Пожиратель времени. Том 1
– Да, – согласился Трофимыч. – Здесь ты прав, я бы не стал высаживаться через мины. Можно отвести войска.
– Нет, – я помотал головой. – Рискованно. Пусть остаются, я оставлю ещё десяток своих.
Трофимыч кивнул.
Где-то бухали пушки береговой обороны. Но остров цел, его никто не обстреливал, почти не было пожаров, даже окна во многих домах не повылетали от взрывов.
– У них нет корабельной артиллерии? – сам у себя спросил я.
– Похоже, что нет, – согласился Трофимыч. – Тогда особых сложностей не будет. Они будут закидывать нас мясом, пока это мясо у них не кончится.
– Скорее бы, – сказал Паха, поправляя бронежилет. – А это обязательно носить?
– Обязательно, – я хлопнул по своему. – Вы ещё каски будете носить. Не хватало вам поймать шальную пулю.
Потому что если кто-нибудь из них умрёт, мне придётся перезапускать цикл с риском никогда не вернуться в начало. Выбор между двумя плохими вариантами.
– Будете сидеть в обороне, – продолжал я наставлять парней и девушек. – Последняя линия. А мы с Трофимычем посмотрим, что там творится.
– Я с тобой, князь, – сказал Алекс. – И, как начальник твоей охраны…
– Ладно, не нуди. Только не высовывайся.
Дворец спешно укрепляли. Но даже окруженный траншеями, прокопанными прямо через цветочные клумбы, огневыми точками и артиллерией, он выглядел шикарнее моего. На крыше трёхэтажного здания, отделанного мрамором, был изображён массивный герб Строгановых с двумя соболями и прочей живностью.
– Тут даже танки есть, – сказал Кирилл, показывая на бронетехнику.
Несколько танков стояли чуть дальше от дворца. В одном завёлся двигатель, и машина с рёвом куда-то поехала.
– Да, – Трофимыч сощурился. – И на что рассчитывает Морозов. Атаковать танки одной пехотой?
– Госпожа! – из дворца вышел седой генерал с роскошными бакенбардами. – Рад, что вы не бросили нас в час беды. Теперь мы точно выстоим.
Он изящно поклонился и поцеловал руку Лере. Следом к нам подошёл Виталик, её сводный брат.
– Лера, – сказал он и кивнул. – Хорошо, что я сразу сюда приехал. И ты правильно сделала. Князь, рад вас видеть! Очень рад.
Он пожал мне руку, игнорируя остальных. Виталик был одет в военную форму и жилет с разгрузкой, так что вид у него боевой. Правда, я всё равно сомневался, что он хоть на что-то способен.
– Михаил Трофимович! – генерал бросился обнимать нашего капитана-инструктора. – Я вот утром вспоминал, что будь у нас ты, мы бы отбились. И вот, тебя сам Господь послал.
Если быть точнее, не обошлось без Пожирателя Времени, но я промолчал.
– Князь Воронцов привёл подкрепление, – сказала Лера.
– Немного, но это мои лучшие люди, – добавил я.
– Мы очень рады, князь, – генерал уважительно мне кивнул. – Пока атаки были не очень сильными, но я думаю, что их командование что-то задумало.
– Это всё наёмники? – спросил я.
– Да, всякий сброд, – генерал нахмурился. – Но если бы атаковал я сам, то тоже бы отправлял всю эту шпану впереди основной армии. Они щупают нашу оборону.
– Я тоже этого опасаюсь, – добавил Трофимыч. – Надо осмотреть оборону.
– Если вы все готовы, то отправляйтесь. Князь, – генерал посмотрел на меня. – Я был бы признателен, если бы ваши войска остались в резерве.
– Да, я согласен, – я повернулся к своим. – Отряд в резерв, Кирилл, Паха и Света, вы с Лерой, Алекс и Трофимыч со мной.
Генерал закурил сигару и рявкнул нереально громким голосом:
– Машину! Срочно! Чё вы там копаетесь?
Уже через полминуты возле нас остановился здоровенный внедорожник с пулемётом на крыше. Мы залезли внутрь. Генерал открыл окно и выдохнул туда едкий дым сигары.
– До береговой линии недолго, за несколько минут доедем.
Алекс уважительно посмотрел на пулемёт. Наверняка хотел пострелять, но вслух не сказал.
– Сначала они вообще нас не беспокоили, – сказал генерал. – Высаживались на катерах и моторках, нам хватило пары пулемётов, чтобы их прогнать. Но мне не давало это покоя, так что я приказал усилить оборону. И не зря, сегодня они лезут, как сраные бриташки в последнюю войну. Помнишь, Михаил Трофимыч?
– Помню.
– Вот только сейчас успокоились. Но боевого флота у них нет, только катера. Они ракетные, неприятные, но близко подходить бояться, мы их из наших пушек отгоняем. Вон, видите!
Он показал на горизонт. Там, на море, всё заволокло чёрным дымом.
– Подбили несколько штук прямой наводкой, – похвастался генерал. – Пушки хорошие, да и вообще люди опытные.
– Есть маги?
– Мало, мы их бережём.
– А у врага есть?
– Надеюсь, что нет.
Ещё совсем недавно это было пляжем, но всего за несколько дней гарнизон превратил это место в неприступную крепость. На пулемёты и пушки в доме Строгановых не скупились. А на песке уже видно результат их работы.
Всё было завалено телами.
– Ого, – сказал я. – Вы пустили им кровь.
– Это с последней атаки. Вот они лезли, вы бы видели. Это самое крепкое место нашей обороны.
Десантные катера догорали у берега. Если всё будет продолжаться такими темпами, у Морозова просто кончатся люди уже через несколько дней. Тогда надо будет придумать, как захватить его самого.
Орудие береговой обороны, установленное в мощном бункере, начало движение.
– Сейчас бахнет, – предупредил генерал.
Бахнуло так, аж дрогнула земля. Снаряд весом в тонну улетел куда-то в сторону моря.
– Кого же они там засекли? – спросил генерал. – Я пока спрошу…
– Минуточку, – сказал я. – Это самое крепкое место обороны, но как укреплены другие?
– Достаточно, – генерал пожал плечами. – На западе очень неудобно высаживаться, поэтому все лишние пушки и пулемёты мы увезли сюда.
Я посмотрел на Трофимыча. И он подумал тоже самое.
– Нам нужно их осмотреть, – сказал капитан-инструктор. – И если там слабая оборона, я буду рекомендовать вернуть всё на позиции. Здесь и так всё обложено, можно выдержать атаку целой армии.
– Здесь и так целая армия, – генерал сморщил лицо. – Ладно, посмотрим, чтобы всё там было хорошо. Но я вас заверяю, когда вы увидите те места, то поймёте, что с моря там нельзя высадиться серьёзными силами.
– Господин генерал! – из машины высунулся водитель, держа трубку радиостанции.
– Минутку, – генерал торопливо прошёл к машине.
Новости ему явно не понравились.
– Выезжаем! – приказал он.
Уже в машине он объяснил, что случилось.
– Они атакуют с запада.
– Как много? – спросил Трофимыч.
– Рота, не больше. Наших там тоже рота, но…
Он опять припал к трубке. А впереди что-то начало бухать. Из-за холма протянулся толстый ствол чёрного дыма. Затем ещё один.
Машина встала под холмом, чтобы не было видно с моря, а мы вылезли наружу.
Я понимаю, почему генерал так был уверен в том, что здесь не нападут. В этом месте нет пляжа, тут скала, возвышающаяся над морем, и узкий проход к воде, уже заваленный телами. Хватило и пары пулемётов, но…
Опять взорвалось, совсем рядом. Укрытая на позициях здоровенная зенитка исчезла в дыму.
– Они взрывают зенитки! – рявкнул генерал и начал отдавать приказы по рации.
– Сейчас будут вертушки, – сказал Трофимыч. – Алекс, ты помнишь, что я тебе говорил на этот счёт.
Алекс кивнул и засучил рукава.
– Ну и отлично, – Трофимыч похлопал его по плечу. – Мы тут и вдвоём справимся. Но если есть самоходки, – он посмотрел на генерала. – Вызывай!
– Уже вызвал! – крикнул генерал. – Но тут сучьи диверсанты, они…
Он огляделся и запрыгнул в машину, закрывая дверь. По ней застучали пули. А вот окно так и осталось открытым. Водитель уронил голову на руль и застыл в таком положении. Из простреленного горла бежала кровь. Гудок машины протяжно заревел.
Я упал на холодную и влажную от росы траву и достал свою беретту. Стреляли из кустов. Я взял пистолет двумя руками и тщательно прицелился.
Показалась голова в чёрной вязаной маске. Я выстрелил и попал ему в плечо. Кто-то другой начал стрелять по мне в ответ. Я выстрелил наудачу. А их там человек пять. Одна пуля ударилась о камень рядом с моим лицом и с визгом улетела в небо.
– Голову пригни! – крикнул Трофимыч и швырнул туда здоровенный огненный шар размером с телевизор.
Грохнуло так, будто в то место попал снаряд. Одно дерево разломило вдоль ударной волной, листва на нём моментально сгорела. Кусты тоже вспыхнули, оттуда кто-то кричал от боли, но недолго. Температура там просто жуткая.
– Вертушки! – крикнул Алекс.
– Целься лучше.
Три десантных вертолёта быстро приближались со стороны моря. Алекс закрыл глаза и вытянул руку вбок. К кулаку начали прилипать камни и куски земли. А у него уже неплохо получается.
– Ещё нет, – сказал Трофимыч, делая каменный шар побольше. – Жди… кидай!
Шар, пущенный Алексом, попал одной из вертушек в хвостовой винт. Массивная деталь отлетела с куском хвоста. Вертушка начала крутиться вокруг своей оси и со скрежетом врезалась в соседнюю.
Главные винты сцепились, в стороны полетели куски металла. Обе вертушки рухнули на землю. Огненное облако от взрыва медленно и величаво поднялось вверх.
Трофимыч швырнул камень в последнюю. Тяжёлый кусок проломил кабину. Вертушка рухнула рядом с прежними двумя.
– Ещё атакуют! – генерал выпихнул мёртвого водителя из машины. – С юга и… – он прижал. – И юго-востока.
Это то место, откуда мы прибыли.
– Но там же мины, – сказал я.
– Они прошли сквозь них! – крикнул генерал. – Кто-то нас предал!
Глава 21
Ну вот этого ещё не хватало. Предатель, который провёл врага через мины. А ещё был предатель в моём собственном поместье.
И человек в маске, который, по словам Пожирателя, меня удивит. Он тоже предатель?
Если бы я был параноиком, то считал бы, что вокруг предатели.
– В машину! – крикнул я. – Возвращаемся во дворец!
У самой двери я согнулся над телом водителя, залитого кровью.
– Макс, он мёртв, – сказал Алекс.
– Я знаю, – я незаметно обмакнул пальцы левой руки в красную жижу. – Я за пулемёт.
– Это опасно, – возразил Алекс и с уважением посмотрел на крупнокалиберную машинку для убийств. – Можно я?
– Некогда спорить, – сказал я. – Давай на камень-ножницы
Я выбросил ножницы, Алекс камень. Если будет следующий раз, выкину бумагу. Алекс, чью детскую радость было видно даже сквозь его невозмутимый вид, забрался в люк машины и начал копаться с пулемётом.
– Погода портится, – сказал Трофимыч. – Бедро ноет. Будет шторм.
– Кто мог предать? – спросил я у генерала, сидящего на переднем сиденье. – Кто знает ваши мины?
Я завёл тачку и поехал вперёд. Дорога так себе, но этот внедорожник хотя бы держится на ней лучше той говновозки из моего поместья.
Ну что же, новый маршрут только начался, но уже идёт куда-то в жопу.
Алекс выпустил куда-то короткую, но очень громкую очередь. В машине завоняло горелым порохом.
– Минами занимаются очень надёжные люди, – ответил генерал дома Строгановых после нескольких секунд раздумий. – Но их могли обмануть. Вас провели через мины, только когда я передал радисту, что вам открыт путь. Он уже связался с кем надо. Но если предал радист…
– Или кто-то другой, у кого есть коды, – предположил я.
Мы проехали прямо через лужу, разбрызгивая во все стороны воду. Машину сильно трясло на каждой кочке, но я не сбавлял скорость.
– Всех проверю, – генерал помрачнел. – Тот предатель наверняка передал, что я уехал с вами. Не надо было ехать. Но я его вычислю.
Он взял новую сигару в рот, чтобы откусить кончик. Что-то хрустнуло.
– Что такое?
– Да зуб сломал! – он сплюнул зуб с кровью прямо на пол. – В такой момент. Как же невовремя.
По машине что-то застучало. Пули. Кто-то из врагов уже на территории, но это отдельные группы тех, кто прорвался. Пулемёт Алекса замолотил у меня над башкой.
Суровый, обстоятельный звук стрельбы заглушал все другие звуки. Алекс пускал короткие прицельные очереди, даже не обращая внимания на мои дикие манёвры.
– Гранатомёт! – крикнул Трофимыч, выкидывая вперёд правую руку.
Алекс попал гранатомётчику в ногу. Кажется, её оторвало, но выстрелить засранец успел. А дымящаяся граната отклонилась в сторону за пару метров до нас.
Пошёл дождь, но видно, как капли резко начинали лететь в сторону, попадая в выставленный Трофимычем щит.
Трофимыч несколько раз взмахнул кистью, сбрасываю энергию Вира. Лобовое стекло тут же залило водой. Я включил дворники.
– На море начинается шторм, – сказал обрадованный генерал, убирая голову от трубки. – А высадка ещё идёт. Их точно будет сносить на мины, хрен они удержатся.
– Это радует, – сказал я.
Алекс залез внутрь, мокрый до нитки. Через люк в крыше лилась вода.
– Вот это зарядило, – сказал Алекс. – Но по нам больше не стреляют.
Где-то вдали бахали береговые орудия, а неподалёку выстрелил танк. Автоматные очереди то стихали, то возобновлялись с новой силой.
Видимость ухудшалась, но в этом есть и плюс. Можно будет забыть о вертолётах на какое-то время. Генерал думал также, он уже на кого-то орал, требуя перебросить самоходные зенитки в уязвимые места.
– Вон уже дворец! – сказал генерал. – Приехали. Сначала я зайду в радиорубку, есть у меня одно предположение. Хотя… ну конечно! Вот я старый дурак. Он же как раз взял у меня коды и…
Он открыл дверь, но выбраться не успел. Генерал лишь дёрнулся, когда получил пару пуль в живот и грудь. Невовремя. Умирающий генерал медленно сполз вниз и скатился на землю.
Алекс вернулся за пулемёт и начал куда-то стрелять. Как он что-то видит? По рации орали, что на дворец уже нападают первые группы. Не видно ничего и нихрена.
– Ты не вовремя подыхать решил, – Трофимыч склонился над умирающим генералом. – Ну вот совсем невовремя.
– Михаил Трофимович, – прохрипел генерал. – Принимай командование.
– Кто взял коды? – спросил я.
Генерал поднял руку, но она безвольно опустилась.
– Умер, – сказал Трофимыч.
– Мне жаль твоего друга, – я тем не менее собрал кровь с сиденья. Пригодится.
– Да я вообще не помню, откуда его знаю, – Трофимыч хмыкнул. – Мне о бое думать надо, а я вспомнить пытаюсь. Память дырявая. Ладно, я забочусь об обороне, а ты, князь, проверь радистов. Если там был предатель, нам надо знать об этом, пока нас ещё чем-нибудь не удивили.
Мы втроём побежали к своим, к первой линии траншей. Навстречу нам выскочило несколько человек, среди них медик.
– Что с генералом? – спросил один из них, тот лейтенант, что встречал нас в порту.
– Убит, – ответил Трофимыч. – Я принял командование на себя.
– Но…
– Доложите статус, лейтенант!
Я их оставил разбираться. Трофимыч справится сам. А я лучше займусь тем, что умею. Стрелять и убивать я могу и без всяких циклов.
Я перепрыгнул через траншею, чуть не поскользнулся в скользкой грязи и побежал ко дворцу. Там шёл бой, не очень массовый, но кровопролитный. Одну атаку отбили, но через холодной проливной дождь видно лишь приближающиеся силуэты.
Один приближался ко мне. Я выстрелил ему в грудь. Наповал. Алекс, бегущий за мной следом, застрелил другого из своего кольта. Я завалил третьего, мужичка со штурмовой винтовкой, который почти начал стрелять.
– Князь, нужно внутрь! Мы тут как на ладони!
Я спорить не собирался. Как же проще было, когда знаешь, где и откуда могут прилететь пули. Одна вот только пролетела возле уха. Я прицелился и выстрелил в ответ.
– Где главная радиостанция? – спросил я у ближайшего солдата Строгановых.
– Там!
– Где там?
Он не успел ответить, со стороны врагов прилетела пуля и попала солдату прямо в висок.
– Где радиостанция? – спросил я у другого.
– В правом крыле на первом этаже. Но там охрана…
– Я разберусь.
Во двор въехал один из танков. Надеюсь, это наш. Да наш, раз стрелял по наступающей пехоте из всех пулемётов. Следом въехал другой. Пехотинцы залегли под плотным огнём. Но танкисты не заметили, как за заборчиком один из наёмников готовил гранатомёт к стрельбе. Далеко, я не достану.
– А это что такое? – кто-то из союзных солдат показал на небо.
Там что-то блестело, но с такой дистанции не понять. Странно, это… это будто дождевые капли замерзали прямо в небе и вытягивались в длинные иглы.
Раздался неприятный скрип, и из неба начали падать шипы. Маленькие, но очень острые, они свистели, когда летели вниз. Это лёд? Несколько разбились о броню танков, остальные начали поливать землю там, где наступали враги.
Куда страшнее пулемётов. Острые ледяные шипы нашпиговывали врагов с потрясающей смертоносностью. А уж звук такой, будто кто-то царапал стекло ржавым гвоздём.
Миллионами ржавых гвоздей.
– У меня получилось, Макс, – сказала Света, выглянувшая из окна дворца. – Получилось!
– Не знал, что ты умеешь замораживать дождь, – сказал я.
– Раньше никогда не получалось.
Но хвалить её пока некогда.
– Охраняй вход! – бросил я и побежал в рубку.
– Ну да, – донеслось мне в след. – Тут же всего вражеская армия, что они мне сделают?
Но с поста она не ушла.
Во дворце тоже некогда расслабиться. Гарнизон отбивался прямо из окон. Иногда массивное здание тряслось от взрывов, иногда внутрь залетали осколки.
Крови полно, она впитывалась в дорогие ковры, стены, мебель и паркетные полы. Некоторые капли начали тянуться вслед за мной.
Её тут столько, что я чувствую себя потрясающе отдохнувшим. Выдержу и не такой бой.
Скорее всего, радисты сидели за той дверью. Об этом говорила табличка и два охранника, лежащие у дверей. Оба с перерезанным горлом. Я задержался возле луж и на всякий случай достал ножик.
Левая ладонь заныла от боли заранее.
– Рысь, это Соболь, – раздалось из-за полуоткрытой двери. – Приказываю сложить оружие и сдаться. Мы проиграли. Как это вы отказываетесь, полковник? Это самоуправство, вы…
Я зашёл внутрь. Стоящий у рации Виталик, брат Леры, начал поворачиваться ко мне с видом нассавшего в тапки кота. У его ног лежали два трупа радистов.
Вот как, значит, Виталик решил вернуть себе всё. Но я бы не в настроении выяснять его мотивы.
Я выстрелил сразу.
Виталик вскрикнул и зажал лицо. Сука, вскользь, но глаз должно было задеть. Но второй раз я выстрелить не успел, какой-то непонятно откуда взявшийся верзила выбил пистолет ударом ноги.
Я повернулся к нему. Здоровенный одноглазый тип в безрукавке, увешенной патронами, своими чудовищно мускулистыми татуированными руками схватил меня за запястья и сжал так, что захрустели косточки.
– А ты типа крутой? – спросил я, стараясь не показать боли.
Виталик, громко вереща и зажимая кровоточащую рану из глаза, подбежал к старинным часам в углу, что-то нажал и сиганул в открывшуюся панель в стене. Тайные ходы! Скоро нас ждёт много гостей.
– Я самый крутой, – верзила выдохнул мне в лицо дым сигары, которую курил. Кубинские. – Я вырву тебе руки и вставлю в жопу.
Я разжал левую ладонь. Немного крови брызнуло крутому в лицо, и он дёрнулся, будто она его обожгла. А потом «самый крутой» своим единственным глазом посмотрел в мои.
Пара секунд и его глаз начал отсвечивать красным.
Крутой выпустил мои руки, и я похлопал его по щеке. Теперь мы хорошие друзья.
– Кто тебе платит? – спросил я.
– Князь Игнат Морозов.
– Отлично. Значит, ты самый крутой?
– Я Мясник, лучший убийца во всей империи! – похвастался здоровяк. – Ещё не родился человек, способный меня победить!
– Теперь ступай в этот скрытый проход, – приказал я. – И убей всех, кто нападает на поместье. Всех людей Морозова и его союзников.
Мясник достал огромный нож и с безумной ухмылкой начал протискиваться в узкий проходик. Надо было дать ему масла, но пока я об этом думал, убийца всё же пролез, разорвал безрукавку. Скоро из прохода послышались сдавленные хрипы.
В комнату влетели несколько человек в форме Строгановых.
– Изолировать все тайные ходы, – сказал я. – И сообщите по рации, что последние приказы надо отменить, здесь был предатель.
Эти солдаты мне не подчинялись, но сочли за лучшее подчиниться. И сделали правильно.
А я пошёл на охоту. Каким бы крутым не был тот порабощённый убийца, некоторые из напавших всё же пробирались во дворец. И эти сильно отличались от обычных наёмников.
Штурмовик, закованный в тяжёлую чёрную броню и шлем с красным визором, палил из автоматического дробовика. Картечь разрывала тела тех, кто попал под огонь. А у меня только беретта.
И Вир, усиленный кровью убитых сегодня людей.
Я накинулся на штурмовика, который не ожидал от меня такого и опешил. Но я не хотел его душить или стрелять. Я стащил с него шлем и посмотрел в глаза, сбрызнув немного крови.
– Господин, – прошептал он. – Слушаю и…
Я прижал беретту к его горлу и выстрелил в артерию. Фонтан ярко-красной крови брызнул в потолок, но ничего не испачкал, потому что полился прямо ко мне, затягиваясь в мою рану.
Мне не нужен ещё один миньён. Мне нужна сила, которую даёт кровь порабощённого существа. Я уже должен это выдержать, я хорошо подготовился.
Я подобрал дробовик и выстрелил весь барабан в открывшийся проход в стене. Дробовик прыгал от отдачи, но мои усиленные руки крепко его держали.
Патроны кончились. Один штурмовик всё же выбрался наружу. Я с размаху опустил тяжёлый дробовик ему на голову. Шлем треснул, голова под ним тоже.
По коридору бежало ещё двое. Я катнулся за угол и приготовился к ещё одному рывку. Они выскочат сразу или по очереди? Понятия не имею, но я всё равно их урою.
Они выскочили одновременно. Я напрыгнул на одного и выкрутил шлем, чтобы визор смотрел назад. Судя по хрусту, голова повернулась следом. Второму я саданул ногой. Удачно, раз кусок брони глубоко вмялся в грудь.
А вот и третий, с пулемётом. Добежать до него не успею, сбежать тоже. Но за спиной штурмовика появился очень массивный силуэт.
Паха развернул врага, замахнулся и саданул его усиленным кулаком. От души, тело не просто отлетело, оно проломило стену и попало в другую комнату.
– Я рядом, босс! – крикнул Паха и повернулся на шум открывающейся панели рядом с ним.
Высунувшийся из скрытого прохода враг направил на Паху дробовик. Я побежал к ним изо всех сил.
Не успею. Неужели ему конец?
Выстрела не было. Штурмовика со спины обхватили мускулистые татуированные руки и затянули назад. Проход закрылся, но с той стороны послышались душераздирающие вопли и жуткий смех.
– Что это было? – спросил Паха.
– Ничего, забей.
За углом слышались пистолетные выстрелы. Я побежал разбираться.
Штурмовик вразвалочку шёл к Кириллу, который отступал и отстреливался на ходу. Пистолетные пули рикошетили от тяжёлой брони. Штурмовик, похоже, чувствовал себя неуязвимым.
Кирилл уткнулся спиной в стену и выстрелил ещё раз. Затвор застрял в заднем положении, а штурмовик засмеялся.
А потом заорал, когда из-под его брони повалил дым. Завоняло пережаренным мясом.
– Отстань от Кирилла! – крикнула Лера. – Уйди!
Горящий заживо штурмовик выпрыгнул в окно. Дождь должен был его спасти… но вода не проникала под доспех.
– Нет, – сказала Лера. – Надо что-то сделать, он же…
– Забей на него.
Я махнул рукой. А я устал. Действие крови кончилось, а я неплохо так повоевал. Со всех сторон несло горелым порохом, но звуков боя не было нигде.
Я уселся в мягкое кресло и закрыл глаза. Кажется, пока мы победили.
– Спасибо, Лера, – сказал Кирилл. – Я твой должник. Он меня чуть не убил.
– Едва успела, – Лера улыбнулась, но опять стала тревожной. – Он всё ещё кричит.
– Это ветер, – пробурчал я. – Вроде отбились?
– Надеюсь, – Лера подошла к стене. – Они вышли из-за стены? Откуда они узнали о тайном ходе?
– Твой брат всех предал.
– Виталик? – она зажала рот ладонью.
– Да, он самый. Предал тебя и свой бывший дом. Сдал нас Морозову, – я достал беретту и перезарядил. – Знал бы раньше, сразу бы прикончил.
– Но он …
Лера не стала спорить. Она вздохнула и села рядом.
– Как он мог так поступить?
– Макс, – ко мне медленно подошёл Кирилл. – Это выпало из вентиляции, там кто-то смеялся и оттуда ещё капала кровь.
Он показал мне шлем штурмовика с красным визором.
– Придётся привыкать, – сказал я. – Мясник ещё не закончил охоту.
– Мясник? – Кирилл поднял брови. – Какой мясник? Ладно, я не об этом. Смотри, внутри шлема, есть бирка. Я ах-ре-нел, когда увидел.
Я тоже.
На бирке был нарисован единорог.
– Герб Шувалова! – воскликнула Лера.
– Они заодно, – сказал я и отбросил шлем. – Это штурмовики из дома Шуваловых. Они заодно с Морозовым. А я даже не знал. Нет, я знал, но не думал, что они сунутся сюда. Я…
Где-то совсем рядом во дворце началась безумно дикая пальба, будто человек двадцать стреляло из автоматов.