Тайна золотой сабли

— Ну, я побежала, — журналистка глянула на своих друзей и направилась на выход из салона.

— Погоди, — Виктор подошёл к ней совсем близко и шепнул, — вместе поедем в твоё Залиманское.

— Вместе? — Юля улыбнулась, но тут же нахмурила брови. — А на чём?

— На машине, — он весело подмигнул.

— А разве у тебя есть автомобиль? — ей вдруг стало легко и хорошо оттого, что, кажется, нерешаемая проблема решена.

— Знакомому позвонил и попросил нас отвезти, — оператор взвалил штатив на плечи и толкнул входную дверь, — пошли. Он уже приехал!

Когда машина остановилась у дома тёти Нюси, старушка посмотрела на Виктора, который прикуривал свою трубку, и покачала головой:

— Люляша, у тебя сегодня новый кавалер?

— Это мой сотрудник и хороший друг, — улыбнулась гостья, вдохнув знакомый аромат табака.

— Ну-ну, — махнула та рукой и пригласила в дом.

Коллеги поблагодарили парня, который их привёз, и, попрощавшись с ним, двинулись за хозяйкой. В старом деревянном доме, как всегда, было прохладно. Юля бросила на пол рядом с кроватью свою дорожную сумку и, вернувшись в большую комнату, служившую гостиной, села рядом с мамой и Анной Васильевной.

— У меня к вам вопрос, — журналистка посмотрела на обеих женщин, — вы знаете Дробахиных?

— Я таких что-то не припоминаю, — подумав, ответила тётя Нюся.

— Я тоже, — согласилась Людмила Алексеевна.

— На фронтовом письме, которое обнаружил Андрей в паспорте дяди Вани, написана эта фамилия, — объяснила Юля.

— Так во время войны у нас тут полно было эвакуированных! — задумчиво сказала старушка. — А местных с такой фамилией точно нет!

Журналистке пришла в голову догадка.

— Тётя Нюся, а кто работал почтальоном во время войны?

— Нина Степановна! Она лет сорок по Залиманскому с почтальонской сумкой прошагала! Всех знала, — хозяйка улыбнулась воспоминаниям, — душевная была женщина.

— И я её помню, — подтвердила мама, — голос у неё был звонкий! Если телеграмма была с хорошей новостью, она издалека начинала извещать адресата! Помню, не доходя до дома, кричит, размахивая бланком: «Антонина, твоя дочка в институт поступила!»

— А где она сейчас? — с надеждой спросила сыщица.

— Так померла, — вздохнула тётя Нюся.

После ужина Людмила Алексеевна повязала чёрную косынку и пошла в дом Галины, чтобы провести с братом его последнюю ночь. После её ухода Виктор, достав из своей спортивной сумки видеокамеру «Panasonic», предложил Юлии и Марте:

— Девчонки, давайте прогуляемся по селу.

— А камера зачем?

— Хочу поснимать местные пейзажи.

Они втроём шли по улице, а местные жители с любопытством посматривали вслед незнакомой компании. Николаев время от времени останавливался и, взвалив аппарат на плечо, сосредоточенно смотрел в глазок видоискателя.

— А, можно я попробую, — кивнув на камеру, попросила девочка.

Виктор молча подал ей свой «Панас», как он ласково называл орудие труда, и показал на кнопку. Марта прищурила глаза и взволнованно прильнула к окошечку камеры. Оператор стал давать ей профессиональные советы по съёмке, отчего та пришла в восторг. Юля тоже включилась в своеобразную игру: «Найди интересный кадр» и не заметила, как к ним подошла пара.

— Здравствуйте, — проговорила девушка с очаровательными веснушками.

— Добрый вечер! — журналистка не сразу узнала свою родственницу, недавнюю невесту.

Она немного смутилась, потому что не помнила имя жениха, но тут же нашла выход из щекотливой ситуации.

— Познакомьтесь, это Виктор, мой коллега, — сказала она молодожёнам.

— Анастасия и Всеволод, — представился парень за обоих, а девушка с улыбкой добавила:

— А по-простому: Настя и Сева. А вы приехали из-за дяди Ивана? — она сразу стала серьёзной.

— Да, завтра похороны. А всю эту ночь мама будет у гроба сидеть, — тихо пояснила Юля, — а мы её морально поддержим.

— Моя мама тоже там будет, — девушка махнула в сторону дома Галины, — и бабушка. Мы их только что проводили.

— Жаль, что я не успел с вашим дядей поближе познакомиться, — вежливо проговорил парень, — говорят, он был хороший человек.

— Сева, он же приходил к нам в гости перед свадьбой! — Анастасия с удивлением посмотрела на мужа.

— Ну, — он махнул рукой, — это не считается. Всего какой-то час поболтали. За это время человека не узнаешь.

— А что он вам рассказывал? — спросила Юля и вздохнула. — Я тоже не успела с ним пообщаться.

— Ой, он так много чего говорил, — сразу оживилась девушка, — и про Север, и про навигацию на реке Яна, какие у них там метели и сугробы почти круглый год…

— А про покупку дома?

— Конечно, он даже предлагал нам купить дома рядом, сказал, что в будущем будет помогать наших детишек нянчить. И деньги…

— Да, а ещё он нам показывал фотографии северного сияния, — перебил её Всеволод, — так интересно!

— А что с деньгами? — Юля в упор посмотрела на парня.

— Обещал, — он обнял свою молодую жену, — обещал помочь деньгами, если нам не будет хватать.

— Это на него похоже, — грустно усмехнулась журналистка, — всем предлагать свою помощь…

— Пи-пиб! — неожиданно раздался уже знакомый голос.

Павлуша «притормозил» рядом с компанией и крикнул:

— Просчитался злодей: враг хитёр, а мы хитрей!

Виктор отошёл от Марты, которая, не обращая ни на кого внимания, продолжала заниматься видеосъёмкой, и спросил:

— Это кто был?

— Местный дурачок, — усмехнувшись, ответил Сеня.

— Я тебе потом про него расскажу, — вздохнула Юля и посмотрела на своего оператора.

Молодожёны попрощались и пошли, обнявшись, домой.

— Раньше в каждом селе был свой юродивый, — печально произнёс Николаев, когда они остались одни, — я помню в детстве ездил к бабушке в деревню Васильково, так там был парень по имени Дюсембай. Бабушка называла его «блаженным» и не разрешала обижать. Только мы, мальчишки, бегали за ним толпой и дразнили, а потом, убедившись, что разозлили этого дурачка, с диким криком разбегались в разные стороны.

— Своего рода — адреналин, — усмехнулась Юля.

— Да, но если он догонял, то сваливал прямо на землю и очень сильно бил ногами. Все этого боялись, но всё равно дразнились…

— Да, дети — жестокие, — философски заметила она, — но наш Павлуша мирный, он никого не бьёт, — и журналистка рассказала приятелю грустную историю семьи Вихляевых.

— Думаю, с ним надо поговорить о твоём дяде. Как правило, окружающие на таких людей не обращают внимания, а они везде ходят и многое подмечают, — сделал вывод Виктор.

— Мама пробовала, — Юля пожала плечами, — ничего не получилось.

— Значит, надо тебе попытаться! — уверенно сказал мужчина и шутливо позвал Марту. — Товарищ стажёр, уже стемнело! Съёмку продолжим завтра!

— Вы потом посмотрите, какие я ракурсы нашла, ладно? — она отдала камеру Виктору.

— Конечно, посмотрю! Более того, — он ей лукаво подмигнул, — выставлю оценку за первый урок!

Когда прошли полпути к дому Анны Васильевны, Юля предложила:

— Я волнуюсь за маму, давайте её проведаем, как она там? — она посмотрела на друга и на дочь.

Во дворе Галины было темно, но у самого дома одиноко светила лампочка, вокруг которой летали какие-то мошки. Время от времени они касались тонкими крыльями горячего стекла и тут же падали вниз на землю.

— Вы постойте здесь, — сказала она Марте и Виктору, — а я зайду и позову сюда бабушку, — журналистка посмотрела на дочь, — там тебе делать нечего.

Она аккуратно открыла скрипучую дверь и вошла в уже знакомый коридор. В доме было душно, пахло расплавленным воском и нафталином. Юля заглянула в комнату. Она уже собралась поздороваться с тремя женщинами в чёрных одеждах, но, увидев в самом центре стоящий на двух табуретках гроб, обитый красной тканью, отшатнулась назад.

— Мам, — позвала она жалобно.

Людмила Алексеевна через минуту вышла в коридор.

— Ты хочешь посидеть с нами? — удивилась она.

— Нет, — Юля отчаянно замотала головой, — мы просто пришли тебя проведать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.