Пожиратель времени. Том 1

Глава 18

Контролировать кого-то так, чтобы у него не выжгло мозги, и он не превратился в зомби – та ещё задача. Это сложнее. Хотя бы тем, что на какое-то время нужно смотреть друг другу в глаза, стоя очень близко. По крайней мере, с моими текущими силами.

Я уже достаточно пришёл в себя и поглотил немало вражеской крови. Должно сработать. Я прижал лезвие к ладони.

– Да как же это достало, – проговорил я и выдохнул.

Долбанные мартиры не могли придумать магию попроще?

Следующий шаг. Я постучал в дверь, а через несколько секунд настойчиво повторил.

– Что у вас, Максим? – спросил месье Антуан. – Вы в курсе, что идёт комиссия? Если вы так будете прерывать экзамен, вы и сами можете оказаться на месте того счастливчика.

– Я просто зашёл пожелать моему другу удачи, – сказал я, глядя учителю в глаза. – И посмотреть, как он справится.

Глаза округлились, будто Антуан увидел нечто такое, чего никогда не видел раньше. Он не маг, поэтому защиты от такого у него не было. Тоненькая ниточка крови от моей руки, не толще паутинки, добралась до его лица.

Глаза блеснули красным.

– Хорошо, – сказал он тихим голосом и, не закрывая дверь, пошёл за стол.

Ниточка протянулась следом.

Там рядом с ним сидели профессор Шульц, ещё не отошедший после вчерашнего похмелья, и профессор Дюбуа, который носом тыкался в какие-то записи. Очки ему вернули, но он так и не нашёл.

– Уважаемая комиссия, – дрожащим голосом сказал Кирилл. – Я… ммм… я бы хотел…

– Давайте не будем тратить время, – месье Антуан ударил кулаком по столу. – Вы же провели работу, месье Новиков, переходите сразу к выводам.

Профессор Шульц тяжко вздохнул, одним глотком отпил половину бутылку минералки и положил голову на стол. Ему тяжко.

– Выводы? – Кирилл посмотрел на свои записи. – Да, конечно, выводы. Сейчас… выводы в том, что…

– Да не волнуйтесь, – попросил Антуан. – Вы же понимаете, что это простая формальность? Я видел вашу работу, мне она чрезвычайно понравилась. Более того, я бы сказал, что она одна из лучших на потоке. Верно, коллеги?

– Угу, – промычал профессор Шульц. – Дас ист… наверное, да…

– Если бы я её ещё прочёл, – пробормотал Дюбуа. – Поэтому положусь на ваше мнение, месье Антуан.

– Да более того, – продолжил Антуан. – Я же никогда не видел настолько старательного студента! Вы усердно работали весь семестр, отвечали на каждом занятии, делали доклады…

Кирилл выпучил глаза. Он был только на первом занятии и на последнем, где Антуан угрожал ему комиссией и отчислением. Наверняка думает, что это какая-то шутка.

– Если бы все студенты учились так же хорошо, как и вы, – Антуан прослезился и вытер глаз. – Так что к чему эти формальности? Где там протокол?

Он поставил размашистую подпись.

– Это пять!

– В самом деле? – профессор Дюбуа повернулся к Антуану с подозрительным видом. – Мы его даже не выслушали.

– Да мы слушали это уже сто раз! – возмутился Антуан. – Парень разбирается, да и ладно.

Они немного поспорили на французском, потом Дюбуа вздохнул и приложил лицо к протоколу, выискивая свою подпись.

Профессор Шульц подписал, даже не отрывая голову от стола.

– Давайте зачётку! – выкрикнул Антуан. – И можете быть свободны! У вас впереди каникулы и вся молодость! Веселитесь!

Он вернул зелёную книжицу Кириллу, а я осторожно, одним пальчиком оборвал паутинку, которая связывала меня с Антуаном. Тот сразу замер.

– Спасибо, вам профессор, – растрогавшийся Кирилл пожал ему руку. – Спасибо вам всем, я так рад.

Он выбежал в коридор.

– Макс, ты как смог его уговорить?

– Ерунда, – я спрятал порезанную руку.

– Я всё сдал, – Кирилл подбросил зачётку в воздух. – Ещё один семестр и всё, свобода!

– Да, да, – сказал я усталым голосом.

Слишком это заклятье выматывало. Я сел на скамейку в коридоре и тяжело выдохнул.

– Что-то случилось? – Кирилл встревожился и сел рядом.

– Не, башка просто болит.

– И что будем делать на каникулах? Даже поверить до сих пор не могу.

– Что хочешь, Кирилл. Можешь позависать в столице, бабки есть.

– А ты?

– А я съезжу домой, – сказал я. – Посмотрю, что там творится. Скоро же вступать в управление островом. Поеду один.

– Я с тобой! – тут же заявил Кирилл.

– А что ты там будешь делать? Там медвежий уголок, тайга и скалы, скукотища. Я вообще никого с собой не зову, отдыхайте. Займусь своими делами.

– Мы тебя одного не оставим. Вот увидишь, все поедут.

Я это и так знал. Но они это решили сами.

* * *

– Я и забыл, как далеко мы живём, – сказал Паха, стоя у борта парома. – Плывём и плывём.

– Воронцовский остров встал на дрейф, – Трофимыч копался в картах. – До конца года сдвинется ещё на сотню метров, а то и больше.

– Угу, – промычал я, кутаясь в куртку, чтобы спастись от промозглого ветра.

– Нет настроения? – спросила Лера, сидя неподалёку.

Она хотела отправиться к себе вместе с братом, но я уговорил её поплыть с нами. На своём острове она будет одна, и я не знаю, что с ней может случиться за это время.

Под конец каникул заплывём к ней вместе, так будет безопаснее. Но сначала надо разобраться с делами. И неприятностями. Они же меня ждут, как всегда.

– Много думаю, – сказал я. – Никак не получается. Трофимыч, один вопрос, наконец-то есть время спросить. Как легко вычислить человека, если он знает очень редкое заклинание?

– Смотря какое редкое.

– Водная телепортация.

– Ты имеешь в виду, когда прыгают в воду и исчезают без всплеска? – Трофимыч склонился над бортом парома. – Это очень редкое. Знал двух человек, которые так умели. Оба были у меня в отряде, очень давно, обучал их.

– И где они?

Он пожал плечами.

– Один точно умер. Второй пропал без вести, но это потому, что невозможно было опознать тело.

– А другое заклятье, которое бросают руками, – я посмотрел на Леру. – Помнишь, в городе, тип в маске?

– И в красных сапогах? – тут же добавила Лера.

– Ага, помнишь. Он кидал луч, который оплавил столб и прожёг машину. Ещё такой способен прожечь человека насквозь. Слышал про такие?

– Молния? – спросил Трофимыч. – Я и сам умею её бросать.

– Нет, не молния. Очень яркий энерголуч.

– Что-то такое было, – он наморщил лоб. – Если вспомню, то скажу.

Он достал фляжку и припал к ней. Там просто чай с сахаром. Бывший капитан-инструктор и бывший бомж бросил пить, как поступил ко мне на службу.

Стало совсем пасмурно, когда паром вошёл в порт. Портом это называлось только официально, это больше походило на рыбацкую пристань. Да и суда, которые тут стояли, в основном рыболовецкие.

Единственная разница – орудийные башни, стоящие на берегу. Мощная артиллерия, единственное, на что Воронцовы денег не жалели. Такие могут отбить атаку целого флота. Это единственные, что было тут приличным.

В остальном здесь всё пропиталось нищетой. Население живёт ловлей рыбы и рубкой леса, потому на этих камнях мало что растёт. Сотовой вышки здесь не было, мы с трудом ловили связь от соседей.

Да что сотовая связь и интернет? Тут и электричество-то не во всех домах, а унитаз есть только в поместье Воронцовых.

Однажды этот медвежий остров сместится далеко на север и тогда станет неинтересным для сильных мира сего.

Но до этого момента я ещё никогда не доживал.

Я ступил на палубу первым. Меня никто не встречал. Несколько рыбаков бросили на меня и остальных равнодушные взгляды, но какой-то портовый чиновник выбежал навстречу и начал кивать, как болванчик.

– Ваше Сиятельство, Максим Петрович! – крикнул он. – Да как вы выросли, да возмужали! А это Светлана Петровна? Барыня какой красивой стала.

– Это Валерия Строганова, – сказал я. – Света вон там, спускается.

– А, – немного разочарованно протянул чиновник и продолжил: – Валентин Пахомыч вас ждёт на машине.

– Понял, едем домой.

– Князь приехал, – зашептались рыбаки и портовые работники.

Не сказать бы, что это их как-то удивило. Просто немного любопытства, что приехал хозяин этого острова. Большинство сразу же возвращалось к работе, а я не собирался их отвлекать от этого.

Какой-то полицейский при виде меня приложил руку к козырьку. Какой-то крестьянин снял шапку. Торговец, у которого к телу был приделан лоток с пирожками, тут же устремился к нам.

– Пирожки горячие, очень вкусные! – завопил он. – Барину и его друзьям скидка, аж половина цены. Стоили семь рублей, продаю за пять.

– Но ведь половина от семи – три с половиной рубля, – сказал Кирилл.

Торговец посмотрел на него, как на своего кровного врага.

– С чем пирожки? – спросил я у Пахи, который могучим укусом сожрал большую часть пирожка.

Паха задумчиво посмотрел внутрь.

– С тестом, – сказал он.

– Они ливерные! – возмутился торговец.

– Съел половину, им тут и не пахнет.

– Максим Петрович!

Толстый старичок с редкой бородкой помахал мне потёртой кепкой. Это Валентин Пахомыч, отцовский управляющий.

– Ого, сколько тут вас, – удивился он. – Я сейчас сбегаю, ещё машину попрошу, а то не влезем.

– Я домой схожу, – сказал Паха. – А завтра в поместье приду.

– Я тоже к своим, – добавил Кирилл. – Давно не видел, как они там. Зачётку покажу.

– Теперь влезем, – я оглядел всех.

Пахомыч засмеялся.

– Прошу вас за мной. Я даже машину почистил.

Эта тачка была очень древней. Она точно старше Пахомыча. У неё даже двери открывались против хода движения, а колёса на спицах казались неестественно маленькими.

Вместо сидений деревянные лавки, а место водителя было снаружи, типа как кучер.

– Ого, какая машина, – сказала Лера.

– Её ещё дедушка Максима Петровича купил, – похвастался Пахомыч.

– Потом куплю нормальный внедорожник, – сказал я.

– Это красавица лучше.

Ну что, же в путь, отбивать жопы на твёрдой скамье.

Поместье располагалось на вершине небольшой, заросшей соснами горы. Машина ехала, собирая все ямы и колдоёбины на пути, но Пахомыч будто не обращал на это внимания.

– Урожай закупим на зиму, – докладывал он. – Уже договорились заранее, дешевле выйдет. Ещё поместье хотели подлатать. Батюшка ваш хотел пристройку делать, но я всё держу, пока вы планы не посмотрите.

– Понятно, – я чуть не прикусил язык от очередного скачка.

Бедро Леры так сильно тёрлось о моё, что мне приходилось сосредотачиваться, чтобы думать о делах.

– А что с лесом? Заготавливаете?

– Нет, спроса нету, я отменил.

– Заготавливайте, – приказал я. – Спрос будет, поверьте.

– Как скажете, – немного недовольно сказал Пахомыч. – Надо будет лесорубов опять нанять, я их распустил.

Дорога стала ещё хуже, но когда я думал, что сейчас от тряски выпадут пломбы, всё стало ровнее. Впереди показался фамильный особняк.

– Ого, какой здоровый, – сказала Лера. – Я его плохо помню.

Особняк Воронцовых лет двести назад может и выглядел красивым, но сейчас это древняя развалина. У стен стояли мощные подпорки, не давая развалиться. Правое крыло вообще было заброшено, а окна давно сняты, только рассохшиеся ставни лупили по пустым дырам. Как дом с призраками.

По двору бродили курицы, которые разбежались во все стороны при появлении машины. Худая псина недовольно на нас посмотрела и облаяла.

Из будки вышел охранник с расстёгнутой рубахой. Волосатое пузо выдавалось далеко вперёд. Охранник жевал бутерброд и с удивлением смотрел на нас. Другие охранники столпились у дома.

На заборчике дремал кот. Вернее, не кот, а целый котище, огромный и толстый, с блестящей чёрной шерстью. Этот кот – единственное, что смотрелось в этом особняке по-настоящему значимым и достойным князя.

Поэтому я первым делом, когда вышел из машины и потёр отбитую скамейкой жопу, направился к коту и почесал ему горло.

– Хороший кот, – сказал я. – Хор-р-роший, – я с силой провёл ему по спине, и кот замурчал. – Походу только ты тут питаешься досыта.

– Это же тот котёнок, которого ты нашёл, – сказала Света обрадованным голосом. – Ого, какой вымахал!

Собака, обделённая вниманием, заскулила. Лера погладила её по голове, и обрадованный пёс начал радостно прыгать вокруг неё.

Одна из куриц подобралась к Алексу и клюнула его в ботинок. Где-то закукарекал петух, чем встревожил индюков.

Да уж, домик в деревне. Но я ещё сделаю из этого места передовую базу.

– Добро пожаловать домой, – сказал Пахомыч. – Однажды этим краям вернётся былое великолепие.

Я надеялся на это.

– Лера. – сказал я. – Ты наша главная гостья. Пахомыч, для неё лучшую комнату и протопите хорошенько, чтобы сыро не было.

– Сделаем, Максим Петрович.

– Готовь обед, но пока позови ко мне того, кто там занимается финансами.

– Это Глебка, племянник мой, университет закончил. Я его поставил, чтобы он циферьки смотрел.

– Вот и посмотрим, что он умеет. Я поработаю с ним, а потом отправлюсь на кладбище.

Я сказал это чуть погромче, чтобы меня слышали все, кто должен это услышать.

– Так, Света, проводи, пожалуйста, Леру, а вы, – я посмотрел на Алекса и Трофимыча, которые всю дорогу молчали. – Осмотрите все точки обороны и наши войска, какие найдёте.

– Да, – коротко сказал Алекс.

– Алекс, когда закончится обучение, ты назначаешься начальником моей охраны.

– Я? – парень опять потерял свой невозмутимый вид. – Как мой отец?

– Именно. А ты, Трофимыч, будешь инструктором. Я наберу людей, а ты должен будешь сделать из них первоклассных штурмовиков.

– Посмотрим, – сказал Трофимыч. – А что с твоими ребятами? Я не закончил обучение.

– Обучай их, пока мы здесь, потом они будут учиться сами.

– Мы кого-то атакуем?

– Пока нет. Заодно посчитай, сколько денег, людей и экипировки потребуется, чтобы нанять четыре батальона.

– Ого! Ты собрался брать столицу?

– Планы обсудим потом.

Я тщательно вытер обувь от птичьего дерьма и вошёл в дом. Кабинет отца, которого я никогда и не видел, находился на самом верху. Убранство не очень богатое, но мне очень нравился стол, очень гладкий и массивный. Настоящий раритет.

Целое удовольствие провести по нему ладонью. Правда, сейчас всё в пыли, а бумага для записей давно пожелтела. Никакой техники, кроме настольной лампы. Даже авторучек нету, только перо в высохшей чернильнице и карандаши.

В дверь постучали. Парнишка с прилизанными волосами вежливо мне поклонился и подал папочку.

– Да просто принеси мне ноут и открой, где все указано, – сказал я, взглянув в бумаги. – И сайт с биржей.

– Но дядя сказал, что лучше на бумаге, – парнишка-финансист расстроился. – Я ему всегда отчёты на бумаге ношу.

– Мне не надо на бумаге. Покажи мне, что у меня есть.

Много времени это не займёт, курсы акций я давно заучивал наизусть. Минут через десять парень принёс ноутбук.

– Так, – я всмотрелся в грязный экран. – Что там у нас есть?

– Связь плохая, долго грузится, – попытался оправдаться молоденький финансист.

– Так, так, так, – я почесал подбородок. – Эти акции продавай уже сегодня, эти завтра после двух… кхм… вот этих докупи на всё, что есть, и продай через неделю.

– Вы уверены? – парнишка покраснел. – Это же акции Марс Милитари, их сейчас колбасит. Они всю деятельность свернули.

– Поколбасит и перестанет, они всё отыграют. Скупай всё, до чего дотянешься.

Так я задумался. Хорошо знать, какие курсы акций будут в будущем. Это поможет подзаработать.

– Так, уже лучше, – я почесал левую ладонь, на которой почти зажила кожа. – Теперь наши активы. Это продавай, это продавай, это надо отремонтировать, а здесь докупить.

– Что-то ещё? – спросил финансист, когда всё закончилось.

– Да. Когда к тебе обратится Михаил Трофимыч, новый инструктор по боевой подготовке, выдели ему деньги на найм. Там будет большая сумма, но мы её соберём. А ещё нужно будет взять в аренду корабли… ладно, это потом посчитает. Свободен, можешь идти обедать.

Парень посмотрел на меня, как на сумасшедшего, и вышел. Я постучал по столу. Вот, десять минут работы, и я стал богаче на несколько миллионов. Хорошо быть дворянином, который знает, что случится в будущем.

Ещё куча дел. Сходить на кладбище, поужинать, обсудить с Алексом и Трофимычем положение, поболтать с Лерой, чтобы не скучала, погулять со Светой, потом вернуться в город близ порта и спасти Кирилла, чтобы его там не побили и не забрали камеру.

А ещё разоблачить предателя и вставить врагам по первое число.

– Пахомыч, я на кладбище, схожу на могилки, – напомнил я. – Пусть обедают без меня. Я возьму машину?

– Конечно, Максим Петрович!

Древний драндулет просто так не завёлся, но охрана и работающие при поместье мужики помогли мне завестись с толкача.

Я поехал к кладбищу. На могилы предков я и не собирался смотреть, но это дело нужно завершить одному. Тогда поместье станет по-настоящему моим домом после учёбы и базой для операций.

Сначала нужно сделать это место безопасным.

Тачку трясло ещёхуже, дорога к кладбищу – это просто две колеи посреди травы. Скоро пойдёт дождь, так что машину придётся оставить там. ДА и хрен с ней.

Я остановил машину у ржавой ограды, а она заглохла сама. Я открыл ворота, потом тщательно вытер руки спиртовой салфеткой и достал уже ненавистный мне нож.

Кровь потекла сразу, но я сжал кулак, чтобы это не заметили сразу.

Кладбище немаленькое. Воронцовы предпочитали не лежать в земле, а строили себе немаленькие склепы. Лучше бы нанимали людей и покупали больше оружия, а не только обустраивали эти впечатляющие береговые батареи.

Понятия не имею, где лежат родители Макса, да и я пришёл не к ним. Я остановился возле ближайшего склепа и стал ждать. Долго не пришлось.

– Стоять, облитератор! – вышедший из-за склепа мужик в чёрном плаще направил на меня дробовик.

Показались и другие. Вёл их высокий парень с мартирским крестом на шее.

– Отец Бриган, Священная Инквизиция, – представился он. – Ты попался, богохульник. Ты ещё ответишь за моего учителя, отца Карвана!

– О нет, вы меня взяли, – произнёс я равнодушным голосом. – Как же так? Я попался, горе мне.

Я зевнул.

Инквизиция держалась долго, но я про них не забыл. Я их ждал. Они тоже ждали, когда я вернусь домой, чтобы взять меня подальше от Академии, куда им вход заказан. Зачем я им нужен?

Я до сих пор не знаю, так что попросту решил, что они больные придурки. Вряд ли я далеко от истины. Тем более что сейчас меня окружали не профессиональные наёмники, а какие-то фанатики. Не у всех даже пушки выстрелят.

Но мне приходится каждый раз приходить сюда и встречать их самому. Если бы я остался, они бы напали на поместье. Тогда бы погибло много людей. А своих ребят я брать сюда не хотел, потому что в бою на кладбище всегда погибал Алекс, прикрывая меня. Глупо выходило, но спасти его не получалось.

Справлюсь один, проблем не будет даже с учётом изменённого цикла.

– Пламя очистит твою душу, – продолжал пафосный молодой инквизитор. – И ты попадёшь в ад!

– Как я попаду в ад, если пламя очистит мою душу?

Инквизитор презрительно скривил губы.

– Вы подтверждаете свои слова? – спросил он.

В круг вооружённых придурков ступил Валентин Пахомыч, управляющий поместья.

– Это ты меня предал, – также фальшиво и равнодушно сказал я. – Как неожиданно, никогда бы не подумал. Как же ты… – я вздохнул, потому что мне надоело это представление. – Ребята, давайте быстрее, я уже заебался сегодня. Я ещё даже не обедал. Долго ещё?

Я вздохнул ещё раз и посмотрел на часы. Я и забыл, насколько они все нудные.

Глава 19

Дурацкий суд продолжался.

– Я подтверждаю, что Максим Воронцов занимался запретной мартирской магией, – Пахомыч показал на меня пальцем. – С самого детства он был повязан с силами зла.

Я вздохнул и посмотрел на часы ещё раз.

– За-е-ба-ли! – медленно сказал я. – Особенно ты, Пахомыч. Я хотел тебе назначить солидную пенсию, ну да теперь ты в пролёте. И ради чего? Чтобы заполучить крохи моего наследства? Идиот.

– Приговор понятен! – молодой инквизитор задрал лицо в воздух, наслаждаясь своими понтами. – Смерть через сожжение! Ибо такова воля Господа. Свяжите его!

Несколько человек обступили меня со всех сторон. Один, высокий здоровый бородач, тонко взвизгнул и отскочил подальше.

– У него кровь бежит! Магия крови!