
Клим Руднев
Синяк 2-го уровня
Глава 1. Сканер нового уровня
Хотите прикол?
Да похер, если честно, хотите или нет — все равно расскажу. Да и хрен ли вам тогда вообще открывать эту книгу и читать ее, если не ради моих приколов?
Короче, забухал я знатно после повышения. Не, ну а че? Подумал о том о сем: жизнь наладилась, бабки водиться стали, народ зауважал, мать загордилась. Ну и, думаю, самое время все проебать. Вернулся к водке своей любимой, точно к бывшей подружке, и все на том. С работы поперли, система отрубилась, весь прогресс на дно бутылки «Пшеничной» ушел. Ну а я че? Думаете, снова восстал из пепла и упорно решил, что срывы бывают и вообще один раз не пидорас и надо двигаться дальше? Хрен там плавал. Нравится мне на дне, свинья везде грязь найдет.
Поверили? Ну даете. Да как бы оно не так! Иначе историю можно было заканчивать уже сейчас, после нескольких абзацев. Но я, пожалуй, продолжу. Побарахтаюсь еще немного, так сказать.
В общем, так вот незаметно почти год минул с того рокового момента, когда передо мною впервые предстал Посредник и предложил мне тему с системой кармы и всю эту волшебную ерунду. Почти год с того момента, как я сразился с Горой, получил нефиговое повышение на работе и как срывался на алкашку в последний раз. Нет, соблазнов за все это время много было и даже слишком. Шнырь вон то и дело хватался за свою призрачную голову и бормотал себе под нос проклятья. Но я держался молодцом и не забухал с того момента ни разу. Даже не нюхал, как говорится. И конечно, все это время я не сидел сложа лапки. Жизнь била ключом во всех, мать ее, смыслах.
Для начала, работа шла у меня хорошо. Сан Саныч нахваливал, завод наяривал нормативы как никогда. Планы все выполнялись, народ шуршал и шевелился, никто больше не воровал, разумеется. Употребление спиртного среди работяг тоже как-то подсократилось. Ну или они просто перестали совсем уж внаглую бухать на рабочем месте, чувствуя, что я такой подход не одобряю. Колян вон тоже держался. Парочку срывов у него все ж случилось, но то ерунда по сравнению с тем, с какого дна он поднимался, когда только начинал отказываться от синьки. Пашка, студент мой зеленый, выкладывался по полной программе, ловил каждое слово, опыт перенимал и очень старался хорошо работать. В общем, все шло своим чередом.
Зарплата у меня теперь была такая, что хватало на многое всякое разное. Недавно вот замутил матушке роскошный ремонт в квартире. Полностью поменяли все: начиная от линолеума и обоев, заканчивая техникой и прогнившей сантехникой. Сделали все по красоте и полному соответствию последним тенденциям в этих самых ремонтных делах. Нанимал бригаду даже. Не то чтобы я сам бы не справился, но на работе такая загруженность, сами понимаете. В общем, оно оказалось и к лучшему, потому что в бригаде этой бригадир Семен за мамкой приударил, ну и закрутились у них шуры-муры. А че, мужик он вполне себе ничего. Работящий, не бухающий. Ворчливый только, как старый пес, но мамке, главное, нравится. А если ей хорошо, то и мне спокойно. Батя-то ушел хрен знает сколько лет назад, она одна куковала все это время. А так вон — аж расцвела, довольная теперь ходит. Ремонт, новый мужик, сын бухать бросил — не жизнь, а сказка в сравнении с тем, что раньше было.
К слову, новая зарплата мне позволила не только ремонты у матушки спонсировать. Наконец смог съехать от бабы Гали. Мне, конечно, нравилось с ней жить: всегда дома чисто, похавать есть и денег за жилье минимум. Но как справедливо однажды подметил Шнырь: «Ты, говорит, Алек, мужик молодой, а живешь с бабкой. Это ни в какие ворота. Надо оставлять тебе уже насиженное гнездышко и шуровать свою жизнь строить». И тогда я что-то крепко задумался, пожил с этими мыслями пару дней, да и решил снять себе квартиру. Ну серьезно, всю жизнь с бабой Галей не проживешь. Можно, конечно, но нехорошо как-то. Подобрал себе небольшую двушку почти в центре Угрюмова. Квартира довольно скромная, в панельном доме, но по меркам нашего Угрюмова это не хер собачий. В общем, где-то полгода назад заехал туда со своим котом Васькой, который, к слову, уже стал большой такой пушистой и наглой дурой, да и зажили мы там счастливо. Я, Васька и Шнырь еще, который ходил ко мне иной раз как на работу.
И конечно, с переменами как с бедой. Вот говорят же, что беда не приходит одна, так и перемены.
Стоило мне заселиться в новое жилье и более-менее обосноваться там, как судьба подкинула мне новое испытание. И звали это испытание Настюхой. Ну, то есть сама она себя называла Стейси и просила, чтоб я ее так называл тоже, но не моя эта история, я ей сразу так и сказал. По паспорту она Настюха, на том предпочел и остановиться. Она поправляла меня какое-то время, а потом смирилась.
В общем, Настюха — это молодая такая деваха, живущая этажом выше. Блондинка с шикарными формами, настоящая красотка, что уж тут говорить. Я с ней пару раз в подъезде сталкивался и у подъезда, пока сидел на лавке и курил. Вечно она то в шортах коротких, которые чуть зад прикрывают, то в платьях таких же. Глазищи у нее такие большие и наивные, а ресницы натурально как два опахала… ну, в хорошем смысле. Не знаю, что она там с ними делает, чтобы они такими были. Приклеивает, наверное, или вроде того — бабская это тема. Губы еще у нее такие сочные, большие, ноги, задница, грудь — все при ней. На вид Настюхе не больше двадцати пяти, так что видов я на нее не имел, но смотреть было приятно. Она вечно таскалась домой с какими-то пакетиками цветными и маленькими коробочками. Один раз видел, как она записывала, кажется, видео на смартфон прямо у подъезда. Говорила что-то вроде: «Привет всем моим подписчикам, сегодня забрала помаду, вечером будем распаковывать». И прочую подобную лабуду. Я еще подумал про себя: а что, подписчики ее помаду, что ли, распаковывать не умеют? В чем прикол? Но да ладно, слишком я уж далек от подобного дерьма. Так мне казалось. Иногда Настюха, когда здоровалась со мной, странно кривила лицо. Вроде как улыбалась, но как-то многозначительно, что ли. Шнырь говорил, что я ей нравлюсь и она со мной заигрывает. А я думал: с хера ли этой молодой девахе заигрывать со мной? И больше ставил на какой-нибудь лицевой паралич. Ну, всякое же бывает.
Так вот было бы и дальше. Но у Настюхи кран потек, и она взяла да и ко мне спустилась за помощью. Кран я ей сделал, а вместе с тем и чай остался попить. Ну а потом… в общем, заобщались мы тесно как-то и довольно быстро. Да так, что полгода уже общаемся. Настюхе, оказывается, мать квартиру в ипотеку купила. Она меня все к себе жить зовет на этаж выше, но я как-то не готов пока переходить на следующий уровень. Хотя она мне нравится, конечно. Все рассказала, что снимает всякие ролики в интернет, типа, блогер она. И подписчики ее умеют распаковывать коробки — просто она заказывает всякую косметику и показывает им, как и что работает в реальности. Как тени ложатся, как оттенок помады смотрится, ну и всякое такое прочее. Нормальной работы у нее нет. Говорит, что это и есть нормальная работа. Мне в общем-то все равно, я не за карьерные амбиции ее люблю. В общем, Настюха у меня настоящая звезда. Повезло мне в Угрюмове такую отхватить. Она без отца росла, вот и не хватало ей крепкого мужского плеча. А тут я подвернулся. Счастливчик, что еще скажешь. Характером только не вышла, но это у баб, видимо, врожденное. Я давно смирился.
Что же касалось системы — ну, она тоже не дремала. Хотя, наверное, можно было сказать, что как раз дремала. В том смысле, что после махача с Горой никаких серьезных задач мне так и не подкинули, несмотря на многообещающие намеки Посредника. Что, мол, будет какой-то следующий этап и новый уровень сложности. Ага, десять раз. Напротив, мы со Шнырем уже измучились от бесконечно однотонной рутины. Слонялись просто по Угрюмову и уничтожали Ноды время от времени. Никаких баталий, ничего такого. Мои показатели медленно ползли вверх, очки копились, но ничего интересного не происходило. Никакой движухи, знаете. Я даже подумал, что отсутствие динамики тоже своего рода испытание. Ведь я привык к жизни на пороховой бочке, а в спокойной и ровной обстановке мне становится скучно. А так и забухать недолго. Но да ладно, Настюха не дает мне заскучать. Нет-нет, а скандал устроит или выкинет нечто… обескураживающее.
Уже по привычке я открыл панель системы, чтобы глянуть на показатели:
Карма: 277.
Уровень: 5.
Монет ОК: 23.
Навыки: Разряд (7), Очистка (6), Щит (1), Видение энергий (5), Второе дыхание (3), Сила воли (10).
Вполне неплохо. Значения растут медленно, но верно.
И вот я валялся в своей кровати, закинув руки за голову, и размышлял обо всем этом. Под боком мурлыкал Васька, а Настюха вчера уехала в гости к своей матери, так что у меня образовалось немного времени, чтобы побыть с собой наедине. Хотя… надо было уже вставать и шуровать на работу. Время-то ого-го сколько.
Только я подумал, что пора раскачиваться, как услышал пилик телефона, что валялся на прикроватной тумбочке. Ну точно, Настюха что-то написала. Вспомнишь солнце — вот и лучик, епта. Я потянулся и взял в руки аппарат.
«Лапусик, скинь пж денежку на тушь. Помнишь, говорила тебе, что хочу сделать обзор на ту тушь, которая создает мокрый эффект? Она сейчас по акции просто, 450 рублей. Спасибо, люблю тебя».
Ну конечно, тут и гадалкой не нужно быть. Настюха! Я усмехнулся по-доброму и скинул ей бабки. Ну пусть развлекается, че мне, не жалко. Она так-то недорого мне обходится: пару тыщ в месяц на ее эту косметику я уж точно могу себе позволить. Пусть старается и выглядит хорошо, мне же от этого лучше будет.
Сел я, значит, на кровати, потянулся, похрустел костями и поднялся на ноги. Васька недовольно буркнул что-то на своем кошачьем, соскочил с нагретого места и тоже потянулся, сладко зевая. А потом важной походкой, с хвостом трубой, отправился на кухню прямиком к миске. Не, ну базара нет — пожрать утром святое.
Я насыпал ему корма, быстренько сделал зарядку и сходил в ванную. Умылся, принял контрастный душ, ну и все такое. Вот это житуха у меня теперь, конечно. Никогда бы не подумал, что к такому приду. После всех манипуляций я уселся на кухню завтракать. Приучил себя есть по утрам яичницу с колбасой и пить кофе. Ну прям как нормальный человек. После стольких лет завтраков, которые ограничивались парой банок пива или чего покрепче, такой прием пищи до сих пор, даже спустя год, казался неким роскошеством, да и просто чем-то необычным. Но мне нравилось.
Параллельно завтраку полистал всякие новости в телефоне, посмотрел погоду, попереписывался с Настюхой. Любит она это дело — строчит, как из пулемета. Ваську погладил немного — таков наш обязательный утренний ритуал. Ну а потом собрался на работу.
— Пока, шкет. Смотри, веди тут себя хорошо, — сказал Ваське перед тем как выйти за дверь.
— Мяу, мяу, — ответил он.
Вот и поговорили. Уверен, он понял меня.
На улицу вышел в отличном настроении, как часто бывало, оказывается, в состоянии трезвости. Солнышко так приятно светило, пригревало, люди шли по своим делам. Вот и я шел, весело насвистывая какой-то мотивчик себе под нос. Нет, ну не жизнь, а песня.
Однако кое-что было не так, как обычно. И это кое-что здорово привлекло мое внимание. Я как раз проходил мимо старого продуктового ларька, где мы с Коляном когда-то брали пиво по пятницам, как вдруг заметил нечто странное. Сначала я даже подумал по старой памяти, что меня просто приглючило — ну, знаете, бывает такое, когда солнце слепит или усталость накатывает. Но нет, я отчетливо видел это.
Над ларьком, прямо над его «грустной» крышей, вилась тонкая черная нить. Она была почти прозрачной, как дымка, но при этом вполне реальной. Она тянулась от ларька куда-то вверх, к небу, а потом уходила вдаль, кажется, куда-то за город. Я замер на месте, провожая ее взглядом. А потом перевел глаза на соседний подъезд. То же самое — тонкая черная нить, тянущаяся от входа. На детскую площадку глянул — и там такая же.
Я даже присвистнул негромко от неожиданности. Все здание, прямо как паутина, было опутано этими черными нитями. Они были почти невидимы, но стоило сфокусироваться — и они проступали отчетливо. Как вены на старушечьей руке. Только черные.
— Да что за херня? — пробормотал я себе под нос.
И тут перед глазами, как по заказу, всплыла знакомая панель. Только на этот раз она светилась не привычным зеленым, а каким-то тревожным желтым:
Обнаружена сеть микро-Нодов.
Концентрация: низкая, но множественная.
Рекомендуется апгрейд сканера для детального анализа и отслеживания источника.
Стоимость: 10 ОК.
Примечание: сеть активна и имеет центральный узел.
Я стоял посреди улицы, выпучив глаза на эту надпись, и пытался переварить информацию. Микро-Ноды? Сеть? Центральный узел? Я же думал, что после того, как я завалил Гору и зачистил его жирный Нод, в Угрюмове почти не осталось негатива. Так, чисто мелочь залетная. А тут — вон оно что. Оказывается, я просто не видел раньше всю полноту картины. А теперь, судя по всему, система сочла, что мне пора переходить на новый уровень. Этих штук, оказывается, еще дофига и больше. Короче, пожили спокойно и хватит.
Ну, собственно, а чего еще следовало ожидать? Посредник вроде так и сказал, что то ли еще будет и это вопрос времени, когда опять мне придется браться за дело с новой силой. Хотя что уж тут лукавить, я и сам не прочь был уже заняться чем-нибудь интересным. Но слегка неуютно все же стало.
Я поежился, хотя утро было теплое. Надо было что-то делать. Ну не могу же я просто стоять и смотреть на это дерьмо.
Зайдя в свою каморку на заводе, я первым делом закрыл дверь и сел за стол. Никого не хотел видеть. Перед глазами все еще висела та желтая панель с предложением апгрейда. Десять монет ОК. У меня было двадцать три. Это половина всех накоплений. Тратить десять монет на какой-то апгрейд, когда я планировал их потратить на Разряд или Очистку — было стремно. Но с другой стороны, что толку от Разряда, если я даже не понимаю, с кем и с чем имею дело? Что толку от Очистки, если я вижу только верхушку айсберга?
— Ладно, хрен с вами, — сказал я пустоте. — Потрачу.
Я мысленно подтвердил транзакцию. Панель мигнула, десятка монет исчезла из моего инвентаря. Я почувствовал, как что-то щелкнуло внутри меня. Нет, не физически. Скорее, как будто в голове переключился какой-то тумблер. И мир вокруг стал другим.
Я моргнул пару раз.
Картина, которая открылась мне, была… впечатляющей, мягко скажем. Нет, это слово не передавало и десятой доли того, что я увидел. Эти нити были повсюду. Только теперь я мог разглядеть их намного четче. И не то чтобы картина перед глазами меня сильно радовала. Они были такие мерзкие, пульсировали, как жилы, и воздух вокруг них подрагивал. А еще теперь я мог как следует проследить, откуда у этой гадости ноги растут. Я поднялся из-за своего стола и подошел к окну. М-да, на улице их было пруд пруди. И все они, как одна, тянулись куда-то в сторону окрестностей. Стало быть, первое мое предположение по поводу «загородной вечеринки» было верным. Явно что-то нехорошее там происходит, в окрестностях, и это нечто обнимает Угрюмов, будто дитя — мягкую игрушку на ночь. Может, не очень корректное сравнение, но хрен с ним, суть понятна.
На секунду я попытался напрячь мозги и память, попробовал предположить, что же там за ерунда могла быть. Неужто сидит там какой-то деловой и злобный хрен вроде Горы и промышляет какими-то грязными делишками? Любопытно, однако. Короче, наверняка я знал только то, что с этим предстояло разобраться. И что-то так меня затянул мыслительный процесс, что чуть не забыл про работу, а ее между прочим много было.
— Ну и хрень, — протянул я вслух многозначительно сам себе.
И тут же услышал знакомый голос:
— Ну что, алкаш, видишь? Вот ждали мы с тобой, ждали. И, наконец, настоящая игра начинается.
Я обернулся. На подоконнике моей каморки сидел Шнырь. В своей неизменной кепке, с папиросой в зубах. Он смотрел на меня с хитрой усмешкой и в его маленьких глазах-бусинках плясали веселые чертики. Или не очень веселые, как посмотреть.
— Шнырь?! Подумать не успел, что с тобой перетереть надо, а ты уже здесь. Так скоро и посрать без тебя не сяду.
— Да у меня ж всегда чуйка срабатывает на разного рода движуху, как же я такое пропущу? — Он затянулся папиросой и выпустил колечко дыма. — А вообще, алкаш, открою тебе истину. Ты раньше меня частенько не замечал. А теперь, с новым сканером, видишь все. В том числе вот и меня, даже если я не хочу, чтобы ты меня видел. Это как подписка в каком-нибудь премиум-аккаунте.
— Че? Премиум че? — На секунду я отвлекся от основной темы беседы. Шнырь как выдаст ерунду какую-то. Настюха иногда тоже вроде таких фразочек выдает, как на другом языке балакают.
Шнырь устало махнул лапкой.
— Забей. Говорю, придется теперь прятаться тщательнее. Сканер у тебя новый, крутой.
Я решил не вдаваться в подробности. Но кое-что меня волновало куда больше.
— Ты знал об этом?! — Я встал из-за стола и подошел к окну. — Ну, что весь город опутан этими нитями?! И че ты молчал тогда?!
— Ой, не драматизируй, алкаш. Ну сказал бы, а что бы это изменило? — Шнырь лениво пожал плечами. — Я же тебе говорил, что система не дремлет. И Посредник намекал, что дальше будет сложнее. А тебе отдохнуть надо было, у тебя вон жизнь наладилась, бабки появились, Настюха, работа. Ты хоть чутка успокоился и расслабился. А так бы просто суетился без толку, но сделать бы ничего толком не сделал. Всему свое время. А вот сейчас можно сразиться с врагом.
— Какой враг? Кто это все создал?
— Да не знаю я пока, че пристал. — Шнырь затянулся и замолчал на секунду. — Но к бабке не ходи, это не просто так. Ноды не сами собой появились, их кто-то создает в промышленных масштабах. И этот наш злодей где-то там. — Шнырь мотнул головой в сторону окна. — За городом сидит себе и плетет свою паутину, кормится энергией жителей нашего Угрюмова и соседних городов.
— Так. И что мне делать? — Я посмотрел на Шныря, пытаясь найти в его глазах ответ.
— Ну ты че, забыл, что ли, все, память как у рыбки? Что мы обычно делали, алкаш? — Он усмехнулся и спрыгнул с подоконника. — Нужно идти и мочить Ноды. Другого не дано. Только теперь их много, и они везде. Но это ладно, уже мелочь. А вообще надо нам найти источник как можно скорее и уничтожить его.
Он замолчал, докурил папиросу и раздавил ее о подоконник. А потом исчез. Просто растворился в воздухе, оставляя после себя привычный запах мяты и дыма.
Я остался один в своей каморке. Стоял и смотрел в окно на город, который сейчас видел иначе, чем еще пару часов назад. Черные нити тянулись отовсюду и уходили за горизонт.
— Вот так и начинается новая игра, — пробормотал я.
Я выдохнул, поправил воротник рубашки, сел за стол и открыл панель.
Карма: 277.
Уровень: 5.
Монет ОК: 13.
Навыки: Разряд (7), Очистка (6), Щит (1), Видение энергий (5), Второе дыхание (3), Сила воли (10).
Пришло время готовиться к чему-то по-настоящему серьезному. Ну и хрен с ним, прорвемся.
Глава 2. Паутина Угрюмова
В общем, Ноды Нодами, а работу, сами понимаете, никто не отменял. Тем более что не прошло и получаса, как я пришел в свою каморку и ко мне залетел Пашка с выпученными глазами и таким видом, будто натурально наложил в штаны. Дышал еще так тяжело, будто запыхался после нескольких километров утренней пробежки. Мысли про всякие там мистические серые нити быстро улетучились из головы. Стало понятно — жопа какая-то на заводе произошла.
— Алек! А-а-а-лек, — заикаясь, начал он, — Алек. Там Егорову Саньку плохо стало. Он… он дверь-то поднял и потащил, а потом… а потом… а потом…
— Ну, что потом? — не выдержал я.
Пашка громко сглотнул.
— А потом он повалился и давай корячиться на полу, пена изо рта. А еще дверь эта на него упала… — Пашка схватился обеими руками за волосы, продолжая причитать себе что-то под нос.
Я там чуть на месте не помер, аж в глазах потемнело. Санек здоровый мужик, квадратный такой, чуть ли не два на два метра. Но дверь, очевидно, тяжелее. Страшно представить, какие увечья могла ему нанести эта железяка. Я тут же подорвался со своего места и кинулся к выходу. Паша засеменил за мной.
— А чего же он упал-то, а, Пашка? — по пути бросил я.
— Да я ж не знаю, Алек. Упал и все. У него как эта началась… как ее там, — в панике Пашка позабыл все слова, — эпилепсия или вроде того.
— Вот алкаш, — сквозь зубы процедил я и ускорил шаг. — Скорую-то вызвали? Колян на месте?
— Да, вызвали. И Колян там, рядом.
Ну хоть что-то. Я чуть выдохнул. Обычно не называл никого алкашами, потому что и сам таким не так уж давно был, но сейчас само вырвалось. Санек вроде нормальный парень сам по себе, но нет-нет, а прибухивает. Я на работе за этим делом его не замечал, но во дворах, бывало, встречал в стельку. Я ему сто раз говорил, что ничего хорошего от синьки не будет. Так и случилось.
В общем, прибежал я в главный цех на место происшествия, а там, разумеется, работа остановилась. Колян с Саньком возился как с ребенком, Сан Саныч нервно блуждал по помещению туда-сюда, вокруг все носились и что-то болтали. Санек вроде уже в конвульсиях не бился, но валялся на полу без сознания. Я подлетел к нему и Коляну, сидящему рядом.
— Ну, че он? — как можно спокойнее спросил я.
Колян бледный был как альбомный лист, повернулся на меня и посмотрел с таким бешеным страхом в глазах, что мне самому еще страшнее стало.
— Да черт знает что, Алек. Чуть сам от страха не помер, но вроде все более-менее. Скорую вызвали, дышит. Дверь только руку ему придавила. Максимум — перелом какой-нибудь, минимум — ушиб. Но дышит вроде, обошлось, — осторожно ответил Колян.
Я осмотрел Санька, проверил пульс. Жить будет. Ребята молодцы, сориентировались быстро и повернули на бок голову Саши. Главное, что судороги кончились. Скорая приехала быстро. Мы с мужиками помогли тушку Санька загрузить в карету скорой помощи. Там его быстро взяла на контроль медсестра. Что-то там над ним поколдовала, на какие-то приборы посмотрела и озвучила предварительное заключение: алкогольная эпилепсия, говорит. Уже не первый случай за последние пару недель. Прямо, говорит, напасть какая-то.
Пока она хлопотала с Саньком, водила скорой вышел перекурить. Мы с мужиками чуть ли не всем заводом тоже закурили. Грех не закурить после такой херни.
Не успел я толком отдышаться, как телефон в кармане завибрировал в очередной раз. Уже раз пятый за время, пока я разговаривал со Шнырем, а потом и пытался разобраться в истории с Саньком. Тут даже вангой не нужно было быть, чтоб понять — Настюха шпарила сообщения. Опять недовольна будет, что не отвечаю ей по первой ее хотелке. Я достал телефон и постарался вчитаться в парочку посланий. Там было что-то вроде: «Котик, приехала домой от ма, ты сегодня во сколько придешь, какое кино смотреть будем?» А потом каждые десять минут: «Эй, лапуль, ты чего там, совсем про меня забыл?», «Зай, как думаешь, красное или черное платье заказать? Посмотри, пожалуйста, ссылочки скинула», «Алек, ты задолбал игнорить, каждый раз одно и то же». И вот сейчас еще одно пришло: «Ладно, прости, зай, что-то вспылила…».
Да еб твою мать. В моменте я вспыхнул от гнева. Ну разорваться мне, что ли? Попутно Саныч еще что-то обсуждал с Коляном и другими мужиками в курилке. Что-то про паленую алкашку. Я хотел бы поучаствовать в дискуссии, но начал печатать ответ Настюхе. Однако и это мне не удалось завершить, как рядом со мной заговорил мужик, который за баранкой в скорой был.
— М-да уж, — пробубнил водила, обращаясь ко мне, — за последнее время что-то участились у нас случаи отравления сивухой всякой. Вы это, смотрите в оба за своими сотрудниками, а то у вас на заводе работяги, а это контингент такой, сами понимаете. Так сказать, наиболее рискам подверженный.
Я не успел допечатать сообщение Настюхе, но решил бросить это занятие, мысленно отмахнулся, заблокировал телефон и сунул его в задний карман штанов. Вместо этого я затушил сигарету и посмотрел на водилу.
— Слышь, а че за эпидемия такая? Я сколько бухал раньше — вроде так поголовно никто не травился никакой сивухой. Бывало, конечно, кто-то перебирал, но чтоб прям массово — такого не припомню. И уж тем более чтоб с эпилепсией этой, алкогольной.
Водила хмыкнул, затянулся и выпустил дым в серое небо. Взгляд у него стал таким задумчивым и глубоким. У, думаю, сука, хоть в фильмах снимайся.