Книга Ненужная жена. Алхимическая лавка новой жизни - читать онлайн бесплатно, автор Сона Скофилд. Cтраница 3
Ненужная жена. Алхимическая лавка новой жизни
Ненужная жена. Алхимическая лавка новой жизни
Оценить:

Рейтинг: 4

Ненужная жена. Алхимическая лавка новой жизни

Одна из тетрадей была настолько потрепанной, что едва держалась на нитках.

На первой странице я нашла собственную подпись.

Нора Бренн.

Мне было двадцать лет, когда я ее поставила.

Ни мужа.

Ни большого предприятия.

Ни дорогих флаконов.

Только желание стать хорошим алхимиком.

Я провела пальцем по выцветшим буквам.

И осторожно закрыла тетрадь.

Когда мы закончили, в лабораторию вошел Эдгар.

Он остановился в дверях.

Сначала посмотрел на ящики.

Потом на пустое место возле рабочего стола.

— Ты действительно все забираешь?

— Все, что указано в соглашении.

— Даже старый сушильный шкаф?

— Да.

Он прошел к столу.

Коснулся ладонью поверхности, на которой я работала много лет.

— Нора, я надеялся, что ты передумаешь.

— Насчет чего?

— Насчет работы.

Я посмотрела на него.

Он выглядел уставшим.

Под глазами появились темные круги.

На мгновение я почувствовала привычное желание спросить, хорошо ли он спал.

Но не спросила.

— Я не вернусь, Эдгар.

— Ты прекрасный алхимик. Но торговля — совсем другое дело.

— Научусь.

— И сколько ты собираешься зарабатывать на своей маленькой лавке?

— Пока не знаю.

Он раздраженно провел рукой по волосам.

— Вот именно. Не знаешь. А я предлагаю стабильность.

Я вдруг устала от этого слова.

Стабильность.

Он произносил его так, словно предлагал мне подарок.

Хотя все, что я хотела, — больше не зависеть от его решений.

— Ты уже выбрал, какой будет твоя жизнь, — сказала я. — Теперь позволь мне выбрать свою.

Муж посмотрел на меня долго и внимательно.

— Я не хотел, чтобы все закончилось враждой.

— Я тоже.

— Тогда почему ты ведешь себя так, будто мы враги?

Я вздохнула.

— Потому что ты все время пытаешься вернуть меня туда, откуда сам выгнал.

Он вздрогнул.

— Я тебя не выгонял.

— Из брака — выгнал. Из дома — тоже. А теперь предлагаешь оставить мне место в лаборатории, словно это должно все исправить.

— Я пытаюсь помочь.

— Нет, Эдгар. Ты пытаешься сделать так, чтобы тебе было удобно.

Он отвел взгляд.

Мне не стало легче.

Я не почувствовала торжества.

Передо мной стоял человек, которого я когда-то очень любила.

И даже сейчас мне было больно видеть его растерянным.

Но возвращаться я не собиралась.

Грузчики вынесли последний ящик.

Я взяла сумку.

Эдгар неожиданно произнес:

— Ты ведь понимаешь, что покупатели знают имя Фалька?

Я остановилась.

— Понимаю.

— Они покупают наши составы потому, что доверяют этому имени.

Я повернулась к нему.

— Значит, мне придется заслужить доверие к своему.

Он усмехнулся.

Не зло.

Скорее с неверием.

— Посмотрим.

Я кивнула.

— Посмотрим.

И вышла.

В этот раз он не пошел за мной.

К вечеру вещи были доставлены в лавку.

Я успела договориться с мастером о проверке дымохода, заказать ремонт замка и подать документы на разрешение торговли.

Проверку назначили на следующее утро.

Если помещение соответствовало требованиям, я могла открыться уже к обеду.

До того нужно было сделать невозможное.

Вернее, так мне казалось, когда я посмотрела на пыльные полки и ящики, загромоздившие половину зала.

Я принялась за работу.

Сначала освободила проходы.

Потом расставила приборы в рабочей комнате.

Разобрала личные записи.

Из старых учебных тетрадей выбрала три простых состава для первого ассортимента.

Средство для защиты стен от сырости.

Очищающий состав для рабочей одежды.

Мягкий уход для драконьей чешуи после воздействия жара.

Все три я умела готовить небольшими партиями, без дорогого оборудования.

Для начала хватит.

Первые образцы я смешала холодным способом, только для внутренней проверки. Печь до ремонта дымохода не растапливала, а продавать что-либо до разрешения не собиралась.

Когда с улицы донесся вечерний колокол, я поняла, что весь день почти не садилась.

Вышла из рабочей комнаты, прислонилась к прилавку и закрыла глаза.

Плечи ныли.

Ноги гудели.

На пальцах остались следы мыла.

Я была голодной, уставшей и совершенно не представляла, сколько покупателей придет ко мне завтра.

Возможно, ни одного.

И вдруг захотелось домой.

В нашу спальню с широкими окнами.

В теплую ванну.

К привычному ужину, который всегда подавали в восемь.

Захотелось услышать, как Эдгар входит, снимает сюртук и спрашивает, почему я опять задержалась.

Я открыла глаза.

Передо мной стоял старый прилавок.

За окном темнело.

Никакого другого дома больше не было.

И от этого понимания меня наконец прорвало.

Я села прямо на пол за прилавком.

Закрыла лицо руками.

И заплакала.

Не красиво.

Не тихо.

Так, что временами трудно было вдохнуть.

Я плакала о муже, которого потеряла задолго до развода. О двенадцати годах, за которые привыкла думать сначала о предприятии, потом о нем и только после — о себе. Вспоминала несостоявшиеся поездки, вечера, проведенные в одиночестве. И то, как легко он предложил мне остаться в лаборатории, не оставив места рядом с собой.

Мне не хотелось быть сильной.

Не хотелось никому ничего доказывать.

Я просто хотела, чтобы человек, которого любила, не предал меня.

Но исправить это было уже невозможно.

Когда слезы закончились, я еще долго сидела на полу.

Потом поднялась, умылась холодной водой и нашла среди вещей старую чашку.

Ту самую, с трещиной.

Поставила ее на стол.

Несколько мгновений смотрела.

А потом заварила чай.

Чашка по-прежнему держала воду.

Это почему-то показалось мне важным.

Не все сломанное обязательно нужно выбрасывать.

Но и пользоваться им только потому, что когда-то оно было дорогим, тоже необязательно.

Я выпила чай и убрала чашку в шкаф.

Пока не знала, что с ней делать.

И позволила себе не знать.

Поздно вечером в дверь постучала Ида.

Я открыла.

Она держала небольшую лестницу и свернутый кусок чистой ткани.

— Вам еще понадобится, — сказала соседка вместо приветствия.

— Что?

— Лестница. И тряпка на вывеску. Вы ведь собираетесь ее менять?

— Собираюсь.

— Тогда берите.

Я приняла лестницу.

— Спасибо.

Ида взглянула на мое лицо.

Не стала спрашивать, почему глаза покраснели.

Только сказала:

— Завтра будет легче.

Я слабо улыбнулась.

— Откуда вы знаете?

Она пожала плечами.

— Не знаю. Но завтра хотя бы будете заняты покупателями.

Я рассмеялась.

Совсем немного.

Ида удовлетворенно кивнула.

— Вот и хорошо. У меня, между прочим, есть знакомые, которым нужны хорошие составы от сырости. Если ваша лавка откроется, пришлю.

— Только после проверки.

— Разумеется. Еще не хватало, чтобы вас закрыли прежде, чем вы заработаете первую монету.

Она ушла.

А я осталась стоять у двери с лестницей в руках.

Потом посмотрела на старую вывеску.

«Дом Фалька. Малая алхимическая лавка».

Выцветшие буквы казались почти насмешкой.

Я принесла инструмент, сняла доску и положила на рабочий стол.

Соскоблила старую краску.

Дерево было крепким.

Немного потемневшим от времени, но без трещин.

Я зачистила поверхность, протерла ее, дождалась, пока доска высохнет, и достала краску.

Сначала написала:

«Алхимическая лавка».

Буквы получились неровными.

Пришлось стереть две и переделать.

Потом добавила ниже:

«Нора Бренн».

Отошла на шаг.

Посмотрела.

И неожиданно улыбнулась.

Имя выглядело непривычно.

Маленькое.

Без герба торгового дома.

Без громких обещаний.

Но оно было моим.

Я вспомнила сегодняшние слова Эдгара.

Покупатели знали имя Фалька.

Возможно, он был прав.

Возможно, завтра люди пройдут мимо.

Возможно, я ошибусь с ценами, испорчу первую партию или обнаружу, что не умею разговаривать с торговцами так ловко, как мой бывший муж.

Мне придется учиться.

Платить за ошибки.

Снова начинать.

Я не знала, получится ли.

Но впервые за очень долгое время мне было интересно попробовать.

Я вынесла доску к двери и закрепила ее на старом месте.

На улице уже горели фонари.

Над домами виднелась темная городская стена. Далеко за ней вспыхнули сигнальные огни восточной каланчи.

Над стеной пролетел дракон.

Я подняла голову, проследила за его широкими крыльями и подумала, что завтра в городе начнется еще один обычный рабочий день.

У стражников будут свои вызовы.

У торговцев — свои покупатели.

У пекарей — горячий хлеб.

А у меня, если повезет, появится первая собственная продажа.

Я заперла дверь и поднялась наверх.

Перед тем как лечь, раскрыла старую тетрадь.

На чистой странице написала:

«Нора Бренн. Лавка в Медном ряду».

Ниже поставила дату.

Потом подумала и добавила:

«Первое правило: не обещать того, чего не можешь выполнить».

Перо задержалось над бумагой.

Я вспомнила Эдгара.

Его уверенность.

Его красивую речь.

Его новые этикетки.

И дописала:

«Второе правило: не позволять никому ставить свое имя на моей работе».

Убрала тетрадь в ящик, погасила свет и легла.

Впереди ждал трудный день: проверка помещения, первая партия и, если повезет, первые покупатели.

Глава 2. Назовите ваше имя

Проверяющий должен был прийти к одиннадцати, а в половине девятого в моей лавке все еще пахло сажей.

Я стояла посреди торгового зала, держа в одной руке мокрую тряпку, а в другой — список необходимых работ, и наблюдала, как печник Боран вытаскивает из дымохода очередную горсть черной грязи.

— Давно здесь никто не топил? — спросил он.

— Всю весну и лето. А прошлой зимой здесь пытался работать сапожник, но печь дымила.

— Оно и видно.

Он постучал по трубе коротким молотком.

Изнутри что-то посыпалось.

Я отступила, спасая чистый подол платья.

— Вы сказали, что управитесь за час.

— Сказал.

— Прошло полтора.

— Значит, работа сложнее, чем думал.

Боран даже не повернулся.

Я посмотрела на часы.

Без двадцати девять.

На подготовку оставалось чуть больше двух часов, а у меня еще не были расставлены все флаконы, не высохла краска на двух полках и не хватало денег на половину запланированных покупок.

Вчера вечером я была уверена, что справлюсь.

Сегодня утром уверенности заметно поубавилось.

— Вы хотя бы успеете до проверки? — спросила я.

— Если перестанете спрашивать каждые пять минут.

Я прикусила язык.

Мастер, которого посоветовала Ида, оказался широкоплечим пожилым мужчиной с красным носом и удивительно крепкими руками. Он пришел ровно в семь, осмотрел трубу и объявил, что работа обойдется в четырнадцать серебряных.

Я едва не поперхнулась чаем.

После десяти минут обсуждения цена снизилась до девяти. Еще одну монету я согласилась доплатить за новую заслонку, если старая действительно окажется негодной.

Сейчас Боран извлек ее из стены.

Металлическая пластина была погнута.

— Вот, — объявил он. — Кто-то пытался закрыть тягу, а потом ударил по ручке.

— Починить можно?

— Можно. Но я бы заменил.

Он показал трещину возле крепления.

Спорить было не о чем.

— Меняйте.

Боран довольно хмыкнул и отправился к своей сумке.

Я снова посмотрела на часы.

Позавчера я получила сто двадцать серебряных.

Сегодня утром уже отдала деньги за оформление разрешения, купила тару, заплатила за замену дверного замка и заказала первую небольшую поставку сырья.

Теперь дымоход.

Деньги исчезали с такой скоростью, словно кто-то специально проделал дыру в моем кошельке.

В большой мастерской я никогда не думала, сколько стоит новая заслонка.

Точнее, думала, когда составляла расходы для лаборатории. Но там были совсем другие суммы. Я заказывала оборудование на сотни серебряных и не задумывалась, останется ли после этого достаточно денег на продукты.

Теперь задумывалась.

Даже слишком часто.

— Госпожа Бренн!

Я обернулась.

В дверях стояла Ида с бумажным свертком.

— Доброе утро, — сказала я.

— Для вас не уверена, что доброе. Боран уже половину лавки разобрал?

— Только дымоход.

— Значит, сегодня он скромен.

Печник высунул голову из рабочей комнаты.

— Все слышу, Ида!

— Отлично. Тогда не забудь убрать за собой.

Она положила сверток на прилавок.

— Булочки. Еще теплые.

Я посмотрела на сверток, потом на соседку.

— Вы меня совсем избалуете.

— Не бойтесь. Начнете зарабатывать — буду покупать у вас средства по полной цене.

— Вы и так собирались.

— Вот именно. Не хочу, чтобы моя поставщица умерла от голода раньше открытия.

Она села на край стула, который я вчера успела вымыть, и внимательно оглядела помещение.

— Полки хорошие.

— Старые.

— Старое не всегда плохое.

— Краска еще липкая.

— Не трогайте ее руками, и все будет прекрасно.

Я улыбнулась.

Ида умела разговаривать так, словно любые неприятности были обычными хозяйственными заботами, с которыми можно справиться, если вовремя поесть и найти хорошего мастера.

В последние два дня это помогало больше, чем она, вероятно, представляла.

— Проверка в одиннадцать? — уточнила она.

— Да.

— Успеете.

— Откуда вы знаете?

— Боран любит ворчать, но работу делает хорошо. А вы, судя по тому, как вчера драили пол, способны вымыть целую улицу за час.

Из рабочей комнаты донеслось возмущенное сопение.

Ида подмигнула мне.

— Только не забудьте оставить проверяющему проход к кладовой. В прошлый раз они придрались к одному торговцу, потому что тот поставил туда ящики.

Я посмотрела на коробки возле двери.

И тут же принялась их переставлять.

— Вот, — удовлетворенно сказала соседка. — Уже полезна.

Она ушла, а я наконец развернула сверток.

Булочки пахли корицей.

Я съела одну прямо у прилавка и неожиданно почувствовала себя лучше.

Не счастливой.

До счастья было далеко.

Но хотя бы способной пережить предстоящую проверку.

К половине десятого Боран закончил ремонт.

Печь растопили.

Я стояла возле открытого окна, готовая в любой момент выбежать на улицу, но дым исправно уходил вверх.

Мастер проверил соединения, заставил меня трижды открыть и закрыть заслонку, затем показал место, которое нужно будет регулярно чистить.

— Не запускайте, — сказал он, собирая инструменты.

— Не буду.

— И с горячими составами тут осторожнее. Вытяжка небольшая.

— Я планирую только малые партии.

— Тогда годится.

Он вытер руки тряпкой.

— Десять серебряных.

Я отсчитала деньги.

Боран пересчитал их и спрятал в карман.

— У вас тут раньше алхимическая мастерская была?

— Лавка с рабочей комнатой.

— А теперь снова открываете?

— Пытаюсь.

Он осмотрел полки.

— Дело хорошее. Только покупателей здесь не так уж много.

Это я уже успела заметить.

Медный ряд был оживленным, но большинство прохожих покупали еду, одежду или хозяйственные мелочи.

Алхимические составы стоили дороже обычного мыла.

И покупали их не каждый день.

— Надеюсь, найдутся, — ответила я.

Боран направился к двери.

Потом остановился.

— Если у вас появится что-нибудь от копоти на камнях, скажите. У меня жена уже два месяца ругается из-за печной стены.

Я подняла голову.

— Есть один состав. Но я давно его не готовила. Сначала нужно повторить пробы по старым записям.

— Ну так проверяйте.

Он вышел.

Я осталась возле двери и несколько секунд смотрела ему вслед.

Первый возможный покупатель.

Еще ничего не продала, а уже хотелось записать его имя.

Потом я вспомнила про часы и бросилась заканчивать подготовку.

К одиннадцати торговый зал выглядел вполне прилично.

На полках стояли ровные ряды небольших флаконов.

На каждом имелась собственноручно написанная этикетка.

Название, основные действующие вещества, назначение и способ применения. Ниже — ограничения, дата приготовления и номер партии.

Никаких обещаний чудес.

Никакого «подходит абсолютно всем».

Я даже отдельно написала, что средство от сырости не исправляет протекающую крышу.

В большой мастерской Эдгар наверняка вычеркнул бы эту строчку.

Но мне не хотелось, чтобы покупатель потратил деньги, а потом обнаружил, что его чердак продолжает заливать дождем.

Проверяющая пришла в одиннадцать десять.

Высокая сухощавая женщина с темными волосами, собранными в строгий узел. На груди висел медный знак городской ремесленной службы.

— Госпожа Бренн?

— Да.

— Тесса Рид. Проверка помещения по заявлению на торговлю малыми партиями алхимических товаров.

Я пригласила ее войти.

Она не стала рассматривать красивые флаконы.

Сначала подошла к печи.

Проверила тягу.

Потом осмотрела вытяжку, рабочий стол, место для хранения сырья и отдельный шкаф, куда я убрала чистую тару.

Заглянула в кладовую.

Попросила открыть окна.

После этого изучила журнал партий.

Я стояла рядом, стараясь не мешать.

Когда-то именно я готовила большую мастерскую к таким проверкам.

Обычно проверяющие приходили туда с сопровождающими, получали чай в гостиной и только потом проходили по рабочим помещениям.

Здесь никакой гостиной не было.

И чая я предложить не догадалась.

Госпожа Рид перевернула страницу журнала.

— Средство от сырости. Какое назначение?

— Защитная обработка сухих деревянных и каменных поверхностей. Не применяется по влажной плесени и не устраняет источник протечки.

— Почему на этикетке указано, что обработку следует повторить через четыре месяца?

— Потому что в местах с постоянным перепадом влажности защитный слой постепенно разрушается. Четыре месяца — срок, который я могу подтвердить прежними наблюдениями. Для очень влажных помещений требуется отдельная проверка.

Она подняла на меня глаза.

— Вы давно занимаетесь алхимией?

— Мастером работаю четырнадцать лет. Учиться начала раньше.

— Где работали?

Я помедлила.

— В Доме Фалька.

Она снова посмотрела в журнал.

— А теперь решили работать самостоятельно?

— Да.

— Хорошо.

Никакого удивления.

Никаких вопросов о бывшем муже.

Госпожа Рид просто продолжила проверять документы.

Это было неожиданно приятно.

Через двадцать минут она закрыла журнал.

— Помещение пригодно для малых партий указанных составов. Сложные реакции, работа с едкими парами и крупное производство здесь не разрешены.

— Я и не планировала.

— Если измените ассортимент или технологические условия, потребуется новая проверка.

— Понимаю.

Она поставила подпись.

Потом прикрепила к разрешению небольшой лист с условиями работы.

Я смотрела на печать и боялась спросить.

Наконец проверяющая сама произнесла:

— Можете открываться.

Несколько мгновений я молчала.

— Уже?

— Да. Разрешение вступает в силу сегодня.

Я почувствовала, как щеки становятся горячими.

— Спасибо.

Госпожа Рид посмотрела на меня с легким удивлением.

— За что?

Я не нашла ответа.

Она сложила свои бумаги.

— За хорошую подготовку благодарите себя. Не у всех мастеров журналы в таком порядке.

Когда дверь за ней закрылась, я прислонилась к прилавку.

У меня получилось.

Пусть пока только получить разрешение.

Пусть впереди оставались десятки проблем.

Но теперь у меня действительно была своя лавка.

Я вышла на улицу, перевернула висевшую на двери деревянную табличку и посмотрела на написанное слово.

«Открыто».

Обычное слово.

Всего семь букв.

Я стояла перед ним с такой глупой улыбкой, что проходивший мимо мальчишка остановился и спросил:

— Тетенька, вы чего?

Я рассмеялась.

— Лавку открыла.

Он посмотрел на вывеску.

— И что продаете?

— Алхимические средства.

— А чтобы домашнее задание само делалось, есть?

— Нет.

— Жаль.

Он побежал дальше.

Я проводила его взглядом.

Первый посетитель.

Не покупатель, конечно.

Но начало было положено.

Через пять минут пришла Ида.

Она вошла с таким видом, словно собиралась проверить, насколько серьезно я отношусь к делу.

— Разрешили?

Я показала документ.

Ида довольно кивнула.

— Тогда давайте ваше средство от сырости.

— Вам какой объем?

— Для небольшой комнаты. Там два шкафа и стена возле окна.

— Сначала нужно убедиться, что сама стена сухая. Иначе обработка не поможет.

— Высохла уже. Крышу починили еще весной.

Я взяла флакон.

— Тогда хватит этого. Наносить на очищенную поверхность тонким слоем. Потом дать высохнуть не меньше шести часов.

— Сколько стоит?

— Тридцать медяков.

Ида протянула руку за флаконом.

Потом остановилась.

— Сколько?

Я насторожилась.

— Тридцать. Дорого?

Она медленно поставила флакон обратно.

— Нора, а сколько стоит его приготовить?

— Если считать сырье и тару, двадцать три медяка.

— А ваше время?

— Ну...

— А дрова?

— Отдельно не считала.

— А обслуживание приборов?

Я замолчала.

Ида скрестила руки на груди.

— Понятно. Хороший мастер. Плохой торговец.

Мне стало обидно.

Совсем немного.

— Это первая партия.

— Я вижу. Именно поэтому и спрашиваю.

— Но мне нужно привлечь покупателей.

— А потом что? Умереть от усталости, потому что работаете почти бесплатно?