала отметку ровным кругом. Под восторженные возгласы ребята увидели Хлоке зеленого и фиолетового цветов.

– А как быть с Крамом? – спросил Рамиль. – Он тоже видел сон, но он сейчас с мелкими на севере около Бездны проводит тренировку.

– Мы дождемся его, – ответила защитница, посмотрев на Астора. Центурион кивнул, понимая, что особо выбора у него нет. – А пока, полагаю, командующему нужны новые солдаты в твою центурию. Собери их в старом бараке…

***

Отряд из десяти человек во главе с Крамом быстро продвигался сквозь лесные заросли. Осень уже коснулась листвы, окрасив ее пестрыми цветами. Недавний дождь оставил за собой небольшие лужи и размыл пятна крови на одеждах подростков. Впереди показался высокий уже родной частокол. По обыкновению, они не стали обходить деревню, а ловко вскарабкались по плотно стоящим кольцом деревяшкам, высотой в два человеческих роста.

Первое, что бросилось в глаза – незнакомые солдаты, бродящие по узким улочкам. Новые лица были крайне редким явлением для деревни. Попрощавшись друг с другом, подростки разошлись по домам. Крам же направился к столовой. Если и были какие новости, то о них стоило спрашивать именно там. Как и ожидалось, мать была в столовой. А вместе с ней Манна, Аня, солдат в белом плаще с двумя огромными мечами за спиной и какой-то парень в треугольной шляпе со шрамом от ожога на правой щеке. Увидев Крама, Крис быстро вскочила и потребовала снять рубашку.

– Зачем? – опешил от неожиданности юноша, косясь на остальных.

– Просто сними ее! – продолжала требовать защитница.

Увидев легкий кивок Ани, Крам стал аккуратно расстегивать пуговицы одну за другой. Когда он оголил мускулистую грудь, защитница сказала, что достаточно, и велела не шевелиться. Ее внезапно появившиеся когти насторожили юношу. Проткнув палец, Крис нарисовала круг кровью, которая с шипением мгновенно впиталась в кожу. Крам все еще не понимал, что происходит, а когда знак на его груди засветился, так и вовсе отступил на два шага назад. Откуда ни возьмись, на его правом плече оказался черный чешуйчатый зверек с мохнатыми лапками.

– Что это за хрень? – вскрикнул он от неожиданности.

– Это Хлоке, – пояснила мать. – Воплощение твоей силы и часть твоей души… Остальное расскажет Аня, а мне пора…

– Пора? – опешил Крам. – Стой! Куда? А с этим что делать? – крикнул он вслед уходящей защитнице.

– Все вопросы к Ане… – крикнула в ответ Крис и скрылась в светлом проеме входной двери.

Манна и двое мужчин проследовали за ней. Аня подошла к юноше и тронула за свободное плечо, приглашая присесть и отдохнуть с дороги.

Бодрой походкой Крис направлялась на окраину поселка к дому, где жил Марел. Ему предстоял куда более сложный разговор, как она думала. И не ошиблась. Едва они подошли к небольшому деревянному домику с одиноким окном, послышались женские крики и звон бьющейся посуды. Спустя минуту дверь с грохотом открылась и на улицу выскочила Йоль. В двенадцать лет ее талия уже начала утончаться, небольшая грудь выпирала из-под одежды. Но самым запоминающимся в ее внешности были волосы, наполовину побелевшие, словно свежевыпавший снег.

Увидев Крис, Йоль фыркнула и пошла куда-то в сторону. Следом за ней из дома вышел Марел, по лбу которого текла кровь. Посмотрев вслед своей приемной дочери, он медленно подошел к ожидающим его.

– Опять психанула? – участливо поинтересовалась Манна.

– Да нет… не особо… – ответил отрядный, вытирая кровь. – Я думал, будет хуже. А так просто горшок в меня кинула… Быстрая, однако. Я даже среагировать не успел… Хотела с нами пойти…

– Бабы… – заключил Трэв. – Даже такие маленькие, а все равно бабы…

Манна сильно толкнула его локтем в живот, отчего Трэв закашлялся.

– Кажется, пару ожогов стоило оставить… – фыркнула жрица, которая последние дни хлопотала над его гноящимися ожогами. К сожалению, солдаты инженерной центурии не очень хорошие врачи, поэтому залатали Трэва как смогли.

Марел в сопровождении Манны и Трэва направился к южным воротам. Астор пошел в сторону старого барака, чтобы собрать две сотни воинов, которых за эти дни наделила силой защитница.

Крис же направилась в кузницу, чтобы собрать вещи. Из просторного каменного здания кузни, как всегда, раздавался звон молота, ударявшего об очередной будущий шедевр искусного мастера. Рядом, раздувая огромными мехами огонь в жаровне, трудился Рамиль. Завидев девушку, они отложили свои дела.

– Все-таки уходишь? – с ноткой грусти в голосе произнес Эмиль.

– Да, – с такой же грустью ответила Крис. – Оставляю деревню на тебя.

– Сделаю что смогу, но многого не жди от старика, – рассмеялся кузнец.

– А ты не взваливай все на себя! У тебя вон какой помощник есть, – улыбнулась защитница, кивнув в сторону юноши.

– От него дождешься помощи, как же, – произнес кузнец, улыбнувшись своей самой доброй улыбкой.

– Я постараюсь! – гордо заявил Рамиль.

Крис подошла к юноше, который был выше нее на три головы, хлопнула его по плечам, насколько позволял ее рост, и поднялась на второй этаж. На кровати, служившей ей долгие годы, уже ждал собранный мешок со сменной одеждой и огромный лук, обшитый железом. Сев на кровать, она положила оружие на колени и нежно провела по его плечам и тетиве.

– Я возвращаюсь, Элиот… – тихо произнесла она, едва сдержав слезы.

Снова взяв себя в руки, она перекинула сумку через плечо, повесила лук за спину и вышла из комнаты, случайно стукнув плечом лука о дверной косяк и выругавшись, словно та Крис, что сражалась бок о бок с центурионом двуручного меча, вернулась.

Все юноши и девушки, что называли ее матерью, все сорок три, включая Рамиля и Йоль пришли к южным воротам, чтобы попрощаться. Йоль подошла к отцу и сухо пожелала не помереть. Когда колонна покинула деревню, местные вздохнули с облегчением. Такое количество солдат заставляло нервничать изгоев, хоть те и относились к ним как к людям.

Дорога до Олсбея заняла три дня. Оставив небольшое войско за городскими стенами, Астор и Крис сопроводили Манну до храма. В храм девушка зашла одна. К большой удаче прямо в главном зале она встретила давно знакомого смотрителя. Недолго думая, девушка достала письмо с печатью смотрителя кахаллинского храма и направилась к старшему жрецу.

– Карл-ихи, вы помните меня? – сходу спросила она. Жрец обернулся и, видя знакомое лицо, судорожно вспоминал, где и когда ее видел. Табличка и кулон на ее шее подсказали имя и ранг, но остальное было словно в тумане.

– Манна-тун! – воскликнул он. – Конечно же помню. Какие дела тебя привели в наш светлый храм?

– Не помните, полагаю, – съязвила девушка.

– Что ты, конечно же помню! – отнекивался Карл. Но после выжидающего взгляда Манны добавил: – да, не помню. Прости… Так что у тебя за дело ко мне?

– Я пришла привести в порядок ваш архив, – протянув письмо, очень громко ответила девушка. Ее голос эхом разлетелся по залам огромного храма.

– Что ж ты так кричишь? – слегка зажмурившись, произнес смотритель, читая содержимое письма.

Пока он пробегался по строкам, по храму стали разноситься громкие шаги металлических сапог. Повернувшись на звук, старший жрец увидел воина в белом плаще с двумя огромными мечами за спиной. Центурионы были редкостью в этих краях, и смотритель явно занервничал при виде приближающегося воина.

– Смотритель? – воодушевленно начал Астор. – Отлично! Собирайся! Поедешь со мной!

– Куда? – опешил Карл.

– На фронт! – выпалил центурион-страж. – Моей центурии недостает лекаря, а ты выглядишь умелым!

– Я не могу! – задыхаясь от волнения, произнес смотритель. – Я нужен здесь…

– А? Ну ладно. Тогда пусть она едет! – кивнув на Манну, ответил Астор. Карл с ужасом посмотрел на девушку.

– Я согласна! – всеми силами сдерживая смех, произнесла жрица. – Вы не против, Карл-ихи?

– Но как же архив?…

– Так, смотритель, – Астор перешел на грозный тон. – Или ты, или она. Решай, я тороплюсь…

– Она, – в панике выпалил старший жрец.

– Вот и славно! – восторженно произнес центурион. – Пойдем, жрица. Смотритель уладит все формальности!

Резко развернувшись, Астор звонким шагом направился к выходу. Манна смиренно последовала за ним, оставив позади смотрителя, мокрого от проступившего холодного пота. Едва они вышли из храма, девушка громко рассмеялась, сетуя, что Крис не видела лицо Карла. Едва она закончила, как к ним подбежал воин в желтом плаще. Встав перед центурионом по стойке смирно, он стукнул правым кулаком по нагруднику.

– Господин центурион, – начал воин. – Мне доложили, что вы прибыли в город. Позвольте поинтересоваться, по какому делу?

– Вольно, легионер, – снисходительно произнес Астор. – Я тут мимо проходил.

Под озадаченный взгляд легионера, Астор и Манна перешли на другую сторону площади, что расстилалась перед храмом, где их ждала Крис. Центурион молчаливо шагал в сторону северных ворот под болтовню неугомонной Манны. Удивительно, но ему показалось, что он даже соскучился по ее звонкому голосу. Жаль, что вот так вместе поболтать они могут лишь на линии фронта уже казавшейся бесконечной Войны Двух Огней.

***

Зима в этом году выдалась ранняя. Первый снег выпал в последние дни осени. В лучах зари белое покрывало окрашивалось золотыми цветами. Выдыхая густые клубы пара, перед дверьми кузницы стоял Рамиль, глядя, как в небесах гаснут последние звезды. В руке в ножнах после утренней тренировки юноша держал меч. Хоть он и практиковал простые взмахи, но рукоять меча сильно погнулась, не выдержав крепкой хватки.

Прошло уже несколько десятков дней, как его Хлоке пробудился. Хоть с виду Рамиль мало изменился, он ощущал огромную силу, наполняющую его тело. Теперь даже самый прочный каленый клинок крошился в его руках, словно весенний лед. Видимо, пришла пора сделать то, на что он никак не мог решиться уже пару лет.

Глубоко вдохнув и медленно выдохнув, он робко вошел в здание кузницы. В жаровне тлели угли после вечерней работы. Все инструменты были аккуратно разложены по своим местам, фартуки висели на стене. Железная пыль вокруг точильного камня сметена и собрана в мешок. Легкое потрескивание углей и тихое завывание ветра на улице нарушало тишину морозного утра.

Над верстаком, где Эмиль иногда строгал рукояти для топоров и лопат, на огромных металлических крюках, приделанных к стене длинными толстыми болтами, одиноко лежал покрывшийся пылью огромный черный меч. Рамиль долго смотрел на него, собираясь с мыслями. Даже для матери он оказался не по зубам: слишком тяжелый и острый. Положив тренировочный меч на верстак, юноша коснулся черной матовой рукояти. Его прикосновения оголяли блестящий металл, оставляя на пальцах пыль. Крепко его сжав, он с удивлением обнаружил, что хоть с небольшим трудом, но может поднять его одной рукой. А ведь этот меч весил больше лошади.

Проверяя остроту, юноша провел пальцем по кромке лезвия, оставляя кровавый след. Меч действительно оказался невероятно острым, только вот на пальце не осталось даже царапины. Его раны, как и раны других Черных Клинков, затягивались почти мгновенно. Даже переломы срастались за несколько минут.

Забрав с собой меч, он вышел из кузницы, перебрался через частокол, вдоль которого больше не ходил солдатский патруль, и направился на тренировочную площадку, где его и других детей почти ежедневно тренировали Марел и мать на протяжении пяти лет.

Солнечные лучи уже крались по стволам деревьев вниз к земле. Встав в стойку готовности, Рамиль сделал несколько последовательных взмахов, привыкая к огромной инерции меча. Если достаточно разогнать его, то его уже ничто не остановит. Рамилю хотелось проверить остроту меча в деле, но толстые стволы деревьев, и даже вековые дубы казались слишком хрупкими для этих целей. Нужно что-то более прочное и большое, например, скала. И ближайшая такая была в двух днях пути на северо-восток, именуемая Искрящимся водопадом.

Недолго думая, юноша крепко схватился за рукоять и, едва солнце коснулось земли, и со стороны деревни послышались первые голоса, со всех ног бросился бежать. Его скорость стала выше, выносливость не шла ни в какое сравнение с тем, что было. Теперь он мог сохранять самый быстрый темп без остановки почти весь день. Правда после такого ему приходилось съедать половину кабана, иначе голод не давал уснуть.

Но даже его скорость и быстрая реакция уступали Желтым Клинкам. Мать могла превращать свои руки в смертоносное оружие с длинными черными когтями. Клинки же полностью превращались в зверей, с длинными мощными лапами, вытянутой пастью, полной острых зубов, у них отрастали длинные пушистые хвосты, по форме напоминающие лисьи. И двигались они невероятно быстро, меняя свою траекторию на огромной скорости.

На дальние расстояния быстрейшими оказались Фиолетовые Клинки. Мимолетного взгляда хватало, чтобы найти точку прыжка. Они даже устраивали соревнования, кто быстрее сделает круг вокруг деревни, на который им достаточно было пары секунд.

Зеленые Клинки поражали остротой своего зрения. В полной темноте они видели как днем, а небольшие капли на листьях после дождя могли использовать как линзы, благодаря чему могли рассмотреть, что происходит в тысячи шагах за густыми деревьями.

Черные Клинки могли похвастаться огромнейшей силой и способностью мгновенно заживлять свои раны. А вот Красные Клинки казались обычными. Их сила и скорость оставались на прежнем уровне, что вызывало еще больше насмешек над Ануром – единственным парнем с красным Хлоке. Однако, они могли видеть линии жизни даже сквозь препятствия. Так Аня указала селянам на всех кротов, прячущихся в земле и готовящихся к зимовке. Поэтому в следующем году одним вредителем на полях будет меньше.

Поужинав пойманным кабаном, Рамиль улегся спать под деревом, расчистив снег, чтобы одежда не сильно намокла. К обеду следующего дня он был на месте. Вода в водопаде уже начала замерзать, приобретая причудливую форму.

Юноша уже привык к весу меча. Снова сделав пару тренировочных взмахов, он со всей силы ударил по скале. Широкое лезвие полностью вошло в твердый камень и застряло. Приложив усилие, Рамиль освободил клинок и, крепко взявшись за него двумя руками, разогнал лезвие насколько позволяла его сила. Скрежет разнесся над лесом, вспугнув сонных птиц. Меч прошел скалу насквозь, высекая искры и оставив в ней ровную линию. Верхняя часть немного сползла вниз и остановилась. Меч буквально разделил камень на две части. Не зря он носил незамысловатое имя Разделитель.

На лезвие не осталось ни царапины, оно ни капли не утратило остроту, словно меч был неразрушим. Оставшись довольным проделанной работой, Рамиль еще некоторое время поупражнялся, а после направился домой.

Вечером следующего дня он уже шагал по каменным улицам деревни, под удивленные взоры держа в руке огромный черный меч. Эмиль по своему обыкновению закончил работу на закате и уже убирался в своей мастерской, готовя ее к новому рабочему дню. Мельком взглянув на перепачканного подмастерья, он сухо спросил:

– Ну, и как тебе Разделитель?

– Он прекрасен, – восторженно ответил Рамиль, завороженно глядя на черное лезвие. – Надо только что-то придумать с креплением на спину, а то всегда носить его в руке не удобно…

***

Хрустя свежевыпавшим снегом, Крис шагала вслед за Астором по вечерней каменной мостовой, ведущей ко дворцу. Ее старая кожаная броня долгие годы пылилась на складе столичного гарнизона. И вот наконец настал ее час. Однако шнуровка на боках так и не сошлась. Девушка успокаивала себя, что это доспех от времени стал меньше, но кожевник мрачно покачал головой. Сидя в плохом настроении, защитница ждала, когда ее броню перекроют и подгонят под ее размер. Как только работа была выполнена, она вместе с Астором отправилась на аудиенцию к императору.

Длинные извилистые дворцовые коридоры с трудом всплывали в ее памяти. Она была тут словно впервые. А вот огромные двери, разделявшие тронный зал и зал ожидания, она хорошо помнила. Как и всегда, пришлось подождать долгое время, прежде чем двери отворились. Первым вошел центурион, а следом и она, повторяя все за ним. Встав на колени, они склонили головы, ожидая, когда им позволят говорить.

– Перед вами его милость двадцать первый император великой империи Ларемара – Освальд, сын Ивора из рода Блэр, и его супруга – Лилит из рода Блэр, – неожиданно раздался голос командующего. – Защитница Крис, мы счастливы видеть тебя в добром здравии!

– Защитница? – раздался громкий женский голос. – И где была эта защитница, когда в западных городах гибли люди? Кого она защищала?

– Лилит, – хмуро произнес император. – Я уже говорил, отослать ее было моим решением. Я самонадеянно полагал, что имперские солдаты справятся и без нее.

– Прошу простить, ваша милость, – отозвался Фернанд. – Император был тогда еще юн и неопытен. А я и Кристоф-ноо дали ему неверный совет. Это всецело наша вина…

– Какая разница, кто виноват! – на грани истерики кричала императрица. – Мертвых это уже не вернет. Защитница, если ты и правда так сильна, то отомсти за всех! Отомсти за жителей Круселя! Отомсти за мою семью!

Послышались быстрые удаляющиеся шаги, звон которых растворился в длинных коридорах. Астор и Крис недвижно стояли с опущенными головами и украдкой переглядывались.

– Прошу простить мою супругу, – после продолжительного молчания произнес император. – Она тяжело переживает утрату семьи… Защитница, я отдам лишь один приказ: защити то, что осталось от империи. Любой ценой!

– Слушаюсь, ваша милость, – громко ответила девушка.

– Фернанд, остальное за тобой. – добавил император и, судя по звукам, встал с трона и направился прочь.

– Как прикажете, ваша милость… – ответил командующий под звук шагов уходящего Освальда. Когда настала тишина, он снова обратился к гостям: – Можете подняться.

Крис медленно поднялась и взглянула на два пустующих трона, рядом с которыми одиноко стоял пожилой воин, облаченный в вороненые доспехи, укрытые черным плащом. На немой вопрос защитницы командующий ответил, что приближенный тяжело заболел и не может выполнять свои обязанности в полной мере. А после предложил пройти в свой кабинет.

Спустившись по мраморным ступеням, старик тяжелым шагом пересек тронный зал. Астор и Крис молча следовали за ним. Девушка помнила его куда крепким и полным сил. Теперь же казалось, что от него осталась лишь пустая высохшая оболочка. Но даже сейчас он верно нес службу короне.

И снова длинные коридоры, в каждом из которых несшие караульную службу солдаты приветствовали офицеров ударом латных перчаток о металлические нагрудники. Спустя несколько поворотов они подошли к ничем не примечательной двери, у которой стояли два ординатора. Один из них открыл дверь перед командующим, и Фернанд в сопровождении Астора и Крис вошел в свой кабинет.

Внутри как по команде с мягких кресел поднялись два центуриона, приветствуя старика. Фернанд скомандовал «Вольно», и Астор пожал руку каждому из них.