Караул! Яга сбежала!

Глава 10

Трудились мы, не покладая рук. Помимо уже увиденного с порога беспорядка, меня поджидал «сюрприз» на кухне: куча битой посуды, скинутые на пол полотенца, печка, измазанная полосами бордового цвета. Как пояснила Василиса, это следы свекольного сока.

Да, Елена Прекрасная постаралась на славу. Что же это за крепкая ссора у девиц была?

Пока я собирала разбитые черепки с пола, Василиса, вооружившись тряпкой, пыталась придать печке первозданный вид. Но сок въелся уже довольно глубоко.

— М-да… — осознав тщетность своего занятия, она кинула тряпку на шесток и плюхнулась на табурет, подозрительно скрипнувший под тяжестью Василисы. — Теперь только белить заново. Ить, малахольная.

Повздыхав, она принялась помогать мне, и вдвоем мы быстро управились с кухней. Я получила новое задание: расставить книги на полку, причем не абы как, а строго по алфавитному порядку. А сама хозяйка жилища отправилась раскладывать вещи на место.

Пару раз я порывалась отпустить Кощея, ведь он там ждет, томится. Но Василиса не позволяла отвлекаться от работы, строго следила, чтобы мои руки всегда были заняты делом.

Мне казалось, что рано или поздно Кощей сам не выдержит и поинтересуется, скоро ли я? Но каждый раз, глядя в окно, замечала одну и ту же картину: Кощей сидел на траве перед палисадником, прислонившись к невысокому заборчику, а Мрак переминался с ноги на ногу возле хозяина.

Не знаю, сколько времени прошло после начала нашей кипучей деятельности, но только когда последняя пылинка была выметена из избы, Василиса успокоилась.

— Ну что, можно и подкрепиться? — повеселела премудрая, осматривая чистоту вокруг. — Разговоры лучше вести за столом. Садись.

Кивнув мне на широкую деревянную лавку, она направилась к печке, извлекла оттуда чугунок, приподняла крышку, и по избе поплыл густой аромат травяного настоя. Василиса повела носом:

— Готово, как знала, что пригодится. С утра укрепляющий сбор заварила.

Разлила по глиняным кружкам, чудом уцелевшим в битве, темную горячую жидкость зеленого цвета и поставила на стол.

— Прости, пирогов нет, — кивнула на потолок, где еще недавно виднелись пятна от начинки.

— Ничего, отвар так отвар, — я порадовалась, что успела отобедать у Ивана, если бы не его гостеприимство, не знаю, как бы продержалась до вечера.

Удовлетворенно кивнув, премудрая опустилась напротив меня и, подперев пухлую щеку рукой, велела:

— Рассказывай, чего хотела-то, Яга?

С чего бы начать? Решила, что лучше всего с самого начала. Получилось что-то вроде: «Люди добрые, сами мы не местные, помогите, чем можете…»

Василиса слушала молча, лишь изредка бросая задумчивые взгляды в окно на дожидавшегося там Кощея.

— Попала ты, Славка, — прокомментировала она мой рассказ, в котором я успела и поплакаться, и представиться. — Непросто тебе будет вернуться. То, что ты слова запомнила — это хорошо. Знаю я, в какой книжке обряд искать, бабка хвалилась, что способ нашла в книге древней. Вряд ли она ее с собой потащила, дома, поди, в чулане стоит. Это я тебе помогу. Поглядим, что за зелье для этого варено, соберем травушку, высушим. И поминай как звали.

Я не разделяла оптимизма премудрой. Феофан говорил, что у меня нет назад хода, а у нее все так просто? О чем честно и сказала.

— Ой, да брось ты, много твой бирюк понимает, — легко отмахнулась Василиса. — Завтра на рассвете приду, будем думать.

«На рассвете? — задумалась я. — Нет, дело не в том, что я не встану так рано, а в том, что, скорее всего, окажусь не совсем дома. Предыдущие две ночи я провела в доме Кощея, и, скорее всего, так будет и завтра. И послезавтра, и послепосле…»

Мысли окутал странный туман, нахлынули воспоминания о приятном пробуждении в крепких мужских объятиях. Я смотрела на то, как беззвучно шевелятся губы Василисы, совершенно не улавливая смысла сказанного.

— Так что, поможешь? — только и расслышала последнюю фразу я.

Что ей сказать? Что прослушала все, что она говорила? В своем мире так бы я и поступила. А вот в сказочном лучше держать ухо востро. Мало ли какую помощь она просила, учитывая, что я пока Яга. Поэтому я виновато склонила голову и чистосердечно призналась:

— Прости, я задумалась и все пропустила.

— Да ешки-матрешки! — всплеснула руками Василиса. — Я тут ей душу выворачиваю, а она… Тьфу! — обиженно отвернулась к окну.

Но долго дуться не стала, за что ей большое спасибо. Повторила свой рассказ, суть которого сводилась к тому, что давний спор с Еленой Прекрасной перерос в ссору. Не могут две девицы жениха поделить — Ивана княжича. Каждая ему в жены метит.

— Ну какая из Елены княжна? — возмущалась Василиса. — Да она даже грамоте не обучена! Только и знает, что перед зеркалом весь день вертеться. По сто нарядов сменит, пока на улицу выйдет.

Она смотрела на меня, ожидая моей поддержки.

Я, конечно, кивнула, но про себя подумала, что наличие мозгов в случае супружества с высокопоставленным мужчиной не всегда обязательно. Сколько таких примеров в моем мире? Миллионы!

— То ли дело я! — произнося эти слова, Василиса распрямила плечи, задрала пухлый подбородок повыше, демонстрируя себя во всей красе. — Умная, пригожая, скромная, хозяйственная…

«Сам себя не похвалишь — никто не похвалит», — усмехнулась я про себя. Вслух же спросила:

— И что ты предлагаешь? Зелье приворотное? — единственное, что пришло мне в голову при виде такой красоты.

— С ума сошла? — отшатнулась премудрая. — Зачем мне муж безвольный нужен будет? Не-е-ет, мне надо, чтобы Иван сам полюбил, добровольно!

По-моему, миссия невыполнима. Учитывая, что Иван во все глаза глядит на меня, развернуть его взор на Василису… Я даже не знаю, с чем это сравнить.

— А если не сможешь, ежели на Еленке женится, то я, то я... И помогать тебе не стану! Вот! — припечатала сверху премудрая, видя мои сомнения.

Пришлось соглашаться. А что мне еще оставалось?

— С чего начнем? — поинтересовалась Василиса, заставляя меня задуматься.

А и правда, с чего? Может, дело им общее поручить, чтобы общались подольше, да никто не смел мешать.

— Когда знакомить нас собираешься? — вырвала меня из раздумий Василиса.

— Вы что, еще не знакомы?! — почему-то такая мысль мне в голову не могла прийти.

Девица пожала плечами, мол, что тут такого? И у меня возник план, правда, для его реализации мне потребуется немного времени и помощь друга.

Мы еще немного поболтали с Василисой. Я поинтересовалась, почему она не воспользовалась самобранкой? Оказалось, что таких удобных девайсов всего два — у Яги и Кощея. Одежду здесь все шьют сами, а кто побогаче, тот к Марье искуснице обращается.

Яблочком волшебным, которое я понадкусывала, Василиса по осени с удовольствием поделится, придется подождать. Продукты на базаре берут, но можно и с кем-то из местных сговориться, и те с удовольствием продадут.

«Это, конечно, здорово, вот только денег у меня нет. Надо бы заработать хоть пару монет», — с такими мыслями я покидала Василису, договорившись завтра встретиться.

Правда, время с рассвета на полдень подвинула. Мне еще успеть вернуться надо.

Приблизившись к Кощею, я обнаружила, что он спит, откинув голову назад. Капюшон сполз, и я беспрепятственно смогла его рассмотреть. Никакого чудовища, лишь уже хорошо знакомый мне черноволосый красивый мужчина. Во сне его черты стали мягче, и мне нестерпимо захотелось коснуться его, что я и сделала. Легонько положила ладонь на щеку и провела большим пальцем по колючей щетине. От прикосновения Кощей заворочался и распахнул глаза. Он на мгновение застыл, пытаясь понять, кто нарушил его покой. Его глубокие и темные глаза словно смотрели прямо на меня, и я почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. Он медленно улыбнулся, едва заметно, но эта улыбка была наполнена горечью.

— Ты не боишься? — скорее констатировал он, чем спросил.

Покачала головой, ощущая, как сердце бьется все быстрее. Кощей склонил голову набок, раздумывая о чем-то.

Я же, убрав руку, отвернулась, чтобы не выдать своего волнения, симпатии и вообще. Достаточно и того, что мы теперь каждое утро обнимаемся.

***

Обратная дорога мне показалась быстрой. Мрак, поняв, что я уже не опасаюсь, двигался на порядок быстрее. Доставив меня до дома, Кощей, не оглядываясь, умчал прочь. А я, проводив его взглядом, поплелась к избе.

Микоша, как и обещала, сидела на травке перед избой. А на крыльце с веником в руках караулил Феофан. Увидев меня, обрадовался, грозно зыркнул на домовуху и принялся жаловаться. Правда, сперва по обыкновению отругал.

— А-а-а, явилась, свербигузка! Где ж это видано, что Яги дома нет?! Пока ты шлындаешь незнамо где, гляди-ка, что делается! Ходют и ходют всякие! Ы-ы-ы! — Феофан замахнулся веником на Микошу, явно давая понять, что он не рад ее визиту и пускать не намерен.

— Остынь, Феня, — сократила я полное имя домового. — Это я ее пригласила, поживет пока у нас.

— А?… О… Ы!… — только и смог вымолвить домовой, и, раздосадованно кинув веник себе под ноги, скрылся в избе.

— Микоша, добро пожаловать в твой новый дом, — произнесла я, распахивая двери. — Располагайся.

— На печь не пущу! — прокричал недовольный Феофан, очевидно, подслушивающий нас.

***

Весь вечер Микоша ходила по дому, бурча что-то себе под нос. Феофанушка наблюдал за ней через щель занавески, лежа на печке. Чую, устроит мне эта парочка веселую жизнь. Ничего, стерпится — слюбится, ну в смысле, подружится.

Когда там меня водяной на встречу звал? На зорьке вечерней? Значит, пора выдвигаться, как раз солнышко к закату близится. С пустыми руками идти неудобно. Но и скатерку просить означало объедать местное население.

Решила, что пока не наладила поставки местных продуктов, делать заказ из своего мира. Ну что-то такое, что точно только в супермаркете купить можно. Наколдовала, в смысле, заказала, сосиски и макароны. Велела Микоше приготовить. Феофанушка наотрез отказался, да еще и обиделся, что скатерку я спрятала. Ворчал, что тысячу лет не гремел чугунками и вообще не мужицкое это дело — похлебки варить. Две бабы в доме, вот пускай сами и возятся.

Микоша не была избалована волшебными предметами, она готовила по старинке, на нее вся надежда.

— Так, я ушла, ведите себя хорошо, — перед уходом наказала обоим домовым. Микоша, проводившая на кухне ревизию утвари, высунулась в дверной проем.

— А ты куда на ночь глядя собралась? — словно строгая бабушка поинтересовалась она, и так зыркнула, что я на мгновение почувствовала себя маленькой.

Но потом взяла себя в руки. Я взрослая уже. И потом, кто в доме хозяин?

— По делу важному. Утром вернусь, — не вдаваясь в подробности, ответила я.

Микоша что-то прикинула, видимо, то, что она придумала, ей не понравилось.

— Я те дам утром! — закинув полотенце, которое держала в руках на плечо, старушка засеменила к дверям и, раскинув руки крестом, заявила, — Не пущу!

Феофан проявил удивительную солидарность. Сдвинув край занавески, он свесился с лежанки.

— Не одобряю, куда на ночь глядя. Ну утром-то понятно, — посмотрел он на удивленную Микошу с превосходством, в отличие от нее, он прекрасно знал о моих ночных перемещениях. — А вечерить куда побегла?

— Водяной позвал, — пришлось признаваться. — Обещал подарок ценный. Кстати, ты не знаешь, что Яга у него просила, да он отказал?

Домовой довольно сверкнул глазами, ясно поняв, о чем речь.

— Иди, девонька, иди, — милостиво разрешил он, задергивая занавеску обратно.

— Микоша, очень надо, утром все расскажу, — отодвинув упирающуюся домовуху, я юркнула за порог.

Глава 11

Пока бежала сквозь лес к озеру, окончательно стемнело. Я боялась заблудиться, но внутри словно включился навигатор и каким-то чудесным образом подсказывал, куда нужно свернуть. Сто раз пожалела, что не взяла с собой путеводный клубочек, с ним было бы спокойнее. Еще на подходе сквозь деревья я рассмотрела костер на берегу. Значит, ждет меня владыка. Ускорив шаг, через пару минут я уже оказалась возле огня.

Водяной при моем приближении поднялся и, пока я не опустилась на траву, так и стоял. Ну чисто джентльмен. В отличие от предыдущей встречи, одет он был иначе, более нарядно, что ли. Светлые одежды с руническими символами оттеняли его специфический цвет кожи, подчеркивая благородство происхождения. «Голубых кровей дедушка, не иначе», — улыбнулась я своим мыслям, глядя на синеву кожных покровов.

— Думал, не придешь, — заговорил первым владыка. — Солнышко уж давно за горизонт закатилось.

— Прости, день выдался длинный, опоздала немного. Спасибо, что дождался.

Водяной кивнул, принимая извинения. А я вынула из кармана принесенное с собой угощение. Поискала вокруг подходящую палочку и, нанизав на нее, как на шампур, сосиски, принялась жарить их на огне. Водяной с любопытством глядел на мои действия. А когда учуял аппетитный запах, одобрительно покивал.

— Итак, — пока еда готовится, я решила не терять времени и приступить к допросу, в смысле к расспросу.

Потому что кто его знает, в какой момент меня перекинет к Кощею? Или для этого уснуть нужно, и у меня есть шанс побеседовать нормально, а уж потом свершится колдовство?

— Зачем хотел утопить меня?

Этот вопрос волновал сильнее остальных. На что Водяной изумленно вскинул брови.

— Так порядок такой, озеро-то девичье, — словно это должно было все объяснить.

Видя мое растерянное лицо, он хлопнул себя ладонью по лбу:

— Запамятовал, не местная ты. В этом озере испокон веков девки топились, те, кому жизнь не мила стала. Ну я им и помогал как мог. Работа у меня такая, не со зла я. До тебя никому в голову не приходило в той водице купаться, — видя, что я хмурюсь, оправдывался владыка. — Думаешь, мне дурех не жалко? А что поделать? Увидел новую девицу и хвать ее за ногу, чтоб не мучилась горемычная долго, — ловко сжал воздух в мощный кулак владыка, демонстрируя, как все происходит.

— Бр-р-р, давай без подробностей, — на ночь глядя не хотелось ужастиков. При моем богатом воображении я ж не усну.

— Прости, не хотел пугать, — Водяной тут же поспешил сменить тему.

Он пошарил рукой в кармане и выудил небольшой пузатый флакон из темного стекла. Протянул его мне:

— Держи, это тебе, как обещал.

Я потрясла подарком перед носом, прислушалась. По звуку — что-то плещется. На всякий случай принюхалась, но то ли жидкость не имела запаха, то ли через плотную крышку он не проходил, я ничего не почувствовала.

— А что внутри? — полюбопытствовала я у Водяного.

— Живая водица, — гордо расправив плечи, пояснил владыка.

«Вот уж поистине королевский подарок!» — порадовалась я.

И тут же вспомнила, что Яга безрезультатно выпрашивала именно это. Не иначе как молодость вернуть хотела? Так и спросила у владыки, вызывая его смех. Низкий, бархатный, похожий на рокот водопада.

— Нет, водица тут не помощник. Голый камень поливать бабке надо было.

— Голый? Можно подумать, одетые бывают, — фыркнула я, подозревая, что мой собеседник надо мной потешается.

«Камни поливать... Может, не голые, а в голом виде? Бр-р-р, — потрясла головой. — Ну и мысли дурацкие в голове».

— В чаще лесной камень огромный, что Голым зовется, раз в тысячу лет на нем горецвет вырастает, цветок волшебный. Исполняет самое заветное желание. Если камушек тот живой водицей поливать, то можно вырастить раньше, чем через тысячу лет. Вот бабка и не желала ждать. Да только не получилось. Не дал я ей водицы волшебной.

— А как же папоротник на Купалу? Неужели бабка не пыталась? Не может быть.

— Охохонюшки хо-хо, — вздохнул владыка, поглаживая бороду. — Цвет тот найти можно только с чистой душой, а Яга насквозь тьмой пропиталась. Не для нее это путь, девонька.

Водяной замолчал, поглядывая на огонь. А я, обдумывая услышанное, сняла с огня готовые сосиски, стащила с палки для себя одну и остальные протянула своему новому знакомому. Тот осторожно откусил маленький кусочек, пожевал, а потом, довольно улыбнувшись, засунул в рот сразу две штуки.

— М-м-м, что это? Угощение заморское? — поинтересовался он с набитым ртом.

Ясно, что такого в сказочном мире никто не пробовал, и владыка не исключение.

— Угу, икра заморская, баклажанная, — пробурчала я, кусая свою порцию. — И все равно я не понимаю, — после того как еда закончилась, задала я вопрос, не особо надеясь на ответ. — Я-то при чем? Сбежала Яга и сбежала. Что я здесь делаю?

— Равновесие. Слыхала про такое? — ответил владыка. — Кто-то же должен людей за Смородину провожать, коли потребуется, отвары да зелья готовить, хвори лечить, ведать, в конце концов.

— Я? — искренне изумилась его ответу. — Да я максимум, на что способна, отличить ромашку от мяты, какие травки? Какие отвары? Я же потравлю всех!

— Да? — хитро прищурился дед, не глядя нащупал какую-то былинку и ткнул мне в нос. — Что это?

— Тимофеевка, — ответила я, не задумываясь, и открыла рот от изумления. — Совпадение. А ну, давай еще! — велела я.

И в следующие пять минут легко опознала: белоножицу, дурман-траву, вороний глаз, золотницу и даже приворотную травку со смешным названием черноус ползучий. Причем так вошла во вкус, что требовала продолжить эксперимент. Стоя на четвереньках, пыталась рассмотреть в темноте еще растения, которые не показывал владыка.

— Так вкруг озера не растет больше ничего, — оправдывался Водяной, разводя руками. — Убедилась теперь, что не зря ты заместо Яги, ведьмовская кровь в тебе.

От неожиданности я плюхнулась на попу, сильно приложившись о твердую землю. «Синяк теперь будет, надо чертополоху набрать», — и в голове тут же возник рецепт.

— Ой, — потерев ушибленное место, воскликнула я.

А Водяной пожал плечами:

— Подумаешь, ведьма, с кем не бывает.

А я вдруг вспомнила свою бабулю. То, как она собирает травы, ее знания и умения. А еще зеленые глаза, как у меня, и рыжие в молодости волосы. Все знакомые удивлялись, как я на бабушку похожа. Это что же, от нее передалось?

— Информация хороша в меру, — видя мою задумчивость, промолвил Водяной.

И дальше забавлял меня шутками, смешными историями и курьезами из своей долгой жизни. Незаметно я расслабилась. На то, что я теперь не совсем я, то есть я и есть я, но кое-что новое о себе узнала, махнула рукой. Ведь главное не то, как ты называешься и какими знаниями обладаешь, а как ими распоряжаешься.

Я твердо решила, что все только во благо, никаких злодеяний. То есть детей на лопате в печь сажать не стану, зелий приворотных и ядов варивать не буду. Точка. А все остальное — пожалуйста.

Закончив очередную байку и дождавшись, пока я отсмеюсь, Водяной вдруг спросил:

— А что, с Иваном у вас серьезно али так?

Я аж воздухом подавилась. М-да, быстро в деревне слухи разлетаются. На одном конце чихнули, на другом «будь здоров» кричат. Это он еще про Кощея не знает, надеюсь.

— А причем тут Иван-то?

— Так ты девка видная, долго женихаться не станешь, посватают, — причем глядит так серьезно, вижу, что не шутит.

Какое «посватают»? Я тут временно и вообще…

— Коли ты не против, посаженым отцом тебе буду, это на свадьбе первое дело. Ну опосля жениха с невестой, конечно. Ежели что, вступлюсь, мало ли муж поколотит. Али еще какая беда приключится.

— Чего?! Поколотит? — от возмущения я даже подскочила с травы.

— Ты не серчай, коли я чего не то говорю, — продолжил владыка. — Жизнь она всяко повернуть может. Так что подумай. Эх, староват я, а то бы сам приударил! — воскликнул он, залихватски закрутив усы.

— Ой, ну тебя к лешему! — рассмеялась я, и в тот же момент водяной схлопнулся.

Вот р-р-раз — и исчез.

Я растерянно заозиралась, выискивая своего собеседника. Куда пропал? Что это за шутки такие? Убедившись, что в поле зрения его нет, на всякий случай даже позвала. Но увы, лишь потревоженные криком птицы взметнулись с верхушек деревьев.

— Что за ерунда? — уселась я к огню, размышляя, что мне теперь делать.

Не обратно же идти на ночь глядя, тем более, что проснусь я уже знаю где. Вздохнув, подкинула в огонь хвороста, чтобы не замерзнуть, и свернулась калачиком прямо у костра.

Проснулась от того, что все тело затекло, мне жарко и очень неудобно. А еще кто-то громко храпел. Не в ухо, слава богу, но тоже мало приятного.

Разлепив кое-как веки, я обнаружила, что с головой накрыта шкурой какого-то животного, а сверху надежно придавлена чьим-то телом. Я ни разу не сомневалась, чьим. Пошевелилась, заставляя сползти с меня своего «соседа» по койке, и высунула голову на белый свет. Ну что сказать? Место мне незнакомо.

Это явно не Кощеев терем, хотя вот он, красавчик, спит рядом, повернувшись ко мне спиной.

«И никаких ставших привычными утренних процедур с обнимашками», — почему-то расстроилась я, осматриваясь.

Напротив кровати стоял массивный деревянный стол, за которым, уронив голову на руки, дрыхли два мужика. Одного я узнала сразу же — водяной. Его синий цвет кожи не оставлял сомнений, что это он, да и одежда та самая, в которой он со мной на берегу беседовал. А вот его товарищ мне не знаком. Сухонький, лохматый мужичонка в болотного цвета рубахе. Его я еще не встречала. На столешнице — остатки вчерашнего пиршества.

Помимо пустых бутылей и стаканов — блюдо с зажаренным кабаном. Ну, точнее, с тем, что от него осталось.

«Ой, ну тебя к лешему!» — вспомнила я последние слова, которые успела произнести владыке. Это получается что? Я отправила владыку вчера в домик лешего? И мы сейчас в домике хозяина леса? Точно! Это же к нему ворона Кощей отправлял, баньку заказывал. «Банька! — порадовалась я. — Можно привести себя в порядок».

Стараясь не разбудить никого из присутствующих, я стащила с лавки плащ Кощея. Вытянуть из-под него простынь у меня бы не хватило сил, а идея щеголять в обнаженном виде мне не нравилась. «Дома надо ночевать, а не по чужим домам шляться, — ворчливо подумала я. — Интересно, а если он к Маре намылится, я третьей утром проснусь? Фу, гадость какая!» — скривилась я.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.