— В следующий раз, — сказал Юэ Хань, и его голос стал тише, но от этого не менее жёстким, — я не буду вас спасать. Я просто посмотрю, как вы умираете. Может, тогда до вас дойдёт. Может, тогда вы начнёте думать. Может, тогда вы станете сильнее.
Он замолчал. Меч вернулся ко мне. Я убрал его в ножны и посмотрел на Лань Сюэ.
Она стояла на краю поляны, и на её губах играла лёгкая улыбка. Та самая, которую она обычно прятала от учеников. Та самая, которая говорила: «Я знала, что ты это сделаешь».
Я опустился на поляну. Подошёл к ученикам. Они стояли, понурив головы, и не смели поднять на меня глаза.
— Живы? — спросил я.
— Да… да, великий старейшина, — пробормотал один из них. Тот самый, с длинными волосами. У него была разбита губа, кровь текла по подбородку, и рана на руке.
— Хорошо. — Я обвёл их взглядом. — Травмы — рабочие. Это часть программы. Без боли не бывает роста. Вы это знали. И теперь вы это запомните лучше.
Я повернулся к Лань Сюэ.
— Как они?
Она подошла ближе. Её лицо было спокойным, но в глазах читалась усталость. Приятная усталость. Усталость от работы.
— Растут, — сказала она. — Медленно, но растут. За эти три дня они убили двенадцать зверей основы. Кабанов, волков, змей. Они стали осторожнее. Стали думать. Стали действовать вместе. — Пауза. — Но с этим львом не справились, много самонадеянности. Да и лев был слишком сильным для них.
— Он был высокого уровня Основы, — сказал я. — А они — среднего и низкого. Это не их уровень. Это был урок. Урок, который они запомнят.
Она кивнула.
— Запомнят.
Я повернулся к ученикам.
— Вы слышали, что сказал мой меч. Вы слышали каждое слово. И вы знаете, что это правда. Вы были глупыми. Вы были самонадеянными. Вы были неумелыми. Но вы живы. И это главное. Потому что, пока вы живы, вы можете учиться. Можете становиться сильнее. Можете исправлять свои собственные ошибки.
Я сделал паузу.
— А теперь — садитесь. Пора восстанавливаться.
Они сели в круг. Лань Сюэ достала сосуд с живой водой. Она светилась изнутри мягким голубым светом, и от неё исходила такая сила, что воздух вокруг дрожал.
— Это живая вода, — сказал она. — Она поможет вам переработать животную ци в чистую.
Крики. Стоны. Плач. Двадцать пять учеников корчились на земле, и их тела выворачивало от боли. Животная ци, смешиваясь с живой водой, очищалась. Процесс был мучительным. Очень мучительным.
Но они терпели. Стиснув зубы. Сжав кулаки. Они знали, что это нужно. Что это теперь их путь.
Я сидел в стороне и смотрел. Лань Сюэ сидела рядом.
— Они справятся, — сказала она тихо.
— Справятся, — ответил я.
Она помолчала. Потом посмотрела на меня.
— Вэй Кан.
— Да?
— Ты когда-нибудь жалеешь о том, что мы делаем? О том, что мы заставляем их проходить через эту боль?
Я задумался. Долго. Потом сказал:
— Нет. Не жалею. Боль — это учитель. Лучший учитель. Она запоминается. Она делает сильнее. Без боли нет роста. Без боли нет силы. Без боли нет пути.
Она кивнула. Медленно. Задумчиво.
— Я знаю. Я просто… иногда думаю. О том, что мы могли бы быть мягче. Добрее. Могли бы не заставлять их страдать.
— Мягкость — это роскошь, — сказал я. — Роскошь, которую мы не можем себе позволить. Война приближается. Тени Ветра собирают силы. Выгнанные старики продают наши секреты. Нам нужны сильные ученики. Нам нужны воины и те, кто выживет. А для этого нужна боль и нужна практика. Нужны настоящие бои. Настоящие травмы и настоящие страхи.
Я помолчал.
— Если мы будем мягкими, они умрут. Все до единого. И тогда секта падёт. И всё, что мы строили, рухнет.
Она посмотрела на меня. Долго. Внимательно. Потом кивнула.
— Ты прав. Ты всегда прав.
— Не всегда, — сказал я. — Но в этот раз — поверь, точно.
Мы сидели и смотрели, как ученики корчатся от боли. Как их тела выворачивает. Как они кричат. Как они плачут. Как они терпят.
А потом боль начала отступать. Медленно. Постепенно. Их крики стали тише. Их тела перестали корчиться. Они начали дышать ровнее. Их лица разгладились.
— Молодцы, — сказал я, когда всё закончилось. — Вы справились. Теперь — отдыхайте. Завтра у вас будет новый день. Новые звери, новые боли и новые травмы.
Я встал.
— Лань Сюэ, — сказал я. — Я улетаю. У меня дела в городе. Вернусь в секту через три-четыре дня.
Она кивнула.
— Хорошо. Я присмотрю за ними, мы почти закончили тренировку, остался один день.
— Присмотри. И не давай им расслабляться. Они должны стать сильнее. Намного сильнее.
— Поняла.
Я поднялся в воздух. Диск уже ждал меня. Я встал на него, направил ци, и он плавно поднялся. Лес Большого Дерева остался позади. Внизу проплывали зелёные кроны, тёмные стволы, серебристые ручьи.
Новая броня:
Я летел в город Небесных Островов.
Путь занял полдня. Диск шёл ровно, плавно, быстро. Горы внизу проносились, как волны застывшего моря. Реки вспыхивали серебром и исчезали позади. Леса сливались в зелёные полосы.
Город показался на закате. Он возвышался над равниной, как белый корабль, оставленный посреди зелёного моря. Тысячи крыш блестели под солнцем, узкие улицы вились между ними, словно реки, а над всем этим поднимались пагоды с изогнутыми крышами.
Я спустился у городских ворот, убрал диск в сумку и смешался с толпой. На мне были старые одежды бродяги. Потёртые, тёмные, без всяких знаков. Никто не должен был знать, что я великий старейшина. Никто не должен был знать, зачем я здесь.
Я шёл по улицам, и внизу копошились люди, сновали лодки, и где-то далеко, над озером, кружили птицы. Город жил своей жизнью. Большой. Шумный. Живой.
Мне нужен был мастер. Хороший мастер. Тот, кто сможет переделать мою броню.
Я помнил Улицу Мастеров — узкую, шумную, забитую кузницами и мастерскими. Там пахло металлом, дымом и горячим маслом. Я шёл вдоль неё, заглядывая в каждую дверь, и искал того, кто сможет сделать то, что мне нужно.
Я нашёл его в конце улицы. Его мастерская была маленькой, но чистой. Над дверью висела вывеска: «Молот и Пламя». Внутри стоял стол, заваленный инструментами, и горн, в котором горел огонь. Мастер был старым — седые волосы, морщинистое лицо, руки, покрытые шрамами от огня и металла. Он посмотрел на меня, когда я вошёл, и кивнул.
— Что нужно господину?
Я выложил на стол броню. Тёмно-синюю, с серебристым отливом, с тонкими узорами — следами чешуи змея. Она была хорошей. Но она устарела. Слишком слабая защита. Слишком тонкие формации.
Рядом я положил ядро. Одно из тех пятнадцати, что остались у меня после раздачи старейшинам. Седьмой уровень. Тёмное, пульсирующее, с искрами внутри.
— Переделать, — сказал я. — Сделать сильнее. Вставить ядро.
Мастер взял броню в руки. Повертел. Постучал по ней ногтем. Потом посмотрел на ядро. Его глаза расширились.
— Седьмой уровень, — прошептал он. — Где вы это взяли?
— В море.
Он хмыкнул. Но не стал спрашивать больше. Просто кивнул.
— Могу. Но это будет дорого.
— Сколько?
Он помолчал, считая в уме.
— Двадцать четыре тысячи малых камней.
Я кивнул. Достал сумку с камнями. Отсчитал. Он пересчитал. Убрал в ящик.
— Через два дня. Приходите.
Я вышел из мастерской. На улице было прохладно. Солнце уже клонилось к западу, и тени становились длиннее. Я нашёл постоялый двор, снял комнату, поел и лёг спать.
Два дня пролетели быстро. Я медитировал, собирал ци, готовился к новым делам. А на третий день — вернулся в мастерскую.
Мастер ждал меня внутри. На столе лежала броня.
Она была другой. Не той, что я помнил. Она стала темнее, плотнее, тяжелее. По поверхности бежали тонкие светящиеся линии — следы усиления. В центре груди мерцало ядро — седьмого уровня, тёмное, пульсирующее. Броня была живой. Она дышала.
— Готово, — сказал мастер. — Забирайте.
Я взял её в руки. Она была лёгкой, почти невесомой. Но когда я надел её, она села идеально — как вторая кожа. Я почувствовал, как ци внутри меня отзывается на неё. Как она усиливает меня. Как она защищает.
— Хорошая работа, — сказал я.
— По-другому не умею, — ответил мастер гордо.
Пора было возвращаться в секту.
Я поднялся в воздух на диске. Ветер ударил в лицо, и я улыбнулся. Горы внизу проносились, как волны застывшего моря. Реки вспыхивали серебром и исчезали позади. Леса сливались в зелёные полосы.
Я летел в секту. И думал.
«Пора, — думал я. — Пора навестить Теней Ветра. Пора посмотреть, что там происходит. Пора показать им, что значит связываться с сектой Парящих Журавлей.»
Собрание в секте:
Я вернулся в секту на закате пятого дня.
Пик Парящих Журавлей встретил меня знакомым холодом камня и запахом горного тумана. Я прошёл под аркой внешних врат, не спеша, ровным шагом. Ци я держал спрятанной.
Я поднялся на свой третий ярус, прошёл через защитные печати, и только когда каменная дверь сомкнулась за спиной, позволил себе выдохнуть. В пещере было тихо и прохладно. Марионетки работали. Первая мыла пол. Вторая поливала травы по расписанию. Я оглядел пещеру. Чисто. Аккуратно. Всё на своих местах.
Я сел на каменную плиту. Закрыл глаза. И начал медитировать. Мне нужно было собрать силы. Подготовиться к завтрашнему дню. К завтрашнему собранию. К завтрашнему разговору.
Утро началось с тишины.
Я вышел из пещеры, когда солнце только поднялось над восточными пиками. Воздух был холодным, прозрачным. Я поднялся в воздух и полетел в пагоду старейшин.
Они уже ждали. Все. Лань Сюэ. Гуань Хай — только что вышедший из медитации, улыбавшийся шире всех, с новой силой в глазах и средним уровнем Ядра. Мо Юань. Хэ Цин. Дзя Мин. И новые старейшины — Лао Цзы, Чжан Мин, Ван Ху, Чжао Линь, Сунь Янь, Линь Чжэнь.
Я сел во главе стола. Оглядел их. Одиннадцать старейшин. Одиннадцать сильных практиков, которые верили в меня.
— Итак, — сказал я. — Спасибо, что пришли. Я знаю, у каждого из вас есть дела. Но то, что я хочу обсудить, важнее любых дел.
— Для начала я хочу поздравить тебя Гуань Хай, с новым уровнем, ты заслужил его, секта гордится тобой! — сказал я.
Гуань Хай встал и молча поклонился с задумчивым видом.
Я сделал паузу и продолжил.
— Как стало известно Дзя Мину от своих друзей, наши выгнанные старики: Мин Лао, Дзя Мо, Чжао Синь, Сунь Вэнь и Линь Чжэнь. Они не просто ушли. Они нашли приют в секте Теней Ветра. И они не просто сидят там. Они рассказывают. Всё, что знают о секте, о её слабостях. О её учениках и о её ресурсах. То есть о всех нас.
Старейшины замерли. Их лица изменились. Кто-то побледнел. Кто-то нахмурился. Кто-то сжал кулаки.
— Они сдали всё, — продолжал я. — Все наши планы. Все тропы. Всех учеников. Всё. И теперь Тени Ветра знают о нас больше, чем мы хотели бы. Да, их сведения немного устарели.
Я сделал паузу.
— Но мы все равно должны быть готовы. Мы должны усилить защиту. Мы должны продумать пути. Мы должны знать, что они планируют. И мы должны быть готовы к нападению.
Старейшины молчали. Потом Лань Сюэ заговорила.
— Что ты предлагаешь?
— Я предлагаю подумать, — сказал я. — Каждый из вас. Подумать, как усилить своё направление. Как защитить секту. Как узнать о нападении вовремя. Я улетаю в секту теней ветра, а как вернусь, мы соберёмся снова, и вы расскажете мне, что придумали.
Они кивнули. Медленно. Задумчиво.
— А пока, — сказал я, — посмотрю сам, что у них происходит. Своими глазами. Вернусь через три-четыре недели.
Старейшины переглянулись.
— Это опасно, — сказала Лань Сюэ.
— Знаю, — ответил я. — Но это необходимо. Я должен знать, что они планируют. Должен знать, как они готовятся. Должен знать, когда они нападут.
Она помолчала. Потом кивнула.
— Хорошо. Будь осторожен.
— Постараюсь.
Я встал.
— А теперь — идите. Готовьтесь. Думайте. А я — я полечу. И Дзя Мин, ты же следующий на очереди?
— Да великий старейшина, я готов и сегодня же ухожу в медитацию.
И они вышли. Я остался один в пагоде. Сидел в кресле великого старейшины и смотрел в окно. За окном шумел ветер. Где-то далеко кричали журавли.
«Пора, — подумал я. — Пора навестить Теней Ветра. Пора посмотреть, что там происходит. Пора показать им, что значит связываться с сектой Парящих Журавлей.»
Я встал. Подошёл к выходу. Активировал печати. Вышел наружу. Ветер ударил в лицо. Холодный. Чистый. С запахом снега и далёких кедровых лесов. Я достал из сумки новые одежды бродяги. Те, что купил в городе. Потёртые, тёмные, без всяких знаков. Снял старые. Надел новые. Они сели идеально. Теперь я никто, просто одинокий странник.
Я достал диск. Восемь продвинутых камней уже были в гнёздах. Я встал на тёмную поверхность, направил ци, и диск плавно поднялся в воздух.
Я летел на северо-восток. К перевалам Северного Неба. К секте Теней Ветра.
Сначала — в город Высоких Скал. Тот самый, где, по слухам, сначала жили выгнанные старики. Потом — к их секте. Посмотреть. Разведать. Понять.
Я летел над горами, и они проносились внизу, как волны застывшего моря. Реки вспыхивали серебром и исчезали позади. Леса сливались в зелёные полосы. Где-то далеко, у горизонта, темнели тучи. Близилась гроза. Или что-то похуже.
«Тени Ветра, — думал я. — Вы хотели войны? Вы её получите. Но не ту, которую вы ждали. Не ту, которую вы планировали. А ту, которую я вам устрою.»
Глава третья. Новые мечи и аукцион
Город Высоких Скал:
Два дня пути прошли в разговорах.
Я летел на диске над горами, и Юэ Хань, мой дух-меч, не умолкал. Он возникал рядом со мной — полупрозрачный, в старых серебристых одеждах, с лицом человека, который слишком долго наблюдал за миром и теперь наконец дорвался до собеседника. Ветер трепал его призрачные волосы, но он, казалось, не замечал.
— Ты слишком медлишь, — сказал он, когда мы пролетали над очередным хребтом. — У тебя двадцать пять мечей. Двадцать четыре в Веере и основной. Это хорошо. Но это мало.
— Я знаю, — ответил я, не отрывая взгляда от горизонта. — Но хорошие мечи стоят дорого. А деньги уходят быстрее, чем приходят.
— Вот именно! — Юэ Хань всплеснул руками. — Деньги! Ты сидишь на горе сокровищ и жалуешься на бедность! У тебя есть знания. У тебя есть техники. У тебя есть память о том, что этот мир забыл. Продай что-нибудь! Запиши технику! Продай на аукционе! Ты же умеешь.
Я усмехнулся.
— Ты говоришь так, будто техники можно штамповать, как пилюли.
— А почему нет? — он пожал плечами. — Ты знаешь десятки техник. Сотни. Ты помнишь то, что эти старики и мечтать не могут. Запиши одну. Хорошую. Не самую ценную, но такую, за которую заплатят. Продай. Купи мечи. Или материалы для мечей. Или ещё что-нибудь. Ты слишком осторожен. Слишком медлителен. Ты мог бы стать сильнее в два раза быстрее, если бы не боялся рисковать.
— Я не боюсь рисковать, — сказал я. — Я боюсь потерять всё, в том числе секту.
— А что ты можешь потерять? — спросил он. — Секту? Она и так на грани. Учеников? Они и так слабы. Себя? Ты и так уже умирал однажды. Что ты можешь потерять, чего у тебя ещё нет?
Я помолчал. Он был прав. Как всегда. Но я не собирался это признавать.
— Я подумаю, — сказал я. — Когда закончу с Тенями Ветра.
— Вот! — воскликнул он. — Опять откладываешь! Сначала Тени. Потом война. Потом Зародыш. Потом Вопрошание. У тебя всегда найдётся причина подождать. А время уходит. Каждый день, который ты тратишь на разговоры и разъезды, — это день, который ты мог бы потратить на тренировки. На создание мечей. На поиск ресурсов. На то, чтобы стать сильнее.
— Я занимаюсь сектой, — сказал я.
— Ты занимаешься ерундой, — ответил он. — Секта — это инструмент. Инструмент для того, чтобы ты стал сильнее. А ты тратишь на неё больше времени, чем на себя. Зачем? Чтобы что? Чтобы они тебя любили? Чтобы они были тебе благодарны? Они не будут. Они забудут тебя, как только ты уйдёшь. Они забудут всё, что ты для них сделал.
— Может быть, — сказал я. — Но пока я здесь, они растут. Они становятся сильнее. И это моя заслуга.
— Тщеславие, — сказал Юэ Хань. — Чистое тщеславие.
— Может быть, — повторил я. — Но это моё тщеславие. И я не собираюсь от него избавляться.
Он замолчал. Ненадолго. Потом снова заговорил — тише, спокойнее.
— Ладно. Я понимаю. Ты хочешь оставить след. Хочешь, чтобы после тебя что-то осталось. Это по-человечески. Но не забывай: ты не сможешь оставить след, если тебя убьют. А тебя убьют, если ты не станешь сильнее. Сильнее — значит больше мечей. Больше мечей — значит больше денег. Больше денег — значит больше техник. Больше техник — значит больше силы. Круг. Понимаешь?
— Понимаю.
— Тогда действуй. Когда прилетишь в город — найди мастера. Закажи мечи. Хорошие. Из тех ядер, что у тебя остались. У тебя же есть ядра седьмого уровня? Четырнадцать штук? Вот и используй их. Не храни. Не откладывай на потом. Потом может не наступить.
Я кивнул.
— Хорошо. Я закажу мечи.
— И ещё, — сказал он. — Найди деньги. Любым способом. Продай что-нибудь. Запиши технику. Ограбь кого-нибудь. Мне всё равно. Но найди деньги. Потому что без денег ты никто. Без денег ты просто ещё один практик, каких тысячи. С деньгами ты — сила.
— Я понял, — сказал я. — Ты повторяешься.
— Потому что ты не слушаешь.
Я усмехнулся и прибавил ходу. Диск рванулся вперёд, и ветер ударил в лицо, заглушая слова духа. Но я всё равно слышал его тихий смех.
— Ладно, — сказал он. — Летим. Посмотрим, что там за город. Может, там будет что-то интересное.
Город Высоких Скал показался на третий день.
Я увидел его издалека — высокий, серый, с пагодами, врезанными прямо в скалы. Он стоял на склоне горы, и его стены поднимались из камня, как продолжение скал. Над городом висел лёгкий туман, и в его глубине угадывались белые крыши и тонкие шпили.
Я спустился у городских ворот и смешался с толпой.
Здесь было шумно. Торговцы кричали, зазывали, хватали за руки. Пахло жареным мясом, специями, дымом и влажным камнем. По улицам текли люди — практики, торговцы, простые горожане, дети.
И ученики секты Теней Ветра.
Я узнал их сразу. Чёрные одежды с серебряными нашивками. Серебряные вихри на груди. Они ходили группами по два-три человека, и их лица были спокойными, почти надменными. Они чувствовали себя здесь хозяевами. И, судя по всему, они ими и были. Город Высоких Скал находился ближе всех к секте Теней Ветра, и это было их территорией.
Я спрятал свою ци. Полностью. Так, как учили в прошлой жизни. Так, чтобы даже опытный практик уровня Ядра не почувствовал меня, если не будет искать специально. Для всех, кто смотрел на меня, я был просто бродягой. Одним из многих. Никем.
Я шёл по улицам, внимательно осматриваясь. Мне нужен был аукцион. Место, где продают редкие вещи. Место, где можно узнать, что покупают ученики Теней Ветра. Место, где можно найти деньги.
Я спросил у старика, продававшего у фонаря горячие лепёшки.
— Почтенный, где здесь аукцион?
Он посмотрел на меня внимательнее.
— Аукцион? Есть такой. «Дом Скрытых Артефактов». На улице Тихого Света. Но он будет только через два дня.
Два дня. У меня было два дня.
— А где можно снять жильё? — спросил я.
— На постоялом дворе у восточных ворот. Там чисто и недорого.
Я кивнул, поблагодарил его и пошёл дальше.
Постоялый двор был небольшим, но чистым. Я снял комнату за 2 малых камня, поднялся наверх, закрыл за собой дверь и только тогда позволил себе выдохнуть.
В комнате было тихо и прохладно. Я сел на кровать и закрыл глаза. Ци потекла по меридианам, ровно, спокойно. Золотое ядро тихо гудело.
«Два дня, — подумал я. — Два дня до аукциона. Нужно найти мастера. Нужно заказать мечи. Нужно подготовиться.»
Мастер:
Я встал, вышел из комнаты и направился к Улице Мастеров.
Она была шумной, как и везде. Звон молотов, шипение пара, запах горячего металла и дыма. Я шёл вдоль неё, заглядывая в каждую дверь, и искал того, кто сможет сделать то, что мне нужно.
Я нашёл его в конце улицы. Его мастерская была большой, с высоким потолком и широкими окнами. Над дверью висела вывеска: «Клинки Высоких Скал». Внутри стояли столы, заваленные инструментами, и горны, в которых горел огонь. Мастер был старым — седые волосы, морщинистое лицо, руки, покрытые шрамами от огня и металла. Он посмотрел на меня, когда я вошёл, и кивнул.
— Что нужно бродяге?
Я выложил на стол остатки частей змея и рыб. Чешую, кости, плавники, клыки. Потом достал ядра. Восемь штук. Седьмой уровень. Тёмные, пульсирующие, с искрами внутри.
— Мечи, — сказал я. — Из этого. Восемь штук.
Мастер посмотрел на всё это. Долго. Внимательно. Потом взял одно ядро в руки, повертел, поднёс к свету. Его глаза расширились.
— Седьмой уровень, — прошептал он. — Восемь штук. Где ты это взял?
— В море.
Он хмыкнул. Но не стал спрашивать больше. Просто кивнул.
— Могу. Но это будет дорого.
— Сколько?
Он помолчал, считая в уме.
— Двадцать восемь тысяч малых камней. И семь дней, устроит?
Я кивнул. Достал сумку с камнями. Отсчитал. Он пересчитал. Убрал в ящик.
— Через семь дней. Приходи.
Я вышел из мастерской. На улице было прохладно. Солнце клонилось к западу, и тени становились длиннее.
Два дня до аукциона. Семь дней до мечей. У меня было время.
Я вернулся в свою комнату, сел в медитацию и провёл два дня, собирая ци, укрепляя ядро, готовясь к новым делам. Я подошёл к пику высокого уровня Ядра так близко, как никогда. Ещё немного — и я смогу прорваться на Зародыш. Но пока рано, переход — это серьезно.
«Скоро, — думал я. — Скоро.»
На третий день я вышел из комнаты, умылся, оделся и направился к «Дому Скрытых Артефактов».
Аукцион должен был начаться в полдень.
«Дом Скрытых Артефактов» стоял в глубине квартала, окружённый высокими фонарями из белого нефрита. Его крыша была выгнута, как крылья огромной птицы, а перед входом горели два ряда синих огней. Люди входили внутрь группами и поодиночке — торговцы в дорогих одеждах, практики с мечами, монахи, молодые ученики сект, одинокие странники с усталыми лицами.
Аукцион:
Я вошёл вместе с ними.
У входа меня встретил управляющий — немолодой мужчина с длинной седой бородой и спокойным лицом человека, который видел на этих торгах всё.
— Выставить лот или участник? — спросил он, не поднимая глаз от книги.
— Да. Выставить, шесть ядер седьмого уровня.
Он поднял на меня глаза. Долго смотрел. Потом кивнул.
— Хорошо. Записываю. Условия стандартные: десять процентов с продажи. Приходите к началу. Вот маска.
Я надел свою маску — чёрную, с прорезями для глаз и вошел внутрь.
«Шесть ядер седьмого уровня, — думал я. — Хороший лот. Управляющий сказал, что море далеко, и такие лоты редкость. Стартовая цена — от пятидесяти тысяч. Может, уйдёт за сто. Может, больше.»
Зал был полон. Люди сидели рядами, и их лица были напряжёнными. Я видел учеников Теней Ветра — они сидели группой в первых рядах, и их лица были спокойными, почти надменными. Я видел практиков в масках — они сидели в разных концах зала, и их глаза были внимательными. Я видел богачей в дорогих одеждах, с слугами, стоявшими за их спинами.
Я сел подальше от всех, в тени, и стал ждать.
Ученики Теней Ветра переговаривались между собой. Я слышал обрывки их разговора.
— В секте неспокойно, — сказал один из них, молодой парень с длинными волосами. — Старейшины нервные. Ученикам достаётся чаще.
— Это всё из-за приглашённых старейшин, — ответил другой. — Никто не понимает, зачем они здесь. Они сидят в пагоде, едят нашу еду, пьют наше вино. А толку от них?
— Говорят, они из секты Парящих Журавлей. Их выгнали оттуда.
— Выгнали? За что?
— Кто знает. Может, за предательство. Может, за глупость.
— А ещё пропали несколько старших учеников, — сказал третий. — И даже один старейшина. Куда — никто не знает. Только слухи.
«Это я их убил, — подумал я. — Неплохо. Расшевелил улей. Разворошил. Будут знать.»
Я улыбнулся под маской.
Управляющий вышел на сцену. Он поднял руку, и зал затих.
— Уважаемые гости! — произнёс он. — Добро пожаловать на аукцион! Сегодня у нас много интересных лотов. Но начнём мы с особого сокровища. Шесть ядер зверей седьмого уровня! Добыты в Серединном море! Редкость! Такие лоты у нас не часты! Начальная цена — пятьдесят тысяч малых камней!
Зал загудел.
Я сидел и смотрел. Ставки посыпались одна за другой.
— Шестьдесят!
— Семьдесят!
— Восемьдесят!
— Сто!
Цена росла быстро. Я видел, как ученики Теней Ветра переглядываются. Как их лица становятся напряжёнными. Как они считают в уме. Как они решают.