– Ты че, усач, с дуба рухнул? Таких не бывает.
– Не веришь – пойди и сама посмотри, – пробурчал Артур Викторович, еще раз поплевал на усы, сделал над ними пару пассов руками и попытался прилепить над губой. Стоило ему убрать руки, как усики, словно перышко, спланировали на пол. Артур шепотом выругался, поднял усы и сунул их в карман.
– Ладно, сделаю вид, что поверила. Говори, какой размер.
– Откуда я знаю? Я ее не измерял.
– Горе ты луковое, таракан усатый… Роста какого?
Артур Викторович встал и показал выше своей головы.
– Ого, почти два метра. – Ялира Петровна записала что-то в блокнот, лежавший на столе. – Грудь какого размера?
– Хм… Десятилитровые бидоны для молока видела? – Ялира Петровна кивнула. – Ну вот примерно такие.
– Да уж, десятый размер, так и запишем. А в бедрах?
– Я же сказал, примерно метр девяносто. Не знаю точно, но если бы мы вдвоем с Игорем Филипповичем попытались ее обхватить, вряд ли вышло бы.
– Где ж вы нарыли красоту такую неписаную?
– Сама «нарылась». Упала с неба.
– Это она, что ли, потолок проломила?
– Может, она, может, не она, мы уже не узнаем. Там такая дыра, что весь второй этаж видно.
– Да уж, попали вы, братцы-кролики, не позавидуешь. Ладно, приходи через часик, наколдую я твоей новенькой одежонку. Где-то у меня старый парашют был…
Артур согласно кивнул и вышел, в душе искренне надеясь, что Субботина справится с задачей и от него, наконец, отстанут. После давнишнего конфуза Артур не раз чувствовал себя не то козлом отпущения, не то мальчиком на побегушках – и это при его статусе доцента в престижной академии! Час он потратил на прилаживание злополучных усов – сперва с помощью простецкой магии сращивания, а потом в очередной раз прибегнув к суперклею. Усы он присобачил, но чуть кривовато, что не подняло ему настроения.
Сделав вид, что не заметил звонка по внутренней линии – воздух над трубкой сгустился в мрачную физиономию ректора – Артур Викторович бочком выскользнул из служебной квартиры и рысцой поскакал к портнихе. Субботина уже ждала его, держа в руках нечто бесформенное ядовито-розового цвета.
– Это что, костюм свиньи? – не подумав, ляпнул Артур, мысленно примерив хламиду на Снежану.
– Сам сейчас будешь шить, умник! – огрызнулась Ялира Петровна. – Форма это. Зеленой ткани почти не осталось, пришлось флаг академии списанный перешивать. Либо ваша новая краля наденет это, либо пусть ходит в чем мать родила.
Артур содрогнулся от такой перспективы и взял из рук портнихи розовую форму.
«Уж лучше пусть она в этом ходит, чем…» – подумал он и развернулся к выходу из мастерской.
Форму пришлось нести двумя руками и сильно прижав к себе – даже в сложенном виде она казалась необъятной и огромной. А ведь нужно как-то отнести ее Снежане. На последний этаж. Через всю Академию…
– Сколько же… еще… идти?! – пропыхтел Артур, преодолевая очередную ступеньку гигантской лестницы. Кто-то из студентов, что ли, баловался с Пятым измерением? Если нет, тогда какого черта этот подъем такой же бесконечный, как бока новоявленной студентки?! Преподаватель знал Снежану только пару минут, но уже успел ее возненавидеть.
Наконец-то последняя ступенька была преодолена, и доцент оказался на нужном этаже.
– Что ты со мной сделал?! – услышал вдруг он из нужной комнаты. – Верни все обратно! Верни мои сорок килограмм! – продолжала кричать девушка.
«Она там совсем ополоумела?..»
Ошалевший Артур приблизился к двери вплотную. Оттуда доносились звуки какой-то возни, а потом весь этаж вдруг огласил дикий животный вопль.
Артур Викторович бросил на пол форму и встал в боевую позицию. Пару секунд пошептав что-то невнятное, резко выпрямил правую руку. Дверь в комнату Снежаны распахнулась, и мужчине предстало зрелище, от которого его усы отклеились и медленно спланировали на пол.
– Ах ты драный лишайный котяра! – вопила Снежана.
Она стояла на карачках возле кровати и пыталась выудить из-под нее что-то, и все бы ничего, но трусы-то у девушки лопнули, когда она шубейку стаскивала, и Артуру открылись все прелести тучной барышни.
От стыда и неожиданности у него задергался глаз.
– Мамочки, – заикаясь, произнес он, не отрывая взгляда от оголенных ягодиц.
На ощупь попробовал найти усы, но ни черта не получалось, да и какие усы, когда тут такое!
– Кхм.
Он нервно кашлянул, стараясь привлечь внимание к себе.
Та мигом подскочила на месте и как завизжала.
– Ирод проклятый! Это ты чего удумал? – стаскивая с кровати покрывало два на два метра и заматываясь в него, проорала Снежана.
– Я форму принес, – тихо ответил Артур Викторович и упал без чувств, то ли от перевозбуждения, то ли от шока.
ГЛАВА 5
Игорь
Дверь тихонько скрипнула. Я оглянулся, но никого не увидел, хотя по ногам ощутимо повеяло холодом. И где носит Артура с моей шубой? Вот когда она нужна – не найдешь. Поувольняю всех к чертовой бабушке!
– Ну пр-р-ривет! – неожиданно раздался мурлыкающий голос.
Я осмотрелся и увидел прямо перед собой огромные янтарные глаза. Нет, глазищи! Знакомые такие, хитрые.
– Ты!
– Я, – довольно мурлыкнул кот. – Соскучился? – Он начал вылизывать белоснежную лапку.
– Очень, – ехидно ответил я. – Заждался совсем. А ты, погань, даже не появился ни разу за два года. Только записку оставил.
– Ну оставил же. А мог бы и не оставлять. И ты бы не знал, что нужно сделать, чтобы домой вернуться.
– Ну да, конечно, пара предложений о том, что найти я должен деву невинную, лишить ее невинности и тогда смогу домой попасть. Хорошо хоть, что про шубу предупредил. – Я посмотрел на кота, на морде которого расцвела улыбка почище чем у Чеширского котофея.
– Да-да, шубу эту надобно носить не меньше двух часов в день, дабы домой возвратиться в том же облике, в котором пребывал ты на день появления в Академии. А ежели хоть один день пропустишь, то вернешься таким, какой сейчас есть, – процитировал кот предупреждение, оставленное им два года назад.
– Тварь ты блохастая. Знал бы ты, как эта шуба мне надоела. Тяжелая, по?том за два года провонявшая, молью поеденная. Да еще и смеются все, что женская.