Мира.Изгой.

Глава 14

Мира

Раздался стук в дверь, я знала, это Алекс.

— Заходи, я жду тебя.

— Доброе утро, любимая! Как ты?

Последовала попытка меня поцеловать и взять за руку, от которой я ловко увернулась.

— Нам нужно поговорить…

— Конечно, внимательно тебя слушаю.

— Алекс, я думаю, нам стоит расстаться. Не хочу вставать на пути вашего счастья с Мирой.

Алекс непонимающе смотрел.

— Это она тебе что-то сказала? Кого ты слушаешь? Неужели ты мне не веришь?

— Я не сильна в выяснениях отношений, поэтому скажу просто как есть. Вчера я гуляла в парке и стала невольным свидетелем ваших разборок с Мирой, ну и всего остального…

Отвела глаза в сторону, даже сейчас воспоминание о том, что произошло между ними, меня вгоняло в краску.

— Не может быть! Ты что, шпионила? Как ты можешь нарушать личные границы?

— Просто выйди из комнаты, и всё, по-моему, очевидно, что обсуждать нам больше нечего.

— А я так не считаю! Ты меня обнадёжила, я строил планы на будущее, а теперь что?

Сейчас была моя очередь непонимающе смотреть, я поражалась такой наглости и лицемерию.

— Алекс, я правда не умею скандалить, строить интриги, поэтому вряд ли смогу тебе составить пару в обсуждении этого вопроса. Мне нечего сказать, кроме того, что мы не будем теперь встречаться. У меня сейчас урок, можешь меня оставить?

Алекс растерянно попятился назад, пытаясь осмыслить неожиданную новость. Я же, дождавшись момента, когда он переступит порог, закрыла дверь и была горда собой. Как я его лихо и хладнокровно! Всё, никаких посторонних касаний, никакой любви, буду серьёзно заниматься наукой. Прикрепила к стене задачку, над которой мне сказал подумать Даниил Харитонович, и мгновенно пришёл ответ. Вне себя от радости записала его в надежде хоть чем-то порадовать учителя! Очень собой гордилась!

Как-то в начале наших занятий учитель математики мне сказал: «Вы не способны к точным наукам, считаю, ни к чему эти мучения не приведут. К тому же второй раз вы не выполняете домашнее задание».

В тот момент я расплакалась, мне было неприятно это слышать. Но хорошенько подумав, решила не бросать. Конечно, совсем не потому, что мне нравился этот предмет, наоборот, хотелось доказать, что не тупая, что смогу осилить эту точную науку. Если судьбой мне дан шанс, то я непременно им воспользуюсь.

На следующий день учитель вернулся:

— Вы хорошо подумали над моим предложением? Если нет желания, нет смысла ввязываться в это, тем более я убеждён, у вас найдутся более интересные занятия.

— Я буду продолжать заниматься, — ответила уверенно.

Он больше не сказал ни слова, и мы продолжили в том же темпе. Огромная самостоятельная работа и вечное недовольство. В какой-то момент я смирилась и перестала принимать его слова близко к сердцу. Это был дедуля лет, наверное, семидесяти. Раньше он, кажется, был ректором какого-то университета, а теперь… А теперь осталось то, что есть. Учить нерадивых учеников. Вот он и злится. Только вот я тут ни при чём.

Даниил Харитонович. Таких имён я раньше и не слышала. Худощавый смуглый старик с густыми седыми кучеряшками, живыми карими глазами, которые порой так осуждающе смотрели в ответ на ошибку, что хотелось провалиться сквозь землю. Одет всегда официально, костюмы не из новых коллекций, видно, из прошлых запасов, и сидят уже не по фигуре. Очевидно, раньше он был выше и полнее. Очки. Не представляю, где он взял, в продаже их давно нет, все делают операции, они доступны любому. Он словно застрял в прошлом и не желал оттуда выбираться.

А может, он просто меня ненавидел, потому что я «светлая»? Почему нет? Не исключено, что он полон предрассудков, хотя Даниил Харитонович точно не может быть глупым и думать, что мы всему виной. В моей голове кружилась уйма вариантов, которыми я оправдывала его недоброжелательное поведение.

Он всё куда-то спешил, и его жутко раздражало, что я медленно осваиваю материал. Но математика в моей жизни закончилась на четвёртом классе, это базовая программа, которая учила считать в пределах миллиона, и всё.

Так мы и работали: десятки примеров на дом, интенсив на уроках и ни слова одобрения моих усилий. Меня уже мучил вопрос, будет ли перерыв в наших занятиях? Но задать я пока его не решалась. Как всегда, испытывала неудобство, да и боялась, что учитель вообще от меня откажется.

— Аскар, а что будет, когда тебя не станет? Что станет со мной и со всеми.

Повисла пауза.

— Люба, а я не собираюсь умирать, здоров как бык, так что давай не будем о плохом.

Из этого я сделала вывод, что плана Б нет. Меня это пугало. Аскар, будто прочитав мои мысли, тоже посерьёзнел.

— Я всё понимаю, за нас некому будет заступиться, и возможны всякие ужасные варианты. Но, может, как-то можно подготовиться заранее, сбежать куда-нибудь.

— Если честно, вижу только один выход. Скрывать мою смерть, пока это будет возможно. Мой клон готов, в него заложена вся информация, и надеюсь, в нужный момент он не заглючит.

Всё оказалось намного хуже, чем я думала.

— Люба, это правда может наступить нескоро, человеческие ресурсы жизни увеличены, живём два века.

— Правда? — я была искренне удивлена.

— Да. Не все, конечно, но у меня есть доступ к обновлению.

— Это и правда может быть выходом… — облегчённо вздохнула я. Задумалась и неожиданно для себя выдала:

— А ты никогда не хотел ничего поменять?

Повисла пауза. Но я не сомневаюсь, Аскар понял меня правильно и лишь раздумывал над ответом.

— Люба, я трус.

— Неправда! Ты так много всего делаешь и всем помогаешь, — принялась возмущённо ему противостоять.

— Девочка, я знаю, что говорю. Я плохой человек, и я вовсе не кокетничаю. Просто теперь уже поздно что-то менять.

Cлушала и не верила своим ушам. Что он говорит? Как ОН может быть плохим?

— Аскар, я никогда не встречала никого лучше тебя. Важно, что о человеке думают другие. Тебя все любят.

— Люба, ты ещё глупенькая и совсем молоденькая. Ты потом поймёшь весь ужас моих поступков. Единственная моя смелость заключается в том, что я всё открыто говорю и не хочу показаться лучше, чем есть на самом деле. Давай оставим этот разговор. Не обижайся, ты просто не способна понять всего. Когда-нибудь… ты вспомнишь наш разговор и осознаешь, что я имел в виду.

— Нет, я понимаю, за что ты себя коришь. Но у тебя впереди ещё сто лет. Есть время всё исправить!

— Нет. Я не представляю как? Как всё исправить после тотального разрушения? Поджечь и спровоцировать легко, а созидать очень сложно. У меня нет на это сил и смелости. Я не из того сорта людей, понимаешь?

— Ты же создал здесь, у себя рай на земле? Чем это не созидание?

Он снисходительно улыбнулся, и я догадалась, что не понимаю чего-то важного, а он не хочет опережать моё развитие и выдавать готовый ответ.

Остановилась и не стала больше ничего говорить, очевидно, что та информация, которой я владела, была лишь верхушкой айсберга.

— Люба, живи как хочется сейчас, неизвестно, сколько нам отмерила судьба.

Мне совсем не нравились эти слова, потому что полная неизвестность впереди очень пугала. А ещё жить просто для того, чтобы хорошо есть и одеваться, не желала. Я определённо точно хотела от жизни чего-то большего, но пока не понимала чего.

Визуализация главных героев

Глава 15

Мира

Опять гонка, опять я теряюсь от несдержанности Харитоныча, меня это расстраивает, и я злюсь. Прежде всего на себя, ну и на него, конечно. Учитель, в конце концов, он, — мог бы подстроиться под ученика. Вырывается:

— Даниил Харитонович, я не пойму, почему вы так спешите? Ведь в этом проблема. Я просто не могу так быстро всё усвоить. В моей голове хаос.

— Мира, как ты не понимаешь, у нас очень мало времени!

Поднимаю на него глаза и застываю на пару секунд. Откуда? Не может быть, чтобы он знал обо мне правду!

— Мира? Я Люба. Вы что? — сыграла я правдоподобно на сто процентов. Он стушевался. Впервые в жизни видела растерянного учителя, который понял, что сделал что-то не так.

— Да, конечно, я знаю. Просто перепутал вас с другой ученицей. У вас же в доме есть Мира?

— Да, — скромно и тихо отвечаю я и на всякий случай не вдаюсь в подробности, что в этом доме никто в здравом уме и памяти не будет заниматься добровольно математикой. Тем более с таким учителем.

Понимаю, он не ошибся, он точно знает моё имя. Только вот откуда. Напрямую спросить не могу, боюсь. Много чего может произойти. Нет, я не выдам свою тайну под страхом смерти. Он не из «светлых», а значит, может быть врагом.

— Так почему у НАС мало времени? — вкрадчиво спрашиваю я, и Даниил Харитонович тяжело вздыхает и смотрит в мои глаза тяжёлым, уставшим взглядом. На миг представляется, что он возлагает на меня какие-то особенные надежды, но с чем они связаны, не могу понять. И впервые он улыбается мне и говорит намеренно весело, хотя это вовсе не то, что думает и чувствует:

— Замуж засобираешься, какие уж там знания. Детишки пойдут. А без хорошего образования нынче пропадёшь.

И вот тут должна отметить, что учитель математики — слишком плохой актёр. Как он вообще выживает в этом мире? Всё это очень странно, словно какая-то загадка, которую я должна разгадать. Но я не понимаю, с какой стороны подступиться.

— Нет, не переживайте. Это точно не моё. Уж лучше математика, — говорю на полном серьёзе. В свете последних событий для меня путь однозначен.

Тут уж Даниил Харитонович искренне рассмеялся до слёз.

— Ну скажешь тоже. Тебе всего девятнадцать лет. А ты разбрасываешься такими словами.

— Мне восемнадцать, — поправляю я его.

— Вот тут я готов поспорить…

Опять кидаю на него пытливый взгляд, но он уже пишет на доске новый пример как ни в чём не бывало. Что ж, Даниил Харитонович победил даже меня в таинственности и секретах. И мне ничего не остаётся, как замолчать и следовать за ним. Стоит повременить с расспросами и быть предельно осторожной.

Опять приходит Алекс, вежливо его посылаю, и теперь все мои мысли заполнены учителем по математике. Пользуясь секретным доступом, поднимаю все материалы по Харитонычу и с любопытством маньяка вчитываюсь в каждую строчку его биографии. Ничего странного не нахожу. Кто он?

Бреду задумчиво, пытаясь найти ответ на загадку с возрастом. Но тут полная засада, я сама знаю только год, поэтому пятьдесят на пятьдесят: либо мой день рождения уже был, либо будет. На дворе июль. Но он, кажется, знает точно. Откуда? Даниил Харитонович знает меня лучше, чем я сама? А может, это блеф? От таинственности ситуации меня потрясывает: я и боюсь, и предвкушаю что-то очень важное. Спотыкаюсь на ровном месте, падаю на дорожку из гальки. Больно и, кажется, до крови. Сразу прихожу в себя и осознаю реальность, но не тороплюсь вставать. Я настолько была погружена в свои мысли, что вернуться мне сложно.

Ко мне подбегает садовник, помогает встать, благодарю его, и когда поднимаю на него взгляд, почва опять уходит из-под ног. Я падаю в обморок, а сильные руки мужчины меня подхватывают, и это последнее, что я помню.

Брызги холодной воды приводят меня в чувство, но, открыв глаза, я отнюдь не успокаиваюсь. Передо мной чёртов сосед с дредами, который замутил с Луизой. Я тупо на него смотрю, и меня посещает явно глупая мысль о том, что, может, он меня и не узнал. Ведь я сильно изменилась. Парень сидит очень близко и внимательно, выжидающе смотрит. Мы оба молчим. Ничего не хочу говорить только из вежливости и желания заполнить образовавшуюся паузу.

— Вам лучше?

— Кажется, да.

Тут мой взгляд опускается на окровавленную коленку, которая торчит из порванных льняных брюк.

— Может, вызвать медсестру?

— Не-ет, не надо. Наверное, просто ударилась головой, когда упала.

Смотрим друг на друга, и никто не собирается признаваться в том, что мы знакомы.

— Ну ладно, мне, пожалуй, легче, спасибо вам за помощь.

— Может, промыть рану? А то вдруг заражение.

С ужасом смотрю на него, представляя, как это будет происходить.

— Нет, спасибо, я сама. Думаю, вряд ли такая рана приведёт к заражению. Просто царапина.

— Если что, всегда к вашим услугам, — говорит Ака с ужасно знакомой улыбкой. И почему-то меня это вгоняет в краску, опускаю взгляд и тороплюсь уйти.

Забравшись на дерево, как подросток, пытаюсь прийти в себя. Не готова сейчас вообще ни с кем контактировать.

Какова вероятность того, что Ака здесь оказался случайно? Без сомнения, она равна нулю. Слёзы катятся по глазам, теперь неприятности не просто мерещатся, они стучатся ко мне в дверь. У меня ужасно плохое предчувствие чего-то неизбежного. В один миг рай закончился, и мир опять наполнился тревогой. Я лезу за платком в карман и нахожу там лист бумаги. Открываю и вижу целое послание, написанное аккуратным, практически каллиграфическим почерком.

«Мира, Акачи поможет тебе сбежать из дома Аскара. Верь ему. Скоро увидимся. Лана».

Скомкала лист бумаги и расплакалась. Весь ужас был в том, что я никуда не хотела уходить. Мне нравилось здесь. Как не вовремя всё это! Ещё пару месяцев назад я бы всё отдала за такое послание, а сейчас… Хотелось сделать вид, что его не было.

Не хочу никуда уходить! Мне здесь нравится, и меня здесь любят! Только я избавилась от одиночества и обрела близкого человека, как нужно куда-то бежать? Причём я понятия не имею куда! Слезла с дерева и решительно направилась к себе в комнату.

У дорожки стоял Ака и смотрел на меня, словно ожидая чего-то. Я абсолютно равнодушно прошла мимо. Не было никакого письма! Не было, и всё тут!

Глава 16

Акачи

Последний мой заказ оказался очень экзотическим. Никак не мог понять, почему выбрали именно меня. Через десятые руки объяснили, что нужно перевезти девушку из пункта А в пункт Б. И не так это казалось сложно на первый взгляд, обычно я перевозил головорезов или уголовников, иногда сбежавших жён, это было гораздо сложнее. Но потом начали всплывать детали. «Светлая», а пункт Б на краю света, которого нет на карте. Правда, и награда была неплоха. Домик в лесу, в полной безопасности и уединении. Такое мне не светило никогда в этой жизни, и я ре

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.